ты найдёшь меня во тьме

      Уже лето… ровно год как Итер чёрт его знает где. Полиция то и дело разводила руками, да ещё говоря, что у них и без того дел по горло и кидать все дела ради одного глухаря они не намерены. Впрочем, они правы. Разомкнув глаза Люмин чуть поморщилась от яркого солнца, вся мансарда была освещена тёплым светом, а кухня в полутьме в такие моменты так и манила приготовить вкусный завтрак, но не Люмин, Итера. Каждый раз ночуя у сестры он рвался спать именно наверху, под звездным небом, а когда та поднималась с Дайнслейфом на кухню чтобы позавтракать их уже встречали блинчики, политые сиропом, а после завтрака встречала картина в виде лежащего Итера на полу в обнимку с подушкой. Он часто предпочитал спать на одеяле как на матрасе и именно на полу.       От воспоминаний она поджала губы и потёрла глаза. Казалось, лето пора, когда можно выдохнуть и чуть-чуть отдохнуть от учёбы, к сожалению, не сегодня. Остался экзамен. Улыбнувшись, та примкнула к любимому, а на его мычание стала трепать его по голове. — Пора вставать соня, — проговорила Люмин окончательно поднимаясь потягиваясь. — Ты сегодня поздно вернёшься? — Честно… без понятия, если не поставят совещание должен вернуться пораньше, а если будет придётся остаться там, – наконец открыв глаза произнёс Дайн, как тут же встретился с недовольным взглядом жены. — Люмин, мы уже говорили на эту тему, я не смогу оставить эту работу, а работа в офисе это, правда не моё. — Тут дело наверное, не столько в том, где ты работаешь, а в том что после твоего возвращения они не дают тебе нормально отдохнуть, заваливая работой как проклятого. Если я узнаю, что это ты оказывается добровольно не берёшь отпуск, я тебе такой курорт устрою. — Я понял тебя, с тобой шутить не стоит, я помню.       Поцеловав Люмин в щёку, он также поднялся. Пару раз потягиваясь девушка направила свой взгляд в окно тяжко выдыхая, её постоянно мучали навязчивые мысли, но именно сегодня к ним добавилось ощущение, словно должно что-то произойти, и это будет что-то не очень хорошее.       Попрощавшись с Дайнслейфом, в голову вновь ударила тревожная мысль, вплоть до того чтобы остановить супруга и попросить остаться, сославшись на отказ от антидепрессантов, направилась собираться на экзамен.

