Последняя сигарета

Cuando el amor llega así de esta manera

El carutal reverdece

No sabe nada

Cuando el amor llega así

De esta manera

No no no no no no no no no

No sabe nada

© Reverie - Arca

Всем на Пир-Пойнте известно, как громко отмечаются корпоративы в КММ. Каким-то образом туда был приглашен и Рацио. Видимо, все решили, что их новому научному консультанту не помешает развеяться в шумной компании, а не наедине с книгами в библиотеке. Есть шанс, что он сблизится с кем-нибудь и перестанет прожигать взглядом даже за неправильное ударение в слове. По крайней мере, все эти недовольства могут лечь на плечи одного человека, который возьмет тяжелую роль мученика на себя. Все бы облегченно выдохнули. Приглашение пришло от самой Яшмы, и отказать он не мог. Было бы замечательно обсудить с ней некоторые вопросы касательно работы, но истинной причиной согласия служило другое, несмотря на всю свою нелюбовь к подобным мероприятиям. Этой другой причиной был самый яркий и неординарный член Каменных Сердец. Вечная улыбка на их последней встрече по обсуждению предстоящей миссии была более натянутой, чем обычно, а неоновые глаза не горели той живостью или желанием уколоть за некоторые нудные, по мнению только самого Авантюрина конечно, замечания Веритаса. В последнюю неделю тот и вовсе избегал встреч, ссылаясь на занятость более важными вопросами, чем полет на какую-то там очередную планету, где и так все было кристально ясно и обговорено не один раз. Такое наплевательское отношение к делу совсем не нравилось Рацио, а может ему не нравилось странное поведение топ-менеджера, которое вызывало беспокойство? Почему-то тянуло узнать причину: то ли это был чисто научный интерес к состоянию человека, то ли… Он перевел взгляд на дисплей телефона. Нужно идти. Педантичность играла свою роль, опоздать не хотелось, даже если вовсе не было желания там появляться. Прохладный вечерний воздух немного отрезвляет поплывшее от алкоголя сознание. Сколько он уже выпил? Где-то позади за закрытой дверью балкона глухо грохочет музыка, усиливая мигрень. Нащупав в кармане пачку с сигаретами и зажигалку, Авантюрин закуривает, медленно выдыхая дым. Стоило все же остаться дома, сославшись на плохое самочувствие. Вряд ли бы кто-то сильно расстроился его отсутствию, помимо Топаз и Яшмы, конечно, но и они пережили бы такую утрату этим вечером. Послушать, как кто-то напился и провел оставшуюся ночь в обнимку с унитазом или отрубился прямо на полу с бутылкой в руке, он мог бы и на следующий день в курилке от воодушевленной Топаз. Заодно и посмотрел бы на кучу компрометирующих фото. Но он уже здесь, не смог отказаться от предложения подруги развеяться и перестать выглядеть бледнее смерти, также по ее словам, так что на этих компрометирующих фото может оказаться и он сам. Жаль, что даже дорогой алкоголь помог только на время. Еще и этот занудный Доктор, постоянно мозоливший глаза, хоть в основном и находившийся поодаль от всего этого хаоса. Было ощущение, что он собирается подойти и прочитать очередную лекцию о здоровом восьмичасовом сне и питании, как вреден кофе в больших количествах и прочих научных фактах, словно Авантюрин какой-то школьник. Внимание Веритаса переключилось на Яшму, которая подошла к нему с двумя бокалами шампанского, чем и воспользовался Авантюрин. В холодном воздухе растворяется еще один выпущенный клуб дыма. Последние две недели он практически не спал из-за участившихся кошмаров. Залегшие под глазами синяки от недосыпа приходилось замазывать консилером, который любезно одолжила Топаз. Видимо, выглядело это настолько паршиво, что подруга сжалилась, забеспокоившись о его состоянии и возможных отказах в подписании важных договоров из-за неприглядного внешнего вида менеджера, а может просто устала отпускать в его сторону шутки. Внешне стало лучше, сразу отгоняло лишние вопросы, но внутренне Авантюрин, кажется, рассыпался. Мозг подкидывал ему воспоминания из прошлого все чаще, которые когтистыми лапами нещадно раздирали его каждую ночь. И эти увечья, увы, не скрыть ни пластырем, ни тем дорогим консилером. Утром вошло в привычку собирать себя по кусочкам вместе с ванными процедурами. Каждый кусочек закреплялся кружкой кофе дома и еще одним стаканчиком американо из кофейного аппарата на работе. К противному горькому