Изгой

Дождь. Серое утро. Краски пропали — жизненная сила природы потеряла свой цвет, округа потускнела, стала какой-то черно-белой. Ливень не прекращался начиная с ночи. Вроде не самое приятное из множества природных явлений, однако он был как глоток свежего воздуха после нескольких дней изнурительной летней жары. Этакий эмоциональный контраст, дающий передохнуть от ежедневной деревенской суматохи вечно цветущей Конохи. Двое чуунинов, что стояли на посту, все время сидели в своей будке, избегая столь «мокрого» явления. В подобные моменты тела местных жителей словно наливались свинцом, абсолютно все становилось «лень». Хотелось лишь сидеть по домам и в абсолютной тишине наслаждаться звуками бьющихся о стекла капель дождя. Вот и служба у сторожевых не складывалась. Глаза заплывали, хотелось спать. Так, немного позевывая, неслась служба. Вроде бы монотонно, лишь бы никто не донимал. Сегодня было спокойно — миссий особо никто не получал, поэтому шиноби не особо часто расхаживали у окраины. Можно сказать, выходной, а те, кто уже покинули пределы деревни, еще не возвращались. Вдалеке показались две черные точки, которые медленно приближались к границе. За весь день это были первые, кто решил нарушить покой сторожевых. И дабы создать видимость, что служба идет, чуунины создали деловой вид и начали активно заполнять от руки какие-то совершенно ненужные, формальные бумажки. Не спеша, неизвестные в черных плащах все же добрались до ворот и спокойно пересекли границу. «Местные…» — сделали вывод стражники, вновь растекаясь на стульях, как масло. Даже не обращая внимание на личности пришедших. Был бы кто чужой, с незарегистрированной чакрой, барьер, окружающий деревню, сработал, а так — «Пришли и пришли. Свои же». — переглянулись друг с другом чуунины. Под проливным дождем двое пришедших в черных непромокаемых накидках, прошли чуть поодаль ворот и остановились: — Я в резиденцию Хокаге. — тот, что повыше повернулся к более низкому. Голос его совсем чучь-чуть, но отдавал хрипотцой. Видимо, старик. — Потом покажу тебе местные достопримечательности. — с усмешкой потер ладошки старший. — Я пока домой загляну. — махнул рукой тот, что пониже. Его же голос казался более звонким, молодым. Скорей всего пацан, который вот-вот перескочит на другой, более низкий тембр из-за постепенно ломающегося голоса. — Только не шуми особо. — похлопал старик мальца по плечу. — А то знаю я тебя, и твое не поддающееся воспитанию эго. Знаю, у тебя эмоции от воссоединения с семьей, но прошу, не позорь учителя. Я поболтаю с третьим, чтоб тебе выдали лицензию шиноби. — предупредил старик и скрылся в шуншине. Ничего не ответив, да что уж там, видимо пропустив мимо ушей наставления старика, парень повернулся и двинулся на восток, видимо в сторону квартала Учиха.

***

— Стой! — пригрозили двое полицейский, что стояли у входа в клан. — Глава клана сегодня запретил посещение посторонних. Разворачивайся и уходи. Неизвестный в черном плаще остановился и слегка повернул голову в сторону говорящих. Из-под капюшона выглядывали ярко выраженные голубые глаза. Видимо, в попытке что-то достать из кармана, парень залез рукой под плащ и засунул ту в карман на штанине, потом резко выдернул руку, чтобы это что-то показать, но в ней ничего не было, а в сторону полицейских был направлен перебинтованный, в принципе, как и вся рука, средний палец. Спустя пару секунд голубоглазый опустил руку и двинулся дальше. Еще через мгновение, разинувшие рот полицейские, сделали озлобленные гримасы и кинулись на мальчишку: — Хватай пиздюка! — выкрикнул один из них. Второй, в этот момент, почти дотянулся кулаком до неизвестного, но его неожиданно схватили за запястье одной рукой и потянули вперед, чтобы сбить равновесие, а свободная рука голубоглазого тут же врезалась в переносицу полицейского, и тот был впечатан в землю как ни в чем не бывало.