***

13:49

      Экзамен прошёл гладко. Отпраздновать Люмин решила вместе с Гань, Тао и Сахарозой в кафе около их кампуса, где в зачастую работали именно студенты. Выбрав столик у окна, за которым остались Гань и Сахароза, перед этим сообщив о желаемых напитках и кусочках выпечки, девушки направились к кассам. — Выглядишь свежее, и экзамен хорошо сдала, жизнь налаживается, станет ещё прекраснее, когда твой братец вернётся, — взяв Люмин под руку проговорила Тао. — Я этого жду уже слишком долго, меня пугает это чёртово ожидание, знаешь… я не должна так думать, но всё равно про это проскакивают мысли, я боюсь в один день услышать по телефону, что они нашли тело, предположительно Итера, а потом на опознании я с родителями окончательно в этом смогу убедиться. Я стараюсь об этом не думать, но как понимаешь, не особо то у меня это выходит. — Да, понимаю. Но я после смерти дедушки у себя на руках, не знаю, год или два пыталась прийти в себя, это может показаться невозможным, зависит от человека. Почему-то я верю, что ты даже при худшем раскладе не сломаешься и будешь жить тогда за двоих, только не обижайся, я это говорю не со зла. — Я всё понимаю, и мне даже как будто приятно это слышать, ласковые слова приятны, но и правду тоже нужно слушать, — улыбнулась девушка, положив руку на плечо подруги, как дошла уже их очередь поэтому, разговор всё равно пришлось прервать. — Здравствуйте, можно пожалуйста мокко с кокосовым чизкейком, два капучино и матчу с этим кусочком пирога.       Даже у кассы где-то в глубине души разносилось это гнетущие чувство плохого предчувствия, как же оно давило на неё. Нервно постукивая пальцами по стойке, она не сразу расслышала просьбу поднести карту к терминалу. Вывело их размышлений её то, когда Тао взяла её за руку поднося тем самым к терминалу кисть руки со сжатой пальцами картой. Конечно, сразу она перевалила всё на сильную усталость после экзамена и просто не верит, что у неё сейчас будет больше времени передохнуть.       Тем временем за столом Гань сидела с Сахарозой обсуждая планы на лето. Они почти не были знакомы, только если через общих знакомых. В глаза Юй ярко бросились моменты, когда её собеседница то и дело поглядывала в телефон словно ждала какого-то сообщения или звонка, но из-за постоянного почёсывания рук, создавалось впечатление что ей и вовсе некомфортно. — Если ты не хочешь разговаривать, я не против, не заставляй только себя. — О. Нет. Всё хорошо, я просто… жду звонка от отца, он уже два года на своей работе работает как проклятый, сегодня резко попросил меня приехать к нему помочь провести анализ, не знаю странно это или нет, может я зря ищу подвох в его просьбе. — Ну, когда до этого таких предложений не поступало, то это да, будет странно и ждать подвох может и стоит, но если у вас всё же хорошие отношения, то кажется это вполне нормально. — Возможно, ты и права… — выдохнула Сахароза как сразу перед ней оказался стаканчик с матчей и тарелочкой пирога вызвав у неё на лице почти сразу улыбку. — Юй, я надеюсь ты не из-за своей диеты не захотела пирог? — с неким недоверием переведя взгляд на ней произнесла Тао падая на стул отпивая свой кофе.       Люмин отчётливо помнила, как Гань комплексовала из-за своей полноты в старшей школе. Она потеряла родителей, а горе стала заедать по ночам, и сама того не заметила, как стала мишенью обидных шуточек. Какое-то время она пыталась не обращать на это внимание, но, когда дело дошло физических рукоприкладств от той самой стильной группы девчонок, которые так и считали, что их мнение — истина. Когда Юй не смогла найти свои вещи в шкафчике, а потом обнаружила их в туалете, может и не так её это сильно задело, как задела следующая выходка. За спиной показалась одна из девушек с ведром воды, окатив жертву водой, из кабинок показались ещё две подружки с телефонами снимая всё, издавая при этом обидные комментарии. Подорвавшись с места, Гань Юй покинула туалет, не смотря на оставшийся там рюкзак. После этого события она стала придерживаться строгих диет, вплоть до голодовки на всю неделю. Всё закончилось тогда, когда её нашли без сознания в комнате. Реабилитация ещё не закончилась, но кажется будто иногда всё было бесполезно, и всё возвращалось на круги своя. Но подводить дядю, Сяо и Ху Тао она не хотела, поэтому иногда через не хочу она пыталась есть.       Сахароза молча подвинула тарелочку к ней и мило улыбаясь разделила кусочек пирога на две половинки. Словно чувствуя взгляд Тао на себе, Гань всё-таки приняла его, начав есть запивая кофе. Вкус был прекрасен, она уже и забыла, что черничный пирог такой вкусный. Повернувшись к рядом сидящей девушке, она протянула: «спасибо». Люмин с Ху Тао только посмеялись, видеть, как она спокойно ест и есть самая главная награда.

***

20:16.

