The Stranger

— Ты живешь здесь по собственному желанию? — Ну да, — пожал плечами омега. — Рядом был небольшой ручей, поэтому теперь у меня есть свой колодец. К тому же, вокруг полно деревьев, и пусть ушло много времени, да и первая зима была холодной, я построил хижину сам и горжусь этим. Чонгук замолчал, пораженный услышанным. Чем больше времени он проводил с омегой, тем сильнее восхищался им. — Ты все это построил? — Ккама уже жил тут, поэтому он составлял мне компанию, но помощник из него так себе. Так что да, я сделал всю работу сам. — Ого...впечатляет. Запах омеги стал слаще, и он очаровательно склонил голову: — Спасибо. Поможешь мне с ужином? Чонгук сразу же поднялся на ноги. — Что мне делать? Как и прошлым вечером, Чимин сделал большую часть дел, оставив Чону лишь мелкие поручения. Альфа не стал сдерживаться, расспрашивая старшего о доме, и тот отвечал с большой охотой, рассказывая о своих мелких неудачах в самом начале. Оказалось, что омега первое время спал в гостиной, и только через несколько месяцев построил спальную комнату. Более того, камин в доме возводился дважды, так как в первый раз Чимин не имел понятия что делать. Однажды он даже чуть не упал в колодец, едва закончив постройку. Каждая история вызывала бурю эмоций внутри Чонгука. В нем не раз просыпался альфа, готовый защитить Чимина в прошлом. В остальное время он был в таком восторге, пораженный умом и креативностью омеги, что не мог произнести ничего, кроме восхищённых возгласов. Чимин лишь посмеивался, однако его природный запах выдавал то, насколько омега счастлив. Ужин получился восхитительным, Чон с удовольствием качал головой и хмурился, настолько еда была вкусной. —Ты, кажется, недоволен чем-то? — горько усмехнулся светловолосый. Чонгук перестал жевать, понимая, что его необычная реакция на еду наверняка могла обидеть Чимина. Поэтому прочистив горло, он поспешил успокоить омегу: — Только если тем, что раньше у меня не было возможности попробовать твою еду. А ещё фактом того, что ему скоро придется покинуть хижину, дабы вернуться к своим обязанностям. Альфа будет скучать не только по вкусной еде. Яблочный пирог стал замечательной кульминацией ужина. Чимину, резавшему угощение, казалось, что настал священный момент, поэтому он терпеливо ждал, когда гость отведает первый кусочек. Конечно, все манеры, которые бабушка пыталась привить Чонгуку в детстве улетучились, как только он попробовал пирог. Слегка простонав от невероятного сочетание начинки и специй, Гук решил, что готов есть это всю оставшуюся жизнь. — Яблоки чудесные, — подметил блондин так, будто бы все зависело от плодов. — Должно быть на них повлияла магия дерева. Чонгук только кивнул, в основном думая о том, есть ли ему медленно, наслаждаясь процессом, или быстро расправиться с этим куском, чтобы взять следующий. — Понятно теперь почему Юнги согласился, — решив не торопиться, наконец сказал он. — Это определенно лучший подарок. Чимин на секунду задумался, а затем улыбнулся: — Мне тоже так кажется. Хочешь ещё кусочек? Чон, слегка покраснев, посмотрел сначала на омегу, а потом на пирог. Оу. Затем юноша опустил взгляд на свою пустую тарелку. Видимо, все-таки поторопился. Что ж, разве можно устоять перед такой сладостью? — Пожалуйста? Чимин кивнул, отрезав ему очередной кусок, и некоторое время они ели в тишине. Неожиданно Ккама прыгнул на стол, до ужаса напугав брюнета. — Вишня? — глазки-пуговки внимательно смотрели на юношу. Богиня, он забыл отправить сообщение Намджуну. — Точно! — Чонгук поднялся с места и наклонился к своему рюкзаку. — Нужно сообщить стае о том, что предложение принято. Порывшись в вещах альфа понял, что у него до сих пор нет бумаги. Что ж, возможно сегодня Чимин будет сговорчивее. Однако когда он снова попросил у омеги пергамент, тот лишь печально покачал головой: — Я не лгал, у меня и правда нет бумаги. В итоге Чон нацарапал послание в уголке уже ранее использованной бумаги. Юнги согласен, мы прибудем послезавтра. Намджун скорей всего думает, что Чонгук остался в стае Мин ( где ему и положено быть), но сам альфа предпочёл остаться в доме Чимина. — Аккуратнее с письмом, Ккама — передав сообщение, Чон погладил птицу по голове. Ворон довольно дернул лапкой, после чего вылетел в открытую дверь. — Ты привыкнешь к нему. — Если бы не он, то я бы и вовсе забыл о письме. — Верно, — мягко улыбнулся омега. — У нас был тяжёлый день, поэтому давай приберемся и пойдём спать. Фраза заставила сердце Чонгука биться немного быстрее, однако в следующую секунду он вспомнил о соломенном матрасе у камина. С другой стороны, альфа так хорошо выспался прошлой ночью, что не прочь провести здесь ещё одну. Они вместе убрали со стола, и Чон снова отправился за водой. Возле колодца у него возникло ощущение правильности происходящего. — Ну, — омега стоял у входа в соседнюю комнату со странным выражением на лице, — Спокойной ночи. Чонгук не мог не заметить насколько омежья кровать казалась мягкой и удобной. — Спокойной ночи, Чимин. Дверь медленно закрылась, и брюнет резко выдохнул. Альфа внутри беспокойно метался, поэтому Гук принял решение поскорее уснуть, дабы не сделать глупость. Уже засыпая, он уткнулся носом в солому, неосознанно выискивая запах блондина.

