Стингер

Давным-давно известно, что ЗРК «Стингер» в 1811 году изобрёл поручик Ржевский со товарищи, когда сочинял план спасения Родины от французских агрессоров. Первый план — встретить неприятеля на границе и навалять по щам, чтоб неповадно было, отмели, как неспортивный, и сели думать дальше. — А что если их заморозить? Француз — нация теплолюбивая, помню, была у нас французская гувернантка, часто согреть просила… — ударился в воспоминания князь Гагарин, закрутив бакенбард. — Заморозить — это идея! — оживился Ржевский. — А если они летом границу перейдут? — хитро прищурил единственный глаз Кутузов. — Тогда их надо водить по нашим просторам до зимы, а потом заморозить, — нашелся Ржевский, — переиздать большим тиражом карты, по которым Сусанин польские экскурсии водил, и раздавать французам. — А что, если зима тёплая будет? — не сдавался Кутузов. — Кутузов, ты кому друг — нам или французам? — спросила великого русского полководца прабабушка великого русского актёра Льва Дурова, очень похожая в этот момент на фашистского провокатора Клауса. — Нужна дер вундервафля! — вскинулся граф Бенкендорф. — Не бойся ножки, бойся вилка — один удар, фир дырка. — Точно! — поднял вилку граф Строганов, глядя на пламя свечей сквозь тончайший ломтик медвежьего окорока. — Обложить супостата, как медведя в берлоге, и рогатинами его, вилами! — Значит так, — начал оттачивать гениальный план Ржевский, — заведем французов вглубь России, туристические маршруты, Золотое Кольцо, водка-матрёшка, потом подожгём что-нибудь, да хоть Москву, ха-ха, и переколем Бонапарта, как медведя. Только «вилы» — это не шарман, не комильфо. Надо их назвать как-то… «огребу», «огрести»… — «Огрести» не звучит, — оторвал буйную головушку от скатерти Давыдов, — по правилам Российскаго Стихосложения надобно «огрестингер». Подтверди, Жуковский. — «Огрестингер» — яхши! — подтвердил Жуковский, не отрываясь от сочинения письма маменьке на турецком языке, и поправил феску. — Вилы в музее не покажешь… — опечалился князь Тучков. — Я уже музей в своём имении Бородино заложил и крепостных пионеров в поход по ягоды по местам Боевой славы отправил. Давайте в музее китайскую ракету поставим, я её из Туркестана привёз, а на табличке напишем, что это и есть этот… стингерь. В 1941 году в музей-диораму в поисках народных рецептов от импотенции ворвалась дивизия СС «Мертвая головка», но нашли только контурные карты третьеклассника Ваньки Сусанина и китайский фейерверк, на картонной трубке которого сквозь пыль проглядывала каллиграфическая надпись белой краской «На Буонапарте!». Карты отдали Гудериану, а фейерверк отправили в подарок Гитлеру, фюрер обнаружил на нём позеленевшую медную пластинку с выгравированным текстом «Вундервафля «Стингер», коей двунадесять языков победили» и надолго задумался.