      Сахароза вышла из такси обнимая сумку. Здание находилось в паре кварталов от места куда она приехала, как ей объяснил отец это сделано ради безопасности, ведь лаборатория была секретна. Быстро найдя нужное здание, по большей части оно походило на заброшенный склад, вход был сзади здания. Показав пропуск и назвав имя отца, её пропустили внутрь, но вдохнуть с облегчением не получилось, ибо массивный мужчина стал за ней тенью достаточно резко толкнув её в сторону одной из дверей как бы намекая, что одна тут она ходить точно не станет. Перед этим сумку забрали осматривать, а телефон выключили, положив в один из ящиков. Ей хотелось прямо сейчас вернуться обратно домой, нежели продолжать чувствовать это давление.       Спустившись на нужный этаж, её отвели в нужную комнату, где показали, что оставил отец ей для работы, сам он на данный момент находится в другом месте. Как бы не было удивительно, но её оставили одну в помещении, а на коридоре послышались шаги, а за ними скрип прибытия лифта. С одной стороны, это очень странно что такой досмотр был на входе, а уже внизу оставили одну. Отогнав эти все теории почему так, она приступила к работе вынув толстый учебник, который, казалось, держался на честном слове, пару пробирок и реактивы. Надев халат и очки, натянув перчатки с маской она приступила к анализу веществ.

22:46.

      Откинувшись на спинку стула, Сахароза устало смотрела в потолок стянув душный респиратор на шею. Анализ наконец был закончен, осталось только разложить бумаги в папку, и она будет свободна. Как только она взяла кипу бумаг она поняла какая же тут тишина, словно она тут одна совсем, только пару раз было слышно голоса, будто где-то в конце коридоре. Дёрнув за ручку двери, она покинула комнату также обнимая сумку. Подходя к лифту в глаза, бросился электронный замок, а это значило, что без ключ-карты (которой конечно же у неё не было), она не сможет подняться. Хмыкнув, она уже хотела достать телефон, которого конечно, тоже не было в кармане, поджав губы стала осматриваться в поисках либо работников, либо хоть какого-нибудь средства связи.       Словно этого было мало, резко потухает свет, а через минуту включился вновь, но стал красным сопровождаясь громкой и такой противной сигнализацией. С одного конца коридора бежали два мужчины, Сахароза уже хотела к ним обратиться с просьбой покинуть этот этаж, но они проносятся мимо неё настолько быстро, что та сама и не заметила, как оказалась лежащей на полу. Нащупав очки и проверив их на целостность, надела на нос. — Что тут происходит… — решив проверить удачу, она направилась в конец коридора откуда они убегали, из-за мигающего красного света, стала болеть голова, но помещение к котором она оказалась было похоже на тюрьму. Сахароза встала как вкопанная. Раздавшийся хрип где-то из одной из камер заставил ту дрогнуть и захотеть сбежать прямо сейчас. — Кто здесь? — Сахароза?.. мх… это ты?.. — Что?.. Итер? Это ты? — бросившись к одной из решёток она постаралась в темноте разглядеть её узника, но этот мигающий красный свет только мешал.       Но уже потом к решёткам прикоснулись худые руки. А лбом он ткнулся в железные прутья, открывая взору блондинистый затылок, изрядно выпачканный в крови. Золотые волосы… длинные золотые волосы, сомнений не осталось, перед ней стоял пропавший брат однокурсницы. Аккуратно протянув руку через решётку, она дотронулась до чужой щеки поднимая голову. Сказать, что она была напугана, это было ничего не сказать. Нос был разбит, чудо если не был сломан, один глаз был увенчан гематомой, от чего казался заплывшим.       Стоять долго и разглядывать его было не лучшей идеей, нужно было придумать, как вытащить его от сюда до прихода охранников. Подбежав к столику, около которого стояло два стула, само говорило о том, где сидели мужчины. Долго искать благо не пришлось, через пару минуту она держала в руках связку ключей. Отворив дверь в руки, почти сразу обессиленно рухнул парень, кое как удержавшись на ногах, она крепче его обняла, на удивление он был лёгкий, поэтому особо труда его перетащить в коридор не стоило. Вместе с этим стихла тревога с мигающим светом. Дойдя вместе до лифта, они услышали шаги и знакомые уже голоса, что заставили Итера, съёжится и заметно занервничать. Посадив его в угол, который не виден со стороны коридора, Сахароза остановила мужчин и мило улыбаясь спросила о том, как можно активировать лифт, чтобы подняться наверх, перед этим показывая своё разрешение. Нехотя они сказали код и также быстро ушли. — Сахароза… уходи, ты не должна это делать, ты же сама понимаешь, что добром это всё не кончится, — смотря в пол прошептал парень. — Я без тебя не уйду, тебя уже все обыскались, а как о тебе волнуется Люмин? А твои родители и друзья в конце концов. Это чудо что я тебя нашла и так легко смогла вызволить, я не знаю, почему ты тут, но теперь я хочу узнать причастен ли к этому мой отец…

