Дом у реки

Вечером 1 мая к нам прилетела Хогвартская сова с призывом от Гарри Поттера встать на защиту Хогвартса. Мы с Северусом долго молчали, глядя в глаза друг другу. Время застыло, а мы все медлили и не решались сделать хоть один шаг. Мы оба ощущали судьбоносность требующего принятия решения. В конце концов я и Северус почти одновременно твердо кивнули друг другу и пошли собираться на битву. Если не мы, то кто? Да и жизни нам не будет при Темном Лорде. Не после того, как мы его откровенно послали. Себастьяна мы собирались оставить у Калиссы. Уже у сестры, временно попрощавшись с сыном, взяли друг с друга обоюдные обещания не лезть на рожон и бить, если придется, исподтишка и наверняка. Слизеринцы мы или кто? Времени рассусоливать не будет. А дома нас будет ждать малолетний сын. Попасть в Хогвартс оказалось довольно легко – Пожиратели еще не успели взять замок в кольцо. Помимо меня с Северусом, прибыли и другие взрослые защитники – десяток авроров, включая Джеймисона МакЛанистера, члены группировки Дамблдора, так называемого Ордена Феникса, и небольшая группа молодых недавно выпустившихся учеников Хогвартса. В школе шла активная эвакуация младшекурсников – закончить ее было необходимо до истечения времени ультиматума Темного Лорда о выдаче ему Гарри Поттера. Организацию и руководство будущей защитой взял на себя отставной аврор Аластор Грюм. Он довольно умело распределил роли. Так я оказалась поближе к воде, а Северус был определен в резерв с приказом действовать по обстоятельствам. Время затишья перед бурей истекло, и битва за свободу от тирании началась. Пафосно, но в тот момент охарактеризовать мои чувства как-то иначе, не получилось. Для начала Темный Лорд направил на Хогвартс великанов. Насколько я поняла идею, великаны должны были сломать стены замка дабы открыть проходы внутрь остальным войскам Темного Лорда. Эта атака быстро задохнулась – и это была всего лишь я, применившая свое коронное мозгокипятильное. Делать подобное с матерыми Пожирателями Смерти я опасалась – помнила я, как в свое время закрылся от моего импульса почивший Фенрир Сивый, а вот на великанов воздействовать была готова. Увидев неудачу с великанами, противник бросил в бой акромантулов, а затем и дементоров. С дементорами хорошо справлялся щит из патронусов. Твари гибли пачками. Арахниды же успешно карабкались по стенам замка и высоко прыгали, стреляя паутиной и сбивая с ног авроров, студентов и других стражей Хогвартса. Время миндальничать подошло к концу – я отчетливо увидела, как в какой-то момент стали умирать акромантулы, доставляющие наибольшие проблемы защитникам. В бой явно вступил маг земли. Северус. Он просто силой мысли и стихии отрывал головы паукам, ломал лапы и крушил панцири. Но, несмотря на все попытки защитников, в один момент Пожирателям удалось ворваться в замок. Скорей всего они воспользовались какими-нибудь потайными ходами. Теперь бои шли на всех этажах. Я пыталась по максимуму защищать сражающихся подростков, ставя щиты и изредка используя воды Черного Озера дабы смыть противников со стен и крытых переходов между частями Хогвартса. В один из таких моментов я неожиданно узнала сбитого с ног водой Пожирателя. Мокрый и грязный Мальсибер разразился ругательствами и, как-то вычислив меня, попытался проклясть. Мое коронное мозгокипятильное, как нож сквозь масло прошедшее сквозь защиту Пожирателя, вмиг навсегда остановило этого мага.   А между тем, битва становилась ожесточеннее, молодые защитники начинали терять уверенность в своих силах удержать замок. Неожиданно Пожиратели получили сигнал к отступлению. Битва замерла… А затем, когда Пожиратели покинули стены школы, над замком раздался голос Темного Лорда: - Вы храбро сражались. Лорд Волан-де-Морт умеет ценить мужество. Однако вы понесли тяжёлые потери. Если вы будете и дальше сопротивляться мне, вы все погибнете один за другим. Я этого не хочу. Каждая пролитая капля волшебной крови — утрата и расточительство. Лорд Волан-де-Морт милостив. Я приказываю своим войскам немедленно отступить. Я даю вам час. Достойно проститесь с вашими мертвецами. Окажите помощь вашим раненым. Мы с Северусом воспользовались неожиданной остановкой в битве, дабы попробовать найти и помочь раненым. Так нам удалось достать из-под обломков Фреда Уизли. Парень был действительно очень плох. Пришлось споить ему глоток напитка живой смерти – разобраться с его ранами в походных условиях было невозможно. Желая наконец избавиться от угрозы со стороны Гарри Поттера и полагая, что смерть Избранного лишит защитников замка воли к сопротивлению, Темный Лорд поспешил выдвинуть новый ультиматум. Теперь уже лично Гарри Поттеру: - А теперь я обращаюсь прямо к тебе, Гарри Поттер. Ты позволил друзьям умирать за тебя, вместо того чтобы встретиться со мной лицом к лицу. Весь этот час я буду ждать тебя в Запретном лесу. Если по истечении часа ты не явишься ко мне и не отдашься в мои руки, битва начнётся снова. На этот раз я сам выйду в бой, Гарри Поттер, и отыщу тебя и накажу всех до единого — мужчин, женщин и детей — кто помогал тебе скрываться от меня. Итак, один час. И ровно через час, этот