* * *

На этот раз Чонгук проснулся не от крика ворона, а от насыщенного запаха яблочного пирога. Который едят без него. Слегка поморщившись, юноша приоткрыл один глаз. Судя по мягкому свету в хижине, было еще ранее утро. — Я расстроюсь, если ты съешь все без меня, — хрипло пробормотал он, поднимая рассеянный взгляд на омегу. Тот сидел за столом, доедая лакомство и умиленно смотря на сонного парня. — Не волнуйся, я оставил пару кусочков. Медленно поднявшись, Чонгук направился к столу, по пути наткнувшись на кресло и с грохотом падая вниз. Лежа на прохладном полу, он посмотрел на Чимина, который казался уж слишком бодрым и радостным. Светловолосый лишь усмехнулся на подозрительный взгляд снизу. — Смотри чтоб Ккама не принял твои волосы за гнездо, — подойдя к двери сказал омега, после чего раздался легкий стук в дверь. Чонгук, поправлявший волосы, ненароком задумался о сговоре между Чимином и птицей против него. — Спасибо, Ккама, — ворон сел на плечо омеги. — О! Тебе передали бумаги. Чонгук встряхнул головой, пытаясь прогнать остатки сна. Ему было так тепло и уютно, что, возможно, он не прочь вернуться в кровать... — Можешь прочитать что там написано? — вздохнув, спросил младший. Он даже был не против того, что Чимин увидит содержимое, настолько сейчас хотелось спать. После долгой тишины, в комнате раздался слегка дрожащий голос омеги: — Не могу, это ведь твоё письмо, — Чимин аккуратно положил его на стол перед юношей. — Но я могу заварить тебе чаю. Чонгук согласно промычал, и убаюканный звуками дома, задремал. Когда через некоторое время он открыл глаза, перед ним стояла чашка ароматного чая, а омежья рука гладила по плечу. — Может поспишь ещё немного? Чонгук выпрямился, остро ощущая прикосновение Чимина. — Нет, я не сплю. Спасибо за чай. Блондин, замялся, и его рука задержалась на секунду дольше, прежде чем он убрал ее, к большому огорчению альфы. — Не за что. Я буду в саду, присоединяйся, если хочешь. Альфа неторопливо ел пирог и пил чай, слегка постынывая от удовольствия. Содержимое записки было коротким, но Чон знал, что по возвращению его будут расспрашивать. Передай Юнги, что я с нетерпением жду нашей встречи. Будь осторожен ( не посылай ворона, он съедает всю вишню) Чонгук ухмыльнулся - Ккама определённо заслужил всю вишню. Итак, у него есть целый день, прежде чем придет пора забирать Юнги из стаи, поэтому он собирался использовать это время с пользой. Альфа нашёл Чимина в саду, сидящим между тыквянными рядами. — Чем я могу помочь? Чимин обернулся, уперев руки в бока и нахмурив брови. Чонгук едва сдержал улыбку, глядя на серьёзное лицо и пятно грязи на лбу. — Рядом с душевой есть сарай, было бы неплохо, перенеси ты туда все тыквы и кабачки. — Использовать их с пользой? — улыбнулся Гук, демонстрируя мышцы рук. — Именно. Пока омега нарезал овощи, Чонгук таскал куски в сарай. Когда брюнет сказал, что место в сарае почти кончилось, Чимин лишь вздохнул: — Нужно расширить его, желательно до наступления зимы. Чон промолчал. Зима была самым нелюбимым временем года альфы. В этот период ему нельзя было покидать стаю из-за сильных холодов. Стаи объединялись и необходимость передавать письма отходила на второй план, поэтому Чонгуку было скучно и он хотел вернуться в лес. Провести время с Чимином и построить для него сарай казалось идеальной перспективой на зиму. Однако Чонгук держал свои фантазии при себе, продолжая работать. Они сделали большую часть, останавливаясь лишь чтобы попить воды. Ккама периодически прилетал, после чего отправлялся по своим птичьим делам. Чимин научил Чонгука сажать чеснок, и они заполнили им несколько грядок. Укрыли корнеплоды сухими листьями и кусками коры, чтобы они могли согреться зимой. — Ого, ты делаешь это каждый день? — вздохнул Чонгук, принеся Чимину еще одну кучку сушеных листьев. — Есть дела которые я делаю каждый день, например таскаю воду из колодца, колю дрова. А так, все остальное меняется. — Все равно слишком много всего. — Мне нравится, — пожал плечами омега. — Дни