***

Несмотря на непрекращающийся ливень, на улицах клана Учиха поднялся шум: множество полицейских и шиноби клана заняли места на крышах домов даже в непосредственной близости у дома главы. Это поспособствовало тому, что на площадь вышел старший сын главы клана, дабы поинтересоваться в происходящем несмотря на то, что тот только вчера вернулся с миссии. — Что здесь происходит? — Итачи-сама, — подбежал к наследнику, один из полицейских, — ничего особого. Какой-то хулиган проник на территорию клана и бушует на улице. — Ничего особого?! — оскалился до этого спокойный Итачи. — тогда почему на улице столько шиноби и полицейских? Где доклад о проникновении на территорию клана? — засыпал он вопросами. Всегда спокойный Итачи был явно не в духе от происходящего. Сегодня для него был особый день. Объявлено давно запланированное собрание клана, на котором должен был присутствовать Третий Хокаге — на повестке стояли вопросы о судьбе давно канувшего в лету клана и волнения местных жителей о возможном восстании. Старшего сына главы больше всего интересовал этот вопрос, так как он и стал главным организатором, что уговорил главу клана, Фугаку, и непосредственно договорился о данной встрече с самим Хокаге, Сарутоби-самой, будучи его приближенным. В прошлом, этот вопрос каким-то образом уже регулировался непосредственно предшественником Сарутоби Хирузена, четвертым хокаге Минато Намикадзе, однако, запланированные тем реформы были не до конца воплощены в жизнь из-за неожиданной гибели главы деревни. Второй причиной стал день рождение матери Итачи, Микото. Столь разноплановые, но в то же время одиноко важные события для наследника главной ветви, стали причиной встревоженности Итачи. Каждая мелочь была для него в этот день — испытание. Проблемка, в гиперболизированном ментальном состоянии юноши, становилась «ПРОБЛЕМОЙ», а малая отклоненность от распорядка была сравнима с отправной точкой для конца света. По итогу, покой сегодняшнего дня был нарушен каким-то одним неизвестным. — Итачи-сама, мы просто не хотели беспокоить Фугаку-саму. — начал оправдываться полицейский. — Поэтому вместо этого, вы решили разместить на каждый дом по шиноби, чтобы остановить злоумышленника, тем самым об этом узнали и я, и отец, — под конец монолога, Итачи выдохнул, собираясь с мыслями. — Итак, — схватившись за переносицу двумя пальцами, произнес он, беря дело в свои руки, — какие особые приметы? — Черный плащ с капюшоном, закрывающем лицо. — ответил полицейский. — Это все? — Не удалось разглядеть, однако тот, о ком мы говорим владеет тайджутсу на уровне не ниже джонина. Оружие не использует, нинджутсу не применял, пока. — последнее слово было выделено контекстом. — Он скрывается? — Нет, с силой прорывается к дому главы. Итачи вопросительно поднял бровь и посмотрел в глаза полицейскому, выражение его лица передавало: «То есть куча шиноби, не может остановить одного нарушителя, который даже не пытается скрыться?!» — Я его вижу! — выкрикнула куноичи, что стояла на крыше. Итачи ее знал, ведь она постоянно ошивалась в полицейском участке, молодая и озорная, но без таланта. А потому с особой опаской относился к любым ее действиям, однако сообщить ей о невмешательстве не успел. Спрыгнув с крыши, она достала кунай и, приняв стойку, встала на дороге бестии. Через несколько секунд показался и «он» спокойно идущий навстречу Аске, так звали девушку. Итачи хотел было ее остановить, но ему не пришлось, ведь та даже не шелохнулась, увидев перед собой противника. Даже больше, та так и осталась стоять в одном положении, когда тот прошел мимо. «Он что, наложил генджутсу на одну из учих?!» — подумал Итачи. — Хватай его! — подал голос командир полицейского отряда. Шиноби скопом ринулись в сторону неизвестного. Однако… — Стоять! — скомандовал Итачи, после чего, рвущиеся в бой, соклановцы, остановились. От напряжения, старшему сыну главной ветви, даже пришлось выставить в сторону руку в жесте «отступить» — Хватит шуметь, итак слишком много суеты из-за одного человека. Дальше я сам! — выкрикнул учиха, чтобы все услышали. «Небольшой рост. То ли это ребенок, то ли миниатюрная девушка. Из-за плаща сложно понять» — оценивающе взглянул Итачи. Сам незнакомец стоял на месте, будто и не собираясь что-либо делать. — Спасибо, что придержал этих остолопов, Итачи. — произнес незнакомец, однако сам Итачи никак не ожидал услышать свое имя. — Я пока сюда