Новый мир

«I need a human’s touch

But you don’t need me»

      Когда Стэн зашел в гостиную Хижины, Билл уже полчаса назад закончил со всей уборкой. Присев за единственное во всей комнате кресло прямо перед телевизором, Стэн с подозрением взглянул на мокрую штанину Билла, но ничего по этому поводу не сказал.       — Хорошо. Первое задание ты выполнил. Второе задание. Мы идем в казино. Ты будешь подглядывать в чужие карты, а я выигрывать. Понял?       — Что?       Ему начинало казаться, что внутри Стэна пряталась суперсила — заставлять Билла выполнять самые разные глупые поручения. Именно поэтому он прямо сейчас безропотно стоял и наблюдал затем, как Стэн надевал свой самый красивый пиджак и завязывал на шею самый красивый бантик. Биллу же, в свою очередь, по указанию Стэна пришлось помыться и почистить зубы. Только зачем ему надо было все это делать он так и не понял, а фраза «чтобы выглядеть презентабельно» совсем ничего не объясняла. Зато Биллу объяснили кое-что другое: как правильно мухлевать в покере, и это уже звучало гораздо интереснее.       — Смотри. Все участники сидят за полукруглым столом, — начал объяснять Стэн, когда они оба уселись в машину и начали ехать в сторону города, — У каждого игрока на руках по две карты, которые им раздает крупье в самом начале игры. Тебе нужно будет успеть посмотреть на карты и передать информацию о мастях и значениях мне. Будем пользоваться условными сигналами. Если есть валет, король или дама — ты киваешь. Если нет — качаешь головой. Есть красные масти — ставишь руку на правый бок. Если есть черные — на левый. Обе — обе. Запомнил?       — Запомнил, — в этот раз его энтузиазм ощущался более реальным, сегодняшний вечер обещал быть невероятно веселым!       Казино виднелось издалека, освещенное десятками неоновых вывесок и фасадными прожекторами, привлекая как можно больше посетителей. Несмотря на ночное время, как вокруг, так и внутри здания кричали люди — одни от безудержного веселья, другие от страха проиграть последние гроши. Да, в этом месте Билл чувствовал себя как рыба в воде. Вошел во внутреннее помещение он гораздо увереннее, чем Стэн, который то и дело советовал привлекать к себе как можно меньше внимания. Конечно, Билл его слушаться не станет.       Стэн сел за игральный стол на крайнее правое место, в то время как Билл затерялся в толпе зрителей около трех других игроков. Карты крайнего левого он видел плохо, зато оба игрока по центру оказались как на ладони, все благодаря его высокому росту и хорошему пространственному зрению. Первые пол часа игра шла хорошо, даже очень — вместе они выиграли чуть больше ста долларов. Следующие пол часа прошли уже за другим столом и с другим крупье, но в точно таком же бодром темпе. Глупые людишки не замечали их махинаций, а только расстраивались и ругали работников казино, совсем не обращая внимания на жестикуляцию Билла.       Небольшое, но полностью заполненное казино стало идеальным местом легкого заработка. Толпы сменяющихся людей, полупьяные мужчины и накуренные женщины, уставшие крупье и давящая на уши музыка только помогали ситуации. Билл за всем этим круговоротом из столов, карт и выигрышей не заметил, как стал громко смеяться, хлопать Стэна по плечу и указывать на недостатки соперников. Стэн, конечно, пытался его утихомирить и все же уговорить не привлекать столько внимания, но эти уговоры не особо помогали: Билла уже было не остановить.       Часть денег, которая полагалась ему от выигрышей, он уже успел спустить в баре, и как только Билл раньше жил без человеческого алкоголя? Виски растекалось по его крови, тепло и горечь оседали в легких и желудке, разве что тело управлялось даже хуже, чем обычно, но это он мог стерпеть. Еще одно удручающее обстоятельство заключалось в том, что Билл переставал правильно подсказывать Стэну карты соперников. Зрение подводило, равно как и координация движений, и через какое-то время Стэн не выдержал и встал прямо из-за стола, уводя Билла в сторону, подальше от работников казино.       