Рёкан «Негай»

Танджиро со своей небольшой группой с трудом забирался на холм. Во время короткой передышки он бросил беглый взгляд в сторону леса в низине: солнце едва просвечивалось сквозь гряду деревьев вдалеке. Стало ясно, что продолжать путешествие в такое время будет опасно, к тому же после долгой ходьбы ноги подкашивались сами собой. — Вот и ночь наступила, — как бы обращаясь внутрь себя сказал юноша со шрамом. — Впереди виднеется какое-то здание, похоже на постоялый двор. — Слава богу, у меня уже ноги отваливаются! — Зеницу завыл в ответ. Подсознание Танджиро решило, что было бы неплохо успеть дойти до пристанища до того, как желтоволосый охотник начнёт хныкать под ухом. Он неосознанно прибавил шагу. — Еда ждёт! — Иноко радостно вскрикнула и с разгоном, тут же обогнав своих товарищей, энергично побежала вперёд в сторону бумажных фонарей у ворот видневшегося здания. ••• Около входной двери на гвоздике для удобства посетителей висела табличка с ценами на проживание. Танджиро нахмурился: достав мешочек со сбережениями, он с досадой убедился в том, что денег на трехместный номер не хватало. Но, к счастью, голова ему пригождалась не только в бою. — Ребята, мы не потянем трёхместный номер. Придётся взять два одноместных. — Тогда я с тобой, а Иноко с Незуко? — промямлил Зеницу в одно время с почёсыванием своего затылка и широко зевнул. — Нуу… — Танджиро давно не оставался наедине со своей сестрой. Юноша скучал по их общему времяпрепровождению, спокойному и такому привычному. Хоть они и были насильно обделены роскошью совместного общения, все же ему не хотелось упускать такой редкий, приятный шанс. Напряжённо пробегая взглядом по списку цен и скидок в надежде найти благоприятный вариант, охотник сумел найти выход из своего затруднительного положения. — О! У меня есть ещё одно предложение, — он начал цитировать вывеску: — «Получите большее наслаждение от просторов девственной природы в нашем поместье «Нэгай» с новой «семейной» скидкой! Семьям с детьми и без снижаем цену на 10% (скидка не суммируется).» — Танджиро с надеждой посмотрел на своего соратника в накидке с треугольниками: — Зеницу, сможешь на одну ночь притворится женатым? Полусонный светловолосый парень тут же оживился. Он расплылся в блаженной улыбке и дрожащими руками обхватил плечи товарища со шрамом: — Правда-правда? Ты действительно доверяешь мне настолько, что позволишь сегодня поспать рядом с Незуко-тян? — Он так и сиял от своего неожиданного счастья. — Честно говоря… — брату красавицы-демона было немного жалко разрушать оптимистичные мечты его соратника: — Я хотел предложить эту идею тебе и Иноко. — Чегооо? Спать предлагаешь с этой кабанихой неотёсанной?! — Зеницу лихорадочно и бесцеремонно ткнул пальцем в сторону раскрепощённой девушки и скривил лицо от досады. Иноко, которая все это время с нескрываемым нетерпением и энтузиазмом заглядывала в окна дома, ведущие на кухню, яростно закричала в сторону Зеницу в своей кабаньей маске: — Э, ты кого это неотёсанной назвал, желток? — Я тебе не яйцо! — заорал он в ответ, но тут же повернулся к Танджиро, сложил руки в замок перед собой, как будто в мольбе, и с нарочитой горечью пролепетал: — Я думал, что мы как братья, Танджиро! За что ты так со мной? — Зеницу попробовал выдавить из себя слезу, однако, к его внутреннему негодованию, его попытка не увенчалась успехом. ••• Спустя непродолжительное время, что показалось юноше с серёжками вечностью, ему удалось убедить своих неугомонных сослуживцев последовать его плану. Спустя ничего все трое — вместе с Незуко, что ютилась в коробке — уже смирно стояли и представлялись у приёмной стойки небольшого рёкана «Негай». — Так значит вам выдать только два одноместных номера? Ах, как же так, вас же трое! — сотрудница постаралась выразить сочувствие будущим постояльцам, однако в