шел, наверное, штук пятнадцать подобных остановил. И еще сильним кланом зоветесь. Гордые, но бездарные учихи, большая часть которых, неспособно даже собственным кеккей генкаем овладеть. Слова колкие, режущие душу каждого молодого учихи, но столь правдивые. Правду, которую никто не хотел принимать. Но Итачи эти слова принимал, так как легко смотрел на вещи под разными углами, ведь сам никогда не был этой самой «вещью» будучи гением клана. Он мыслил намного шире, нежели остальные его соклановцы, а потому мог с легкостью принять слова, что произнес незнакомец. И эта гнетущая, наполненная ненавистью обстановка, окутала площадь. «Да как он смеет» «Выродок» «Я его сейчас порешу» Слышалось ото всюду. Если бы не жесткий приказ Итачи оставаться на месте, то всех этих шиноби поглотила бы ненависть всего лишь из-за слов ребенка, который, не чувствуя обстановку, стоял на месте и мок под проливным дождем. — Кто ты такой? — наконец сказал свое слово Итачи. Мальчишка, это было понятно уже по голосу, указал на себя пальцем, тем самым спрашивая: «Ты мне?» — Я думал, ты меня уже узнал. — незнакомец потянулся к застежке на шее, что удерживала плащ. — Да как ты смеешь, так фамильярно разговаривать с сыном главы клана? — выкрикнул кто-то из толпы. Итачи раздражало это поведение. К нему действительно кто-то обращался на «Вы», хотя он этого никогда и не желал. Все из-за авторитета отца. Были те, кто мог позволить разговаривать на равных, но таких было мало, лишь самые близкие друзья и товарищи, что были вне клана. Плащ спал. Итачи догадывался, кто это мог быть, но сейчас убедился в своих мыслях стопроцентно. Перед ним стоял тринадцатилетний подросток. Худое вытянутое лицо, впалые щеки, маленький прямой нос. Длинные волосы почти доставали до плеч. «Прямые и темные, как у матери…А также…Глубокий, проницательный свет ярко-голубых, почти серых глаз.» — описал своего младшего брата Итачи, брата-близнеца Саске, которые были совершенно не похожи друг на друга ни внешне, ни характерами. — Тогда почему вы так фамильярно обращаетесь со мной, я ведь тоже сын главы клана учиха. — произнесенное содрогло каждого здесь находящегося. Мальчик, что давно ушел из деревни, вернулся в самый не подходящий момент. — Ято? — тихо произнес Итачи. Учиха Ято – мальчик, что мог благодаря внешности посоревноваться со своими братьями в количестве поклонниц, однако стал выродком из-за своей уникальной среди соклановцев, патологией – голубой радужкой глаз. Не особо выделяющаяся внешность среди других жителей деревни, внутри клана стала причиной издевательств и гонений в сторону его личности. Было это с младенчества. Даже полугодовалый ребенок, еще не понимающий речи, уже тогда ощущал на себе злобные взгляды взрослых. Настоящий стресс для ребенка, который нарушил развитие психики. Мать могла его защищать и прятать от ненависти лишь до момента, пока тот не встал на ноги. Хотя сама многому натерпелась из-за своего чада. Жене главы клана пришлось хуже всего. Какое-то время были неприятные слухи, что та в тайне от мужа сходила «налево», и это несмотря на то, что она родила на свет двух близнецов, один из которых сильно походил на главу клана и был полноценным учихой без всяких отклонений. Фугаку тоже пришлось не сладко из-за испорченной репутации и дурных слухов про его верную жену. И конечно же вся эта ненависть легла на его новорожденное чадо. Прошло время, в жестоких условиях, где его единственной защитой была мать, ребенку пришлось слишком рано повзрослеть, слишком рано столкнуться с жизненными проблемами. Даже среди деревни, ведь такая малая проблема как слухи в клане переросла в масштабы всего поселения. Ято стал предметом обсуждения для всех. Даже когда гулял за пределами клана. Злые языки прохожих: вечно сплетничающих мамаш и бабок, стали для малыша мучительным грузом. Хуже было, наверное, только джинчуурики, который был не только причиной для ненависти, но и страхом для местных жителей. Так ни в чем не винный мальчик стал озлоблен ко всему миру, но нашел спасение в страннике, который согласился обучать мальчика и забрал его из неблагоприятной среды. Минули годы, и вот малыш, что покинул деревню гордо стоял в центре круга ненависти. На пороге дома, где его никто не ждал. Гордо выпяченная грудь, надменная улыбка. Несмотря на возраст, Ято мог похвастаться своим рельефным телом, которое было заметно под плотно прилегающей майкой и бинтами на