Поговори со мной

      Ослепительный свет, выделяющий хрупкую фигуру в центре. У этой фигуры рыжие прямые волосы, голубые бездонные глаза, и имя его — Сергей Разумовский. Он разработал приложение "Вместе" и показывает его всему миру. Мужчина немного волнуется, неловко улыбается, запинается и активно жестикулирует. Вся толпа смотрит на него, ахает и охает, восхищается и улыбается. Разумовский сам натягивает на себя улыбку, тепло улыбаясь людям, он счастлив, безмерно счастлив. Люди испытывают самые разные эмоции, их же ощущает сам Серёжа. Но что же это? Новый пост, Сергей смотрит на экран и замирает, читая заголовок: «Кирилла Гречкина, сбившего девочку насмерть, суд отпустил».       — Простите, — Сергей быстро уходит с места презентации. Поразившаяся толпа провожает его, смотря вслед, но корреспонденты, нежелающие упускать такого кандидата на потрясающее интервью, не хотят оставить Разумовского. Но буквально в последний момент мужчина залетает в лифт, нажимает на кнопку и поднимается наверх, оставляя корреспондентов с носом.       — Как? Как такое могло произойти?! — Сергей мучительно застонал, прикрывая лицо ладонью. Его всего пробирает дрожь, сердце стучит как бешеное, стоит ли говорить о том, что Разумовский не готов к интервью, по крайней мере, не сейчас.       Он ввалился в свой офис с панорамными окнами на город, солнце светит беспощадно ярко, небо чистое и безмятежное, но почему? Творится же такая несправедливость! В отчаянии мужчина схватил бутылку красного вина, открыл её и сделал глоток. Всё жжётся и болит, но говоря по правде, это куда приятнее, чем читать тот треклятый заголовок.       Второй глоток. А вот и третий.       Разумовский взял телефон и набум позвонил на случайный номер.       Гудок.       Сергей умоляет Всевышнего, чтобы хоть кто-то взял эту чертову трубку, чтобы хоть кто-то ответил. Он в волнении кусает губы, держась за голову, закатывает глаза, нетерпеливо топая ногой по полу.       — Алло? Да, здравствуйте, я Олег Волков... — спокойный приятный мужской голос. От одного только голоса Сергей хочет закрыть глаза и уснуть, но жажда поговорить с кем-нибудь сильнее, потому, перебаривая себя и желание спать, Сергей говорит:       — Пожалуйста, просто поговорите со мной...       — Хорошо, я для этого здесь. Расскажите, что вас волнует, — слышно, как мужчина старается говорить спокойным голосом, не повышая ноты и мысленно Разумовский ему за это благодарен.       — Я... Я... Я севодня был на важном мероприятии, ик... И я прочитал новость об одном не очень хорошем чело-овеке. И, ик, и он з-за своё прес.. Преступление ничего не по.. лучил.. Ик. — Сергей сделал ещё глоток вина. Всё бьётся, болит и кружится, но выдохнув, мужчина продолжает, — я не знаю этого человека лично, но то, что он сделал, это ужасно… Преставьте, он буквально убил человека, и ничево за это не получил! — В голосе Сергея чувствуются слёзы, парень плачет навзрыд, закрывая лицо рукавом белой рубашки.       Олег сидел и внимательно слушал Сергея, не перебивая его. Честно, ему было очень жаль этого человека по ту сторону. Ему хотелось обнять его, успокоить, сказать что всё хорошо и что однажды все уроды поплатятся за свои грехи. Волков выдохнул и начал говорить, когда убедился, что Сергей пока ничего не будет добавлять.       — Мне очень жаль, что так случилось. Я надеюсь, что сейчас эта девочка находится в лучшем из миров...       — Где заместо листвы на деревьях растёт сахарная вата?       — Именно. — Олег тепло улыбнулся, он представил себе это место с всегда чистым и спокойным небом, где нет войны и где всегда спокойно. — На деревьях будет расти сахарная вата, в этом мире не будет войны и болезней, а дети всегда будут улыбаться. А также, я искренне надеюсь, что вы сможете глубоко и редко подышать и выдохнуть ком воздуха, вставший в груди...       — Вы не могли бв приехать? Олег замер, он был готов к чему угодно, но не к такому.       — Я оплачу проезд и время, которое вы на меня потратите, мне просто нужно кого-то рядом... Пожалуйста, прошу вас... — Голос полон тоски и отчаяния, парень по ту сторону хнычет, утирая слёзы. Волков проникается этим человеком, тяжело дышит и соглашается. Пожалеет он о поступке или нет, это уже вторично, но ему нужно помочь этому человеку, во чтобы то ни стало.       — Хорошо. Скажите адрес?       — Да... Адрес Карла Маркса дом 3, не беспокойтесь, я пропущу вас. Олег записал адрес на бумажке, привстав со своего рабочего места.       — Ваше имя?       — С-Сергей Разумовский.       — Хорошо, спасибо... Сейчас буду!       Удивительно, но адресат жил недалеко от места работы Олега. Так что всё, что ему оставалось сделать, — встать, выйти с здания, в котором он работает и перейти дорогу необходимый дом будет напротив него. Волков поднял глаза, рассматривая небоскрёб, открывающийся перед ним.       