Последний взлёт

***

- Я это знаю. Но не понимаю, почему ты не остался после суда. Почему ты ушёл, опять ушёл, ни сказав мне ничего? - В голосе мужчины была слышна обида, от которой старшему хотелось спрятаться куда-нибудь, лишь бы не видеть разочарование на лице ребёнка. - Прости. Я думал, тебе нужно будет время, чтобы перевести дух, прежде чем начать разговор. - Глаза Танджуро старались смотреть в лицо мужчины, но они сразу убегали, лишь бы не встречаться с главным страхом. - А спросить меня об этом ты не додумался? Видимо, умом я явно пошёл не в тебя... - Недовольно фыркнув,  Танджиро поспешил к шкафчику, откуда вновь достал бутылку с виски и заварил свой алкочай. - Прости. Мне очень жаль. - Я знаю, но мне от этого не легче. Наоборот, кажется, что этими словами ты пытаешься поскорее отвязаться от моего нытья и "глупых" обид. - Хоть младший Камадо стоял спиной к отцу, он нутром чуял, что тот болезненно скривил лицо, от чего не хотелось возвращать взгляд на него. - Прости. - Поднявшись с места и позабыв о своих сэндвичах, мужчина аккуратно подошёл к сыну и выжидающе уставился на него. Постояв минуту, Танджиро нервно втянул воздух, после чего чуть приподнял руки, позволяя Танджуро обнять себя. Недолго думая, мужчина припал к дрожащей спине и, не слишком крепко обнял его. Для старшего, это время стало прекраснее всех тех лет неведенья. Они ещё долго стояли так. Танджиро мелко дрожал, пытаясь сдержать то ли гнев, то ли слёзы, в то время как его отец аккуратно поглаживал его по голове. Какое-то время спустя, мужчина всё же развернулся, крепко обвивая руками Танджуро. Винные глаза были пусты, словно живая искра покинула их, оставляя лишь бордовую бездну. Мгновение и искорки полились из глаз, падали на пол и тихо разбивались. Чем дольше это длилось, тем тусклее становился цвет, в конце концов став похожим на кирпич. Сухой и безжизненный. Всё наконец-то стихло, оставляя возможность рассуждать только мозгу, не отвлекаясь на ненужные эмоции. Вот только сердце было против такого. Оно требовало высказаться, рассказать всё, что накопилось за столько лет молчания. Столько всего нужно было сказать... Но как сделать это, если язык не мог сплести все те слова, что кружились в голове. - Я так устал... - Я знаю, солнышко. Я знаю. Мужчина аккуратно усадил сына и протянул ему чашку с тем чаем, что был уже давно приготовлен самим Танджиро. Младший машинально сделал пару глотков и оставил чашку. Видимо, вкус алкоголя, резко ударивший по рецепторам, вернули в реальность. - C’est la vie... - Тяжело вздохнув, стеклянный взгляд наконец-то упал на отца. - Je serai heureux si tout cela se termine enfin. Mais vas-tu laisser ça arriver? - Oui. Pour toi, toujours oui. - Мягкая улыбка озарила лицо старшего, после чего она появилась у младшего. - Думаю, можно будет встретиться через месяц. Второго ноября. Хорошо? - Конечно. - Потрепав сына по волосам, мужчина поправил свой костюм. - Не волнуйся, я куплю билеты и мы вдвоём полетим в Ангулем. - Было бы замечательно. Поднявшись с места, Танджиро повёл отца к выходу, попутно обсуждая что в голову взбредёт. Настроение у обоих было хорошим, будто прошлого разговора вовсе не было. Проходя мимо гостиной, Танджуро позвал Мудзана, который разговаривал о чём-то с Ренгоку. Тот был немного взволнован, но, увидев любимого, озарился улыбкой. Видимо, он ужасно волновался, слыша чуть ли не крики из соседней комнаты. Юноша быстро поднялся и подошёл к Камадо. Теперь, они вдвоём наблюдали, как двое обуваются и не спеша покидают чужую квартиру. Танджуро, на прощание, поцеловал сына в макушку и слегка растрепал волосы, после чего дверь наконец-то закрылась. На миг, повисло молчание, в которое улыбка Камадо лишь слегка дрогнула, но удержалась на лице мужчины. - Ты в порядке? - Положив на щёки Танджиро свои руки, Кёджуро огладил их, чуть приближая лицо к себе. - Я слышал крики... - Всё в порядке. Теперь, всё в порядке. - Чмокнув парня в нос, мужчина аккуратно отстранился и повёл любимого на кухню. - Ты голоден? Я заказал тебе завтрак. - Как хорошо! - Довольно подпрыгнув, Ренгоку, словно кот, заулыбался и побежал на кухню. - Спасибо большое, Танджиро. - Пожалуйста, душа