***
Запуская пальцы в свои волосы, я их немного оттягиваю, заглушая нарастающую тревогу у меня в груди, которая так и сжималась. Ритм сердца бился как сумасшедший, я даже и не сильно понимал, как возможно вообще выжить с таким-то биением, как сердце еще не остановилось..? Останется для меня загадкой. Снова выпитая бутылка энергетика и несколько глотков горькой водки, явно были лишними в моем и так, болезненном организме.
Почему же я сейчас сижу где-то, пью алкоголь, курю и еле нахожу выход из тревожного состояния? Все это произошло из-за одной чертовой ситуации, которую я ненавижу до сих пор.
***
Я поворачиваюсь к Владу лицом, держа в руке свой телефон, на котором шёл стрим. В уме у меня был лишь смех и забава, я думал и знал что мы шутим.
Вытягивая свои губы уточкой, я слегка приблизился к Владу, который сидел возле меня, и был слегка под алкогольным опьянением.
Когда я потянулся, Влад тоже, и произошло то, чего я совсем не ожидал, я почувствовал его губы на своих. Я сразу же почувствовал приступ тошноты и рвоты, которые так хотели выйти наружу, поэтому я отпрянул очень резко, сразу же начиная плевать и стирать фантомные ощущения, пока мой друг что-то говорил на фоне, называя меня сучкой в шутку.
— Влад! Я думал мы прикалываемся! — начал говорить я, сразу же вырубая стрим, который шёл у нас. Влад тут же непонятливо нахмурился, совсем не понимая в чем дело.
— Что случилось? — начал расспрашивать он, оглядывая моё лицо, которое было недовольным. Ну, а как же, кто будет довольным от поцелуя, со своим же полом!
— Что случилось?! — начал я повторять за его словами. — Да так, ты просто поцеловал меня, в губы, блять! — орал я на сидящего Калюку на диване, стоя над ним. Остальные люди что были в квартире, покосились на нас, явно недоразумений было очень много.
Потом ещё и ненужные слухи пойдут...
— А что такого? — вопросительно посмотрел на меня Антон, что стоял рядом со спинкой дивана, облокотившись на него.
— Всмысле "что такого"?! Я, не хотел, я ещё и пидорасом сейчас останусь, люди увидят сука, будут всякую хуйню делать! Что мне потом делать, как блять снова запустить стрим без стыда?! А блять?! — снова ору я. Мой разум затуманился, я даже не понимал что говорю, но понимал свою ненависть на всех стоящих тут, которые смотрели на меня, с презрением...
Мне стало тошно, и неловко, и стыдно.
— Вов, ну, не будь ребёнком, и до этого были такие люди что делали нас какими-то пидорами, что в жопу трахаются, мы же не стали от этого ими. — начал прояснять Влад, вставая с дивана и уводя меня подальше от толпы, но я вновь толкнул его, чтобы он не трогал меня.
— Не трогай меня! Мне тошно на тебя смотреть! — стукнул я его по плечу, снова отталкивая, а после и вытирая свою руку об себя.
— Чего..? — нахмурился Влад, оглядывая меня, и смотря на то, как я вытираю свою руку, которой потрогал его.
— Вова блять, ты совсем уже?! — закричала Лиза, оттащив Влада от меня, вставая за него.
— Почему я виноват, когда он - пидорас!? — в ответ кинул я, понимая что несу полную
правду.. наверное.
— Ты как ребёнок! Это всего лишь поцелуй, это не пидорство, это просто всего навсего поцелуй, так даже Брежнев раньше целовал людей! Перестань блять! — сказал уже Антон, усаживая Калюку на диван. А я пошатнулся.. будто бы стало неловко стыдно перед всеми, что аж ноги стали ватными.
Я оглянул всех и все смотрели то жалостливо на Влада, то агрессивно на меня. Я сделал шаг назад и вот... Я уже бегу куда-то, скорее всего туда, куда я не понимаю. Мой мозг и тело не слушаются меня. К счастью я совсем скоро узнал свой дом и квартиру, правда, в руках были пакеты.
Откуда они? Когда я успел?
Звеня банками в пакетах, я ввалился в дверь своей квартиры. Как раз таки тогда я и получил контроль над своим телом снова, снова ощутил боль в груди. Захлопывая свою дверь, даже не на замок, я прошёл в комнату, усаживаясь на пол, на свои колени. Сжимая под собой светлый пол, я второй рукой сжимал кепку на голове, пока на пол не стали падать слёзы, которые я хотел бы остановить. Завтра ведь надо по делам...
