Небольшое одолжение

      Маленькая услуга.       Она на самом деле использовала слова «небольшое одолжение». Просто небольшое одолжение, как если бы она попросила одолжить у него чернильницу или поделиться портключом!        Но это, это была не маленькая услуга.       Драко и Гермиона были назначены напарниками в отдел по снятию проклятий Министерства магии. Сначала у них обоих были сомнения по поводу партнерства по понятным причинам. Однако оказалось, что они вполне подходят друг другу. Их навыки дополняли и развивали других. Драко и Гермионе совсем не потребовалось много времени, чтобы стать самой успешной и грозной командой во всем отделе, их триумфы привели ко множеству удивительных приключений по всему миру, где они заново открывали редкие и удивительные сокровища.       Последние несколько месяцев Гермиона заставляла их искать давно спрятанную реликвию, принадлежавшую русскому колдуну Распутину.        Упорные поиски Гермионы привели их в сырую и мрачную пещеру в центре Франции, где она просто сразила его наповал восемью словами, от которых у него перехватило дыхание…       Гермиона сидела, скрестив ноги, на полу пещеры и спокойно листала страницы древнего текста, лежащего перед ней, ожидая, пока Драко осмыслит то, что он только что узнал о ней.        — Это безумие, — пробормотал Драко, беспокойно расхаживая взад-вперед по маленькой пещере. — Как… Нет, — он оборвал вопрос, покачав головой, но вопрос не исчез: — Черт возьми, как это вообще возможно?!       Гермиона пассивно уставилась на него:       — Я думаю, ты немного драматизируешь, Малфой. В этом нет ничего невероятного, не так ли?       — Тебе 25! — громко воскликнул он.       — Я знаю, сколько мне лет, спасибо тебе за это. К чему ты клонишь? — Гермиона закатила глаза.       — Как… как такого раньше не случалось? — раздраженно спросил Драко.       — Не то, чтобы я сделала осознанный выбор не делать этого, — она поерзала, выглядя немного смущенной. — У меня просто не было времени… или возможности, к тому же никто не проявил особого интереса, — пожала она плечами.       Драко невесело усмехнулся:       — Грейнджер определенно заинтересовала меня. Поверь мне. — Он провел рукой по волосам. — Дай мне еще раз взглянуть на эту книгу.        Гермиона протянула Драко запрошенную книгу, и он в четвертый раз перечитал написанное: «Магия, не имеющая силы в мире людей. Эта магия не может быть применена чистыми».       Именно эта маленькая оплошность побудила Гермиону попросить его о небольшом одолжении.        Когда заклинание, над переводом которого она неустанно трудилась, не сработало, Гермиона поняла, что неправильно истолковала одно важное слово. После трех лет совместной работы в этой области Драко смог точно определить момент, когда Гермиона поняла, где она допустила ошибку, и как она собирается это исправить. Он не был готов к тому, что она на него обрушила.       — Каков план, Грейнджер? — спросил он ее.       Гермиона повернулась к Драко и сказала со всем профессионализмом, присущим коллеге по работе:       — Мне нужно, чтобы ты лишил меня девственности, Малфой. — В его мозгу словно произошло короткое замыкание:        — Ч-что ты мне сказала?        — Кажется, я допустила небольшую ошибку. Я предположила, что «чистый» означает «чистокровный». Это имело смысл, потому что Распутин ненавидел чистокровных. Но оказалось, что он защитил реликвию от девственниц, что очень любопытно. Я не могу произнести заклинание, пока я все еще «чиста», но если бы вы могли оказать мне эту маленькую услугу и немного «подпачкать» меня, мы могли бы вернуться к прежней жизни.        Драко, заикаясь, выражал свое недоверие и расхаживал по комнате так долго, что его ботинки из драконьей кожи оставили на каменном полу едва заметный след.       — Я не могу просто так лишить тебя девственности из-за заклинания, Грейнджер! — недоверчиво повторил он в третий раз.        — Как я уже говорила, я уважаю твое решение. Я не буду пытаться уговорить тебя сделать то, что тебе неприятно. Ты не хочешь заниматься со мной сексом, это совершенно нормально, у нас есть другие варианты, — терпеливо объяснила она. Драко почувствовал, что она совершенно упустила из виду то, что он пытался донести, но она заговорила снова прежде, чем у него сформировались собственные слова.       — Как мы обсуждали ранее, — напомнила она ему. — Это заклинание магически истощает заклинателя по крайней мере на несколько часов, я не удивлюсь, если оно приведет к полной потере сознания. Однако, поскольку ты здесь единственный, кто на данный момент не девственник, я думаю, тебе следует произнести заклинание. Если ты все-таки потеряешь сознание, я более чем способна справиться с тем, что произойдет…       — Ни в коем случае. Ты знаешь условия сделки: ты открываешь двери, а я сражаюсь со злодеями. Моя работа как твоего партнера — защищать тебя. Я не стану выводить себя из строя и оставлять тебя на милость Мерлина, который знает, какие ужасы Распутин спрятал за этой стеной.       — Я могу за себя постоять…        — Я сказал «нет»! — громко произнес Драко. — Это не обсуждается, особенно после того, что произошло в Каире.       — Каир был исключением. Им удалось вернуть мои внутренности на место. У меня даже шрама почти не осталось, — пренебрежительно сказала она. Драко раздраженно потер переносицу. — Но я согласна, — уступила Гермиона, — ты немного более сильный дуэлянт, чем я. Если ты не произнесешь заклинание, это придется сделать мне, но оно не сработает, пока я в своем нынешнем состоянии чистой девственницы. Если ты не можешь помочь, позаботься об этом сам, что, кстати, я предпочитаю в первую очередь, то мой последний вариант       — Я уже говорил тебе, что это не вариант! Гермиона фыркнула:       — Это единственный оставшийся вариант.       Драко недоверчиво покачал головой:       — Ты думаешь, я позволю тебе отправиться за случайным полупьяным французским придурком в какой-нибудь городской забегаловке и позволить ему лапать тебя в глухом переулке? Господи, Грейнджер! Ты действительно думаешь, что это приемлемо для твоего первого раза?        Гермиона вскочила на ноги и сильно ткнула Драко пальцем в грудь:       — Перестань романтизировать мою девственность! Я не 16-летняя девочка, мечтающая о том, как она впервые попадет в сказку со своим прекрасным принцем. Я взрослая женщина, и мне не нужны сказки. Ради всего святого, это просто секс. Это не обязательно должно что-то значить.        Одна только мысль о том, что какой-то подонок прикоснется к Гермионе, была ему настолько отвратительна, что Драко пришлось сжать кулаки, чтобы унять дрожь в руках:       — Я не позволю какому-то незнакомцу трахать тебя только для того, чтобы ты могла наложить гребаное заклинание.       Лицо Гермионы покраснело от негодования:       — Извини, но это мое тело, Малфой! У тебя здесь нет права голоса.       Драко смерил ее взглядом, от которого мог бы растаять лед:       — О, я совершенно не согласен, — прорычал он, — я потратил три года, защищая это тело. Я наложил на себя заклятья, я бросился перед гребаным сфинксом ради этого. Я присматривал за ним, носил его, лечил. Я буквально удерживал это тело голыми руками. — Он положил свою большую ладонь ей на живот, где, как он знал, должен был быть шрам. — Я посвятил себя сохранению этого тела в безопасности, и я думаю, что это более чем заслужило мое право голоса в том, как с ним обращаться.        Драко ждал, что она возмутится, возможно, оттолкнет его руку, может быть, даже ударит по лицу за его заявление. Но Гермиона не оттолкнула его, вместо этого от его слов у нее перехватило дыхание, она накрыла его руку своей:        — Ты прав, — прошептала она и переплела их пальцы. — Ты заслужил это.       Гермиона смотрела на него так, словно хотела его. Драко подумал, что она попросила его лишить ее девственности, потому что он был самым близким и удобным выбором на тот момент, просто средством для достижения цели, не более того. Это было больно. Но могла ли она на самом деле хотеть этого от него? Могла ли она хотеть его?       Словно прочитав его мысли, Гермиона сжала его руку:       — Ты всегда заботился обо мне. Я хочу, чтобы это был ты, и это не только из-за заклинания, пожалуйста, Драко? — Та кроха сдержанности, которую ему удалось сохранить, треснула, как веточка, когда «пожалуйста, Драко» так сладко слетело с ее губ. Драко прижался губами к ее губам, и все его тело запело от прикосновения к ней. Гермиона отпустила его руку и поднесла обе ладони к его лицу, крепко прижалась губами к его губам, и Драко громко застонал, почувствовав, как она открылась для него. Первое прикосновение ее языка едва не подкосило его. Она была божественна. Они пожирали друг друга, пока им обоим не стало отчаянно не хватать воздуха; они оторвались друг от друга, тяжело дыша.       — Черт… — воскликнул Драко; брюки показались ему невероятно тесными. Лицо Гермионы раскраснелось, глаза потемнели от желания, и, казалось, она была в трех секундах от того, чтобы вскарабкаться на него, как на чертово дерево.       — Черт, черт! — простонал он. Он отстранился от мягких изгибов и настойчивых рук Гермионы. Драко в бешенстве носился по пещере, запихивая ее припасы обратно в уродливую расшитую бисером сумку. — Несносная, властная, вечно таскает с собой столько дерьма…        Раздраженное бормотание Драко разбудило временно ошеломленную волшебницу:        — Драко? Что ты делаешь? Мне нужны эти вещи, эй! — закричала она, когда он, не заботясь о том, чтобы аккуратно засунуть ее книгу тысячелетней давности в сумку, в спешке собирал вещи.       — Мы уходим, — сказал он ей, Драко схватил ее за руку и потащил к выходу. Гермионе пришлось бежать, чтобы поспевать за его широкими шагами: — Но я думала, мы….Что случилось, почему мы уходим?       — Я не позволю, чтобы первый раз, когда я займусь с тобой любовью, был в этой сырой пещере. — У Гермионы закружилась голова… Заняться любовью…       — Я собираюсь трахнуть тебя в пентхаусе в Париже или на вилле с видом на океан в Ницце. Это варианты, решай сама, Грейнджер, — скомандовал он.       — И то, и другое, — сказала она, лукаво улыбаясь. Гермиона с наслаждением услышала сдавленный стон Драко:       — Черт возьми, да, и то и другое вместе. — Драко крепче сжал ее руку и еще быстрее потянул ко входу в пещеру.       Гермиона хихикнула над его настойчивостью и наслаждалась моментом, ведь она была на пути к тому, чтобы потерять девственность с потрясающе красивым, самоотверженно храбрым и пользующимся большим спросом Драко Малфоем, в самом, как обещают, экстравагантном месте во Франции! Это была мечта всех волшебниц, ставшая явью.