моя. Вернулись на кухню, двое расселись за столом, совсем рядом друг с другом. Кёджуро довольно ел предоставленный ему завтрак, состоящий из яичницы, пары сэндвичей и овсяной каши с ягодами. За прошедшее время, пока они с Ренгоку жили вдвоём, Танджиро запомнил, что его чудо очень любит эту кашу именно с фруктами или какими-нибудь ягодами. Без нечего, эту пресную жуть он есть не собирался. А остальное было приятным дополнением, которое в ту же минуту исчезло, словно не существовало вовсе. - Ты такой прожорливый. - Усмехнувшись, Камадо поправил свисающие волосы, пряча их за ухо. - И куда в тебя столько влазит? - Просто я растущий организм. Мне нужно много есть, чтобы поддерживать свой белок. - Да? Не знал, что в твоём возрасте, организм считается ещё растущим. - Тихо хихикнув, мужчина прикрыл рот рукой, пряча довольную улыбку. - Видишь, я открываю тебе глаза на эту жизнь! Ты столько вещей не знал, но как начал со мной общаться, так сразу стал умнее. Разве это не чудо? - Ты абсолютно прав. - Танджиро ласково улыбнулся, с довольной улыбкой продолжая наблюдать за счастливым парнем. Чуть позже, выбросив контейнеры и убрав стол, молодые люди решили прогуляться. Конечно, Камадо был не очень рад такой идее, но уговоры Ренгоку дали свои плоды. Им потребовалось тридцать минут на сборы. Точнее, Кёджуро собрался за десять, а остальное время он сидел в прихожей, в ожидании неторопливого мужчины. Наконец, они покинули квартиру. На счастье Камадо, это был не самый громкий район, так что людей было не так много. Заметив этот тихий выдох облегчения, Ренгоку усмехнулся, но ничего не сказал. Ноги медленно вели вдоль небольших, но абсолютно разных домиков. В какой-то момент, вереница домов закончилась, оставляя неизменной только дорогу. Она быстро закручивалась вверх, по склону, от чего мужчина приуныл. Последнее, чего ему хотелось, это тащится куда-то в гору. Но видя довольное лицо юноши, Танджиро пришлось откинуть своё недовольство и просто идти. Конечно, такая перемена настроения была заметна и, вскоре, Кёджуро остановил мужчину. У того появилась надежда, что сейчас они просто развернуться и пойдут вниз, но хитрая и уж сильно радостная улыбка явно намекала на обратное. - Неужели, ты устал? - Нет, просто не хочу подниматься. - Скрестив руки на груди, Танджиро надулся, словно ребёнок. - Уверен? Наверху есть храм, а если подняться к нему, то откроется чудесный вид. Разве тебе не хочется увидеть такую красоту? - Милый, я наблюдаю красоту напротив себя и, поверь, созерцать тебя во всех позах, в одежде и без - это самое настоящее искусство. - Тут уверенность Ренгоку пошатнулась, а на лице появился красный румянец. - Так что, мне целиком и полностью хватает тебя. А тащиться куда-то на гору, ради природы, у меня нет желания. - Хорошо, ты не пойдёшь туда. - Прийдя в себя, парень слегка тряхнул головой. - Но ты в любом случае попадёшь туда. Удивлённо приподняв бровь, мужчина хотел уже было возразить, но юноша быстро подхватил его на руки и побежал вверх, прижимая свою драгоценность к себе. Камадо какое-то время просто пялился на Кёджуро, но, чуть позже, прижался к нему, укладывая голову ему на плечо. Несколько минут и молодые люди уже были у подножья длиннющей лестницы, от одного вида на которую, у Танджиро щемило сердце, а колени побаливали. Видя энтузиазм парня, Танджиро понял, что тот даже не собирается останавливаться. Тихо вздохнув, Камадо мельком оглядел окрестности, после чего, Ренгоку сорвался на бег и за пару минут уже смог подняться. - Видишь, это было не так уж сложно. Запыхавшись, юноша аккуратно поставил мужчину на ноги, а сам принялся восстанавливать дыхание. - Ты мог меня просто поставить на землю, а не нести тяжесть вверх, когда устал. - Танджиро уложил руки на красные щёки Кёджуро и покачал головой. - Не переживай, я не сильно устал. Главное, что теперь ты можешь посмотреть на замечательный вид города! Повернув голову, винные глаза увидели панорамный вид на город, за которым виднелся океан. Было и вправду красиво, но не настолько, чтобы тащится сюда пешком. Но Танджиро низа что не расскажет об этом Кёджуро. Пока того радуют такие простые вещи, Камадо будет рядышком, восхищаясь вместе с ним.