— Ну как же... Как же так... — хныкал я, дрожа всем телом.
Поднимая голову, и оглядываясь, я снова вижу пакеты, через которые я вижу бутылки алкоголя, и энергетиков. Резко подрываясь, я хватаю оттуда бутылку водки, сразу же после открытия, заглатываю залпом больше нормы которую я пил за последние месяцы.
Голова изредка начинает пульсировать, я даже ложусь на свой пол.
***
Так я и попал сейчас в алкогольное опьянение. Глаза слезились и, я даже не понимал почему и отчего? Возможно, стыд, а возможно и
боязнь чего-то... Я даже не хочу рыться в своих сознаниях.
— Вов? — я резко дёргаюсь, когда слышу голос, который узнал сразу же, голос моего друга Влада. Я отвечаю лишь мычанием. — Ты.. ты чего тут? — хрипит Калюка, усаживаясь рядом со мной, укладывая на меня свою руку. Я сразу же увернулся, слегка хмурясь, когда голова вновь болит.
— Отстань. — еле как мямлю я, даже боясь сказать чего-то лишнего, хотя, я и так наговорил все, чего нельзя. Почему Влад вообще тут сидит, я ведь, мразь последняя, которая наговорила все, что вообще не стоило говорить..?
— Вов, прости меня, наверное, я и правда
хуевый друг. — шмыгает он, поглаживая мою руку, что лежала на моем лбу, убирая настолько горящие ощущения, с помощью холодных рук.
— Нет... Это я тупой, пр-прости. — захныкал я, укладывая сверху его руки, еще одну свою.
—
Нет... Я еще хуже, прости меня. За все. — склоняет голову он, а я открываю глаза, и вижу его улыбку, которая мне не понравилась, а после и вовсе ощущаю то, как мои руки были словно заколотые к полу.
— Влад? — оцениваю ситуацию я, пытаясь еще и вывести друга в адекватный разум.
Я боюсь. Мне страшно. Что делать? Почему? Это не Влад которого я знаю...
— Тихо Володя, сегодня мы повеселимся, а потом... Ты забудешь все. — улыбается он, снова наклоняясь и целуя меня в губы. Я сразу же брыкаюсь, снова чувствуя тошноту, поступающую к горлу.
— Влад, пожалуйста.. — хрипло издаю я, когда Калюка усаживается между моих ног, я ведь даже ударить не смогу.
Мое тело ватное, я не смогу дать отпор, который заслуживает Влад. Все из-за спиртного в моем организме... Я чувствую как мои штаны сползают, а руки становятся затянутыми в кожаный ремень, очень туго, настолько, что я не ощущаю своих пальц.
— Отпусти! — собираю я все силы, пытаясь вырваться, но выходит все ужасно, за это я даже получил с кулака себе в лицо. Зажмурив глаза, я начал плакать, слыша то, как пряжка ремня Влада звенит, слышу его уже до дрожи
противный смех... Я ненавижу его голос, смех, его натуру и всего его.
Раньше я любил это.
— Володенька, я ведь
полюбил тебя, а ты... Опозорил меня при всех, — засмеялся он, поглаживая мои бёдра и грудь. — Хотя, кто кого опозорил... Ты сам себя сделал позором,
тебе никто даже не поверит потом, все ведь, за меня. — хмыкает Влад, прямо мне в ухо, а я зажмуриваю глаза больше, до белых звёзд. Слёзы с еще бо́льшей силой катятся по моему лицу, которое было в красных разводах, из-за сдавливания руками Влада.
— Не трогай меня, слышишь?! Отпусти! — хнычу я, но перестаю даже дышать, когда ощущаю возле своего ануса что-то твёрдое, которое оставляло вязкую хрень... Я сразу понял что это, поэтому, открываю глаза.
Открывая глаза, я сразу же кричу, когда чувствую проникновение в себя, я начинаю дёргаться, пытаясь избежать боли, которое разрывало меня. Влад удерживает меня силой, словно пытается меня сдавить, мои бока горели, а задница еще больше.
— Влад! — плачу я. Когда мне отпускают руки и я начинаю его толкать, выходит все - плохо, мои руки словно не слушались меня.