сейчас становятся короче, поэтому я стараюсь успеть все сделать. Не представляешь как мне была необходима твоя помощь. Спасибо. И снова инстинкты внутри Чона кричали ему, что не прочь остаться и помочь. — Пожалуйста. Приятно работать зная, что из этого получится нечто вкусное. Чимин рассмеялся. — Это способ сказать мне, что пора обедать? Чон не успел ответить, как омега встал. — Пойдем, выберем что-нибудь из сарая, и я приготовлю обед. Мы заслужили перерыв. В итоге выбор пал на мускатную тыкву, и пока Чимин её резал, Чонгук не мог не подметить кое-что странное. — У тебя есть сыр? Я вроде не видел никаких животных поблизости... Чимин продолжил готовить, однако его запах выдал резко ухудшившееся настроение. Альфа тут же спохватился: — Мне не следовало спрашивать, прос- — Все нормально. — блондин качнул головой. — Есть то, что мне не удается достать тут, мед или сыр, к примеру. Поэтому я хожу на летние сборы разных стай, куда легко вписаться и никто не спрашивает откуда ты. Обмениваю лекарства на необходимые вещи, после чего возвращаюсь домой. — Чимин замялся, нарезая сыр мелкими кусочками. — Но этот сыр мне привез отец. Он навещает меня пару раз в год. Чонгук продолжал слушать омегу, несмотря на шок от услышанного. Ему казалось, что омега потерял родителей, иначе как объяснить его затворнический образ жизни? — Мой папа не знает об этом, поэтому отец приносит все по чуть-чуть, — продолжил старший, — Специи, сыр, семена и другие мелочи. Он не остается надолго, однако приятно знать, что отец помнит обо мне. — тихий шепот и подавленное состояние вызвали болезненный отклик в сердце Гука. — Так, — светловолосый постарался вернуть веселый настрой, что получалось скверно, — час и будет готово. Чонгук внимательно смотрел как тот несет кастрюльку на огонь. Маленькая часть внутри альфы хотела узнать больше, но Чимин не желал об этом говорить, поэтому Чону оставалось лишь принять этот факт. Состояние омеги - вот его приоритет сейчас. — Хочешь сыграть в карты? Чимин слегка удивился, а затем на его лице расцвела нежная улыбка. — Хочу. — Они у меня всегда с собой, — брюнет открыл рюкзак, достав оттуда колоду. — И здесь свои правила, я покажу тебе все! Омега сел напротив и они начали игру. Чимин сразу уловил суть и быстро понял правила, оказавшись сильным противником. Конкурентоспособные альфа и омега из раза в раз просили друг друга о реванше с широкой ухмылкой на лицах, весело дразнясь. Прервать игру пришлось из-за сильного запаха гари. К счастью, Чимин успел вовремя, поэтому это был самый лучший гратен в жизни Чонгука. — Ты с каждым разом превосходишь себя, — промурчал от удовольствия альфа. — Невозможно уметь готовить буквально все настолько хорошо. — Теперь я обязательно приготовлю что-нибудь невкусное на ужин, дабы успокоить тебя. — Не смей! Ты разбаловал меня, я не мог- — Чужак! Оба подняли глаза. Ккама сидел на крыше, его крик эхом разносился по всей округе. Прежде чем Чонгук понял что происходит, Чимин встал, крепко сжимая в руке нож. Альфа внутри резко поднялся - если омеге грозит опасность, то он защитит его. — Оставайся внутри, — приказал Чимин. — Чужак! — снова каркнул ворон. Омега посмотрел на Чона, источая сильный аромат гнева и беспокойства. — Оставайся внутри, — медленно повторил он. — Не высовывайся, сделаешь только хуже. Снаружи раздался голос: — Чимин? Где ты? Запах блондина душил, поэтому альфа лишь наблюдал за тем, как тот стремительно скрылся за входной дверью. Однако Чонгук слышал все происходящее снаружи. — А, вот ты где! Я уж подумал, что тебя наконец сожрала птица, — воскликнул неизвестный голос. — Уходи. — Ох, Чимин-и, как обычно с ножом. Почему ты всегда такой напряжённый рядом со мной? — Убирайся, — непреклонно повторил омега. Чонгук хотел было выйти, но вовремя вспомнил просьбу Чимина. Он уважает его решение, но если так пойдёт и дальше... — Раньше с тобой было веселее, — снисходительно продолжил незнакомец. — Где же твоя ярость? — Уходи отсюда. — Ах, мой милый нареченный, все такой