её словах всё равно сквозило равнодушие. Танджиро заметил это. Впрочем, он не придал данному факту особого значения: — Как-нибудь уляжемся. Кстати, хотел уточнить, подействует ли в нашем случае ваша «семейная» скидка? — О, так вы женаты? — сотрудница ласково взглянула в сторону Иноко, которая с равнодушным видом скучающе сдувала с лица свои патлы волос. Танджиро уговорил её снять кабанью маску на входе. — Поздравляю. — Это я её муж! — неожиданно даже для самого себя высказался Зеницу и тут же почувствовал себя скованным, застыл на месте в замешательстве. Иноко невольно вздрогнула слева от него и не без брезгливости скосила свой взгляд в его сторону. Зеницу не обратил внимания на неприязненный взор Иноко или же, отстранённый в этот момент от реальности, просто не заметил его. Мечник «молний» лишь мысленно ударил себя ладонью по уху. Нет, он любит Незуко-тян. В нём просто-напросто говорила его очень-даже-не-затаённая зависть к обаянию Танджиро, что при любом удобном случае позволяла ему быть несправедливо окруженным любовью самых разнообразных женщин. В это время Танджиро утвердительно кивнул головой, улыбка озарило его округлое, всё ещё румяное от недавней физической нагрузки лицо: — Да. Будет ли это возможно? — Конечно! — девушка за стойкой несколько опешила от выкрика светловолосого паренька, тем не менее приветливая улыбка на её излишне симметричном лице не дрогнула. ••• Сумрак летней ночи уже успел сгуститься за небольшими решётчатыми марумадо коридора, когда Иноко и Зеницу наконец остановились возле своей общей комнаты. Они посмотрели друг на друга прищуренным взглядом, без слов принимая очередной вызов. Спустя секунду товарищи по оружию, как по команде, одновременно схватились по обе стороны сёдзи, с шумом раскрыли их и, тормозя друг друга то локтями, то ногами, кинулись к Осиирэ. Пугливый охотник на демонов хотел было дотянуться до желанного шкафа, однако сзади кабаниха сильным рывком притянула его одежду на себя и в итоге сама прикоснулась свободной рукой к деревянной дверце. Мечник схватился было за державшую его сильную руку для нового выпада, но было уже поздно. — Да ты издеваешься надо мной! — Иноко молчала и ехидно смотрела ему прямо в глаза, её злорадная улыбка растянулась до самых ушей. Зеницу ощерился: —Так нечестно! — Спишь сегодня на полу. — Девушка победоносно вскинула голову и ухмыльнулась. — Ах так?! Тогда я… — Юноша поднял угрожающе палец перед самым носом развеселившейся от очередной победы неугомонной охотницы. Он хаотично перебирал слова, искал в голове нужную реплику. Его лицо приняло что ни на есть злобное выражение. — Тогда я пойду спать к Незуко-тян! Она — в отличии от некоторых — настоящая женщина! С этими словами блондинчик звучно хмыкнул, обернулся и обиженно пошёл по направлению к выходу. Иноко ничуть не расстроилась. Казалось, она лишь сильнее ободрилась после его очередной по-детски капризной вспышки гнева, так как её улыбка стала только шире. ••• «И зачем я это сказал?» — после того, как его пыл немного остыл, рациональное мышление понемногу начало возвращаться Зеницу. Светлые волосы молодого человека освещало закатное солнце из многочисленных марумадо. Юноша нахмурился: «Стоит ли извиняться?» Но тут он вспомнил кривой оскал улыбающегося лица охотницы. «Вот если бы не лыбилась так, то ничего бы и не было! Сама виновата.» Парень поднял глаза с пола: впереди появилась семья, которая держалась за руки. Слева шёл довольно заурядный мужчина средних лет с тёмно-карими глазами и такого же цвета короткими волосами «под горшок». Ребёнок — маленький пяти-шестилетний мальчик — шёл посередине и сильно походил на отца: такое же круглое лицо, маленькие глаза-маслины и широкий рот не отличались особой красотой ни у него, ни у его родителя. Наконец Зеницу взглянул на женщину справа. Он даже несколько