После продолжительной беседы, Билл все же решил взять себя в руки и отыграть все деньги обратно за последним на эту ночь столом. Собрав всю свою силу воли в кулак, он усидчиво наблюдал за картами в руках только двух игроков; четвертый к ним так и не присоединился. В руках одного — семерка треф и шестерка треф, очень хорошее начало, даже слишком. В руках второго — десятка червей и шестерка бубнов. Крупье выложил на стол семерку пик, даму треф и короля бубнов. Для одного — кивнуть головой и опереть руку о левый бок. Для другого — покачать головой и поставить руку на правый бок. Лицо Стэна выражало озадаченность и волнение, но этому лицу Билл верить до конца не мог, все же он в первую очередь играл на публику.       Ставки сделаны, первый круг закончен «коллом» со стороны Стэна. Крупье доложил семерку червей. Стэн заметно вспотел. Первый игрок поднял ставку. Второй вышел из игры. Стэн, немного подумав, ставку поддержал. Последняя карта, которую выложил крупье, стала валет бубнов. Стэн улыбнулся во все свои двадцать семь зубов и вскрыл карты: десятка червей и девятка пик. Король, дама, валет, десять и девять, все разных мастей — самый настоящий стрит, тогда как у первого игрока оказался только сет.       — Ха-ха, да! Я выиграл! Теперь это не твои пятьсот баксов. Теперь это МОИ пятьсот баксов! — расхохотался Стэн, вскакивая с места и хватая все фишки со стола.       — Не спеши-ка, — только когда соперник встал со стула, Билл смог в полной мере оценить масштабы надвигающейся проблемы: здоровяк оказался выше Билла на пять сантиметров и при этом в два раза шире в плечах, — Ты и этот дохляк мухлевали! — под «дохляком» уважаемый гражданин, естественно, имел ввиду Билла, который после такого заявления тут же попытался скрыться в неожиданно расступившейся толпе.       — Я его не знаю даже, — попытался соврать Стэн, напрягаясь и готовясь в любую секунду пускать в ход кулаки.       Ложь долго не продержалась. Соперник неожиданно схватил Билла за лацканы пиджака и, приподняв над землей, немного встряхнул. Такого Стэн терпеть не стал, а потому быстро перемахнул через стол и толкнул соперника так, что тот чуть не свалился с ног вместе с Биллом. Первому в глаз конечно прилетело именно Биллу. Такой жуткой боли он не ощущал уже очень давно, особенно учитывая тот факт, что основная сила удара пришлась именно на глазное яблоко. Давление немного сплющило глаз, а затем начало растекаться по всему лицу, отдавая дребезжанием в зубы. Свалившись на пол, Билл не смог увидеть, но зато прекрасно услышал, как Стэн с криком бросился на противника, ломая тому то ли нос, то ли ключицу.       Немного сориентировавшись в пространстве после пережитого шока, Билл сумел подняться на ноги, и немного шатающейся походкой направиться в сторону происходящей драки, при этом выхватив у ближайшего посетителя из руки кий для бильярда. Выкрикнув Стэну пригнуться, Билл со всего размаху нанес удар уже порядком измученному сопернику по голове, да так, что кий с резким хрустом надломился. Услышав приободряющий смешок от Стэна, Билл улыбнулся и, сделав шаг ближе, еще раз ударил противника в район ребер.       Вот только нанести финальный удар никто из них не успел. Их обоих подловили из-за спины двое охранников заведения и выкинули из казино, дав пинка под зад. Справедливо, конечно, но не стоило же делать это так грубо! Встреча с асфальтом доломала нос Билла окончательно, и из него пошла кровь. Стэн тоже из этой передряги целым не вышел: его скула покраснела, под глазом образовался грязный синяк, а на костяшках собралась кровь, его и чужая.       — Хороший вечер, старик. Жаль только, что денег ты не успел забрать, — с ухмылкой сказал Билл, вытирая нос.       — Это я-то не успел? Ха! — и он продемонстрировал пять купюр номиналом каждая по двадцать долларов, — Это конечно меньше, чем мы выиграли, но больше, чем то, с чем мы пришли. Да и ты себя неплохо проявил. Я думал, ты меня бросишь там одного.       Билл бы не бросил. Ему нужно прощение Форда, чтобы он смог вернуться в свою демоническую форму и все же открыть этот злосчастный разрыв между мирами. А прощение Форда он может получить только в том случае, если на сторону Билла станут его глупые родственнички. Да, все это он делает только ради этого. И больше ни для чего.

