Демьян

Демьян был покладист и кроток. Это меня всегда заводило, особенно сейчас, когда парень стоял передо мной на коленях. Взгляд его был устремлён в пол, а руки сложены в замок за спиной, закушенная губа и покрасневшие щёки выдавали его волнение. - Можно мне... мннн... Парень был прерван на полуслове из-за включившегося устройства в его пока ещё тугой заднице. Бедный, он видится всем таким сильным, спокойным и в какой-то мере чистым. Но я знаю, что этот "образчик истинного мужчины" любит подчиняться. Молча, делая смущённый вид. Со стороны, кажется, что ему стыдно, вот он и краснеет, а дышит глубоко и часто — так это от злости к себе и его мучителю. Но на самом деле ему доставляет кайф мысль, что ему в зад вставили вибратор, соски намазали охлаждающей мазью и что ему каждую свою фразу надо заканчивать обращением "мой господин". - Снова забываешь об уважении, сучонок? - Простите, мой господин, — Демьян делает судорожный вдох и чуть прикрывает веки. - Ложись спиной на пол. Демьян выполняет приказ, тихо, почти неслышно, шепча "да, мой господин". Я уже много раз себе представлял свои трусы, пропитанные спермой, у него на лице, поэтому, недолго думая, отдаю ему приказ лечь на кровать животом кверху так, чтобы голова была на краю. Глубокий горловой. Этот чудный вид минета Демьян делает замечательно, несмотря на периодически возникающие рвотные позывы. Его горло горячее, узкое, невероятно возбуждает, но я держусь. Плавно, неспешно я трахаю парня в рот, слушая хлюпающие и хриплые звуки, не принимая его попыток отдалить меня. Демьян легонько придерживает мои бёдра, пытаясь замедлить ритм, чтобы дать ему передышку. Но я только зажимаю его нос. И вот через несколько секунд стенки его горла начинают сжиматься и разжиматься из-за нехватки воздуха. Мой член выходит изо рта парня с громким чмокающим звуком. "Какой же он красивый, сукин сын", — думается мне, пока я смотрю на Демьяна сверху вниз. Губы ярко-розовые, призывно открыты, по подбородку и правой щеке разлилась густая белая сперма, взгляд затуманен. Про задумку с трусами я опять забыл. Всё из-за него. Из-за этого великолепно узкого, горячего горла и громких стонов, исходивших из него. - Сегодня ты не кончишь, пока я не услышу искренних извинений. С этими словами я закрепляю кольцо у основания его члена. Парень удивлён, но ничего, кроме тихого и покорного "да, мой господин", не произносит. Я вынимаю маленькое устройство из ануса, который сейчас чуть пульсирует. "Смазывать или нет?" Не успев решить для себя этот вопрос, чувствую руки Демьяна, направляющие мой член к его заднице. - Прошу вас, господин... пожалуйста... мне... - Пха, чёртов засранец, — парень всё ещё пытается насадиться на меня, — руки убери. Лучше растяни себя. И не меняй позу. Вот так, стоя на коленях и упираясь лицом в матрац, Демьян обильно смачивает слюной два пальца и без особых проблем проникает в себя. - Ммм, замечательно, — его вторая рука тянется к члену, за что я тут же шлёпаю парня по правой ягодице. - Будешь своевольничать, я тебя посажу в "угол". Он вздрагивает. В качестве наказания за особо грубое нарушение правил у нас есть угол, где надо встать коленями на сушёный горох. Трогать себя в течение 20 минут наказания запрещено, иначе увеличивается время самого наказания. - Не слышу извинений, щенок! Шиплю его на ухо, притянув парня за волосы. - Мннаах... простите меня, господин. Я... исправлюсь, госпо...дин... простите, прост...ите, простите... В голове сплошной морок, сердце бьется глухо и часто, отдаваясь набатом в ушах. Руки Демьяна раздвигают ягодицы, предоставляя на обзор волнующее зрелище. Я рывком вхожу в парня, вызывая у него болезненный стон, но в заднице так узко, так жарко, так... так... - Подайся назад. Ну же! Парень стонет, забывая про обращение, но приказ выполняет; медленно он начинает двигаться на моём члене, тихо шипя от боли. Тут он делает круговое движение бёдрами, и в какой-то момент стенки сжимаются вокруг моего члена сильнее, а сам парень охает, но темп не ускоряет. Поэтому, крепко схватив сучонка за бёдра, я начинаю быстро вбиваться в него. Сукин сын вроде что-то пытается сказать, но яйца уже готовы взорваться и пальцы на ногах сводит поэтому сильно укусив парня в плечо, я кончаю. Сквозь звон в ушах я слышу, как мой раб просит прощения, умоляет снять кольцо с члена. Сняв ограничитель с парня, я кладу руку на его всё ещё просящий ласки орган. Немного подумав, я устраиваюсь у Демьяна между ног и провожу языком по налившейся кровью головке, задевая уздечку, а рукой играюсь с яичками. Как и ожидалось, парня не хватает и на пару минут, с громким стоном кончив, он засыпает почти сразу, пытаясь что-то сказать.