— Терпи, как ты там поговорил,
ты же - мужчина. — усмехается он, трогая мою кожу своими противными губами, утыкаясь своей грудью в мои ладони.
Он продолжает втыкать в меня своим членом, разрывая мои стенки ануса собою. Я уже почти задыхался в своих эмоциях и слёз. Даже голос просел, теперь вместо криков лишь - сопение, слова стали съедаться, их трудно было даже разобрать.
Удерживая меня своими большими руками, я чувствую то, как кожа под ними горела, ведь с каждым толчком, он снова сжимает бёдра в другом месте. Даже послевкусие остаётся... Мои ноги даже ещё сильнее начали болеть, когда он закидывает их к себе на шею, и начинает сгибать, ближе к моему телу, я даже вскрикнул от боли. И когда я чувствую что Влад выходит из меня, я вижу силуэтом что он усаживается на мою грудь, даже воздух стал входить с большим трудом. А потом, я понимаю зачем он это сделал. Он кончил на моё лицо и очки, и на мои волосы, марая их в своей сперме.
— Ты такой красивый сейчас. — хмыкает он, поглаживая мою шею, слегка надавливая, преграждая путь воздуху, и я начал брыкаться, начиная бить его по пояснице. —
Умирать не хочешь? — жалостливо произносит он, еще больше сдавливая мою шею, что я начинаю уже терять сознание, мучительно
умирая.
— Блять. — хрипло произношу я, начиная уже слабеть, не ощущать своё тело, и видеть вокруг лишь черную пустоту.
Неужели это — мой конец? Я не хочу умирать.
— Ой ладно. — цокает он, отпуская, и я резко вдыхаю, что аж голова начинает кружится, от резкого пополнения воздуха, стало слишком много.
Влад встаёт с меня, подхватывая за собой, я лишь шатаюсь и пытаюсь отпихнуть его от себя, всячески слабо толкая, ощущая до сих пор фантомные боли внутри, разрывы и прочее.
Калюка лишь усмехается, кидает меня на кровать и я больно ударяюсь ногами об край, своей же кровати. Пытаясь отползти назад, как в бесячих страшных фильмах, и как это всегда случается -
меня вновь тянут вниз.
И снова идёт все по новой: побои, изнасилование и прочее, даже в обморок падал раза 3-4, но меня трахали даже в таком состоянии, я просыпался лишь от внезапных болей. И так продолжалось до утра.
Я вновь проснулся и увидел свет за окном, и никого рядом. Я бы мог подумать что все выдумка и действие алкоголя, может это все приснилось, но, я ощутил ужасную боль, которую я в жизни никогда не чувствовал... Было больно даже двинуться, а во рту было сухо, и лицо было в ужасном, липком состоянии.
Хрипя ртом, я еле скатился на пол с кровати, больно ударившись головой об пол, но было - все равно. На кровати я даже заметил кровь, которая застыла и смешалась вместе со спермой. Я, еле хромая на свои ногах, которые были в синяках и красных пятнах, дошел до ванной комнаты, упираясь об косяки и стены.
—
Боже блять... — прохрипел я, еле слышимо, когда увидел свое отражение. К горлу поступила тошнота и меня вырвало слизью прямо на пол ванной комнаты.
Моё лицо выглядело как месиво, словно после съёмок в групповом порно фильме, с пристрастиями: различные побои на скуле, красные пятна в виде руки Влада на шее, множество спермы на лице, волосах и очках, которая засохла, делая вид более грязнее, губы, мои губы были в полном уродстве, разорванные, в кровавых ранках. А ниже смотреть было еще
хуже, засосы и синяки по телу, на запястьях красовались синяки и царапины. В груди все сжимается, когда я поворачиваюсь назад, видя лишь половину своей задницы... Она была вся красная, в царапинах, смешанные с засосами и синяках. Я даже и не помнил половину из этого, я лишь ощущал только боль, боль которую я не забуду никогда.
Никогда. Есть лишь один способ, которым я сейчас и воспользуюсь.
При принятии душа, я лишь плакал, стирая боль и ощущения чужих прикосновений. Я ведь только недавно говорил на своём стриме: "Лишь бы это ни с кем не случилось, не со мной, не с вами, это -
самое страшное что может случиться."...
Страшное.