***

      Словно как какой-то смешок судьбы, они смогли покинуть это место без особых усилий. Ощущения что их прямо сейчас схватят не уходило вплоть до дома Люмин. Всё также придерживая его под локоть, она неуверенно перевела на него взгляд. — Ты точно уверен, что мне не нужно идти с тобой? — Да, я думаю лучше сам всё ей объясню, спасибо, что решила не вести в больницу… — Я считаю, что тебе стоит показаться у врача, раны серьёзные.       Но последнюю фразу он не услышал, скрывшись за тяжёлой дверью подъезда. Очень не хотелось прямо сейчас нарваться, на кого-то из соседей, объяснить его состояние и вид какой-то вечеринкой будет затруднительно. Оказавшись у нужной двери, блондин на секунду и засомневался, хотелось струсить и убежать. Пару раз выдохнув он всё же постучал. Ни звука, ничего не было слышно, казалось, в квартире и никого не было. Постояв так около трёх минут, парень уже хотел развернутся чтобы уйти, как перед ним стояла не менее ошарашенная Люмин. Из рук мигом выпало два пакета с продуктами, хлопая глазами девушка смотрела на брата, так, словно перед ней стоял призрак. Прикусив губу, он отвёл глаза в сторону, почему-то стало очень стыдно перед ней. — Прости, Люмин, что я заставил тебя волноваться, — смотря в пол произнёс блондин, не сразу заметив как та оказалась рядом и также резко она прижала брата к себе, не смотря на его раны, она всё равно обнимала его крепче и крепче (хотя Итер-то особо и не сопротивлялся), он сам почти обмяк в чужих руках, будто только сейчас боль истерзанных ног дошла до мозга и стоять ему были слишком невыносимо. — Дурак ты… какой же ты дурачок… Как я могу на тебя злиться? Ты был чёрт знает где, ещё думаешь, что я буду зла… в этом весь ты, — ещё сильнее стискивая его в объятьях, но ей не нравилась что брат не проявляет сейчас тепла, он просто принимал его, но не отдавал, так никогда не было… ***       Итер лежал на кровати смотря в окно опустошенным взглядом. Казалось его сейчас ничего не интересовало, ничего не заставит и шевельнуться. Волосы наконец приобрели из красного оттенка родной медовый, но под глазами помимо синяка красовались мешки, губы разбиты. На теле была только одна растянутая и хорошо так выстиранная (изношенная) футболка, которая всё равно не скрывала синяки на ключицах, на руках вместе с порезами и разбитые пальцы. На ногах не было и живого места, синяк на синяке, колени разбиты, как и ступни. Люмин как могла попыталась его подлатать, говоря о больнице, на что он стал отказываться, говоря, что всё не так плохо.       Городская суета даже почти в 12 ночи поражала, он никогда не замечал, что люди так спешат, именно ночью, словно ночью жизнь начинала кипеть сильнее нежели днём. Вон там мужчина бежит из автобуса, а там идёт компания подростков, явно с бутылкой алкоголя. Из-за этой суеты ему хотелось открыть окно и высунуться к ночной прохладе, почувствовать её приятные прикосновения, не было никакого страха высоты. Из мыслей вывел стук о входную дверь, а затем голоса, которые он не особо расслышал, не говоря о том, чтобы догадаться кто там (одно было точно, там была Люмин). Выдыхая, парень провёл рукой по лицу с желанием уснуть как можно скорее, но сон так и не шёл. О чём могла идти речь, если лежачие положение вызывало в парне не шуточную волну боли, но которую он умело скрывал. Услышав звук открывающейся двери Итер тут же, отвернул голову тем самым скрыв измученное лицо, только чтобы сестра не увидела это. — Итер, ты как? Умиротворённое лицо тут же сменяется искренним удивлением, желанием подскочить и уставится на вошедшего гостя, которого он меньше всё ожидал тут увидеть. — Сяо. Ты что тут делаешь? — не поворачиваясь к нему проговорил Итер, но заметно поджав губы. Сяо был самым последним человеком, перед которым он хотел бы предстать в таком виде. — Люмин, сообщила о твоём возвращении в чате и… я решил лично прийти, ведь обещал тебя защищать.       