вкусу он уже привык, так что процедура могла повториться еще несколько раз в течение дня, подкрепляясь шутками и сплетнями в курилке с Топаз. Жаль, что весь мнимый эффект разбивался на еще более мелкие части, стоило светлой макушке коснуться подушки в своей квартире или любой другой горизонтальной поверхности на работе. Не помогало ни снотворное, которое вызывало лишь головные боли, ни полное погружение в работу без выходных, когда казалось, что он готов уснуть прямо за столом на собрании под заставляющий зевать доклад Сугилита. В ход шла вторая сигарета, а мысли отказывались покидать голову вместе с горьким дымом. Почти каждую ночь он оказывался в кандалах без возможности свободного передвижения. Он снова на коленях, срывается лишь на хриплый стон, потому что голос сорван, а пульсирующая боль от клейма остается уродливым следом не только на его шее, но и внутри, отравляя все его существование. Разве так выглядит благословение Треокой Гаятры, о котором ему рассказывали с самого детства? Не достоин жить. Грубые руки ощущаются везде, а ошейник сильнее сдавливает горло. Отвратительно. Авантюрин передергивает плечами, сгоняя фантомные прикосновения к себе. Каждую ночь он видел в красных тонах. Перекошенные страхом окровавленные лица, надрывные крики, окутывающий и пожирающий все до чего доберется огонь. Катиканцы не жалели никого. Разве может быть заложено это чувство в головах кровожадных дикарей? Каждую ночь он слышал угасающий крик сестры, умоляющий его спрятаться. Даже перед смертью она хотела уберечь его. Он видел все глазами маленького Какавачи. Глазами маленького ребенка, который не мог сделать ровным счетом ничего, чтобы помочь. Только бежать, бежать, бежать. В сумерках, почти не разбирая дороги, он спотыкается обо что-то и падает. В страхе оглядывается, обнаруживая, что это «что-то» оказывается человеком с неправильно вывернутой головой. - Авантюрин! Влага застилает взор сильнее, а тело окутывает ледяной страх, пробираясь все глубже. Кажется, что лежащий человек еще сильнее выкручивает шею, на его губах скользит ломаная улыбка, кровотечение усиливается, а маленький Какавача забывает, как дышать. Невнятные крики катиканцев звучат отдаленно, словно под толщей воды. На первый план выходит невыносимый шум в ушах и стук собственного сердца, разгоняющего по венам липкий и сковывающий ужас. - Авантюрин! Кажется, он задыхается. Открывает рот в безуспешной попытке вдохнуть воздух, но не получается. Паника выталкивает из легких последний кислород, а слезы окончательно размывают все перед собой. - Авантюрин! – кто-то хватает его за щеки, удерживая, даже, когда тот начинает сопротивляться и пытаться оттолкнуть, потому что кажется, что сейчас с ним сделают то же самое: свернут шею в лучшем случае, а в худшем сначала переломают конечности, чтобы помучился. - Слушай только мой голос, сосредоточься на нем, - это не его сестра, не кто-то из катиканцев, но кто-то очень знакомый. От этого голоса не исходит угроза, которую он ощущал на протяжении всего этого времени. - Дыши медленно, вместе со мной, - человек, удерживающий его, делает медленный вдох, а затем выдох, - повторяй, - снова медленный вдох и выдох. Легкие Авантюрина, наконец, раскрываются, позволяя повторить эти простые действия, которые даются с титаническим усилием. Сосредоточивается на приятном тембре и снова старательно повторяет действия, борясь с мешающим тошнотворным комом в горле. Постепенно сердце замедляется, хоть еще и бьется достаточно быстро. Дыхание приходит в норму. Он ощущает влагу на щеках, но теперь может видеть, благо, не тот окровавленный труп, а Рацио, который теперь держит его за плечи. - У Вас случилась паническая атака, - Веритас облегченно выдыхает, видя в глазах напротив осознанность происходящего, и снова переходит на формальность. Спасибо Топаз, которая направила его сюда. Он чуть было сам не забыл, как дышать, видя задыхающегося в слезах блондина. Он беззвучно открывал и закрывал рот, пытаясь дышать, царапая горло, в попытке убрать то, что ему явно мешало; глаза были совсем стеклянными, направленными куда-то в пустоту. Но теперь ему, кажется, лучше, несмотря на оставшуюся дрожь в плечах, которую Рацио ощущает под собственными пальцами – вероятнее от прохлады, ведь на том была лишь тонкая рубашка с вырезом.