же упрямый. Совсем не изменился. Чонгук напрягся. Нареченный? — Я не твой! — яростно воскликнул Чимин. — Само собой, ведь теперь у меня есть прекрасный муж и дети. Однако я все ещё храню для тебя место в своём сердце. Пустишь к себе? Придя в себя, омега снова прогнал незнакомца, как вдруг сверху послышался скрипучий смех. — Вырву твои глаза! — каркнул ворон, и даже Чонгук, находящийся в хижине, вздрогнул. — Как жаль, — вздохнул неизвестный, — Ты бы мог стать славной омегой, но взгляни на себя. Блондин промолчал, не обращая внимания на провокацию. — Что ж, ладно. Оставайся и дальше в этой глуши, большего ты не заслуживаешь. Увидимся, Чимин. Наступила тишина. Чонгук оставался внутри, размышляя о том, стоит ли ему выходить. Он уважал омегу и его просьбу, однако спустя пару минут все же не выдержал и осторожно открыл дверь. Незнакомец ушел, но и Чимина тоже нигде не было видно, поэтому Чон запаниковал. А что если этот человек забрал омегу и тот сейчас в опасности? Когда Ккама приземлился на одну из яблоневых веток, альфа резко поднял голову: — Ты знаешь где Чимин? — Река! Камни! На мгновение Гуку показалось, что дерево стало чуть меньше, но быстро отогнав эту мысль он побежал к речке, которая находилась за хижиной. Выше по течению было много камней, поэтому юноша направился туда, про себя надеясь, что ворон прав. Только через несколько бесконечно долгих минут Чонгук уловил кислый запах и увидел одинокую фигуру, сидящую на огромном валуне. Омега прижимал колени к груди, обнимая их руками и смотря на небольшой водопад вдалеке. Если он и заметил чужое присутствие, то просто не подал виду. Чимин казался таким крохотным и закрытым, что сильно отличалось от привычного состояния старшего. Чонгук присел рядом, сохраняя небольшое расстояние между ними. Блондин не принял никаких попыток оттолкнуть, поэтому Чон решил остаться. Ситуация была слишком серьезной, чтобы пытаться перевести тему или высказать неуместные подбадривания. — Кто это был? Чимин крепче обнял себя, и альфа пожалел, что не может обнять его или утешить. — Тебе необязательно отвечать, — тихо добавил он. Светловолосый закусил пухлую губу, все еще глядя на воду, пока Чонгук замер в ожидании. Омежий запах постепенно становился слаще, указывая на более стабильное состояние. — Я родился в стае Пак. Оленьи глаза широко раскрылись. Брюнет ожидал продолжения, но омега, казалось, снова ушел в себя. — Расти в такой суровой стае, — осторожно начал Чон, после чего Пак горько усмехнулся. — Ты говорил, что был там однажды...Ты видел их омег? Чонгук тут же покачал головой: — Нет. Люди, с которыми я разговаривал объяснили, что они защищают своих омег, однако это очень странно. — Защита - это слово, которое они используют чтобы оправдать свою тиранию. С самого рождения омеги стаи Пак носят клише слабых и хрупких существ. Они растут в изоляции, не зная абсолютно ничего о внешнем мире. Единственное чему их учат - подчинятся правилам стаи и покорятся выбранному для них альфе. Чон не перебивал, позволяя омеге высказать всю боль и разочарование, накапливаемые годами. Чимин вытер злые слезы, продолжая рассказ. — Этого альфу выбрали моим женихом. Я его не знал, омегам запрещено общаться с альфами до определенного возраста, однако его все равно выбрали в качестве моей пары. Поэтому я сбежал еще до церемонии. — И ты живешь здесь с тех пор как... Чимин кивнул. — В каком то плане мне повезло. Родители много лет пытались завести ребенка, а я оказался единственным выжившим. Папа ненавидел себя за то, что не смог родить альфу, но отца это не волновало, — аромат омеги смягчился. — Он был так счастлив, глядя на живого и здорового сына. Он заботился обо мне не смотря на то, кем я являлся. Именно отец брал меня в лес и учил гораздо большему, чем учителя в поселении. Я бы умер в первую зиму здесь, если бы не он. Альфа приоткрыл рот, не зная что сказать. Грусть из-за того, через что прошел Чимин, смешивается с неподдельным восхищением силой духа омеги. Параллельно с этим в груди растет