Через некоторое время Сергей очутился в объятиях Волкова. Он пьян, жутко пьян, и это заметно. Разумовский говорит вяло, путая многие буквы, переминаясь огромное количество раз, но Олег просто сидит вместе с этим парнем, обнимает и поглаживает того по голове. Разумовский усмехнулся, гость не даёт больше ему выпить, крепко держа в объятиях, но первый даже не сопротивляется, а послушно сидит на коленях, облокотившись на Олега, как на подушку. Он рассказывал Волкову обо всём, что было и чего не было, рассказал в подробностях, моментами препинаясь, о детстве, о новости, о своих делах, желаниях и надеждами. Олег внимательно слушал каждое его слово. Странно, но он чувствовал что-то тёплое по отношению к этому человеку. Волкову хотелось защитить Разумовского от любого кошмара, готового пошатнуть этот хрупкий мир. «То, что есть такие люди, которые проникаются проблемой каждого человека, готовые и помогающие людям, пусть даже чужим, это чудесно... И как же хорошо, что такие есть», — он поглаживал Сергея по голове, Разумовский сам прижимался к Олегу ближе, слушал его сердцебиение. И сейчас, после долгого молчания, Разумовский усмехнулся и начал:       — А ведь знае..те, я спас её в первый раз, хах... Она... Она была жутко напугана, я-я тогда сказал её брату, чтобы он внимательнее следил за сестрёнкой, — Сергей пытается улыбаться и успокоиться, но слезы не прекращают идти и он вновь заливается слезами, крича в голос. — Да почему всё так?! Почему именно её? Что она сделала не так?       — Может, напротив ей хотелось отправиться к своим родителям? Возможно она очень сильно скучала по ним...       — Возможно, так оно и есть, так, получается, у неё всё хорошо... — Сергей замер, смотря мимо Олега, куда-то на пол. — А умирать это страшно? Просто... Я бы очень побоялся умирать... Тогда, наверное, холодно и страшно, а ещё жутко темно.       — Обычно люди покидают этот мир спокойно... В окружении любящих близких людей. Я уверен, что у такого чудесного человека, как вы, наверняка будут люди, которые будут рядом с вами в этот момент. — Олег обнимает Сергея, прижимая его крепче к себе. Он поцеловал парня в макушку, легонько, совершенно невесомо касаясь своими губами чужих волос, пахнущих ванилью. — А пока вам рано думать об этом, смерть далека и вы можете прожить крайне прекрасную жизнь, которой вы достойны.       Сергей тепло улыбается, он трётся носом об его шею, опускается чуть ниже и застыл, слушая сердцебиение Волкова. Такое спокойное и умиротворённое... Разумовский начал нехотя поглаживать своего собеседника.       — Спасибо вам за этот разговор, ик, мне сейчас легче...       — Пф, не стоит. Это моя работа. — Волков погладил Разумовского по волосам, поднимая уголки губ в виде улыбки.       — Нет, серьёзно, спасибо... Мне, мне сейчас легче. Да и знаете, было бы здорово изобразить это место, о котором мы говорили...       — Где на деревьях растёт сахарная вата? — Переспросил Волков, смотря на собеседника снизу вверх. Сергей рассмеялся во весь голос, звонко и искренне, а главное, заразительно, уже и Олег смеётся в голов вместе с Разумовским.       — Хахах... Да, именно это место... Там наверняка очень спокойно и приятно, как с вами сейчас. — На трясущихся ногах Сергей встал, желая подойти к столу, но Олег схватил его за руку.       — Сначала отоспитесь, прошу. Вы и так пьяны сейчас, ноги вас не держат.       Сергей встал на какое-то время, застыв. В его глазах виднелось солнце, показавшееся в небосводе. Пока они разговаривали, солнце успело зайти за горизонт. Разумовский подошёл к окну, расширив глаза, он долго смотрел на заходящее солнце, широко раскрывая рот. Небо окрасилось в тёплые, красные и розовые тона.       — Закат... Волшебный... — Прошептал Разумовский, смотря на небо.       — Наверняка эта девочка была настоящим художником. — Поймав недоумевающий взгляд Разумовского, Олег пояснил. — Есть такая легенда, что когда художник умирает, то ему дают расписать небо в последний раз. Потому и каждый закат отличается от предыдущего. Разумовский смотрел на Олега, часто хлопая глазами. Он выглядел поражённым. Казалось, что звёзды так и сияют в его иссиня голубых глазах.       — И правда... — Сергей вновь вернулся взглядом к закату. Солнце добавляло в эту картину желтые яркие лучи, просачиваясь из-за облаков, небо было окрашено в полосы из красного, оранжевого и желтого цвета. — Если как-то и выглядело то место, о котором мы говорили, то только так.       Олег кивнул, подходя ближе к окну. Теперь парни стоят вместе и смотрят на солнце, медленно уходящее за горизонт. Утекает солнце, потихоньку и исчезают краски, тая в небосводе, как мороженое, которое ребёнок оставил надолго. Сергей знает, что дальше обязательно будет лучше и все нечестивые люди, однажды совершившие преступления, получат по заслугам, раскаяться и в мире будет всё меньше войны, болезней и ужасов. Разумовский со спокойной улыбкой на лице провожает солнце.       — Доброй ночи, Санкт-Петербург... — прошептал Сергей, провожая солнце.