жертвенный идиот Гарри Поттер действительно вышел на битву с Волан-де-Мортом. Гриффиндорец, мать его Лили. Я бы, наверное, ударила в спину Темного Лорда из-за угла или бы отравила. Но это я – слизеринка. А гриффиндорец Поттер честно вышел на дуэль с сильнейшим магом Британии… И был, закономерно, убит. Ликующий Темный Лорд ступил на землю замка Хогвартс во главе своих Пожирателей… Сложно было притворяться что я, как и все просто смотрела, как Волан-де-Морт издевался над Невиллом, поджигая у него на голове Распределяющую Шляпу, в то же время удерживая водяной щит под самим артефактом над головой мальчика. Отвлечение внимания фестралами, единорогами и кентаврами пришло как раз вовремя. Неожиданно вытащивший из шляпы меч, Невилл быстро разделался с фамильяром Темного Лорда и нежелающие сдаваться защитники вновь перешли к активному сопротивлению. Над полем возобновившейся битвы звучала новая песнь опаленной, но не сломленной Шляпы: Мы знаем, что ныне стоит на кону И нам не пристало бояться. Час мужества пробил на наших часах, И с жизнью не страшно расстаться. Не больно от темных заклятий упасть, Не горько без друга остаться, Свободы огнем полыхают сердца И некогда нам колебаться. В замок как раз подоспели жители Хогсмида. Заодно активизировались и домовые эльфы Хогвартса. Все силы были брошены на один финальный отпор Волан-де-Морту и его Пожирателям. Медленно, по крупицам, удавалось остановить сторонников Темного Лорда – уж слишком много стало защитников. Матерых Пожирателей просто давили количеством. Постепенно сражение начало затухать и лишь в Большом Зале еще шла активная битва. Мы с Северусом в ней не участвовали. Мы в это время откидывали в стороны камни разрушенных стен замка в надежде найти и спасти, погребенных под ними заживо защитников. Помимо ранее вытащенного Фреда Уизли, удалось достать из-под обломков Лаванду Браун – ее лицо было сильно изуродовано и узнать ее удалось не сразу. Помогло заживляющее, кроветворное и зелье регенерации. Проснется девушка уже здоровой и очень голодной. Узнали о деталях финальной битвы неубиваемого Гарри Поттера и Лорда Волан-де-Морта мы с Северусом лишь на следующий день. Мы до последнего продолжали биться за жизни раненых и покалеченных. Нам помогала мадам Помфри. Точнее, это мы ей помогали. Покинули замок мы лишь следующим вечером, оставив напоследок с медведьмой все свои запасы зелий. Мы с мужем были изрядно измотаны – сутки на ногах, множество магозатратных чар во время битвы и после, постоянное напряжение. У нас хватило сил лишь трансгрессировать домой, очиститься магией и упасть в кровать… Проснулись мы уже в «очищенной от тьмы» Британии, если верить Ежедневному Пророку. Верить этой газетенке мы не собирались. Мы ведь с Северусом не идиоты. Хотя я и надеялась, что по крайней мере на некоторое время в стране установится мир. Мира хотелось очень сильно. Особенно для подрастающего сына… Сына, которого с нами в доме не было. Осознание этого и внезапная жгучая необходимость доказать факт нашего обоюдного выживания во вчерашней битве не на жизнь, а на смерть, буквально заставила нас с Северусом наброситься на друг на друга. Нежности не было. Здесь и сейчас она была бы неуместна. Была лишь страсть, желание сильнее вцепиться в тело партнера и подмять его под себя, дабы удостовериться во вновь обретенном контроле над жизнью. Я кусалась и царапалась как какая-то бешеная кошка и от каждого нового засоса, оставленного на теле мужа, я все больше заводилась и текла. Северус как скала нависал надо мной и пытался обездвижить и придавить к кровати. Силы явно были неравны. В итоге муж вышел победителем в этой спонтанной схватке и силой раздвинув мои колени, с размаху вошел в меня. Дальше были лишь мои стоны и сильные, немного хаотичные движения Северуса в моем теле. На долго нас не хватило. Вскоре, после особо острого и сильного толчка меня выгнуло, и любимый мужчина незамедлительно последовал за мной, изливаясь и погребая мое тело под своим. Остывали мы долго. Тело было наполнено негой, двигаться не хотелось. Я, выбравшись из-под Северуса, лежала, прижавшись к его боку, изредка водя своими пальцами по плечу мужа. Вставать все-таки пришлось. Где-то там в Питт-на-Форде волновалась сестра. Отправить ей вчера записку я не подумала. Нехотя выбравшись из кровати, прошлепала к столу в кабинете и, быстро накатав записку, отправила ее с Флаем. Вернувшийся почтальон принес ответное письмо, в котором говорилось, что Калисса вместе с Себастьяном нагрянут к нам домой после обеда. Что ж, стоило по-настоящему умыться и заняться готовкой завтрака для нас с мужем. Жаря яйца с зеленью и сыром, я с некоторой опаской рассуждала, что же нас ждало дальше в жизни в магической Британии, ведь обычно такие быстрые и жесткие перемены не несли в себе ничего хорошего. Нежно обвившие меня за талию руки, бесшумно подкравшегося мужа и трепетный поцелуй в шею, неожиданно заставили меня полностью успокоиться. Внезапно появилась твердая уверенность, что все будет хорошо и что вдвоем с любимым нам по силам было преодолеть любые невзгоды… А через девять месяцев у нас родилась девочка. Назвали мы ее Викторией.