волна ненависти к стае Пак. Все эти эмоции были лишь малой частью того, что испытывал блондин. — Наверное тебе интересно почему я не присоединился к другой стае, — тихо сказал Чимин и Чон не стал его переубеждать. — Я просто не знал, что в других стаях все по-другому. Не думал, что с омегами можно обращаться как с равными. Когда наконец понял - желание снова жить в стае отпало. На этот раз Чонгук не думал, прежде чем спросить. — Разве тебе не одиноко? — Чимин впился ногтями в кожу ног и лишь тогда альфа понял свою ошибку. — Само собой, никто не должен жить в одиночестве. И тут Гук понял как долго Чимин жил один. Без физического контакта, без возможности почувствовать кого-то... — Чимин, — выдохнул он, понимая на какой риск идет, — Если ты позволишь, я...я бы хотел понюхать тебя. Омега замер, и Чон увидел как его кожа покрылась мурашками. — Зачем? — настороженно спросил Пак, одновременно выглядя уязвимым. — В моей стае мы так утешаем друг друга, — аккуратно подбирая каждое слово произнёс альфа. Необходимо было, чтобы Чимин его понял. — Это не жалость, я просто хочу обнюхать тебя. Омега отвернулся, но Чон полагал что это больше от нахлынувших эмоций, чем от желания отказать ему. Паку нужно было время, поэтому брюнет молча сидел рядом, вдыхая легкий аромат грусти и смущения. — Ладно, — тихо ответил Чимин. Чонгук замер. И что теперь? — Только не здесь, — все еще смотря в сторону продолжил омега. — Давай вернемся, — Чимин поднялся и удивленный Чон последовал за ним. — Тот альфа был охотником стаи Пак и долгое время считал, будто бы я умер после побега. Он нашел мою хижину несколько лет назад и возненавидел за то, что я справляюсь со всем сам. Он приходит сюда пару раз в год лишь поиздеваться, поскольку все еще не может принять тот факт, что "его" омега покинул стаю. Чонгук сжал кулаки. Он понял причину по которой Чимин не позволил ему выйти ранее, однако в груди все кипело от желания хорошенько врезать незнакомцу. Альфа внутри не оценил бы трезво ситуацию, увидь он другого мужчину в доме омеги. — Твой отец знает? — Нет, я не говорил, — слегка покачал головой блондин. — Он бы попытался защитить меня, но после моего ухода его статус в стае ослаб, поэтому я не хочу чтобы у него снова были неприятности. — Значит ты борешься с этим в одиночку... — И у меня неплохо получается. Чон буквально чувствует как внутренний альфа кипит от гнева и ненависти. — Тебе не кажется, что в один прекрасный день он по-настоящему навредит тебе? — Он уже пытался. Я дал отпор, а Ккама сильно расцарапал его лицо. У него остался шрам и теперь он никогда не подходит близко. — Я...— брюнет остановился, и Чимин с любопытством взглянул на него. — Я рад, что ты смог защитить себя, но ты не представляешь как меня это злит. Впервые с ухода чужака омега слегка улыбнулся. — Спасибо. Странно, Чимин благодарит его за негативные эмоции и скорее всего это связано с тем, что долгое время об омеге никто не заботился. Пак сильный, однако как и любое живое существо, он нуждается в поддержке. По возвращению в хижину напряжение не спало. Юноша дёргано проследовал за омегой, не зная, куда деть руки, да и вообще смотреть. Он был инициатором, сам просился обнюхать Чимина, но стоило тому повернуться, Гук и слова не смог вымолвить. — Думаю...было бы лучше, если бы ты сел, — старший указал на кресло у камина. — Я не знаю как отреагирует мой омега. С тех пор как кто-то нюх...это было очень давно. — Чимин был даже не в состоянии произнести это слово. Чонгук сел в кресло, с трудом представляя как они поместятся в нем вдвоем. Пак же остановился прямо напротив него, явно дав понять, что не собирается садится рядом. Альфа выпрямился, стараясь сидеть как можно тише, пока Чимин размышлял о том, что делать дальше. Чон хотел бы, чтобы омега выбрал максимально комфортное для себя положение. Чимин наконец сел на колени альфы, расставив ноги по обе стороны от его бедер. Чонгук с удивлением посмотрел на омегу, дыша через рот. Пак прижал руки к груди, словно не решаясь действовать дальше и это вывело Гука из оцепенения. — Ты уверен?