всепоглощающее единение
30 июня 2025 г., 17:33
Минхо ждал Джисона около учебного корпуса, придя заранее, на всякий случай, чтобы точно оказаться на месте, когда младший выйдет из здания. Тогда ему было особенно важно быть с мужем.
Начали выходить студенты. Их было совсем немного, потому что время позднее и основные пары давно закончились. Минхо вглядывался в лицо каждого, кто появлялся перед ним, будто он мог не узнать Джисона с первого взгляда.
Наконец знакомая макушка, но почему-то печально опущенная вниз. Альфа сразу напрягся, но с места не сдвинулся, продолжая следить глазами за Джисоном, который поднял голову в поисках нужного ему человека. Возможно, как никогда нужного. Минхо был замечен сразу. Омега направился четко в его сторону, не проявляя никаких признаков счастья, что с каждой секундой накаляло старшего только сильнее.
– Ну что? – обеспокоенно спросил Минхо, когда Джисон остановился возле него с нечитаемым выражением лица. Альфа настолько чувствовал себя не в своей тарелке, что даже слюну сглотнул звучно.
– А что говорить?
– Как это что? Ты сдал?
– Да! – Джисон резко перевоплотился в абсолютно другого человека и, оттолкнувшись ногами, подпрыгнул и повис на шее у Минхо, который не успевал переключиться так же быстро, как омега.
– Живот! – Минхо рефлекторно подхватил омегу так, чтобы тот не прижался к нему своей внушительной выпуклостью, из-за чего они вместе выглядели крайне комично. В целом он уже привык к подобным выходкам, потому что Джисон будто и не хотел помнить о том, что он в положении. Оно и понятно, забыть о вечно ноющей спине хотелось невероятно. Осталось дождаться, когда груз спереди пропадет и перестанет тянуть к земле.
– На отлично сдал! Че ты все со своим животом?! – Джисон разомкнул руки, благодаря чему опустился обратно на землю.
– До инфаркта доведешь меня, мелкий! – Ли ущипнул омегу за кончик носа, что тот слегка поежился от неожиданности.
– Ты не рад? – снова переменившись, Джисон сделал вид максимально любопытного детектива.
– Конечно, рад! Но я в тебе и не сомневался, – Минхо оставил поцелуй на губах младшего и следом уткнулся лбом в его, продолжая смотреть. – Ты намного круче меня, просто не хочешь признавать этого.
– Ты так говоришь, потому что любишь меня.
– Я бы так говорил, даже если бы ненавидел тебя, – Минхо забрал рюкзак с плеча Джисона, повесив его на себя, а затем взял его за обе руки, продолжая тыкаться в чужой лоб. Проходящие мимо студенты откровенно задерживали взгляды на парнях. Еще не привыкли снова видеть царящую вокруг этих двоих ауру влечения. – Но как же хорошо, что я тебя обожаю, – альфа ещё раз поцеловал в губы, а после отстранился, продолжив сжимать одну ладонь Джисона.
– Слишком сладко, – Джисон горделиво вскинул подбородок. Он совсем не вел себя как человек, который действительно сдал все экзамены на отлично и вот-вот выпустится из университета, на который потратил почти четыре года и где встретил любовь всей своей жизни.
– А ты слишком вредный, – Минхо продолжал улыбаться, когда они направились в сторону общежития.
Джисон был рад всему, что с ним происходило. И будь рядом не Минхо, а, например, Феликс, то проявил бы свои эмоции в разы ярче. Просто он слишком высоко оценивал альфу. Настолько высоко, что не считал себя даже рядом стоящим в умственных способностях. Хоть Минхо вел себя с ним максимально расслабленно и постоянно дурачился, Джисон не слепой. Он прекрасно замечал все достижения своего мужа. Ему даже не нужно было слушать содержание его рабочих созвонов, чтобы понимать, насколько Минхо освоился. Он смог включиться в рабочий процесс за какие-то несколько месяцев, полностью освободив отца. Этот двадцатитрехлетний парень, который только недавно университет закончил, держал на своих плечах целую огромную компанию и беременного мужа, у которого настроение менялось со скоростью света. А совсем скоро к его обязанностям прибавится ещё один немаловажный человек. И Джисон был уверен, что он справится. То, как Минхо играючи расправлялся со всеми задачами, что казалось, будто у него всегда вагон энергии, поражало Джисона. Но также Джисон осознавал, что Минхо просто отлично умел скрывать свою усталость.