***

      Форд только-только вернулся со своего очередного похода в горы, когда увидел, как полупьяный Билл тащил на себе полуживого Стэна. Зрелище, которое он никогда не предполагал увидеть во всей своей жизни. При этом они оба выглядели так, будто бы пережили апокалипсис во второй раз: грязные, разодранные и кровавые. Как только Стэн переступил порог Хижины, то тут же направился в свою комнату, чтобы как можно скорее уснуть, а вот Билл решил немного задержаться.       — Вы где были? — первое же, что спросил Форд, когда Билл свалился на стул за кухонным столом.       — А ты чего не спишь, Фордси? Уже пора баиньки, — Билл говорил с пьяной улыбкой на лице, практически ложась на столешницу всей грудью, — Или ты как обычно не можешь уснуть? Не бойся. Я твой сон больше не могу потревожить.       — Я не боюсь, — Форд смотрел на чужое лицо, и видел каждую царапину, каждую гематому и каплю крови, — Неплохо тебя избили. Что вы уже со Стэнли такого сделали? — он присел за стол, прямо напротив Билла, наблюдая за тем, как тот медленно перевел расфокусированный взгляд в другую точку.       — То да се, — неловко сошел с темы Билл, — Жаль, что тебя там не было, Шестопал. Ты бы может нас остановил, — он смотрел пристально, заглядывал в глаза Форду и пытался придвинуться ближе, насколько ему мог позволить это сделать стол; Форд же в ответ на это только тяжело сглотнул, но с места не сдвинулся, — Это было бы гораздо скучнее, но зато старичку бы не досталось.       Между ними повисло странное молчание, которое возникает только в самые интимные и важные моменты. Билл находился всего в нескольких сантиметрах от Форда. Вот она, мечта почти что тридцати лет его жизни, сидела прямо перед ним, немного подвыпившая и немного побитая, с завораживающими чертами лица. На этот раз Билл даже почистил зубы!       — Это тот самый момент, в который люди обычно делают эту странную вещь с губами, да?       Глупый вопрос Билла все испортил. Форд насупился и резко вскочил с места, стараясь не обращать больше никакого внимания ни на лицо Билла, ни на его новое человеческое тело, ни на все такой же обольстительный и притягательный голос. Форд не хотел признавать, что просто-напросто сбежал обратно в свою лабораторию, все же он не привык при первой возможности бежать от опасности, но в этот раз выбора у него не оставалось. К Биллу хотелось прикоснуться. Удостовериться, что вот он, предстал перед Фордом во плоти, наяву. Провести рукой по впалым щекам, узким плечам, худому животу и почувствовать отдачу, жар. Узнать, насколько правдоподобное тело ему было подарено.       Внизу, в лаборатории, все еще валялись части незаконченного проекта «Лед». Флаконы с тестовыми кусочками располагались прямо над незажженными горелками, а на полу располагались полуразобранные аппараты, ускоряющие движение частиц в молекуле, работающие по принципу невероятно мощной микроволновой печи. Теоретически, такие аппараты были способны не только растопить вещество любой плотности, однако его исследование все еще казалось нестабильным и не могло быть продолжено без более детального анализа. Обычно, ему с анализом помогал Макгакет, но от него остались только обрывки той личности, с которой они веселились в колледже и с которой проводили годы за работой над порталом.       Не став больше ни о чем думать, Форд поднял устройство и принялся в нем что-то крутить, ему было совсем не важно, что именно. Уснуть этой ночью он тоже не смог.