руках, протягивающимися от плеч и до самых кончиков пальцев. Черные беспалые перчатки закрывали предплечья и локоть поверх бинтов. Ворот майки облепливал шею и закрывал почти до кадыка, а остальная часть шеи вплоть до подбородка была усеяна разного рода иероглифами-тату, которые, видимо, начинались с рук и были видны на открытом участке кожи между майкой и бинтами. На талии красовались два толстых ремня, которые удерживали за спиной два нинзято за спиной. Они смотрели в одну сторону, рукояти были расположены параллельно с правой стороны на расстоянии чуть больше двух пальцев друг от друга. Без гарды, с простыми черными ножнами, а округлые рукояти были усеяны широкими черными полосами, расположенными на расстоянии нескольких миллиметров друг от друга. На поясе красовались несколько сумок для небольших свитков с печатями, такая же находилась и на правом бедре прикрепленная с помощью двух ремней поверх бинта. Довольно просторные черные штаны были заправлены в сандали, которые доходили вплоть до колена. — Видимо, мне тут не совсем рады. Ладно, Итачи, раз нам так благоволит обстановка, то может смахнемся разок? А? — потянув ладони в замке, Ято хрустнул всеми восьмью пальцами. — Что ты здесь за представление устроил? — Представление? А что такого? Они не захоти меня пускать домой, вот мне и пришлось прорываться с силой. Правда, слабочье-слабочьем. Какого-то подростка не смогли остановить, который даже полноценным шиноби не стал. Смех, да и только. Давай покажем им, каким должен быть настоящий учиха! — Нет — Поздно… Исчезнув в шуншине, Ято оказался прямо перед Итачи. Удар кулака приходился прямо в корпус, но старший учиха машинально успел отскочить, сделав в движении пару флягов назад. «Быстро» — подумал Итачи, такими темпами ему больше ничего не оставалось, кроме как принять поединок. Ято наклонился вперед, отставив левую ногу назад, чтобы сделать очередной рывок в сторону Итачи. Старший сын понял, что не следует игнорировать младшего брата, поскольку знал, что первый удар был предупреждающим, однако их остановил внезапный голос: — Остановитесь, оба. — это были слова Фугаку Учиха – отца этих двух братьев. Абсолютно все уставили свой взор на Фугаку, что с грозным видом смотрел на обоих сыновей. Рядом стояла их мать, Микото. Совершенно растерянная, ведь не могла поверить своим глазам. — Да, ну… Отец собственной персоной. — медленно развернулся мальчик в сторону говорящего и встал прямо. Это были не совсем приветственные взгляды двух родственников: вечно прожигающий все на своем пути строгий взгляд главы клана и обезумевшие выпученные глаза его выродка. — Ты прав, Итачи, пора заканчивать представление. Медленно потянувшись правой рукой за спину, Ято схватился за рукояти своих мечей, обхватив их одной рукой между средним и безымянным пальцами и удерживая верхний клинок большим и указательным, а нижний мизинцем. Резким движением он вытянул мечи из ножен. Верхний вылетел из руки и пролетел над головой владельца, прокрутившись в воздухе несколько раз, после чего был схвачен левой рукой и взмахом, режущем воздух был приставлен к земле. Нижний же был просто перехвачен и таким же движением кончик лезвия оказался у земли. Выставленные ниндзято стали продолжениями рук, их прямые лезвия были односторонними и тонкими, а по всей плоскости красовались вырезы в виде овалов. Короткие серии разных печатей и лезвия охватил воздушный вихрь, который в туже секунду стал ярким пламенем, пожирающем собой весь клинок. Выставив мечи по направлению руки, огонь начал обжигать землю и оставлять на песочной дороге черные следы. «Он пропустил по клинкам чакру ветра, а после пропустил поток пламени, тем самым усиливая стихию огня» — мгновенно проанализировав действия брата, Итачи был шокирован. — Аха-ха-ха, отец, вот тебя-то я и ждал! — безумие Ято охватило все границы. На его лице расцвела безумная улыбка. «На сколько же ты стал сильным, Ято» подумал Итачи и в тот же миг осознал, что его брат лишился всякого рассудка. — Стой! Земля под ногами Ято треснула, и тот бросился в сторону отца. Фугаку даже не шелохнулся. Итачи активировал шаринган и в тот же миг оказался прямо перед отцом и матерью перекрывая дорогу Ято. Взмах сверху вниз правым мечом. Итачи попытался блокировать его кунаем, однако его лезвие было разрезано как масло под действием жара пламени и стихии ветра. — Ошибка! — истерически выкрикнул Ято. Лезвие врезалось в