Исходя из всего выше описанного, Хан не хотел акцентировать внимание на своих достижениях, потому что они казались ему ничтожными рядом с тем, на что способен его муж. И, хоть для Минхо это показалось бы абсолютной глупостью, Джисон ничего не мог с собой сделать. Он все время сравнивал себя с мужем, превознося его заслуги и принижая собственные. Местами это проскакивало и в диалогах, но довольно безобидно, что Минхо этому даже значения не придавал.
– Ты какой-то недостаточно радостный, – вернувшись в комнату, Минхо снял обувь, оставил рюкзак омеги у его стола и сел на кресло, начав внимательно разглядывать младшего. – Ты типа универ закончил, не? Когда я его заканчивал ты был рад в тысячу раз больше, хотя это означало, что я уйду с головой в работу. А теперь, когда это все означает наше окончательное воссоединение, ты проявляешь ноль эмоций. Тебе не кажется это странным?
– Не понимаю, о чем ты, – Джисон шел мимо альфы, произнося эти слова, а Минхо они не понравились, поэтому он схватил его за руку и нерезко потянул к себе. Хан поддался и сел старшему на колени, тут же закатив глаза. – Ну что?
– Я слушаю, – отрезал Ли, параллельно залезая под кофту мужу, чтобы положить ладони на кругленький живот, который с каждым днем только сильнее хотелось наглаживать.
– Что мне тебе сказать?
– Почему ты не радуешься?
– Я радуюсь. Мне обязательно плясать от счастья?
– Нет, но ты ведешь себя несвойственно самому себе. Кого ты пытаешься обмануть?
– Никого, Минхо, – Джисон уже откровенно проявлял недовольство и попытался встать – безуспешно. – Отпусти, тебе работать пора, а мне вещи собирать.
– Я тебя люблю. Ты самый лучший и самый умный. Ты папа моего будущего сына, мой муж, по которому я буквально с ума схожу. Я тебя люблю. Очень сильно. Безумно сильно. – Минхо начал произносить все самые приятные и прямые слова восхищения словно мантру.
– Да че ты заладил? Если ты будешь это каждый раз затирать, то слова потеряют смысл.
– Это ещё почему? Я же их от всего сердца говорю, а не для галочки.
– Потому что!
– Ну малыш, – Минхо так приятно прижался щекой сзади к шее, предварительно убрав волосы Джисона в сторону, что тот немного оттаял.
– Что?
– Порадуйся вместе со мной, – совершенно спокойно и расслабленно произнес Ли, продолжая трогать живот омеги. – Мы с сыном очень хотим, чтобы папа радовался вместе с нами.
От слов альфы Джисон почувствовал, как тепло невольно разлилось в груди. Он совсем скоро станет папой, а Минхо отцом. У них родится общий ребенок. Ребенок, которого они оба будут любить безусловно, как и друг друга. Минхо будет оберегать их с сыном, в то время как он сам будет стараться отдать всего себя в их семью, что бы это ни значило. Эти мысли накрыли волной, но не отрезая путь к кислороду, а освежая общее состояние. Джисон хотел бы так жить. Да. Раньше бы он сразу наотрез отказался от перспективы деторождения, особенно такой ранней. Он бы полностью отрицал вероятность траты собственной молодости на пеленки и подгузники. Но теперь все изменилось, потому что почему нет? Что он упустит? Все равно рано или поздно Минхо выпросил бы у него ребенка, и это не было бы насилием. Джисон бы захотел подарить своему любимому человеку то, чего тот настолько сильно хотел, и любил бы его не меньше, потому что этот ребенок был бы плодом их любви. Собственно, как и тот, что уже сидел у него в животе. Как он мог бы не любить плоть и кровь самого себя и Ли Минхо, в котором души не чаял?
Джисон заново расслабился в руках мужа. По спине пошли мурашки, когда он окончательно успокоился и перестал отвергать то, что Минхо ему отдавал, – всё свое внимание и самого себя.
– Я тоже люблю вас обоих, – окончательно сдаваясь, сказал он.
– Мелкий младший, ты слышал? Папа сказал, что любит нас, – Минхо снова начал гладить живот и в какой-то момент почувствовал, как ребенок в нем толкнулся. – Слышал!
– Я же говорил, что он начнет проявлять себя в твоем присутствии.
– А теперь, когда наш ледяной принц оттаял, вернемся к теме. Почему ты не радуешься? – Джисон издал языком недовольнейшее цоканье.