А… то самое обещание, о, как же оно давно было, ещё в старшей школе… Итер был мишенью издёвок из-за внешности, ведь как парень может быть таким женоподобным, чего стоили издёвки из-за косы. Не то чтобы он расстраивался и сильно обижался из-за этого, отнюдь, к этому времени он привык к травли и почти не обращал на это внимание, пока конечно это не переходило черту, как в один из дней, когда пять человек из его класса решили помочь ему подстричь кончики. Сил драться с ними не хватало, да и имело ли это смысл, когда их в пять раз больше. Когда он свалился на колени, а руками зажав нос, из которого хлынула кровь, за косу потянули вверх, подставляя под ножницы, летели какие-то шуточки, явно обидные, но которые парень не слышал. Но их плану не удалось исполниться, когда Итер открыл глаза громилы уже валялись на полу мыча что-то несвязное, а перед ним стоял незнакомец не высокого роста. Чуть взъерошенные тёмные волосы, яркие лазурные пряди, глаза смотрели точно в душу, из-за чего по спине на секунду пробежал холодок, он был одет в чёрную водолазку без рукавов, почему в глаза также бросилась довольно большая татуировка. «И часто тебя зажимают так?», «М… с класса второго?», «Почему ты с этим ничего не делаешь?», со смешком парень оттягивает ворот свитера показывая шрам на лопатке, «Да и я получил предупреждение от директора, ещё одна драка с моим участием и меня отстранят от учёбы», «Да ты безнадёжен парень… давай я тебя буду защищать, просто позови меня, когда эти парни решат тебя снова окружить». На лице побитого парня, с опухшей щекой и кровотечением, увидеть такую искреннюю улыбку, было слишком необычно, он не злился, он не ревел, он… был в порядке? «Ты забыл назвать своё имя, чтобы я тебя в случае чего звал», «Сяо», «Итер, приятно познакомиться!» — Ты до сих пор держишь это обещание? Сяо, что за глупость… — измученно протянул блондин, положив руки на лицо, но вместе с тем он также резко схватился за торс от боли в районе рёбер. — Ты был в больнице? Или ты всё ещё… — Не был я там, да я всё ещё боюсь врачей, и я не в том сейчас состоянии чтобы слушать нравоучения. Я просто хочу… отдохнуть… и забыть всё, — сжав в кулаке футболку на уголках глаз выступили слёзы.Через минуту парень резко подорвался к краю кровати, где его вырвало.       Сяо быстро оказался рядом и взявшись за чужие плечи, стал поддерживать, до тех пор, пока на руке не почувствовалось совсем призрачное касание. Но отпускать он не стал, лишь помог аккуратно лечь обратно на кровать, крепко держа чужую ладонь. Спрашивать о чём-либо было сейчас не лучшей идеей, кажется, как и в ближайшее время, только если Итер сам решит поделиться этой историей. Беря в руки одеяло чтобы укрыть лежащего блондина, Алатуса хватают за руку, да так сильно, что он издал шумный выдох. — Мне страшно… я до сих пор чувствую чужие прикосновения, — не поднимая глаз пробурчал блондин.       