Мой будущий муж – Ли Минхо

      – И что ты думаешь? – задал вопрос Чан, который торчал рядом с Минхо, переворачивающим шампуры с нанизанным мясом.              – Эм, – Ли посмотрел на друга с недоумением. – Да вот, радуюсь, что в этой жизни папа научил меня хотя бы барбекю делать.              – Что?              – Что?              – Вообще я не это имел в виду, но… Папа? Не отец?              – Ну да. Мой отец впервые поехал на природу уже в браке, так что до этого он никогда и не пробовал ничего такого ранее.              – Жесть… Эти богачи…              – Что ты имел в виду-то? – Минхо проигнорировал последнее замечание Бана, потому что уже привык. Он частенько реагировал, удивляясь каким-то вещам, которые казались Минхо обычными только потому, к какому социальному классу он принадлежал по праву рождения. Однако он прекрасно понимал, что его товарищ не подразумевал ничего плохого.              – Я про отцовство. Мы же ещё не разговаривали на эту тему, – Чан посмотрел в сторону своего парня и Джисона, который держал на руках сына. Они оба смотрели на маленького Юбина. Феликс счастливо улыбался вместе со своим новым маленьким другом, который держал его за указательный палец всей своей крохотной ладошкой. Джисон, кстати, тоже улыбался, но этот факт заметил только Ли, посмотревший в том же направлении.              – А что говорить? По мне не видно?              Чан оценивающе оглядел друга с ног до головы.              – Нет, – утвердил он. – Выглядишь абсолютно как обычно.              – Это как? – Минхо взял в руки веер для мангала и принялся им махать с невозмутимым лицом.              – У тебя по лицу ни черта не понятно. Всегда одно и то же выражение.              – Серьезно?              – Ну да.              – Малыш! – чуть громче позвал Минхо. Джисон рефлекторно повернулся лицом в его сторону. Чан и Феликс посмотрели сначала на него, потом обратно на Ли и снова на него. Минхо первый раз в обычных обстоятельствах и прилюдно назвал своего мужа ласковым прозвищем. Джисон заметил удивленные взгляды и немного смутился, но ничего не сказал против.              – Я уж подумал, что ты решил у сына спросить, – Бан улыбнулся и одним только взглядом дал понять, что не ожидал узнать, насколько мило Минхо называл своего мужа за закрытыми дверьми.              Омеги стояли не слишком близко, из-за чего не слышали чужой разговор на обычной громкости, но одновременно недалеко, поэтому у альфы не было необходимости горланить, чтобы задать свой вопрос.              – У меня безэмоциональное лицо? – продолжил Ли.              – Ну, смотря в какой ситуации, – призадумался Джисон.              – Приведи пример.              Хан слегка подбросил Юбина, чтобы перехватить поудобнее. Он делал это уже автоматически, а параллельно уставился куда-то вдаль, пытаясь придумать ответ на заданный ему вопрос.              – Когда очередной раз не удается меня переспорить – рожа как у побитой псины.              Один раз кто-то из ещё их старой футбольной команды спросил у Чана, что с Джисоном не так? Мол, почему Минхо постоянно боится перед ним провиниться и из кожи вон лезет, чтобы угодить? Ведь с виду в омеге не было ничего опасного, а когда он появлялся вместе с Ли, то вовсе вел себя как самый примерный парень, а вскоре и муж. Тогда Бан ответил, что «Джисон человек такой: снаружи он милый мальчик, но если вы услышите, какие слова этот милый мальчик произносит в адрес Минхо, параллельно строя свою сладкую мордашку, то по спине однозначно пройдет холодок». И слова альфы были на сто процентов правдой, ведь Джисон всегда старался выглядеть приветливо, когда речь шла об их репутации как пары, даже если внутри его распирало от недовольства.              Вот и в этот раз Джисон выглядел абсолютно положительно, ведь чувствовал себя в комфортной ситуации, а на горизонте не было никого чужого или просто неприятного. Он правда собирался просто ответить на вопрос Минхо, не пытаясь как-то его подколоть или унизить, но они уже настолько сроднились, что перед альфой Джисон выдавал буквально все, что приходило на ум, совершенно не выбирая формулировок.              – Это все?! – разочарованно воскликнул Ли.              – Не, ну ещё довольным бываешь, если я разрешаю распускать руки. А когда с Юбином возишься, то улыбаешься часто. У тебя две эмоции: радость и вселенская печаль.              – И обе вызваны Джисоном, – добавил Бан. Он был удовлетворен получением подтверждения своих слов, коим стало заключение омеги. – Без обид, друг, но арсенал у тебя, мягко говоря, убогий… – он утешающе похлопал по плечу Минхо, который смотрел на него в упор, пытаясь проанализировать новую информацию.              – А у Джисона разнообразнее, что ли? – вдруг задался он вопросом.              – Он ещё постоянно бесится, отчитывает тебя, глаза закатывает, когда ты не понимаешь, за что он тебя отчитывает.              – Но это все негативные реакции!              – Ну, улыбки, вызванные Юбином, он уже сам озвучил. Раньше я видел, как Джисон улыбается, только когда строил козни против Хёнджина. Однако его эмоциональный спектр все равно пошире будет.              – Ну пиздец.              – А! Ещё он матерится как сапожник, это тоже окраску речи придает!              – Я тоже матерюсь! Только что! – Минхо неожиданно перешел в оправдательный режим, будто его обвиняли в чем-то смертельном. Обычно он включался только в отношении мужа.              – Да, но это происходит настолько же редко, насколько Феликс соглашается позвонить куда-то по телефону, – то есть почти никогда.              – О, Джисон тоже отказывается звонить куда-то, когда есть я. Будто я его личный секретарь.              – Ну вообще, ты любишь поболтать.              – Да, но не со всеми подряд же!              – Короче! Не понятно по тебе! – вдруг Бан вернулся к главному вопросу, не позволив Минхо соскочить с него, хоть и не специально.              – Да счастлив я! – воскликнул Ли, поддержав тон друга всего на одну фразу. – Как может быть иначе? – и снова продолжил спокойно. – Я очень хотел ребенка.              – А Джисон?              – Джисон похож на человека, который всегда хотел детей?              – Нет. – Бан не сомневался в своем ответе.              – Вот именно.              – И как ты его уговорил? – еще тише спросил Чан. Минхо не надо было становиться гадалкой, чтобы понять, почему его друг задавал такие вопросы.              – Никак. Просто кончил в него во время сцепки.              – Что?! – воскликнул Бан так, что омеги, которые уже и забыли о своих спутниках, увлекшись собственным диалогом, обернулись на звук. – Нет-нет, все в порядке, – отмахнулся альфа. Джисон скептически глянул на него, но следом просто продолжил разговор с блондином. – Что ты сделал? – Чан перешел на шепот.              – Что слышал.              – Ты серьезно? Как он тебя простил после этого вообще?              – Ну, во-первых, я не специально.              – Как это «не специально»? Такое может случайно получиться? В некоторых странах за это сажают без разбора! – восклицающе шептал Бан.              – Вот так. Не сдержался. Он же уже был помечен мною на тот момент, так что совладать с собой было крайне тяжело. Плюс, ещё тогда мы долго не виделись… В общем, все наложилось. Я пытался извиниться, но он и не злился почти. Чуть-чуть. Под конец того разговора мне даже удалось вызвать к себе жалость.              – Ты ещё и виноватым его сделал?! – Бан вовсе в шок впал. Он не ожидал от своего друга настолько низкого поступка.              – Это тоже не специально. Че ты сразу начинаешь-то? Жалость не доставляет мне никакого удовольствия, но зато она нас окончательно примирила тогда, так что я всем доволен. И никого я виноватым не сделал. Хотя если я виновен в том, что теперь у нас такой замечательный и любимый сын, то я готов возложить на себя это бремя.              – Ну скоро там? – вдруг рядом с Минхо появился Хан, по-прежнему не выпускающий ребенка из рук. Бан дернулся от испуга, а Ли даже бровью не повел.              – Господи помилуй! Ты по воздуху перемещаешься?! – воскликнул Чан.              – Твое счастье, что нет, – съязвил Джисон и тут же вернул взгляд на мужа, сделав его чуть ли не ангельским, когда Минхо поцеловал его в лоб, а следом и Юбина.              – Почти все. Идите за стол, мы сейчас все принесем, хорошо? – тон Ли изменился, став куда мягче, чем во время разговора с Чаном.              – Хорошо, – уголки губ омеги довольно поднялись. Это сложно было назвать улыбкой, но Джисон был явно рад вниманию от Минхо и не скрывал этого.              – Ладно, иногда он правда кажется милашкой, – заключил после увиденного Бан, когда омега их покинул.              – Ты за своим милашкой следи, а то мой муж сейчас из него сделает машину смерти. Смотри!              Чан снова обернулся и увидел, как Феликс отрабатывал удары кулаками, сотрясая ими воздух. Альфа глаза раскрыл в удивлении.              – Это я Джисона учил, – гордо добавил Ли и принялся снимать шампуры с мангала и класть их на заранее приготовленное блюдо.              Джисон отдал Юбина мужу, как только тот поставил мясо на стол. Пока альфы стояли у мангала, омеги, а именно Феликс, разложили остальную закуску и расставили напитки. Минхо тут же заулыбался, стоило сыну оказаться в его руках, но затем он положил его в летнюю коляску, припарковал ее рядом с собой и принялся кормить ребенка из бутылочки.              Прислугу они попросили не мешать им этим вечером и только убраться, когда они вернутся в дом.              – И все же, по-моему вы сильно изменились после появления Юбина, – вдруг начал Феликс, когда они уже сели за стол. Видимо, его разговор с Джисоном проходил в абсолютно противоположном ключе: Феликс, напротив, замечал изменения в поведении супругов.              – В плане? – вопросил Ли. – Вроде всё осталось, как раньше.              – Джисон стал спокойнее – это сто процентов! – заявил Феликс.              – А Минхо постоянно подлизывается к нему, – вдруг добавил Бан, переобувшись в воздухе.              – Как будто ты к Феликсу не подлизываешься. Остается надеяться, что не только в переносном смысле… – Минхо подмигнул и неоднозначно ухмыльнулся в адрес друга, который незамедлительно улыбнулся в ответ. Феликс порозовел. На его светлой коже это выделилось сразу.              – Да ладно тебе, все свои же, – Джисон слегка толкнул друга в плечо. – Если бы я узнал, что вы спите исключительно в миссионерской позе и по праздникам, я бы не удивился, конечно…              – Джисон! – теперь Феликс толкнул его, но сильнее, однако все ещё в рамках разумного.              – Ты же у нас такой скромный! – поторопился оправдаться омега. Альфы просто наблюдали со стороны. – Но, как выяснилось, все хорошо, так что я спокоен!              – Почему тебя вообще это волнует?! – воскликнул блондин.              – Потому что отношения моего друга обязаны удовлетворять его на максимум! Иначе зачем это всё?              – Полностью поддерживаю! – добавил Минхо.              – Прости, дорогой, но я с ними согласен, – неловко улыбнувшись, сказал Чан.              Феликс обреченно вздохнул. В целом, он уже привык, что друзья регулярно вмешиваются в его личную жизнь. Но вместе с тем он признает, что, если бы не они, то возможно, что этих отношений в целом не было бы, так что по большому счету ничего против он не имел.              – А насчет детей что думаете? Смотрите, какой лапочка! – Минхо достал Юбина из коляски и посадил его себе на одну руку так, чтобы было удобно всем, а другая осталась свободна.              – Ага, а кто сидеть с ними будет? Я вот на работу скоро устроюсь, а Чан и так пашет постоянно, – после озвучивания последнего факта лицо Феликса немного изменилось, став как-то печальнее.              – Ну, если один в состоянии обеспечить семью, то второй может на ранних этапах остаться с ребенком. Джисон тоже не собирается до конца жизни дома сидеть. Хотя я не против! – специально на тон громче добавил Ли, глядя на Джисона, который буквально на долю секунды переменился в лице перед этим.              – А если что-то пойдет не так? Вдруг главного добытчика уволят с работы, что тогда делать?              Вообще о таком ни Минхо, ни Джисон никогда не задумывались. Им казалось невозможным то, что деньги могут куда-то пропасть. У них в головах схема простая: компания живет – деньги есть. А компания будет жить всегда, потому что Минхо работает над этим буквально ежедневно. Вне зависимости от погоды, настроения, дел и любых других сопутствующих факторов. Даже в этот день, когда они наконец договорились с друзьями о встрече в неформальной обстановке, Минхо периодически отвечал по работе. Впрочем, как и Чан.              