удивился: у жены этого обыкновенного непримечательного человека была весьма привлекательная внешность. Голубое кимоно с белыми лотосами подчёркивало белизну её тела, волосы были короткими и слегка вились, видимо, после душа. Губы отливали цветом спелого персика, глаза сияли яркой синевой. Женщина встретилась взглядом с мечником и улыбнулась ему. Это улыбка излучала глубокое счастье семейного человека. Зеницу слегка покраснел от такого жеста дружелюбия и отошёл в сторону, давая дружной семье пройти. ••• Когда охотник дошёл до комнаты Камадо, он неуверенно позвал: — Танджиро? — О, Зеницу, заходи! Он открыл сёдзи. Незуко игралась с волосами своего брата, ерошила их и почёсывала когтями его макушку. Мечник со шрамом с закрытыми глазами попивал зеленый чай со столика. Ему явно нравился такой массаж головы. — Хочешь чаю? — Нет, спасибо, — Зеницу присел на татами напротив Танджиро. — Что делать планируете? — Хотел вот поиграть с Незуко в кой-кой. — Его сестра прикрыла глаза и нежно обняла брата вокруг шеи, прислонилась головой к его волосам. Охотник с серёжками ласково погладил руку сестры. — Моя семья очень любила эту игру, особенно Незуко. Мы с ней часто так коротали дождливые дни вместе. — Понятно… — к светловолосому охотнику неслышно подкралась зависть при виде семьи Камадо. Ему пришла в голову та пара с ребёнком, и вопрос как будто появился у него на языке сам собой. — Танджиро, вот когда ты поможешь Незуко и отомстишь тому главному демону, что будешь делать? — Не знаю, Зеницу. Не факт, что я вообще выживу. — демоница рассматривала в руках серёжку брата, проводила пальцем по нарисованному красному солнцу и выглядела как-то особенно печально. — Но ради Незуко я готов пойти на всё. — Я вот хочу жениться. — Зеницу внимательно глядел на девушку, не мигая. — Только боюсь. Я ведь даже не представляю, что такое настоящая семья. Как же тогда я смогу создать свою собственную? — Так тебе как раз-таки повезло. — Танджиро положил ему руку на плечо и улыбнулся. — Сможешь потренироваться пока с Иноко. — Ты бредишь, — златовласый мечник раздражённо скинул чужую руку с плеча. — Это не девушка, а самое настоящее животное. Ну как можно кабаниху считать своей женой, хоть и понарошку? — Думаю, даже она рано или поздно выйдет за кого-нибудь замуж. После слов Танджиро Зеницу неожиданно понял, что та женщина напомнила ему своим лицом Иноко и сердито буркнул: — Её только дурак в жёны возьмёт. ••• После того, как гибкая мечница сумела ухватить с кухни парочку ан-панов, она решила заскочить в местное Сэнто. Ещё издалека за одной из двух больших бордово-красных сосновых дверей послышался женский смех и приглушённая болтовня. — Непруха, — на бегу подумала Иноко, когда поняла, что ей придётся волей-неволей выслушивать скучные, пустые сплетни местных отдыхающих женщин. Она даже замешкалась около двери в мужскую половину: их баня казалась менее людной и тихой. «И отчего я не мужчина?» Девушка вздохнула. Помнится, в усадьбе «Бабочки» ей чуть ли не до утра читали наставления, пытались вбить в голову значение половых норм, связанных с поддержанием личной гигиены. Вопреки забывчивости и тугодумности Иноко, представление об этой теме ей всё-таки удалось сформировать у себя в голове. Разочарованная, девушка вошла в женский отсек. В просторной комнате было много народа. По боковым стенам у входа висели вещи, одежда, под ними лежали гэта. Дальше стояли небольшие стулья рядком, из довольно внушительного ведра у стены можно было набрать воды для омывания. Почти все сидячие места были заняты. В самой же банной ванне было ещё больше людей. Никто не обратил на Иноко внимания, когда она, всё ещё с пирожком в зубах, начала раздеваться. Ослабив на груди перевязку, мечница почувствовала приятное облегчение. Убийца демонов бы с радостью ходила с голым торсом хоть целый день, однако