***

      Билл дорисовывал третий ноль к вывеске «фотография с зеленым утконосом», когда услышал громкий стук железяк о только недавно вымытый пол. Диппер вызвался помочь Форду со сборами в горную экспедицию, в ту самую, от которой Билл уже столько раз отговаривал Форда. Ему даже начинало казаться, что Форд это делал просто назло, чтобы лишний раз насолить и разозлить — ладно, в такую игру Билл играть умел. Пусть себе идет и растапливает хоть все льды Колорадо и освобождает хоть Старших, хоть Древних, Билл только посмеется, когда он приползет к нему на коленях за помощью.       Конечно, следовало пойти с ними и удостовериться, что они все-таки не смогут сделать ничего грандиозного, способного исказить ткань реальности и освободить древнее Зло. На удивление, Форд оказался не против, зато Диппер посмотрел на Билла настолько диким и злобным взглядом, что казалось маленький мальчик готов был броситься и разорвать на куски, только чтобы тот не отправился с ними. Однако, как только Форд указал Дипперу быть благоразумнее, он тут же остыл и продолжил масштабные сборы.       А сборы эти были и впрямь масштабные: Форд собрал три огромных рюкзака приборов, измерителей и разного рода походного снаряжения, от палаток до факелов. Биллу, как их новому третьему спутнику, досталась в нагрузку провизия и несколько банок с керосином. Зачем именно ему нужен был керосин Билл решил не уточнять. Сам Билл решил ничего с собой не брать — все равно у него-то и вещей особенно не было, что уж говорить о чем-то более конкретном, способном помочь в экстремальном путешествии.       Им несказанно повезло, что нужная Форду гора оказалась как раз в границах Гравити Фолс, так что Билл без проблем смог на нее взобраться. Справедливости ради, проблемы все же были, да еще какие: рюкзак казался ему лишь легким раздражителем только первые пол часа, все остальное время его неподатливое слабое тельце не выдерживало ни веса провизии, ни физических упражнений, которые требовались для блуждания по отвесным скалам и узким тропам. Жаркое солнце, в тени резко сменяющееся на промерзлый ветер, бесконечные путающиеся под ногами ветки и камни, давящие на плечи лямки — эти несколько часов ощущались настоящей пыткой. И такая пытка не была той самой веселой ерундой, когда Билл время от времени втыкал себе в руку вилку или намеренно врезался в стены, а самым настоящим испытанием. И как только Форд с Диппером могли так быстро идти вперед?       Первую остановку группа сделала лишь когда солнце уже почти садилось за горизонт, и настала пора, как выразился Форд, «ужинать». До пика горы оставалось еще несколько часов ходьбы, они туда попадут только к ночи, и на вершине будет гораздо сложнее найти себе более или менее приличное пристанище. Диппер предложил остановиться в одном из небольших углублений в скале, как раз достаточном для свободного размещения трех человек, и Форд без раздумий согласился. Билл оказался рад сбросить с себя весь лишний груз и наконец дать телу отдохнуть, хоть он и попытался скрыть это от любопытных глаз Форда.       Диппер вытянул из сумки готовый сухпаек, а Форд принялся есть какое-то странное на вид пюре. Билл же смотрел на еду с подозрением, и совсем не потому, что она казалась ему отвратительной, совсем наоборот — слишком уж хорошо она выглядела. Наклейка на законсервированных бобах приветствовала его ярким изображением зеленого луга с радугой в голубом небе, вяленое мясо было аккуратно упаковано в бумагу, а на каждой бутылке с водой сияла надпись «только самое чистое». Аж тошно от этого всего становилось. Биллу нравилась готовка Стэна, потому что она представляла собой нечто настолько отвратительное, что такое невозможно было съесть без последующего несварения.       