Я поцелую каждый твой шрам

Он ощущал лишь холодный кафель под собой, его руки царапали холодную плитку, каждая капля воды прожигала руки, будто жгла раскаленным металлом, тонкие струйки крови тянулись из пальцев, расползались и размывались. Рико вырывал ему ногти, медленно, он любил растягивать удовольствие, он любил, когда Жан страдал. Он смотрел, как кровь стекает в канализационную решетку, смотрел и улыбался. -Что такое Моро? Это что? Слезы? Ты же знаешь, как я ненавижу твои сопли, - Рико пнул Жана ногой в живот.  В глазах помутнело, внутренности сжались, Жан согнулся, следующий удар ноги Рико был в лицо. Из глаз брызнули слезы, Жан знал, ему нельзя плакать, если он заплачет, Рико сильнее накажет его. Нос был сломан, просто раздавлен, из него хлестала кровь. Он пытался собраться, но слезы просто лились из его глаз. - Ты не учишься на ошибках, - Рико схватил его за волосы, и потащил куда-то, Жан знал, знал, что сейчас будет, знал, но не хотел верить. Рико тащил его за волосы, через все душевые к воде. -Рико, пожалуйста, нет, пожалуйста! Я умоляю тебя! - Жан просил, он умолял, он готов был сделать что угодно, только не вода, только не пытки водой. -Ты забыл, как ты должен ко мне обращаться? Как ты смеешь произносить мое имя, жалкая крыса, - Лицо Рико скривилось. Жан ошибся, снова, а он не мог совершать ошибки.  - Господин, прошу, не надо, простите меня, я ошибся, я виноват, пожалуйста! - Жан не мог остановить слезы, он ненавидел все это, он ненавидел весь мир, а больше всего он ненавидел себя.  Рико приволок его к унитазам, грубо хватая за затылок, он опустил голову Жана внутрь, игнорируя все просьбы и мольбы. Жан кричал, все внутри него сопротивлялось, сердце бешено стучало, желудок скрутило, а пальцы пытались разжать мертвую хватку Рико. Жан знал, ему нельзя сопротивляться, знал, но инстинкты самосохранения его подводили, надо было терпеть, но он не мог. В воде смешалось все, кровь, слезы, страх, отчаяние и ненависть, ненависть к себе, Жан знал, что все это, он заслужил, что все это, его вина. Он задыхался, чувствовал, как каждая рана на его теле кричит, старые швы разошлись, а Рико все еще держит его голову не позволяя вздохнуть. Он топил его дольше обычного и Жан даже подумал, что это конец, но нет, Рико не хотел расставаться со своей игрушкой так быстро, было намного приятнее долго пытать его. На лоб Жана текла вода, он не сразу понял, что происходит. Он сделал прерывистый вдох, Рико больше не держал его затылок, но чьи-то руки трясли его за плечи. Кто-то быстро тараторил, все повторял и повторял чьё-то имя.  Только через время он понял, что это его имя, кто-то настойчиво повторял "Жан, Жан очнись, Жан, пожалуйста!" Жан не видел ничего, ему было страшно, он плохо разбирал слова. Слышал голос, добрый и знакомый, он знал его. Чьи-то руки взяли его лицо в ладони, и Жан мёртвой хваткой вцепился пальцами в эти руки. - Забери меня, пожалуйста, помоги мне, - Он не узнал собственный голос. Испуганный, тревожный, слова исчезли и искажались, превращаясь в кашу. - Жан, Жан, посмотри на меня, - "Он" пытался разжать пальцы Жана. - Я больше не могу, не могу! Пожалуйста, я прошу, Господин, хватит! - Жан чувствовал свои тёплые слезы, они скатывались с его щек и капли на пол. Он знал, Господин ненавидит слезы, но он просто больше не мог.  - Жан, успокойся, это я, все хорошо, - Снова повторил "Он", и ему хотелось верить, но паника овладела разумом Жана. Его трясло, сердце быстро стучало, он схватил себя за волосы и крепко стиснул, почти вырывая их. - Не отправляйте меня к нему снова, не надо, я сделаю как вы просите, я все исправлю, - Жана колотило изнутри, казалось, его сейчас вырвет.  - О нет, Жан, нет, - Кто-то обнял его, нежно и трепетно. Жан знал этот запах. Джереми.  - Джереми? - Он отпустил свои волосы, его руки упали на кафельную плитку. - Почему ты здесь, Джереми? Ты не должен тут быть. - Жана снова окутала паника, вдруг Рико увидит его? Что он с ним сделает? - Жан, я должен быть здесь с тобой, дыши ладно? Тут нет никого кроме нас, здесь нет "Господина", - Шептал Джереми, он крепко держал Жана. - Джереми, - Повторил Жан, все еще не веря в происходящее, он просто хотел услышать это имя. Из глаз снова потекли слезы, он обнял Джереми, крепко прижимаясь к нему всем телом, будто он - его последняя надежда. -Да, Жан, я здесь, - Джереми чувствовал, что Жан сейчас просто развалится. Он что-то шептал и повторял. Джереми поплотнее завернул его в полотенце и просто обнимал. - Жан, послушай меня, сделай три глубоких вдоха, и посмотри вокруг, ты в нашей мужской раздевалке, на стадионе "Троянцев", - Джереми говорил мягко, он называл его по имени, не "крысой", не "Моро".   - Джереми, - Ему нравилось это имя, он любил произносить его, от него веяло теплом, с ним не было страшно. - Да? - Его голос, приятный голос, он будет рядом, он защитит его. - Джереми...- В глазах снова потемнело, Жан понял, что вот-вот отключится, он сжал тёплую руку Джереми, и больше не ощущал ничего. Жан очнулся, не понимая, что происходит, он резко вскочил. Ноги подкосились, Жан рухнул на пол. Затылок болел, в его памяти все перемешалось, он не помнил, что произошло. - Ты очнулся? Не нужно было вставать, - Джереми, видимо, прибежал на грохот, Жан столкнул что-то со стола, пока падал. - Ты помнишь, что случилось? - Джереми взял его под локти, помогая встать.  - Ты ударился затылком о кафельные стенки душевой, сильно ударился. Парни услышали твои всхлипы и просьбы. Жан, ты... в порядке? - Он хотел спросить больше, но знал, что нельзя давить на итак раздавленного Жана. Джереми видел, как его трясло и выворачивало, когда Жан вцепился в его руку так, словно больше у него нет ничего, так отчаянно кинулся в его объятия, словно Джереми единственный его выход, последний еле видимый свет в его черной непроглядной тьме.  - Я в норм.. - Рука Джереми скользнула к щеке Жана, закрывая рот.  - Нет, не говори ничего. Я знаю, что это не так. Я видел твои чудовищные шрамы на руках. Но я не видел твоё тело. Жан, кто это с тобой сделал, кто такой "Господин?", - Джереми смотрел жалобно, почти умоляюще. Это тревожное лицо, эти грустные глаза, это доверие. Жан может сказать что угодно, и Джереми поверит.  - Джереми, я не могу, я слишком слаб для этого, я.. - его голос снова задрожал, из глаз опять полились гадкие, мерзкие слезы.  - Все хорошо, Жан, все хорошо. Я понимаю, как это больно, если хочешь, ты можешь плакать, я просто буду рядом. Это не плохо, ты не слабый, ты сильный, я верю в тебя, - Джереми просто обнял его. Но это "простое" объятие значило для Жана слишком многое. Он мог выпустить эту боль наружу, не скрывать ее внутри. Слезы брызнули из глаз, обрушились водопадом, они капали на пол, на диван, они пропитали кофту Джереми, но он не отпускал Жана, он обнимал его крепко и нежно.   - "Он" ненавидел мои слезы, он ненавидел меня, любил издеваться и мучать. "Он" хотел, чтобы мне было больно. "Он" ломал меня каждый раз, разбирал по кусочкам. Я столько раз думал, что умру, столько раз понимал, что это только начало мучений, я не мог делать ошибки, не мог, но я раз за разом их совершал. А за них нужно платить, платить пытками и страданиями. Видишь это? - Жан поднял футболку, показывая шрамы около ребер.  - Он столько раз их ломал, он сталкивал меня с лестницы, вырывал мне ногти и издевался, издевался, издевался.. Иногда мне снится, что он все еще рядом, шепчет мне на ухо, что я бесполезная мокрая крыса, я чувствую, как он режет меня, - Жан замолчал, он увидел перед собой Джереми, потерянного и испуганного. В его глазах было и сожаление и глубокая печаль, и обида.  - Прости, - Прошептал Жан.  - Нет, это ты меня прости, Жан. Посмотри на меня - Он взял его лицо в ладони и коснулся его лба своим лбом. -Жан, - Наверное слишком нежно произнес Джереми, переплетая пальцы Жана со своими.  - Жан, ты никогда больше не услышишь эти ужасные вещи. Ты, Жан Моро, высокий, милый парень, с прекрасными серыми глазами, аккуратными чертами лица, редкой, но такой запоминающееся улыбкой. А еще ты великолепен на поле, и, Жан, ты даже не представляешь сколько раз я в тайне восхищался тобой. Не думай больше "о нем". Все его слова, лишь ложь, - Джереми засверкал своей идеальной улыбкой. Лицо Жана приобрело легкий румянец, он, кажется, никогда не слышал комплименты.  - Я.. спасибо, Джереми, я, наверное, не заслуживаю тебя, ты слишком хорош для меня, - Жан оторвал глаза от этой сверкающей улыбки. Джереми правда был слишком хорошим, слишком добрым, слишком идеальным.  - Ты правда так думаешь? Мне нужно стать плохим, чтобы быть с тобой? - Джереми усмехнулся, мягко глядя на Жана. Ему просто нечего было сказать.  - Ты хочешь быть со мной? - Через время спросил Жан, неуверенно и тихо, будто боялся, что это лишь шутка.  - Да, ты мне нравишься, - Джереми невинно улыбнулся, глядя на Жана, который наверное выглядел глупо. Для него было сложно поверить в то, что такому парню, как Джереми, может нравится такой парень, как Жан.   - Не смотри на меня так. Когда я впервые увидел тебя подумал "Влюбляться в "Воронов" нельзя, но черт, этот парень!". Твой акцент, Жан, это просто пытка, каждый раз, когда ты зовёшь меня по имени, у меня внутри все просто взрывается. А как не сойти с ума, когда ты поджимаешь свои бледные губы? А когда ты увлечен игрой, и на твоем лице появляется озорство? Жан ты мое слабое место, - Джереми много раз думал о Жане, даже когда они не были знакомы, очаровательный Француз, часто вертелся в его мыслях, не давая покоя.   - Я.. - Щеки Жана покраснели окончательно, он просто молча смотрел на Джереми, ища в его глазах ложь. - Жан, все, что случилось с тобой в прошлом, вся та боль, ты не должен был ее проживать, ты заслуживаешь только хорошего и только лучшего. Позволь показать, чего ты по-настоящему достоин, - Джереми взял Жана за запястье, проскальзывая пальцами под рукав кофты.  - Можно? - Взгляд Джереми был невиновным, или хотел таким казаться, и Жан знал это, но он просто хотел чтобы Джереми продолжал.  - Да - прерывисто выдохнул Жан, нервно сглотнув. Джереми положил вторую руку ему на щеку, еще раз посмотрел в глаза, приблизился в плотную и поцеловал, легким прикосновением к мягким губам, сминая их, растягивая удовольствие и постепенно углубляя поцелуй, осторожно и так нежно. Он хотел вытянуть из души Жана самое тёмное и больное, забрать в этот поцелуй, и растворить в их любви, с каждым движением языков, он хотел заполнить Жана счастьем до краёв, он хотел, чтобы это поцелуй остался в его памяти как самое яркое и трепетное воспоминание. Он не хотел отрываться от него.  - Жан, - Джереми хотел что-то сказать, но Жан обнял его за шею, положив руки на затылок, подталкивая обратно к своим губам, Джереми и не думал сопротивляться. Просто закрыл глаза, растворяясь в его губах, думая только о нем, и как приятно его целовать, каждый раз вздрагивая от нежных прикосновений. Жан сжал волосы на его затылке, и от этого сердце Джереми загорелось каким-то странным трепетом, вызывая волну дрожи по всему телу.   - Жан, я расцелую каждый твой шрам, - Еле слышно прошептал Джереми, прислонясь губами к мочке уха Жана. Оставляя дорожку поцелуев на его истерзанной шее, спускаясь к ключице, целуя плечи. Жан задыхался, все непонятные эмоции и чувства перемешались, сгорая и взрываясь. Он не знал, как обычные поцелуи могут вызывать столько ярких ощущений, но разве может быть хоть что-то связанное с Джереми простым?   - Джереми, - Проурчал Жан, просто чтобы еще раз услышать это имя. Пальцы Джереми скользнули под рубашку, оголяя ребра Жана. Его кожа, холодная и бледная, под тёплыми ладонями Джереми стала пылать, каждый поцелуй, каждое аккуратное касание, вызывало мурашки по всему телу Жана. Он уже просто забыл, как дышать, все что ему оставалось, это чувствовать, чувствовать лёгкие, нежные касания губ. Джереми целовал его руки, запястья, предплечья и снова шею, затылок и спину, лопатки, позвоночник. Джереми, кажется, уже целовал все без разбора, ему нравилось целовать Жана, ему нравится Жан. Он, наверное, расцеловал каждую клеточку его тела, и даже расстроился, когда понял, что целовать больше нечего.  - Джереми, у меня есть еще один шрам, но..- Жан покраснел и глупо, смущенно улыбнулся, поджимая губы.  - Где? -