– В кого ты такой хитровыебанный?
– В папу, – без раздумий ответил Ли.
Джисон уже не мог так противиться Минхо, как в начале разговора, поэтому он просто тяжело вздохнул перед тем, как заговорить снова.
– Я не считаю, что сделал что-то невозможное, но я правда очень рад, что мы вместе наконец поедем домой.
– Общага уже не дом? – Минхо улыбнулся. Это было выражение смеси легкой тоски и довольства. Он одновременно понимал, что будет скучать по этой комнате, как по месту, в котором все началось, но рад, что теперь у них будет свое личное постоянное гнездышко, где не будет никого постороннего.
– Это прозвучит мерзотно сладко, но теперь мой дом там, где ты.
– Фраза в моем стиле.
– Да, такая же приторная.
– А ты никогда не говорил, что у меня сладкий член! – Джисон решил поставить рекорд по дальности закатывания глаз. – Ладно-ладно! Мне приятно это слышать, но все же ты правда молодец. Есть кто-то еще, кто сдал так же хорошо?
– Нет, – сухо ответил Хан, но сомнений в нем не появилось ни на йоту.
– Ну-у? – с надеждой, что омега сам догадается, произнес Минхо.
– Что «ну»?
– Получается, что ты самый лучший, и сдал на три месяца раньше всех. Это же очевидно!
– Уверен, ты смог бы лучше.
– Выше наивысшего невозможно сдать.
– Не знаю, ты наверняка как-то ещё отличился бы, – Джисон уже руки на груди сложил, показывая, насколько он уверен в своих словах и совершенно не желает принимать никаких других аргументов.
– До чего же ты упертый, – Минхо ткнулся носом в шею омеги рядом с оставленной им меткой.
– Все ещё не вижу минусов, – не менее горделивым тоном произнес Джисон. – Иди работай.
– Неужели мой муж отправляет меня работать, когда у нас такой праздник?
– Какой такой?
– Боже, Джисон! – теперь уже альфа глаза закатил. – Помнишь, как мы провели время после моего последнего экзамена?
– Да.
– Как?
– Ну, – Джисон напрягся, Минхо ощутил это. Он даже немного заелозил на месте. – Ты сам помнишь.
– Я все отлично помню. Ну скажи хоть саму суть.
– Я… – протянул Хан, – особенно тебя поздравил, – и молниеносно договорил.
– Это что значит?
– Что ты тоже хочешь меня поздравить?
– Именно. Как-то по-особенному. У тебя есть особенные желания, Джисон? – Минхо с каждым словом говорил все тише и тягуче, выдыхая горячий воздух на ухо омеге.
– Не знаю, – Джисон стал казаться менее уверенным, хоть и привык к подобным выходкам мужа.
– А если подумать?
– Хотя постой… Есть все же кое-что.
***
– Джисон, – спокойно позвал Минхо. – М-м? – Джисон пребывал в полностью расслабленном состоянии, получая наслаждение от каждого прикосновения своего мужа. – Ты уверен, что именно так хочешь потратить свое выпускное желание? – А как мне его ещё тратить? – Ну, не знаю… – Ты и без желаний сделаешь все, что я хочу. А сейчас я хочу именно этого. – Ты как всегда прав, – Минхо выдохнул благосклонно, ведь Джисон действительно был точен в каждом своем слове. Минхо и без желаний сделает всё, чего бы ни захотел его муж. В тот момент они лежали так, что Джисон принял положение, максимально удобное ему и его животу, при этом обнимая Минхо вместо подушки и принимая его мягчайшие поглаживания по голове. Альфа аккуратно перебирал кудряшки Хана, слегка вытягивая их. А когда он дотрагивался до затылка, то младший обычно слегка вздрагивал, настолько приятными казались эти прикосновения. Джисону просто захотелось в последний раз почувствовать себя в атмосфере их комнаты, как когда они только начинали быть вместе. – А помнишь, как ты притащил мне ноут на пары, из-за чего потом я собрал тонну сплетен себе в спину? – Будто сейчас их меньше стало. – Еще чего, только больше! Но как же сильно ты меня тогда выбесил! А ещё как ты пытался убирать за собой, когда я тебя заставлял. – К великому счастью, ты понял, что со мной все потеряно. – Вообще нет, не потеряно, просто я тебя слишком люблю и закрываю глаза на твое свинство. – Ладно, к великому счастью, что ты меня слишком сильно любишь, – Минхо улыбнулся чуть ярче и оставил легкий поцелуй на макушке омеги. – Я все равно