драться в таком случае было крайне проблематично: от самого лёгкого движения её свободная грудь начинала мотаться из стороны в сторону, постоянно мешаясь. Когда охотница сняла с себя последнюю одежду и проглотила ан-пан, она зашлёпала по мокрому полу к бадье с водой, зачерпнула в небольшое ведро жидкости и присела на ближайший свободный стул. Пока она мылась, ей невольно пришло в голову недавнее заявление Зеницу. «Настоящая женщина» — беззвучно пронеслось у неё в голове. Иноко взглянула на девушек вокруг: у них была гладкая бледная кожа, округлые, упругие формы. Волосы, тёмные, цвета древесного угля, были длинные, тугие и блестящие, убранные в высокие пучки или же закреплённые причудливыми заколками. Охотница опустила взгляд уже на себя: мускулистые, мозолистые руки, выпирающий пресс, острые и грубые, ближе к мужским, изгибы тела. Она потрогала свои короткие волосы и ощутила ладонью грязные от перхоти, запутавшиеся локоны, концы секлись и, несмотря на жир, мягкости и эластичности в них не было. Её запястье опустилось ниже, кисть руки скользнула к её лицу. Наклонив голову к воде в таре, она посмотрела на своё отражение сквозь пальцы. Изящные черты её миловидного лица сильно контрастировали с остальной внешностью. — Да, это рыло портит всю мою воинственность. — То, что многие люди посчитали бы благословением свыше, служило Иноко лишь помехой. Несколько женщин в ванной испуганно отплыли в сторону, когда мечница начала забираться в горячую воду около них без предупреждения. Она выдохнула в нахлынувшем блаженстве, когда влага наконец окутала её уставшее тело. Некоторое время дикарка расслаблено сидела, обрывки разговоров доносились до её ушей короткими фразами: — Да ладно, Кёко действительно на седьмом месяце беременности? — Моя сестра пролила на моё новое кимоно матча чай утром… — И давно твой муж не появлялся дома? — Какой у тебя гребень роскошный! — Не, мне нужно будет посидеть сегодня с ребёнком… Эти перемолвки не имели для Иноко никакого смысла. Тут до её слуха донёсся знакомый плаксивый голос за стеной, довольно громкий: — Понимаешь, я даже не могу побыть с ней наедине! — какой-то молодой человек навязчиво жаловался кому-то, — С ней её брат, всегда её брат, надоел, ей богу! В такой обстановке никакая любовь ни за что не расцветёт! Ещё и этот кабан, тьфу… Иноко тут же узнала говорящего. Она посмотрела в сторону разделяющей её и голоса стены, сначала равнодушно, но когда глаза приметили одинокое решётчатое марумадо у низкого потолка в стиле тех, что украшали коридоры, её губы медленно расползлись в бесовскую улыбку, глаза сверкнули озорным блеском. Тут же, с быстротой зверя, она вылезла из воды и с разбегу, чуть не поскользнувшись, прыгнула к окну. Её сильные руки прочно ухватились за железо, она подтянулась и поставила локти на выступ под решёткой. Женщины с удивлением и страхом посмотрели на Иноко, многие кричали ей спускаться, громко называли её ненормальной. За решёткой бойкий взгляд кабанихи сверху вниз разглядывал сидящих внизу мужчин, ища свою жертву. Нагие, они не спешили прикрываться по причине того, что ещё не заметили девушку сверху. К счастью, Иноко практически тут же нашла среди них Зеницу, не успев особо разглядеть ничего «постыдного». Мечник сидел к ней спиной и, болтая, лихорадочно размахивал руками перед каким-то незнакомым хилым мужчиной, чья натянутая улыбка свидетельствовала лишь об отчаянии. Его взгляд метался из стороны в сторону и неожиданно остановился на улыбающимся лице Иноко. Он завизжал, словно ребёнок, и инстинктивно прикрылся, показывая указательным пальцем в сторону высунувшейся девушки. — Женщина! — Где? — Зеницу тут же покрылся краской, на теле выступил блестящий бисер пота. Он посмотрел туда, куда указывал палец и покраснел ещё больше. — Иноко?! Мужчины, все как один так же отреагировав