С тобой легче дышать

      Большой палец раз за разом прокручивал колесико для поджога зажигалки, но ни разу не докоснулся до рычага. Только лишь еле заметные искры в темноте выскальзывали, так и не найдя поток нужного газа. Нил Джостен уже около часа сидел на привычной крыше Лисьей Норы, поджав колени поближе к груди, но он так и не нашел в себе силы добыть огонь из украденной у Эндрю зажигалки, дабы прикурить раковую палочку, в запахе которой он так нуждался. И не только в запахе. Парень хотел затянуться во всю мощь своих легких, которые были способны выдержать часовые пробежки, он хотел видеть, как сигарета тлеет в его пальцах ярко-оранжевым огоньком, до кашля заполняя альвеолы едким дымом, от которого появляется желание выкашлять легкие и больше никогда не дышать. Юноша просто желал раствориться в этом умиротворяющем спокойствии, которое с каждым бы вздохом смертельного яда распространялось по конечностям, давая иллюзию легкости и некой невесомости.       Ему было жизненно необходимо уйти от реальности хоть на пару минут.       Но Нил не мог сделать ни одного чертово полноценного нажатия зажигалки.       Мысль о том, что в его поле зрения появится огонь, пускай маленький и контролируемый его же руками, просто убивала, заставляя сердце биться в два раза чаще. И это только лишь от мысли. Что было бы если он довел бы дело до конца, страшно и представить.       — Ты долго, — чуть хриплый голос, внезапно вторгшийся в сознание Джостена, заставил его вздрогнуть.       Нил резко обернулся, встречаясь с усталыми карими глазами, которые сейчас ничего не отражали. Последние несколько дней вымотали даже Ники, что уж говорить об остальных. Парень только лишь тихо хмыкнул, возвращаясь к своему бесполезному занятию. Сейчас не хотелось общаться даже с Эндрю, каким бы понимающим в глубине своей души он не был.       Тихий щелчок разорвал тишину, но Джостен не захотел оборачиваться. Он знал, что увидит. Огонь. Обжигающий и болезненный. Фантомный запах паленой плоти заполнил его ноздри. Перед глазами встала сцена, как его уже мертвая мать сгорает в полыхающей пламенем машине, он снова почувствовал, как одиночество и безвыходность заполняет все его нутро, поднимая осознание, что бежать дальше ему предстоит одному, скрываясь от отца в одиночку. Следующее же воспомнание поглотило его с головой, когда его еще не зажившая кожа вновь заполыхала нестерпимой болью, от чего хотелось просто сбросить свою оболочку, дабы вновь не чувствовать этой невыносимой боли.       — Дыши, кролик, — чужая рука опустилась на затылок и Нил тут же отпрянул.       Огонь-прикосновение-боль. Цепочка намертво въелась в его подсознание, и он ничего не мог с собой поделать. Противный смех Лолы вновь набатом звучал в его ушах, заставляя съежиться в ожидании неминуемой боли. Джостен был уже не здесь, не на обдуваемой всеми ветрами крыше, не в Лисье Норе, не в Пальметто, он снова ехал в угнанной машине на встречу к неминуемой смерти, пока его пытали даже не ради какой-либо информации, а просто так, ради удовольствия. Маловероятно, что Натан не знал о смерти своей жены.       Все нервы парня полыхали от фантомной боли, пока он не почувствовал, как между его губ что-то вкладывают.       — Держи, Франкенштейн, и не устраивай тут драму, она ни к чему, — спокойный голос возвращал к реальности, пока чужие легкие напитывались едким дымом. — Все уже закончилось.       Нил открыл глаза, уставившись на парапет. Он не заметил, как принял горизонтальное положение, спасаясь от призраков прошлого, будто это хоть как-то могло помочь, логичнее было бы встать и бежать, но он предпочел остаться на месте. Знание, что рядом с Миньярдом безопасно, въелось прямо в подкорку, останавливая от бегства даже в полусознательном состоянии.       — Бросить курить что ли, — словно сквозь терновник голос Джостена продрался наружу, пока он перворачивался на спину, чтобы попытася высмотреть звезды среди всего этого светового шума.       — Ага, а потом перестать ездить на машине и забросить готовку, умерев с голоду, — насмешливо ответил ему Эндрю. — Что ты еще не хочешь делать?       Ответ «жить» за малым не вырвался из уст парня, но он сдержал этот порыв, понимая, какое внимание на него будет нацелено после. Ему достаточно заботы, еще конвоиров не хватало. Но Миньярд словно почувствовал его ответ, поэтому спустя два специально шумных шага Нил снизу вверх с зажатой между губ сигаретой взирал на наигранно равнодушный чужой взгляд.       И в этом взгляде было ВСЕ. Поддержка, понимание, забота, обеспокоенность, нежность… Пускай многие этого бы и не заметили. Но не Нил. Он всегда замечал, знал, читая не то что между строк, а между целыми абзацами. Взятыми из разных книг, да.       — Не смей, — только и сказал Эндрю, серьезно взглянув в голубые глаза, в которых сейчас отражалась вселенная, а после направился в тишине к выходу.       Джостен вновь оказался в одиночестве на крыше, но теперь хотя бы с дозой никотина внутри себя. Казалось, ничего не изменилось, вселенная продолжила свой бег, инопланетяне все также избегали Землю, но вот дышать Нилу в разы стало легче, и дело вовсе не в сигарете, прикуренной чужой рукой...