— спросил он, желая только одного - чтобы Чимину было комфортно. Омега моргнул, а затем улыбнулся, оглядев их с ног до головы: — Кажется, это у тебя нужно спросить. Все в порядке? Альфа быстро кивнул. — Да, все хорошо. Ответ, казалось, развеселил Чимина, однако двигаться он не собирался, поэтому Чонгук сделал единственное что позволяло положение - наклонил голову в сторону, обнажая шею. От тихого звука, который издал омега, по его спине пробежали мурашки, которые лишь усилились, когда блондин склонился ниже и вдохнул его аромат. Руки Чимина слегка подрагивали, но брюнет лишь уселся удобнее, желая чтобы Пак не торопился. Сложно вообразить насколько это странно - чувствовать запах альфы спустя столько лет. Омежий аромат стал слаще, указывая на то, как тот доволен. Пак осторожно коснулся шеи кончиком носа. Гук прикусил губу, надеясь сохранить остатки самообладания, когда услышал как Чимин сделал глубокий вдох и заскулил, сильнее зарываясь носом в шею. Альфа внутри Чонгука сходил с ума, но он не двигался, еле держась чтобы не ответить взаимностью, поскольку разрешения на это у него не было. Запах омеги стал ярче, и Чон впился ногтями в подлокотник кресла, чтобы не двигаться. — Ты можешь понюхать меня, — выдохнул Чимин, потираясь носом о загорелую шею брюнета. Чон тут же прижался ближе, вдыхая чудесный аромат. Сладкий, яркий, такой пленительный. Альфа нежно коснулся губами кожи. Все вокруг померкло в сравнении с запахом, который сводил с ума Чонгука и его волка. Чимин закинул руки на плечи младшего, и тот аккуратно обхватил тонкую талию омеги. Чон хотел утешить омегу, крепко и бережно обнимая его, однако происходящее между ними являлось чем-то большим. Чувствуя губы Чимина на своей шее и слыша легкие стоны, собственное тело не могло не реагировать. С трудом отстранившись, брюнет пристально посмотрел на партнера. Губы Чимина припухли и блестели от слюны, а глаза оставались полузакрытыми. Инстинктивно омега потерся носом о нос Чонгука, пока тот руками изучал спину старшего. — Ты уверен? — Да, — застенчиво кивнул блондин. Нежно целуя Пака, альфа не мог не подметить, что губы, на которые он залипал последние несколько дней, сейчас издают самые сладкие звуки. То, как Чимин держался за его шею, как прижимался и скулил, побуждало целовать его еще больше. — Ч-Чонгук Рука на затылке и крепкие объятия за талию были чем-то новым для Чимина, однако и Чон чувствовал себя иначе. У него уже были омеги, но никогда альфа не чувствовал потребности обнимать, защищать и делать хорошо определённому человеку. Проведя дорожку из поцелуев от уха до шеи, юноша оставил свой запах на теле блондина. Чимин не контролируя себя, прижался к животу Гука, и альфа зарычал, чувствуя насколько он возбужден. — Минни, ты точно уверен? Омега не ответил, продолжая покрывать поцелуями пахучую железу Чонгука, доводя того до безумства. Чимин отстранился, вновь соприкасаясь носами, после чего наклонился и невинно чмокнул Чона в губы. А потом ещё и ещё... — Я так долго этого хотел, — признался Пак, голос которого дрожал от напряжения. Он обхватил ладонями лицо брюнета, поцеловал снова, после чего провел носом в районе ключиц, наблюдая как на коже появляются мурашки. — Я не ребенок и прекрасно осознаю о чем прошу. Я могу доставить себе удовольствие, но хочу чтобы это сделал ты. Альфа в груди зарычал. Как он мог отказать? Чимин, прижимаясь к загорелой щеке, тихо продолжил: — Никогда не думал, что у меня в жизни появится такой чуткий и добрый мужчина. Я тебе доверяю. Чонгук посмотрел на него, чувствуя как в груди разливается тепло. — Спасибо, — последовал ласковый поцелуй. — Я сделаю тебе хорошо. Нахальная ухмылка расцвела на лице Чимина, и он куснул альфу за нос, сразу же целуя слегка покрасневший кончик. — Тогда отнеси меня в спальню, — потребовал он. Чонгуку не нужно было повторять дважды - подхватив омегу под бедра, он легко поднялся на ноги. Пак вскрикнул, цепляясь за крепкие плечи и