тебя ещё сильнее люблю, – следом он почувствовал сбоку мощный щипок, который организовал ему Джисон. – Ай! Когда ты научился так больно щипаться?! – Я долго тренировался на тебе, – горделиво ответил Хан, прекрасно зная, что ответной атаки не будет. – Вспомнил твой первый раз. Тогда и сейчас – два разных человека, – Минхо вдруг задумчивым сделался. – Ты что имеешь в виду? Я когда-то был плох по-твоему?! – Джисон аж приподнялся, чтобы посмотреть на своего мужа. – Нет, конечно, – Минхо плавным движением убрал упавшую на лицо Джисона прядь волос. – Просто тогда ты был ещё неловким – само очарование. Даже презерватив надевал так, словно какую-то дорогую игрушку в детском магазине откопал и боялся сломать. – Твое счастье, что я избавил тебя от необходимости пользоваться ими, иначе точно рано или поздно сломал бы. Минхо невольно засмотрелся на своего мужа, который чуть нахмурился и смотрел с подозрением. Улыбнувшись, альфа взял его за подбородок, чтобы раньше времени голову не опустил. – Такой красивый. До сих пор не верится, что ты мой. Вначале я и подумать не мог, что все же смогу тебе понравиться. Я говорил тебе это? – Да этого даже и говорить не надо, я сам в шоке. – Эй! Джисон улыбнулся довольно, радуясь тому, что ему всё-таки удалось вывести старшего из равновесия, а после вытянул губы уточкой, приглашая к поцелую. Минхо, разумеется, не сомневался ни секунды, чуть приподнялся и поцеловал своего мужа. – Ты имеешь надо мной слишком большую власть, – прошептал Ли, смотря в по-прежнему влюбленные глаза напротив. – Я никогда ею не воспользуюсь, не переживай. – Я как раз переживаю, что ты не пользуешься, – Минхо снова убрал шаловливую прядь с лица Джисона ему за ухо. – Я только для тебя все это и делаю. – А как же родители? – Теперь на первом месте вы с Юбином. И я думаю, что родители это поддержат. – Юбин? – Юбин. Тебе не нравится? – А у меня спросить? – Спрашиваю. – Это как «очаровательный»? – Да. – Нравится. – Тогда решили? – Решили, – Джисон обратно улегся на грудь альфы, мягко прижимаясь щекой. – Я почти уверен, что у нас будет омега, – Минхо же продолжил перебирать пряди волос младшего. – Почему? – Просто знаю. – Я только знаю, что кем бы он ни был, ему действительно придется быть невероятно очаровательным, чтобы задобрить нас обоих. – Если все же будет омега, то только тебя, – Ли нежно провел кончиками пальцев по грани челюсти Джисона, уводя их к шее. – Нельзя быть слишком добрым, – Хан опустил веки в блаженстве от прикосновений, продолжая разговаривать. – Тогда нам нужно обсуждать наши взаимоотношения, чтобы я не был слишком добрым. Джисон, не поднимая головы в воздух, посмотрел на Минхо снизу вверх, но максимально недовольным взглядом. – Мне показалось, или ты страх потерял? – Красивый, – все мысли из головы Минхо разом улетучились, когда он в очередной раз увидел любимое лицо. В груди снова все наполнилось теплом. С каждой секундой его настроение все больше было склонно к безумному. Безумному обожанию человека, который лежал с ним в обнимку. – Да что ты заладил со своим «красивый», – Хан закатил глаза и снова отвернулся. – Не знаю, как ещё сказать, насколько сильно ты засел во мне. Я уже не помню, как было до тебя, хотя времени прошло вроде не настолько много. – Я тоже не помню. Минхо почувствовал, как руки Джисона сильнее впились в него, обнимая ещё крепче. Омега явно не хотел отпускать его. Ни за что на свете. – И все же, почему ты не радуешься сдаче экзаменов? Мы же теперь будем жить вместе, как раньше. Джисон снова поднял голову, но теперь на этом он не остановился и вылез из объятий Минхо, сев со скрещенными ногами. Минхо потянулся к его рукам и взял их в свои. Теперь Джисон смотрел прямо на него. – Я рад. Как раз этому я и рад. Просто… – Если ты не можешь сказать так, как есть, то какой из меня хороший муж? – Ты самый лучший муж на свете, но я знаю, что тебе не понравится то, что я скажу, – Джисон не отводил взгляда и следил за тем, как менялся Минхо. Он не менялся. Он продолжал