на слова того отдыхающего, с недоумением посмотрели на единственного светловолосого человека. — Ты её знаешь??? — ошарашено спросил его бывший собеседник. — Я его жена! — громогласно отозвалась на его слова Иноко, торжествующе скаля зубы в предвкушении реакции Зеницу. ••• Мечник будто окаменел: он вылупился на кабаниху с раскрасневшимися щеками и криво разинувшимся ртом, не меняя выражение лица добрые полминуты. Его глаза источали в полной мере как беспредельный ужас, так и безмерный стыд. «Это конец» — не в силах смотреть на остальных мужчин, ему казалось, что никогда в своей жизни он ещё не ощущал такого невообразимого позора. А девушка смотрела на него в упор своими светлыми салатовыми глазами, будто это была безобидная шутка! Не в силах больше пребывать в такой крайне неловкой ситуации, Зеницу очертя голову вывалился из общей бани и выбежал из пространной комнаты. Он успел ухватиться на бегу за чей-то висевший халат на выходе и дрожащими руками перевязал его у себя на бёдрах уже за дверью, как какую-то тряпку. В коридоре в это время никого не было. Парень с жёлтыми волосами не нашёл времени порадоваться — бегом направился на верхние этажи в комнату Танджиро и Незуко. На ходу в голове лился поток слов скороговоркой: «Всё пропало! Жизнь кончена! Дальше двигаться абсолютно бессмысленно! Абсолютно!» — но он двигался. И вскоре был уже у сёдзи комнаты брата и сестры. Вдруг мечник почувствовал, как на смену смущения приходит неконтролируемый гнев. — Танджиро! — сидящий на татами юноша аж подскочил от неожиданности, карта ханафуды в его руке упала на приземистый столик, служащий ему и Незуко для игры. Девушка любопытно взглянула на посетителя из своей коробки, в высунувшейся руке она держала карту с павловнией. — Сегодня спишь на полу! ••• Иноко вытолкнула в коридор смотрительница Сэнто: видимо, её вовремя успели вызвать перепуганные девушки. — И чтоб больше здесь не появлялась! — разъярённая женщина преклонного возраста с грохотом закрыла дверь перед её носом. В одном махровом полотенце чуть выше колен мечница озадаченно пожала плечами. «Надо будет завтра тайком забрать оттуда вещи, когда эта бабка уйдёт» — Иноко пошла в свою комнату с задранными под затылком руками, мыча на ходу неразборчивую песенку. ••• Была уже глубокая ночь, однако кабаниха, вопреки обыкновению, никак не могла заснуть. Её полотенце небрежно лежало в стороне от футона, под одеялом распласталось её обнажённое тело. Девушка потёрла в очередной раз глаза и, откинув голову на подушке, взглянула на перевёрнутый серп луны. Долгое пребывание в компании Танджиро насильно взрастило в ней чувство совести. «Перегнула палку?» — тут же к ней снова вернулась уверенность: « Я выиграла — это главное!» Она удовлетворённо повернулась на левый бок, но сонливость не приходила. Иноко раздражённо нахмурила брови. «Нет, не пойду извиняться!» Другой бок встретил тепло футона. «Арргх!» — девушка тут же перевернулась на спину и отчаянно схватилась за голову: мозг кипел. «Всё-таки лучше пойти» — она уже собиралась подняться, как сёдзи в комнату тихо раскрылись. В помещении стояла почти что кромешная тьма, тусклый свет луны прикасался лишь к дверному проёму сёдзи, слегка задевая кончики волос нагрянувшей фигуры. Природная интуиция помогла Иноко распознать человека по одним его телодвижениям. — Зеницу? Погодь, ща обернусь полотенцем… — она лениво потянулась за тканью недалеко от футона. Шаги приблизились. Неожиданно её тянувшуюся руку накрыла сверху тёплая мужская ладонь. Девушка напряглась. Мягкие гибкие пальцы сплелись с её мозолистыми фалангами. В каком-то немом замешательстве она почувствовала, как фигура опускается на колени, её тело, словно в западне, пригвождается к матрасу одеялом между его ног. Еле видная светлая голова опускается ниже. Широко раскрытые глаза Иноко в