Одеваясь в свою привычную одежду, я вновь смотрю на себя в зеркало, и сажусь перед ним, и начинаю писать на листочке, изредка поглядывая на свою физиономию с синяками по всему лицу. Даже невозможно заметить настоящие синяки, которые были от недосыпа.. Заворачивая бумажную записку, я кладу её в карман шорт. Когда я поднимаюсь на ноги, я еле удерживаюсь и, игнорирую боль.
Оборачиваясь на окно, я снова гляжу на себя в зеркало, и так повторилось 5-6 раз, снова взвешивая все за и против, раздумывая, правильные действия я совершаю сейчас, или все же нет. Когда я все же решил, я в
последний раз поворачиваюсь на зеркало слегка улыбаясь своему отражению, через огромную боль. Стремительно идя к окну, я открываю его, и усаживаюсь на край, свесив ноги наружу. Делая большие вдохи и выдохи, чтобы в последние разы почувствовать то, чего он не чувствовал целую ночь, из-за всяческого удушения руками и своими слезами, захлебываясь в них.
Слезы вновь текут по лицу, и я наступаю ногой, на небольшой алюминиевый слив, слегка удерживаясь за косяк окна и снова смотрю в зеркало, теперь уже в последний раз. Опуская руку я ощущаю поток воздуха, я в нём даже переворачиваюсь, летя вниз, я достал записку из кармана, удерживая ее в руках. «
Я не хочу умирать», все что мне пришло в сознание, когда я летел вниз, почти столкнувшись с землёй, я даже начал плакать и брыкаться, пытаясь спастись, но... Я ощутил мгновенную боль и черный экран.
Для меня все закончилось.
— Сегодня по новостям, Иванов Владимир Юрьевич, стример, что был известный по никнейму как "Kussia88" скончался, упав с 10-го этажа, собственного дома. Самоубийство это, или нарочное убийство, расследует полиция Санкт-Петербурга. Судя по побоям на теле парня, и по записке, что была в руках Владимира, во время того, как нашли его труп, стало известно что, он был изнасилован его же другом Владиславом Калюкой, которого уже допрашивают в участке и делают экспертизу. Записка, которую нашли у него в руках, сейчас выведут в кадр.
«
Ох... Я заебался жить, серьезно, я устал. За сегодняшнюю ночь и вечер, я понял — я больше несчастный человек. Я больше не буду счастлив, никогда, я буду вспоминать это: каждый день, неделю, год, или даже всю жизнь... Я понял какого это, я понял насколько это страшно просто жить. Я потерял друзей накануне того, когда это произошло.. я ведь считал его лучшим другом, с которым у нас произошёл конфликт, который мы бы решили, будь мы трезвыми. Он, Влад Калюка, изнасиловал меня сегодня ночью. Я просил остановиться, но, он делал все, что захочет: бил, надругался, плевал, душил, насиловал, целовал. Мои побои до сих пор болят и я ощущаю все, что чувствовал на тот момент. Все болит. Простите меня, те кто смотрел, любил меня, но, я себя больше не полюбил бы... Я ненавижу себя за все, за то что оскорбил Влада, за то что позволил себе случится этому, ведь, не выпив бы я алкоголь, не было бы этого... Простите, простите меня пожалуйста. Я не виноват же, да? Пожалуйста, умоляю, не обвините меня, я ведь не сделал плохого. Я бы не хотел так заканчивать, но я бы не смог принять себя, я бы не смог жить дальше, когда на улице ходит Влад, когда мы будем видеться, я бы не смог найти в себе силы дальше жить как раньше, стримить, смеяться и шутить, я бы не смог. Никогда бы я не вернул себя прошлого, до изнасилования, себя старого. Может быть, не выпив я тогда, может быть этого бы не произошло. Может я снова виноват?... Нет, простите меня. Меня сожрёт моя же злость, обида и т.д. Я больше не хочу жить, не хочу смотреть на Калюку как раньше, я ведь правда любил его, как лучшего друга. Я никогда больше не хочу видеть себя, я не выдержу. Я не хочу. Я хочу умереть! Понимаете? Вы же понимаете... Я УМЕРЕТЬ ХОЧУ, я не хочу умирать. Я надеюсь что увижу маму... или папу? Хоть где-то быть счастливым человеком. Я прошу прощения у всех, за свою грубость, может быть за свою надоедливость, за своё упрямство, шутки и прочее, или может вас оскорбило то, что я не доверял вам, или не считал вас другом. Я не умею выбирать друзей. Простите. Умоляю. Владимир Иванов.»