ждать ответа, будучи полностью готовым к любому варианту. – Я считаю, что мои достижения не встают в один ряд с твоими. – Так, и что? – Минхо обескуражил Джисона своим спокойствием. Младший думал, что тот начнет пытаться его переубедить и с пеной у рта доказывать, какой он молодец. – Не понял, – Джисон растерялся сильнее, чем думал. – Ну, предположим, что это так, что они рядом и не стояли. Но почему мы не должны радоваться им? Если по общим меркам я добился чего-то большего, то это не значит, что твои достижения важны для меня меньше. Если бы не ты, то велика вероятность, что я бы не смог реализовать то, что имею сейчас. Даже с учетом того, что все это построил мой отец. Я старался для тебя, а не для него. Так что, если бы не ты, то сейчас, вполне вероятно, я бы еще на начале своего пути барахтался. Так предполагал мой отец: года два ушло бы только на то, чтобы вникнуть. Мне хватило несколько месяцев, потому что есть для кого стараться. Можешь считать, что мои достижения – твои достижения. А твои достижения – все еще твои. Так что, если рассматривать ситуацию с этой стороны, то ты все же большего стоишь, нежели я. Но даже если оставлять все как есть и думать, что ты добился чего-то меньшего, почему мы не должны радоваться? Когда наш сын впервые скажет какое-то слово, уверен, мы будем вне себя от счастья, хотя первое слово когда-то сказал каждый из нас. Разве это перестало быть поводом для радости? – И все же тебе надо податься в инфоцыгане. Уверен, ты бы уже весь мир поработил. – И все же как хорошо, что мне нужен только ты во всем этом мире, – альфа сильнее сжал чужие ладони в своих. Джисон посмотрел на них, наблюдая, какой крепкой выглядела эта хватка. Руки у Минхо небольшие, но казались в разы увереннее. Минхо всегда был точен в своих действиях, когда Джисон мог быть немного неловким. Если Минхо держал его хотя бы просто за руку, то Джисон мог быть уверен, что он не упадет и не потеряется. Минхо поймает и не отпустит. Минхо всегда рядом, даже если физически это не так. Джисон понял это в те долгие дни разлуки, пока они жили порознь. Теперь такого больше не произойдет. – Я рад, что у нас будет ребенок. Спасибо, что высказался категорически против аборта, – смотря прямо в глаза напротив, произнес Хан. Теперь Минхо был действительно удивлен, выражение его лица изменилось мгновенно. Он не думал, что Джисон о чем-то сожалел, но чтобы прям благодарить – поразительно. – Хочу видеть в нашем ребенке твои черты. Даже если моих не будет, твоих мне достаточно. Я рад, что могу дать тебе то, чего ты так хотел. И я очень сильно люблю нашего Юбина просто потому, что он наш, хоть и не особо показываю этого. Минхо расцвел буквально на глазах. Он и так был в приподнятом настроении, но теперь же весь светился, смотря на парня перед собой. Он никогда не ждал подобных слов от Джисона, потому что знал, что омега не очень любит много разглагольствовать, когда в этом не было прямой необходимости. Не его все это, язык не поворачивался. Поэтому, когда он все же снисходил до подобного, Минхо старался впитать в себя каждое его слово намертво. – Мне не надо ничего показывать, я все и так вижу, – в Минхо проснулось жадное желание ощущать Джисона всем телом, насколько это возможно. Он отпустил чужие руки и раскрыл свои, приглашая в объятья. – Идем ко мне обратно. – Угу, – Джисон перевалился на бок, только теперь спиной к мужу. Тот обнял его так, что омега оказался полностью прижат к горячему телу Минхо, родному Минхо, который одну ладонь тут же сложил на живот. Кстати, он уже рос не по дням, а по часам, а малыш внутри таки рвался пообщаться с будущими родителями. Другую руку, на которой лежал Джисон, он же оккупировал, обнимая и сжимая в своих. – Я счастлив. Жаль, что нет более точного слова, чтобы описать мое состояние, – с легкой досадой сказал Ли. – Я бы назвал это всепоглощающим единением, внутри которого хочется существовать вечность. – Невероятно верная формулировка, отбитый филолог. Так когда я увижу твою прозу?