растерянности пытаются поймать взгляд юноши, его дыхание жгуче дотрагивается до её полуоткрытого рта. Она не понимает его чудного поведения, не знает, что он будет делать дальше. Один момент — и вот уже их губы неожиданно сомкнулись в неуверенном лёгком поцелуе, свободная рука юноши, опирающаяся на матрас, скользнула под одеяло к груди… И тут что-то щёлкнуло в голове у Иноко: она с размаху ударила незваного гостя в солнечное сплетение. — АЙ! — выкрикнул Зеницу и упал на тело мечницы плашмя. От его прикосновения по телу девушки пробежала дрожь: все её чувства как-то разом обострились. — Что?.. — юноша только сейчас осознал, что лежит уже не на своём матрасе, а на чём-то выпирающем и мягком. Почему-то лицом вниз. Он с усилием приподнялся и приоткрыл тяжёлые веки. За его короткими ресницами ему открылся еле видный силуэт — по звуку он напоминал знакомую кабаниху. Только почему эта музыка была такой прерывистой и непривычно громкой? И дышала она уж больно поверхностно… — Иноко? Сквозь покров ночи не было видно, как вспыхнули щёки воительницы, как от неожиданности раскрылись её большие светлые глаза. Она не могла объяснить, почему вдруг ударила Зеницу, ведь его поступок не вызвал у неё боли, скорее разжёг внезапный, ни с чем не сравнимый до этого трепет внутри. К своему недоумению она почувствовала, что хочет снова прикоснуться к его бархатистым губам, почувствовать тепло его руки на своём обнажённом теле. Но что-то на уровне инстинктов сдерживало её странный порыв. Зеницу вдруг сообразил, что сжимает в своей правой руке ладонь кабанихи. Он быстро высвободил её, вскочил на ноги и отпрыгнул в сторону. — Что ты делаешь на моём футоне?! — громко спросил мечник, но тут же прикрыл рот рукой. Не хватало ещё, если проснётся Танджиро или хуже — Незуко. Охотница всё ещё молчала, непривычное для неё поведение. Уже шёпотом он настойчиво спросил ещё раз: — Иноко, объясни! Дикая девушка прикрыла грудь одеялом и привстала, хотя тьма и так полностью скрывала её голое тело. — Это ты ко мне пришёл. — неожиданно спокойно ответила та. — Ну да, конечно, делать мне нечего! Да тут ни черта не видно! — он разочарованно выдохнул. — Придётся действительно спать на полу… — Нет, ложись сюда, я подвинусь. — голос девушки звучал тихо, но твёрдо. Зеницу искал подвох. Иноко встала, зашелестело одеяло. — Эй, ты куда? — от него не ускользнул ни единый писк. Звук Иноко всё ещё казался ему неординарным. Какая-то другая мягкая ткань зашумела в стороне мечницы. — Ты точно в порядке? — Её внутренняя мелодия начала его изрядно беспокоить, раньше Зеницу никогда не слышал от неё ничего подобного. — Да. — она легла обратно, уже на край, и приказным тоном отчеканила: — Ложись. Так как спать на полу было не очень заманчиво, Зеницу пошёл на отзвуки Иноко и тоже прилёг — спиной к спине. Он почему-то почувствовал прикосновение махрового полотенца. «Ну хоть не голая» — подбодрил себя мечник и снова вскоре уснул. Когда Иноко услышала храп, то в волнении повернулась к Зеницу и прижалась лицом к его оголённому до пояса торсу, впитывая в себя жар его тела. Затем так же быстро опомнилась и повернулась обратно. Внутреннее замешательство мешало ей заснуть ещё долгое время. ••• — Как же так, Незуко? Я спал всю ночь на татами, а в действительности мог спокойно переместиться обратно на футон. — он широко зевнул, видно не выспался, и бродил в своей униформе по коридору. Девушка пошкрябала по своей коробке изнутри. — Ты права, надо бы найти наших. — мечник со шрамом дошёл наконец до комнаты своих товарищей. Легонько приоткрыв сёдзи, он неспеша всунул туда свою голову. На одном футоне вместе лежали Иноко с Зеницу — пугливый мечник крепко обнимал мечницу, уткнувшись лицом в её спину — и спокойно храпели в унисон. «Только дурак, да?» — Танджиро ласково улыбнулся и тихонько прикрыл бумажные дверцы.