В пещере стояла тяжелая сырость, в которой даже ночью было душно находиться. Хотя Диппер и Форд выглядели довольно бодренько: уже готовились к дальнейшему подъему, несмотря на темное время суток. Форд в ночном свете выглядел бледнее, но увереннее, стоическим героем, а не просто человеком. Да, он бы стал идеальным завершающим членом команды Билла, это уж точно. А может и не команды, но просто отличным напарником, всегда рядом, всегда в поисках новых приключений. И Билл его простит, даже если эти приключения будут включать в себя возрождение обезумевшей цивилизации.       Они сидели далеко друг от друга, и к тому же напротив них все еще находился вонючий ребенок, поэтому Билл решил лишних движений в сторону все же не делать, только наблюдать издалека. За седыми волосами, за неглубокими морщинами, за щетинистым лицом, да за всем, чего касался его взгляд. Однако Диппер, все это время пристально следивший за Биллом, даже такому проявлению заинтересованности в Форде оказался совсем не рад:       — Все, хватит, я уже устал! Ты сегодня весь день свой глаз с прадяди не спускаешь! Ты опять что-то задумал, — Диппер со своим и без того ломающимся голосом сейчас звучал будто на грани нервного срыва, — Признавайся, что тебе надо?! Готовишь новую уловку? Присматриваешься, как бы удобнее столкнуть со скалы?       — Диппер, хватит, — устало попросил Форд.       — Нет, не хватит! Я вообще не понимаю, как вы все можете так спокойно к этому относиться. Ты, Мэйбл, прадядя Стэн, вы все как будто забыли, что произошло несколько дней назад. Почему мы вообще должны давать ему шанс?       — Успокойся, — еще раз попытался обратиться к нему Форд, но Диппер уже совсем его не слушал.       — Ты сам мне рассказывал, через что прошел. Ты сам мне говорил не доверять никому. А теперь что? Или ты… — Диппер прервался и оглядел Билла с ног до головы, а затем вновь посмотрел на Форда.       — Диппер. У нас впереди еще долгий поход. Нам всем нужно отдохнуть и приготовиться к самому сложному. Применению этих приборов на настоящих пробах, — Форд вытянул сумку с микроволновыми печами, работающими на ионизирующих батареях, перед собой и вынул одно из устройств, — Я уже давно не делал ничего настолько сложного. И без помощи Фиддлфорда я не уверен, насколько они стабильны. Я взял вас с собой, чтобы вы контролировали ход эксперимента, и, если со мной что-то случится, смогли быстро оказать первую помощь. Именно поэтому нам всем надо быть предельно внимательными. Понимаешь?       — Да, прадядя Форд, — уже гораздо тише ответил Диппер и попытался ближе взглянуть на печь, — И какого рода нестабильность здесь может быть?       — О, любая. Так что будь готов ко всему. Ты тоже, Билл, — Форд впервые за целый день обратился к нему напрямую, и это на секунду сбило его с толку, — Твои знания о скрытых во льдах цивилизациях могут оказаться очень ценными. Даже если ты не хочешь нам о них рассказывать — ладно. Но сегодня ты нам поможешь. Понял?       Прошло то время, когда Форд смотрел на Билла с обожанием, восторгом и юношеской наивностью. Прошло время веселых караоке, настольных игр и захватывающих снов. Прошло то время, когда Биллу было на Форда наплевать. Он уверенно кивнул, но все же не удержался и одарил присутствующих гнусной улыбочкой, чтобы они не забывали, кто именно здесь хранит самые важные знания.       Выдвинулась группа через час, когда в небе не осталось ни единого солнечного луча, поэтому им пришлось пользоваться подготовленными заранее охотничьими фонарями, сполна заправленными тем самым керосином. Во тьме Билл несколько раз спотыкался то о камни, то о корни, то о каких-то мелких животных, и каждый раз как мог пытался удержать равновесие, что получалось с переменным успехом. Диппер все время их пути до снежных вершин упорно молчал, и даже не смотрел в сторону Билла, хоть и явно хотел. Форд же просто иногда пытался его поддерживать после очередного неуверенного шага.       На вершине ночной холод ощущался особенно остро, в окружении пусть и небольшого, но снега, серебристого света взошедшей луны и серых камней. Свет лампы заставлял окружавший их снег блестеть тысячей стразов, размечая дорогу в сторону небольшого заледеневшего углубления, ведущего дальше в горный хребет. Форд уверенной походкой прошел первый, за ним тут же последовал Диппер, и у Билла не осталось больше выбора, кроме как стать завершающим в этой цепочке.       