Примерно настолько же они оба были уверены и в том, что Бан не потеряет работу, потому что он теперь устроился к Минхо, после того как оставил футбольную команду в университете. И дело не только в том, что Минхо никогда не уволит друга по старой памяти, а в том, что Минхо никогда бы не взял Чана на работу, если бы не был в нем уверен.              Феликс доверял друзьям, но он же не хотел сидеть у них на шее, считая это неправильным, поэтому не строил космических надежд на то, что они всегда будут рядом. Он не хотел быть жертвой, которую нужно спасать. Чан же относился к этому проще. Он знал, что Минхо берет его к себе не просто так. Минхо тот человек, который ставит продуктивность превыше всего в работе, потому что эта продуктивность дает ему деньги, которые он может тратить на свою семью, а вот она уже превыше всего в жизни. Он не стал бы держать человека, если бы он не мог приносить ему пользы, и сам Чан это прекрасно понимал, поэтому и работал много, чтобы адаптироваться как можно быстрее и начать приносить эту самую пользу.              – Ты слишком много думаешь, Феликс. Этим должен заниматься Чан, – заключил Минхо, как приверженец традиционного уклада семьи. – Зачем он тогда вообще нужен, если ты пытаешься взять на себя всю ответственность?              – Я не думаю слишком много. Мы принимаем все решения вместе, – блондин скрестил руки на груди и горделиво вскинул подбородок. – Будто у вас в семье только Минхо за все отвечает! – он глянул на Джисона.              – Ну вообще, я сильно расслабился в последнее время, – Хан неловко почесал затылок и рефлекторно посмотрел на Минхо в поисках поддержки.              – На корабле не бывает двух капитанов, – заключил он.              – А теперь меня послушаем, – Чан, который молчал все это время, наконец решил, что его участие необходимо. – Если Феликс хочет делить ответственность, то мы ее делим. Если Феликс захочет скинуть с себя ответственность, то я возьму ее целиком на себя. Феликс делает все, что пожелает и как пожелает. Проблемы нет, а вы развели тут черт знает что.              – Вот-вот! – поддержал его блондин.              Минхо и Джисон переглянулись, после чего оба улыбнулись и альфа выдал:              – Таким образом мы можем прийти к выводу, что весь мир крутится вокруг омег.              – Звучит как неоспоримый факт, – поддержал его Чан.              Все уставились на Феликса, ожидая его реакции. Парень аж осел немного, не ожидая такого внимания к своей персоне.              – Звучите вы, конечно, хорошо, но не все же такие самоотверженные альфы, которые делают все для своего омеги?              – Таких индивидов альфами сложно называть, – высказался Минхо.              – Но это же только твое мнение!              – Нет, – хором добавили Джисон и Чан.              – Если бы я был омегой, то в жизни бы не посмотрел на альфу, который хочет что-то, не предлагая взамен нечто, как минимум, соразмерное, – с задумчивым видом произнес Минхо.              – Своего рода равноправие даже получается, – добавил Чан.              – Кстати да, – и Джисон решил поддержать последних ораторов.              – Напомните мне в следующий раз не спорить с вами, когда у всех троих одна и та же точка зрения, – Феликс тяжело вздохнул и опустил голову лбом на ладонь.              – Да ладно тебе! Сейчас на ноги встанем, тоже ребенка заделаем. Надо будет только как-то умудриться, чтобы получился противоположного пола…              – Зачем?.. – Феликс уставился на своего парня с куском мяса, свисающего с шампура.              – Ну…              – Ты хочешь, чтобы наш потенциальный ангел вышел замуж за ребенка вот этих двух? – Все внимание Минхо и Джисона устремилось на блондина, который тут же осекся. – Ничего не имею против Юбина, но надеюсь, что он пойдет не в вас.              – Ты слышал его? – обиженно вопросил Минхо.              – Мне кажется, у меня больше нет друга… – обреченно сказал Хан.              – Конечно, выйдет! – заявил Чан Феликсу. – Не переживайте, – а эти слова он адресовал точно Минхо и Джисону, – он просто ничего не понимает.              – Эй! – воскликнул Феликс.              – Не, ну согласись, это далеко не самый плохой вариант. Мало ли кто там вашему сыну попадется, а тут уже все схвачено!              