Садясь на кровать Сяо аккуратно сажает парня к себе перед этим обернув его в одеяло. Положив голову на чужую макушку, одной рукой поглаживал по спине, а другой сжимал чужую ладонь, за которую он и сам схватился мёртвой хваткой. Но взгляд всё также был направлен в пустоту. Минут десять продлилась полная тишина, до тех пор, пока блондин не отпустил чужую руку на долю секунды, но тут схватился за неё уже двумя, прижимая её к себе. — Я не помню сколько это продолжалось, но… началось это после того, как на мне перестали ставить опыты, руки были помню синюшные, — тут же он обнаружил с какой силой Алатус сжал его руку, хмыкнув отвёл глаза в сторону, а после и вовсе закрыл. — Я большое количество времени проводил в камере, а за мной следили двое мужчин. Я уже точно не помню после какого времени они стали относится ко мне как к скоту, но им позволили меня избивать каждый раз вкалывая мне новый препарат, как я правильно понимаю это были транквилизаторы, но разные, каждый сопровождался своим побочным эффектом. Пока они не перешли границу дозволенного и не стали… насильно, — он осёкся, вроде в голове перебирая варианты как именно это сказать, но по тому, как его руки были тут же полностью скрыты чужой рукой, а сам он прижат к Сяо плотнее чем ранее, они поняли друг друга без слов. — Чувствую себя грязным, но даже после часа, проведённого в ванной, мне это не смыть… — Сколько это продолжалось? — мх… пять месяцев? Не помню, я там потерял всякое чувство времени. — Итер тебе нужно сходить в больницу, ради твоего же блага, тебе не нужно идти одному, Люмин тебе точно не откажет, Венти, Скарамучча, у тебя же много друзей. — А у них у всех есть своя личная жизнь и планы, а тут я как снег в мае. Да и… я помню, что у вас завтра годовщина (ну вернее сегодня, ведь уже стукнуло заполночь), и вы явно организовали себе свидание, а свидание в больничных стенах — это самая ужасная идея. — А как же Сказитель? — Мы с ним просто друзья, у него своих проблем хватает. Сяо, я правда в полном порядке, просто нужно отлежаться, мне нужно завтра заглянуть во множество мест, начиная с полиции, заканчивая родителями, мне не до больницы. — Но, если что-то случается с кем-то из нас, ты первый бежишь с аптечкой или медицинскими знаниями, что делать в той или иной ситуации. А, ну ещё ты же первый волочёшь в больницу, даже из-за падения обернувшиеся царапиной. — Потому что я за вас искренне переживаю? Сам вспомнил об обещании, а теперь вспомни как я упал с лестницы в руках с Кли, я чётко сказал, что мне плевать, что будет со мной, только бы вы не пострадали.       Он отлично помнил те его слова, отделался он достаточно легко, никакого сотрясения не было, отделался вывихом руки и плеча, его силком заставили пойти в больницу в тот день. Жертвенность Итера никогда не приводила к чему-то хорошему, а только вредила ему. Да, в тот день он спас маленькую сестричку Альбедо, и малышка даже засмеялась когда они поднялись, называя Сору героем. При этом, все понимали, что это не предел, он бросится даже в горящее здание, на тонущий корабль, да даже с обрыва прыгнет, но обязательно попытся кого-то спасти. — Стоп… вы со Скарамуччей просто друзья? Вы же встречаетесь, — с явным недоумением проговорил он, глядя в чужое, такое не свойственное ему, безэмоциональное лицо. — в конце лета ты это рассказал, когда мы в общежитие заселялись. — Сложно объяснить какие между нами были отношения, сначала мы и правда стали встречаться, а потом через месяц, поняли, что и не совсем подходим друг другу, а потом просто не рассказали вам о том, что решили расстаться. Держать глаза открытыми с каждой минутой становилось труднее, пока блондин всё же не сдался и не уснул в чужих руках. Стоило Сяо уложить его на кровать и подоткнуть одеяло, он заметил как спящий парень стал что-то тихо бормотать, а после вытянул руку на вторую половину кровати начав по ней водить рукой, и в этом неразборчивом бормотании удалось услышать одну жалобную просьбу. «останься»