Внимание

Томные вздохи с редкими стонами вязко наполняют мрачную комнату. Раскалённый воздух оседает, словно в бане, заставляя испарину появиться на лбу. Чужое тело участками прилипает к собственному, а простыня под Славой давно скомкана. С каждым толчком слышатся всхлипы и в некоторые моменты задушенные стоны. Мирон целует острые ключицы, щекоча отросшим ёжиком чужую линию челюсти. Он перехватывает запястье Машнова, приковывая его к кровати. Последующие толчки приобретают более быстрый темп. Каждый стон партнёра исполнитель поощряет лёгким поцелуем в бледную шею. Через мгновения Мирон уже вдалбливает Карелина в постель, крепко стискивая его бедра до заметных синяков. Найдя нужную точку проникновения Фёдоров попадает по комочку нервов, заставляя Славу заметаться по подушке с широко распахнутыми глазами. Следующее попадание и Машнова выгибает дугой, он судорожно пытается ухватиться за руку Мирона. Тот схватывает ладонь партнёра, сплетает пальцы, шепчет комплименты и успокаивает его. У Славы яркие круги перед глазами и возбуждение набатом стучит по вискам, отключая связь с окружающим миром. Карелин оставляет такие же яркие полосы на чужой спине. Сквозь стоны и вздохи он начинает: — Прошу, обрати на меня внимание, узнай меня, пойми меня. Я не просто левый выебистый фанатик. Сколько ещё мне нужно будет из кожи вон лезть, чтобы ты понял и заметил меня? – и, уже полу шепотом,– я тоже хочу ласки и заботы. Как в бреду лепечет Гнойный запинаясь и повторяя несколько раз. Мирон слушает в пол уха. Меньше всего он хочет сейчас впитывать в себя горячий монолог Славы, но соврет, если скажет, что не вникал в слова, не оставлял в черепной коробке. Он обманывал себя тем, что хочет от Машнова лишь секс. Но сейчас он хочет забыться в чужих хрипах, раствориться в чужом теле или забрать себе его частичку, стать единым целым. Последним попаданием по простате Карелин со вскриком кончает себе живот, обмякая в руках партнёра. Спустя несколько глубоких токчков Мирон догоняет его сливая внутрь, мельком осматривает славино лицо. Красные от поцелуев губы приоткрыты, мокрая челка прилипла ко лбу, а глаза устало прикрыты. — Обязательно.. Прорывает тишину Мирон. Он выпотрошит его содержимое, вскроет все швы и слабости, узнает обо всем, сломает все лживые маски желчи и яда и сожрёт, примет в себя, не оставляя ни кусочка. Присвоит себе. Чужие руки скатываются по спине, слышится тихое сопение.