Красный фотоаппарат

Я был там, в первом ряду, наблюдая за этим зрелищем. Наши стреляли куда попало, надеясь отпугнуть смерть, витавшую в воздухе. Я смотрел сквозь запотевшие очки, которые так хотелось снять. В тот момент мне казалось, что высокие бетонные здания дышат, и их дыхание напоминало, что нужно дышать и мне... как глупо, да? Но как же в тот день хотелось полностью отрезать себя от происходящего, как будто меня здесь не было. Я задыхался, стараясь не думать обо всем. Яркая вспышка, за ней звук — и сознание вернулось. Я почувствовал удар и упал на камни. То ли из-за взрыва, то ли из-за падения, я сломал два ребра, но времени на страдания и боль не было. Быстро поднявшись, я устремился к остаткам стен, чтобы укрыться. Контузия медленно отступала, и я понял, что забежал слишком далеко. Внезапно услышал крик командира: он кричал, что лично найдет и убьет каждого дезертира. В тот момент я почувствовал его взгляд на себе, обернулся и поднял лежавшее на полу оружие мертвого солдата, начав стрелять, подражая остальным воинам. Кажется, в этот момент все начали двигаться вперед, как будто мы наконец смогли вырваться из этой точки смерти. Я шел быстрее всех и не заметил, как оказался впереди. Ноги сами несли меня, тело уже не слушалось, да и я сам перестал следовать за разумом. Спотыкаясь об обломки и части тел — врагов или, возможно, своих, — мы пробивались вперед. Пули кончились, и я продолжал медленно идти, выискивая подходящий магазин или другое оружие на земле. Просить о помощи я не мог — крик застрял в горле, и я не мог вымолвить ни слова. Начало покалывать в груди, и я медленно опустился на землю. Лежал на мягких телах, сквозь меня проходили солдаты, не обращая внимания. Я только и смотрел на них снизу вверх. Солнечные блики скрывались за их касками, что позволяло мне оставаться в этом состоянии. Оно не отпускало, не давало уснуть, не давало умереть. Внезапно снова яркая боль, как нож, пронзивший ребро. Я затаил дыхание и закрыл глаза. Хватит, думал я. После этого я ничего не помню. Но есть одна деталь, которая всегда мучает меня. Мое ребро никогда не было ранено. У меня была рана на плече. Почему я помню все так? Я не знаю. Но знаю одно: крови было много.