Наконец Феликс понял: что бы он ни сказал – все будет повернуто против него. Поэтому он просто вздохнул, осознавая всю тяжесть своей участи. Ведь он единственный, кто ужился с этими тремя непробиваемыми парнями, с которыми спорить практически невозможно. Наверное, в этом и есть превосходство Феликса над остальными и над «этими тремя» в том числе.              Далее разговор шел в менее оживленном темпе, потому что еда заняла большую часть времени, однако не прекращался совсем. Перебирали все темы, начиная с их старой университетской жизни, заканчивая режимом дня Юбина.              – Мы не слишком сильно надавили на Феликса? – задался вопросом Минхо, когда они уже разошлись с парнями по разным спальням, уложили Юбина и сами развалились на кровати в обнимку.              Они отдыхали в доме родителей Минхо, которые уехали заграницу на пару недель, чем парни и решили воспользоваться.              – Не знаю. Во всяком случае он не такой слюнтяй, чтобы воспринимать каждое слово близко к сердцу. Уверен, в глубине души он и детей хочет, и не против выдать своего сына за нашего. Но больше никаких договорных браков! Только по любви! – Джисон, лежавший на плече мужа, резко подорвался на последний словах, чтобы смотреть в глаза Ли.              – Почему? По-моему вполне себе рабочая схема, – Минхо улыбнулся и взялся покрепче за задницу Джисона, стиснув ее в ладони.              – Начнем с того, что у нас такой себе пример, потому что ты в итоге сам выбирал, а это не по правилам, – Хан надул щеки, будто его обидели.              – Ты чем-то недоволен? – Минхо чуть притянул Джисона ближе к себе, чтобы их лица оказались максимально близко друг к другу.              Джисон тяжело сглотнул, потому что не ожидал, что этот разговор будет переведен несколько в другое русло. Он осмотрел довольное лицо Минхо, который разглядывал его с не меньшим интересом, точно они не виделись тысячу лет и успели безумно соскучиться. Джисон всем своим существом ощущал, как из него вынимают что-то, но одновременно вкладывают, заменяя его собственное на собственное Минхо. Омега не мог иначе описать подобные моменты. Он просто знал, что что-то происходит, но что именно – не мог сформулировать даже отдаленно. Весь остальной мир стирался, видно лишь излюбленное лицо напротив, ощущаются только теплые ладони на теле, слышно исключительно глубокое дыхание альфы.              – Как ты это делаешь? – Джисон звучал будто под гипнозом.              – Что?              – Я забываю обо всем, когда смотрю на тебя.              – Ничего, но знаю, что делаешь ты.              – Откроешь мне тайну?              – Любишь меня, – тут Минхо ткнулся своим носом в чужой, ещё сильнее сокращая дистанцию.              – Да, люблю…              Джисон приоткрыл рот, будто желая поцеловать, но отчего-то не мог двинуться с места. Казалось, что он вообще не был способен ни на что, пока Минхо не разрешит. Он смотрел, тянулся, но коснуться не получалось.              – Я не могу понять, как умудрился так сильно вляпаться в тебя. Даже на сына согласился. Три года всего прошло, а у меня уже полноценная семья есть... – Джисону неожиданно захотелось высказать все это, чтобы Минхо просто знал и не забывал, что он особенный. – Я ценю тебя, правда, – Джисон позволил себе провести ладонью по плечу альфы, его шее и остановиться на щеке.              – Я знаю.              От ощущения мягких прикосновений на своей коже Минхо сильнее расслабился, даже рука на заднице слегка разжалась. Он коснулся чужих губ со всей нежностью, наконец сжав эти мягкие подушечки, которые так и норовили стать облизанными и обкусанными. В груди нарастало ощущение, которое медленно тикало словно бомба, готовая взорваться. Он то оттягивал губы омеги, то слегка цеплял их зубами, то отпускал, следом бросая взгляд и замечая, как они припухли и порозовели. Они вновь посмотрели друг на друга, все тело уже покалывало, призывая к большим действиям, но и торопиться никуда не хотелось. Юбин спал, Чан и Феликс точно не побеспокоят, так как наверняка заняты своими делами. Им абсолютно ничего не препятствовало.              Минхо побрел руками по телу младшего вверх, залезая ему под футболку. Кончики пальцев касались настолько невесомо, что Джисона пробрало насквозь и он издал звук, похожий на тихий писк, после чего испуганно глянул на мужа.              – Ты такой милый, – Минхо наполнял лаской одним взглядом. – Мой хороший, – и снова их сплел поцелуй.              Одним движением альфа затащил Джисона на себя, не отлипая от губ. Хан чувствовал чужие руки повсюду, Минхо гладил его тело размашисто и слегка надавливая, а следом спустил резинку шорт мужа вниз, выставляя ягодицы наружу, и сжал их вновь, раздвигая и натягивая половинки. Одна из ладоней легла на промежность омеги. Мокрый. Джисон по-прежнему растекался лужей каждый раз, когда Минхо показывал хотя бы малейший намек на интим. Указательный палец Ли коснулся тугого колечка. Джисон промычал в губы.              – Нельзя разбудить Юбина, – прошептал он в чужие губы, открыв глаза и посмотрев на альфу. – Я не ручаюсь за себя, ты сегодня слишком хорош.              – Только сегодня? – ухмыльнувшись, Минхо вскинул одну бровь.              – Всегда, – Джисон постарался компенсировать свою небольшую оговорку коротким, но от этого не менее чувственным поцелуем.              – Спальня родителей или другая гостевая? – мгновенно забыв оплошность мужа, спросил Ли.              – У меня есть выбор?              – Нет, конечно. Всегда хотел сделать это у них на кровати.              Минхо резво встал с кровати, держа на руках Джисона, который схватился за плечи мужа и чей взгляд сразу упал в сторону ребенка.              – Радио-няню надо взять, – вдруг осенило парня, и он поторопился опуститься обратно на пол. Минхо не хотел его отпускать, но Джисон чуть ли не начал вырываться, а такой шум уже мог бы помешать Юбину видеть десятый сон. Хан взял необходимое, засунул устройство в карман Минхо и уставился на него всего на секунду.              – Всё? – спросил Ли.              – Да, – после этих слов Джисон неожиданно рванул из комнаты, даже не натянув шорты обратно на задницу.              Минхо не успел сориентироваться сразу, из-за чего ринулся в погоню с небольшим запозданием, которое увеличивал тот факт, что закрывать двери быстро и бесшумно намного сложнее, чем открывать их. Но несмотря на этот досадный нюанс, Минхо успел догнать Джисона у самого порога в хозяйскую спальню. Омега тут же оказался намертво прибитым к стене, руки по бокам от головы, между ног – колено мужа, который смотрел на него пронзительно.              – Решил со мной в игры играть? – в голосе Минхо не было агрессии или злости. Вместо них тон альфы был полон любопытства и даже некой издевки. – Теперь на тебя поводок надо вешать? Не думал, что мы придем к этому спустя три года.              – Это чтобы ты не расслаблялся, – Джисон не потерял уверенности из-за своего уязвимого положения.              – Чтобы я не расслаблялся, тебе достаточно сводить меня в любое общественное место, где на тебя, разумеется, все будут пялиться, – Минхо прижался плотнее, так, что бедро теперь сильнее упиралось в пах младшего.              – Мне опять напоминать, как на тебя засматриваются все, кому не лень? – Джисон смотрел точно в глаза напротив, нисколько не сдавая позиций. Их вечный спор «кто привлекательнее», казалось, не закончится никогда. Будучи связанным по рукам и ногам, омега не имел возможности двигаться, но чувствовал стояк альфы своим бедром, из-за чего понимал, что долго в таком положении протянуть не сможет. Он уже чувствовал, как собственная влага смазала пространство вокруг дырочки настолько, что любое движение воздуха ощущалось отчетливо.              – Знаешь что? – Минхо приблизился к чужому уху максимально близко и зашептал: – Я иногда безумно сильно хочу показать всему миру, как мы трахаемся. Чтобы все знали, что ты мой и почему ты мой. Хочу, чтобы каждый увидел тебя во всей красе и завидовал мне черной завистью. – Слова Минхо окончательно сбили с толку Джисона. Омега осел, потерял дар речи и вовсе перестал соображать. – Но ещё больше я хочу, чтобы твоя истинная красота осталась моей собственностью. Мои щечки, моя задница, моя дырочка, моя талия. Всё это и весь ты – всё моё.              Собственничество Минхо по-прежнему сводило Джисона с ума. Он понимал, что это нездоровая история, что порой подобная зависимость переходила границы. Но в то же время, как же сильно Джисона возбуждал тот факт, что Минхо хотел исключительно его. При таком раскладе было бы странно, если бы альфа не опасался потерять того, кто ему настолько сильно нравится и затмевает всех остальных.              – Минхо… – Джисон совсем оробел, глядя за спину альфы и слушая все эти слова, сказанные мягким, бархатным тоном прямо в душу.              – Да, мой хороший, – он ещё и улыбнулся, что проявилось в голосе. Джисон ещё сильнее сжался.              – Я весь мокрый…              – А говорил, что считаешь меня болтливым. Мой малыш совсем запутался, что ему нравится, да?              Но Джисон не запутался, он просто вредный. А на деле болтливость Минхо – то самое, что способно выбить почву из-под ног омеги быстрее всего.              – Может- – Джисон покраснел вдвое сильнее от одной мысли о том, что собирался произнести.              – Ну же, малыш, давай… – подбадривал его альфа.              – Может… – снова пауза, тихое кряхтение, и… – Может, мы проведем работу над ошибками? – оказалось, что говорить пошлости куда проще, чем Джисон думал. – Господин Ли, покажите, где именно я ошибся… Пожалуйста…              – Такой нежный и хороший. Вы посмотрите на него, – Минхо заулыбался ещё ярче, отпрянув от чужого уха и смотря на раскрасневшегося парня напротив. Он плавно провел ладонями по рукам омеги вниз, переходя на ребра, затем на талию, а после и на бедра. – Каждый новый день ты кажешься мне ещё сексуальнее. Красивый до ужаса…              – Я очень мокрый, Минхо… – Джисон теперь боялся любого движения. Он просто смотрел на Минхо и хотел его в себе. Животное желание обострилось до максимума.              – И что же мы будем с этим делать? – Минхо сделался ещё хитрее и провокационнее. Он снова приблизился, но только уже своим ухом к губам омеги. – Скажи мне тихонечко.              Джисон растерялся сильнее. Он уже боялся произносить такие вещи вслух, будто слова имели физическую оболочку, которая стимулировала его желание ещё сильнее.              – Воспользуйся этим, – неуверенно произнес он.              – Чем? – Ли решил совсем под дурачка косить, чтобы добить любимого, и у него получилось. Джисон абсолютно бессознательно разозлился, потому что его не поняли с первого раза и не дали желаемого.              – Отымей мою мокрую задницу, Минхо! Возьми ее, блять, и выеби! – Хан практически перешел на крик.              – Ух ты… – послышался совсем выбивающийся из общей атмосферы голос. – А он и так умеет, видал?              Все настроение Минхо молниеносно переменилось, он тяжело выдохнул и опустил голову на несколько секунд, чтобы после поднять ее и, глядя на паническое выражение лица мужа, произнести:              – Блять, ну и какого хера вы и слова не написали, что вернетесь раньше? – такого тона Минхо в адрес собственных родителей не слышал, вероятно, никто и никогда, кроме них самих.              – Я вообще-то написал два часа назад, – Сонджэ потряс телефоном в руке. – Вот, все доказательства на руках. Ничего не знаю! – омега говорил с сыном так, будто тот ему не сын вовсе, а приятель какой-то со двора.              Джисон надежнее спрятался за Минхо, стыду его не было предела. Настолько убого он не чувствовал себя никогда в жизни. Буквально – ни разу. Так сильно опозориться перед родителями собственного мужа нужно было ещё постараться.              – Фу, такой злющий, аж дрожь пробрала, – Сонджэ изобразил страх на лице и ощущение холода, потерев себя по плечам. – В кого ты такой?              – Кажется, нам нужно построить вторую загородную резиденцию, – невозмутимо заговорил Джухён.              – Пошли вон! – не оборачиваясь, рявкнул Минхо, у которого кончилась последняя капля терпения.              – Ладно-ладно! – Сонджэ взял мужа под руку, и они вместе развернулись, чтобы спуститься обратно на первый этаж. – И все же надо подарить ему упаковку пустырника, ты так не думаешь? – голос папы начинал отдаляться. – Будто мы не знали, что наши дети занимаются сексом. Как бы мы тогда внуком обзавелись?              – Если бы ты позвонил, а не написал, то мог бы и второй появиться. Видел какой он злой был? Точно что-то наклевывалось… – после этих слов старшего Ли нельзя было разобрать больше ничего, и наступила тишина.              – Прости, – процедил Минхо, ещё отходя от состояния гнева, в то время как Джисон все еще пребывал в оцепенении.