Ámame otra vez

Si te atreves

Ámame otra vez

Si te atreves

Ámame otra vez

Si te atreves

© Reverie - Arca

- Слушай, - Авантюрин нервно скидывает чужие руки с плеч и трет глаза, стирая последние следы своей слабости вместе с консилером, чтобы снова нацепить маску беззаботности. - Я благодарен, что ты продемонстрировал одну из своих докторских степеней на мне, но забудь все, что ты здесь видел. Я просто переработал, сорвался, вот и все, - поднимает с пола зажигалку с сигаретной пачкой, доставая из нее последнюю сигарету и вновь закуривая. Выдыхает дым прямо в лицо напротив и надеется, что Веритас сразу уйдет, но тот лишь забавно морщит нос, оставаясь на месте. - Вы ведь понимаете, что такое состояние.. - Да-да, восьмичасовой сон обязателен, не забывать о правильном питании помимо кофе на завтрак, обед и ужин; и, конечно, скинуть со своих плеч на кого-то переработки, думаю, Топаз будет в восторге. Еще перестать отравлять свой организм курением. Приму к сведению, Док, спасибо, - отмахивается, перебивая его и не давая договорить, - обязательно втисну это в свой график. Рацио тяжело вздыхает и отводит взгляд в сторону на мерцающие огни ночного города. – Авантюрин, Топаз рассказала мне все, она переживает. Я мог бы помочь Вам. Провести исследование и подобрать нужные лекарства с минимум побочных эффектов, чтобы Вы смогли уснуть. Есть также множество современных способов борьбы с бессонницей и ночными кошмарами, различные терапии. Но для этого нужно и тво, - спотыкается на полуслове, - Ваше участие, - он замолкает в этот раз сам, видя по выражению Авантюрина, с какой же охотой он горит во всем этом эксперименте участвовать. - Вот же.. она слишком много болтает тому, кому не нужно, - снова выдыхает сизый дым, а пустая пачка летит вниз с балкона, следом за ней пепел. - Не лезь не в свое дело, а тем более ко мне в голову и душу, Док. Я разберусь как-нибудь со своими проблемами, - проскальзывает раздражение, - хотя, если ты начнешь читать мне одну из своих лекций, я, возможно, и правда усну, - усмехается, расплываясь в язвительной улыбке. - Именно поэтому Вы решили избегать меня в последнее время? Боялись клюнуть носом и получить по голове книгой, пока я посвящал бы в тонкости нашей миссии? – решает подхватить шутку. Удивление в глазах, а затем звонкий смех моментально развеивает напряжение между ними, - ну кто бы мог подумать, Док. Оказывается, ты можешь быть не таким скучным занудой. Я бы даже предложил тебе покурить вместе, но это последняя. - Кто мешает сделать так? – Веритас оказывается совсем близко к нему, забирая из холодных подрагивающих пальцев упомянутую сигарету, а затем затягивается под распахнутые в удивлении глаза, но сразу же давится дымом, из-за того, что вдохнул слишком резко и много. Похоже, вечер не такой уж и плохой, как казался Авантюрину изначально. На губы ползет невольно улыбка, - ты хоть раз курил или решил покрасоваться передо мной? - Может, и то, и другое, - терпкий дым, оставляя на губах легкий вишневый привкус, наконец, покидает легкие. Рацио кладет локти на подоконник балкона, опираясь на него, и устремляет взгляд на звездное небо, - хочешь послушать лекцию о черных дырах? – странное чувство оседает легким покалыванием во всем теле. Что он вообще сейчас несет? Покрасоваться, серьезно? Какие, к черту, черные дыры? Тяжело выдыхает и только собирается оправдаться, сославшись на глупую шутку, как к его плечу прислоняется своим плечом Авантюрин, перехватывая из его рук сигарету. - Как-нибудь в другой раз я обязательно послушаю об этом. Надеюсь, ученые уже разработали способы по ее закрытию, потому что ты явно продвинулся в этом вопросе. Ведь мою личную ты закрываешь вполне уверенно, - тепло улыбается, слегка щуря глаза. Не ожидав такого ответа, Веритас теряется, вслушивается в ускорение ритма собственного сердцебиения. Он готов рассказать не только о появлении черных дыр, но и о ярких звездах внутри этих неоновых глаз. Несмотря на прохладу, становится тепло, ветер теперь не ощущается так явно и плечи больше не дрожат. А вечер растворяется вместе с дымом одной единственной вишневой сигареты на двоих.

No sabes más de distancia

Quítame la piel de destellos

© Piel - Arca