предплечье, оставляя длинный ожог посреди глубокого разреза, почти доставшего до кости. Чтобы не остаться без руки, Итачи пришлось выбросить бесполезный кунай и схватить руку противника за запястье. Однако удар не был завершен, второй меч был направлен в шею. Итачи заметил его благодаря активированному шарингану, поэтому успел перехватить его тем же самым способом – за запястье. — А что без глазок слабо? — произнес брат. «Может сломать ему руки?» — подумал старший, но тут же отказался от этой идеи, когда Ято выбросил клинки и тут же перехватил их обратным хватом. Лезвия потухли, однако теперь им было достаточно амплитуды, чтобы, управляя лишь своими кистями, Ято мог пронзить шею с двух сторон. Итачи среагировал мгновенно, и пинком в живот, отбросил Ято на несколько метров, предварительно напитав ногу чакрой. Сделав в воздухе сальто, голубоглазый приземлился на ноги и чуть проскользил по направлению движения. Однако продохнуть не дал уже Итачи. Вытянув из-под рукава печати, что были на запястьях, он призвал несколько сюрикенов, часть из которых были перевязаны тонкими, но прочными лесками. Первыми пошли те, на которых намотана леска, вторые были запущены следом, чтобы перенаправить движение первых, затем резко потянув на себя лески – закрутившиеся сюрикены перевязали запястья Ято. Рывок вперед, пока противник не смог освободиться, однако отпустив свои нинзято, голубоглазый сделал быструю серию печатей – его руки вспыхнули огнем и тут же освободились от лески. Старший сын был в шаге от того, чтобы нанести удар, однако под ногами прогремел хлопок и всю площадь заволокло дымом. «Дымовая завеса?» — Итачи прыгнул над крышами домов. Своим шаринганом, он видел, что Ято остался на месте, но его бездействие не оставляло в покое, поэтому Итачи не стал предпринимать поспешных действий, ссылаясь на непредсказуемость своего противника. В этот момент из клубов дыма вылетел маленький шарик, оставляя за собой небольшой след из дыма. В следующий миг, было понятно, что этот сверток ни что иное как скомканные друг с другом свитки взрывных печатей. Взрыв одной повлечет за собой срабатывание всех остальных, что приведет к огромному взрыву. Не теряя времени Итачи начал складывать печать водного элемента, чтобы обезвредить их, однако из клубов дыма стремительно вознесся большой огненный шар. Чтобы спастись от взрыва, старшему пришлось заново переформировывать технику уже в огненную стихию. «Ми» – печать змеи «Хитсуджи» – печать овцы «Сару» – печать обезьяны «И» – печать свиньи «Ума» – печать лошади «Тора» – печать тигра Два одинаковых по величине огненных шара встретились друг с другом, поглощая между собой комок из взрывных печатей – прогремел огромный взрыв, охватывающий своими размерами всю площадь. Ударная волна заставила всех замерших сесть на пятую точку. Она же направила Итачи высоко в воздух. Когда же он спокойно приземлился и встал на ноги, дым, до этого окутавший все поле битвы, уже развеялся. Перед ним стоял лишь Ято, будто не заметивший воздействие температуры и ударной волны. Рывок последнего, и он в тот же миг оказался перед противником, направляя удар кулаком прямо промеж глаз. Блок, затем легкая подсечка вместо контратаки, затем удар снизу вверх прямо в подбородок – кулак достал цель, однако клон развеялся, превращаясь в сгусток пламени. Несомненно, это отвлекло старшего, и он еле успел заметить удар ногой, нанесенный сбоку снизу вверх – Итачи успел среагировать и заблокировал удар в темечко, схватив за голень у самой стопы и крепко сжав, так чтобы противник не смог приставить ногу к земле и оставался в неустойчивом положении, особенно учитывая рост оппонентов. Все-таки Итачи был на порядок выше своего младшего брата. Однако… «Ты думаешь все так просто?» — надменная улыбка говорила сама за себя. Ято подпрыгнул на опорной ноге и все еще удерживаемый братом, вывернул себе ногу и нанес удар второй в тоже место, развернувшись на 360 вокруг свой оси. «Он специально вывернул себе сустав, чтобы нанести удар по мне? Сумасшедший» — в ушах стоял звон. Итачи отлетел на несколько метров и повалился на землю. Ято же приземлился на землю и заскакал на уцелевшей ноге. — Что? Не ожидал, старший братец? — наконец он нашел равновесие и встал, при этом смотря в сторону валяющегося на мокрой земле брата. Дождь продолжал идти. Итачи медленно повернул голову – Ято провалился во мрак. «Наконец он посмотрел мне в глаза…»