широко раскрытыми глазами посмотрел на румяного альфу, сияющего от гордости. — Я снова использую свои мышцы с пользой. — В кровать, — настойчиво повторил блондин, уткнувшись носом во впадинку между шеей и плечом. Спальня выглядела именно так, как Чон себе представлял: маленькая комната с кроватью и сундуком, пропитанная сладким запахом старшего. Опустившись на матрас между омежьих ног, Чонгук понял, что это его самое любимое место. Несмотря на сильное желание, они старались наслаждаться каждым моментом. Одежда валялась по всей комнате, а каждый участок тела был покрыт укусами и поцелуями. Чимин бурно реагировал, выгибаясь и громко постанывая. Обхватив руками крепкие ляжки, Чонгук провел языком по всей длине ствола, доводя омегу до первого оргазма. Видя как губы партнера раскрываются в немом крике, альфа кончил, даже не прикоснувшись к себе. Чон получал удовольствие просто лаская омегу, однако Чимин быстро учился, и вот уже Чонгук извивается под ним. Игривость сохранялась между ними даже в самый интимный момент. Альфа никогда не думал, что можно смеяться во время секса, и именно это заставило его прижать Пака ближе к себе. Пару раз они выходили на кухню перекусить, абсолютно голые и счастливые. В спальне Чимин седлал его бедра, насаживаясь сильнее. Толкаясь в теплое нутро, Гук уткнулся носом в шею, останавливаясь, чтобы глубже вдохнуть запах влажной кожи. Омега вильнул попой, намекая на продолжение и Чонгук задвигался еще быстрее, чувствуя, что не хочет покидать узкие стеночки. Они встретились взглядами и достигли пика почти одновременно. Отдышавшись, старший нежно коснулся щеки альфы, проведя кончиками пальцев по носу, бровям и ушам, очерчивая линию подбородка. Смущенный брюнет игриво прикусил коротенький пальчик, дразнясь: — Ты часто за мной наблюдаешь. — Ты тоже, — улыбнулся в ответ блондин. — И очень плохо это скрываешь. Альфа не мог дуться слишком долго, особенно когда перед глазами мелькали пухлые губы. — Ты прекрасен, — прошептал он. Чимин снова поцеловал его. — Ты намного прекраснее. Омега вскрикнул, когда Чонгук укусил его плечо. Альфа пробурчал очередной комплимент, вызывая новый приступ смеха. Распластанный на белых простынях, с растрепанными волосами, Чимин находился именно там, где ему и место.

* * *

Чонгук проснулся с широкой улыбкой на лице. Мягкая кровать, теплое одеяло и самое прекрасное создание под боком. Глядя на светлые пряди, нос-пуговку и пухлые губы, он не выдержал и нежно поцеловал Чимина в лоб. Как же он счастлив. И тут юноша вспомнил, что сегодня ему необходимо привести Юнги в стаю Ким. Альфа в груди тут же оскалился, не желая покидать свою пару, и Чон почти подчинился своим инстинктам, однако в последний момент взял себя в руки. Он выполнит поручение, а после... После поговорит с Джуном. Если он поторопится, то успеет добраться до дома к концу дня. Там он извинится за потерянное дерево, возьмет как можно больше еды и вернется к Чимину утром. Будчи посланником стаи, он не знал как долго сможет остаться с омегой, поэтому Чонгук рассчитывал на понимание со стороны Намджуна. — Чимин, — прошептал он, снова целуя Пака в лоб. Омега что-то пробормотал, завозившись под одеялом, но так и не проснулся. Чон вздохнул, целуя плюшевую щечку и поднялся с кровати. Чимин капризно заскулил, чувствуя как тепло покидает его, и только глубже вдохнул аромат, оставленный на подушке альфы. — Прости, маленький. Вернувшись в зал, брюнет схватил клочок бумаги и быстро написал небольшое послание. Чимин, прости, что не разбудил тебя, я старался уйти как можно скорее. Обещаю, я вернусь к завтрашнему утру. Брюнет прикусил губу и добавил: Буду скучать, даже если мы расстаемся всего на день. Не могу дождаться, когда снова тебя увижу. Твой Чонгук. Оставив записку на столе, он поднял с пола рюкзак и с тоской вышел через парадную дверь. Маленькая яблоня, которую он нес на спине три дня назад, выросла до невероятных размеров. Дорога к поселению Мин казалась скучной и одинокой без Чимина. Альфе нравился утренний