Внутри пещера выглядела пугающе и завораживающе одновременно: плотный прозрачный лед на стенах скрывал за собой фрески и барельефы, высеченные тысячелетия назад, и фонари могли осветить только часть рисунков, пряча в непроглядной темноте некоторые детали. Несмотря на изменившийся климат, эта пещера единственная оставалась скреплена великим колдовством, предотвращающим когда-то неизбежное разрушение породы и стремительное таяние льдов. Билл замечал изображения великой древней расы — единственной, у которой получилось вырваться из Мира Кошмаров без одобрения Великого Аксолотля.       Пройдя еще дальше вглубь, они наконец наткнулись на округлую достаточно большую комнату, заполненную огромными высокими кусками льда. Находящиеся внутри существа напоминали млекопитающее лишь отдаленно, по своему строению походившие скорее на земноводное: нечто среднее между крабом, жабой и ящерицей, и антропология, доступная этому миру, такое существо классифицировать бы точно не смогла. Живого представителя этой расы Билл никогда не встречал, они все погибли еще до того, как ему пришлось покидать собственное измерение. Хотя Билл мог представить, культурой общения они уж точно не отличались.       — Прадядя Форд, ты точно хочешь их размораживать? — неуверенный голос Диппера разнесся по пещере гулким эхом.       — Конечно! Если они и правда некая древняя цивилизация, проникшая в наше измерение, я просто обязан их изучить! Их язык, культуру, поведение, социальные нормы — да что угодно. Это может стать моим новым невероятным прорывом!       После этих слов, Форд как можно скорее достал одну из печей и установил ее прямо напротив одного из кусков льда, настраивая так, чтобы микроволновое излучение оказалось направлено точно в цель. Эта самая цель, кстати, застыла в настолько воинственной позе, насколько было в принципе возможно, обращая еще больше внимания на недоброжелательную натуру странной крабовидной расы.       — Билл, сделай что-нибудь! Ты же сам говорил, что это опасно. Ну так давай, настаивай! — тихо проговорил Диппер, когда Форд увлекся попытками запустить печь.       — Даже не знаю. Мне кажется, Фордси доволен. Не вижу причин его останавливать, — Билл приторно улыбнулся и наклонился ближе к Дипперу; параллельно он услышал небольшой щелчок, и после этого печь шумно загудела.       — Сейчас не время издеваться. Это, конечно, все очень интересно, но мне кажется… Что-то идет не так, — в помещении начинало становиться теплее и теплее, несмотря на все попытки Форда сконцентрировать луч только на один объект, — Я всегда за исследования. Но намеренно выводить из анабиоза каких-то неизвестных существ? Это уже слишком.       — И что ты просишь у меня, Елка? Помочь тебе? — он даже уже и не пытался скрыть глумление в голосе.       — Да, Билл, — с усилием произнес Диппер, — Переубеди прадядю Форда. Я знаю, что это можешь сделать только ты… С меня причитается.       — Ну вот. С этого и надо было начинать! — засветился от счастья победы Билл и тут же принялся за работу, — Только пойди пока погуляй, малой. Взрослым дядям надо побыть одним, — после этих слов Диппер взглянул на Билла с подозрением, но все же вышел из помещения.       Форд сосредоточил все свое внимание на печи, наблюдая за тем, как ее внутренние составляющие с каждой секундой раскалялись сильнее и сильнее, приобретая красно-белый оттенок. Увлеченный процессом, он не заметил, как Билл подошел к нему со спины вплотную и коснулся рукой плеча, а затем лопатки и наконец талии, притягивая ближе к себе. Только после этого движения Форд встрепенулся и чуть повернул голову в сторону Билла, но отходить не стал.       — Перестань, — голос его прозвучал неуверенно, хотя Билл все равно сделал шаг назад и скрестил руки на груди, — А где Диппер?       — Я его отправил подышать свежим воздухом. Ну тут и жара, — Билл театрально помахал ладонью перед своим лицом в попытке остудиться, — Не хочешь немного сбавить обороты? — как только Билл потянулся к печи, Форд схватил его за руку и сжал с такой силой, будто бы намеренно пытался сломать; Биллу на секунду захотелось начать умолять его сжать еще сильнее.       — Хоть одно лишнее движение, и молекулы начнут колебаться не во льду, а в камнях, — руку он все же слегка разжал, пусть и не отпустил полностью, притягивая всего Билла так близко, что тот мог почувствовать на своем лице чужое дыхание, — Ты как никто другой должен понимать последствия малейших изменений в изначальных показателях.       — Эта цивилизация давно мертва, Шестопал. Для тебя она будет скучной и неинтересной. Недоразвитой, — воспользовавшись моментом, Билл сам перехватил его ладонь в свою и снова обнял талию, заставляя Форда забавно покраснеть, — Она сюда попала, можно сказать, случайно. Сама по своей глупости создала брешь, сама от нее же и умерла, — на удивление, Форд немного задумался о сказанном и позволил положить Биллу голову на свое плечо, — Она забыла себя. Потеряла свой мир. Вот это все, что от нее осталось. На самом деле жалкое зрелище… Быть последним представителем своего вида.       Билл прижал Форда к себе настолько, насколько позволяла его сила. Раньше, будучи в теле других людей, он не обращал внимания на большинство вещей: на гигиену, температуру, солнце, на хоть какие-то ощущения, кроме боли. Теперь ему почему-то хотелось почувствовать нечто новое, незнакомое ранее. Когда ты летающий двухмерный треугольник, ни о каких физических контактах не задумываешься. Теперь же у Билла появилось и время, и нужда. Ощутить, прочувствовать, вдохнуть и выдохнуть. Форд сперва не спешил отвечать на объятия, он думал, может быть даже боялся попасть в ту же самую ловушку влюбленности, в которую уже когда-то попал. Но через некоторое время все-таки не сдержался.       Его руки теплые, а ладони широкие и грубые, грудь твердая, но приятная. Билл мог услышать его учащенное сердцебиение, шумные выдохи и почувствовать мелкую дрожь. Ощущение спокойствия заполняло Билла — неизвестное ранее ощущение. Может, когда-то он и мог почувствовать успокоение, но это с ним было так давно, что он уже и забыл, каково это. Когда-то в далеком мире.       — Это не твоя вина.       — Что ты сказал?       Билла будто бы облило ведром холодной воды. Он резко отскочил назад, настороженно вглядываясь в удивленное лицо Форда. Ничего, он совсем ничего не говорил. Биллу послышалось. Показалось. Какая же глупость, думать об этом прямо сейчас, в окружении тающих льдов, высвобождающих мертвую расу. Истории их рас совсем не похожи. У них — глупая случайность. У Билла — намеренный поступок. Гадкий, намеренный поступок, полный желания доказать свою правоту, чего бы это ни стоило. Конечно, это его вина, чья же еще?       — Все в порядке? — обеспокоенный голос Форда привел Билла в чувство, и он смог сфокусировать свой взгляд хоть на чем-то, — Билл, ты выглядишь бледным. И… Что это с тобой?! — Билл слишком поздно почувствовал, как по его лицу пошла длинная уродливая трещина, разрывающая душу на куски; а затем вся гора резко затряслась.       — Прадядя Форд, Билл! Там… Там…- впопыхах начал изъясняться вбежавший внутрь Диппер, — Там камнепад! Надо срочно бежать отсюда!       — Значит, печь все же повлияла на камни… Надо записать, — только Форд коснулся внутреннего кармана своего плаща, чтобы достать записную книжку, как он тут же прервался.       — Форд! Не сейчас, — Билл только и успел, что потянуть его на себя, когда потолок начал разрушаться, и оттуда вырвался крупный камень, нацелившийся упасть прямиком на металлическую голову Форда.       Не успев схватить оставленные вещи, все трое тут же ринулись к выходу, параллельно пытаясь не попасть под падающие им на голову куски крупной породы. Последнее, что увидел Билл перед тем, как выпрыгнуть с Диппером на руках из пещеры, это разрушающуюся микроволновую печь, а затем огромный булыжник, окончательно заблокировавший вход.