какие танцы? на улице -20°!!

Матвей стоял у окна, глядя на заснеженный двор. Морозный воздух обжигал щеки, даже сквозь стекло можно было почувствовать, насколько холодно на улице. Владимир, напротив, был полон энтузиазма. Он, словно не замечая непогоды, перебирал на полке книги, явно что-то ища. — Володь, ты вообще видел, что там творится? — Матвей со вздохом указал на окно. — Какие танцы? На улице -20°! Мы же там замерзнем.. Владимир обернулся, в его глазах искрилась задорная улыбка. — И что? — он подошел ближе, его взгляд был полон решимости. — Холод — не помеха, если у тебя есть нужные инструменты. Матвей недоверчиво прищурился. — Инструменты? Владимир, наконец, нашел то, что искал — небольшую баночку вазелина. Он с победоносным видом протянул её Матвею. — Бери вазелин и бежим целоваться! Матвей от удивления чуть не выронил вазелин. Он смотрел на Владимира, не зная, как реагировать: смеяться или возмутиться. Но, глядя на его серьёзное, но всё-таки озорное лицо, он не смог сдержать улыбку. — Ты что, совсем с ума сошёл? — Матвей покачал головой, хотя в глазах уже читалась капля веселья. — Именно, — Владимир, шагнул ближе, обняв его за плечи. — Ну, разве не здорово? Холод, танцы под звёздами, поцелуи... Это же романтика! Матвей посмотрел на него, чувствуя, как его сопротивление постепенно тает. Владимиру удалось заразить его своим энтузиазмом, и теперь идея спонтанного зимнего приключения уже не казалась такой безумной. — Ладно, — наконец, сдался Матвей, тяжело вздохнув. — Пойдём. Но если я заболею, ты будешь меня лечить! — Договорились, — Владимир сжал его руку и потянул к выходу. — И ещё один момент: как только станет слишком холодно — возвращаемся домой. Но до этого — никаких жалоб! Вместе они вышли на улицу, морозный воздух тут же обдал их лица ледяным ветром. Но рядом с Владимиром, даже в такой мороз, Матвей чувствовал себя невероятно тепло. И когда они, в конце концов, остановились посреди пустой улицы, задыхаясь от смеха и радости, Матвей больше не сомневался, что это было правильное решение. Владимир, не теряя времени, наклонился ближе, и поцеловал его. Их губы встретились мягко, но настойчиво, словно пытаясь согреть друг друга в этот холодный вечер. Поцелуй был полон нежности, но в нём скрывалась и едва уловимая страсть, которую они долго сдерживали. Вокруг них всё замерло, только холодный воздух напоминал, где они находятся. Матвей почувствовал, как его сердце забилось быстрее, и он инстинктивно придвинулся ближе к Владимиру, чувствуя, как тот крепко обнимает его. В этот момент ничего больше не имело значения — ни мороз, ни холод, ни даже окружающий мир. Только их поцелуй, согревавший обоих в этот морозный вечер, казался единственно важным.