лес, но в присутствии омеги все ощущалось иначе. Юнги понимающе улыбнулся, встретив Чона спустя пару часов. — Я с нетерпением ждал новой встречи с Чимином. Надеюсь с ним все хорошо. Продолжая разговор, они направились в стаю Ким. По Юнги было видно, что не смотря на свое решение, он уже скучал по своим родителям и близким, поэтому друзья говорили на более нейтрально тему. — Тебе не кажется странным то, что я знаю его всего три дня, а мне уже хочется вернуться. — Раньше тебя никто так не цеплял, поэтому сейчас, когда ты нашел своего человека, тебе и твоему волку хочется быть с ним. — Скорее всего... Я не знаю как Нам отреагирует на мой уход. — Намджун предложил стать его парой через неделю после нашего знакомства, он не в том положении, чтобы отказать тебе в такой просьбе. Более того, он определено будет занят мной. — Фу! Юнги рассмеялся. — Тебе придется посетить церемонию спаривания вместе с Чимином. Чонгук кивнул. Он не знал, согласится ли омега пойти с ним, но картина того, как он держит старшего за руку, заставила альфу внутри радостно заскулить. — Снова эта идиотская улыбка на лице, — подметил Мин, хитро сощурив кошачьи глаза. — Ты теперь как Намджун. Омега не ошибся - Ким казался самым счастливым альфой на свете, когда Юнги подошел к нему на глазах у всей стаи, принимая предложение. Соблюдая традиции, их губы встретились в долгожданном поцелуе, после чего Юнги ушел в свою новую хижину с одним из старейшин. Само собой Чонгук знал, что его друзья найдут способ увидиться еще до начала церемонии. Проводив омегу долгим взглядом, Намджун повернулся к Чону. Тот уже было собрался извинятся за потерянное дерево, как вдруг Глава крепко обнял его. — Ты пахнешь счастьем, — положив руки на плечи младшего произнес Ким. — Что произошло? Кого ты встретил? — Его зовут Чимин, я жил в его хижине несколько дней и именно он помог мне с подарком для Юнги. — Правда? Значит, он не ведьма? — Ну, Чимин говорит, что нет. Он бы тебе понравился... он очень милый Главный альфа приподнял бровь. — Раз ты прожил у него целых три дня, полагаю это так. Чонгук опустил голову, избегая внимательного взгляда друга. — На самом деле...я бы хотел вернуться к нему. — слова давались с трудом. Джун единственный человек в стае, которого Чон может назвать своей семьей, поэтому он боялся разочаровать его. Тем не менее, желание быть с Чимином оказалось сильнее. — Тогда хорошо, что зима уже близко, ведь теперь ты не будешь тосковать по лесу. Оленьи глаза внимательно посмотрели на мужчину. — Ты не сердишься? Я ведь посыльный нашей стаи. — И этот статус все еще принадлежит тебе, по крайней мере до тех пор, пока ты этого хочешь, — ответил Намджун, запах которого олицетворял спокойствие и безопасность. — Подумай чего ты действительно хочешь, пока не наступит весна, а потом посмотрим, что будет дальше. Ты всегда будешь частью моей стаи, даже если выберешь жизнь в лесу. И конечно мы примем Чимина, если он когда-нибудь захочет прийти сюда. Чонгук кивнул, снова прильнув к мужчине, когда тот развел руки в приглашающем жесте. — Спасибо тебе, — выдохнул молодой альфа, чувствуя как все тело накрывает волна облегчения. — Без проблем, — взъерошив волосы младшего ответил Ким. — Однако... Наступила тишина и глаза Гука в панике расширились. — Что случилось с волшебным деревом? И что это за странная птица? Той ночью Чонгук пробрался на общую кухню и взял столько специй, сколько смог унести не привлекая внимания. Вспомнив, что у Чимина всего один нож, он кинул в сумку сразу несколько. Хорошо, что на утро он покинет деревню. Будучи вечно голодным, он часто таскал отсюда еду, получая по голове от главного повара после. В теплице он взял несколько семян, а в саду целую корзину вишни. Надеясь, что Ккама не съест все, альфа мечтал о сочном вишневом пироге, приготовленном Чимином. Вернувшись в свою маленькую хижину, Чон набил два больших рюкзака всем необходимым: меха, одежда, разные безделушки и чернила с пергаментом. Засидевшись допоздна, юноша решил немного поспать. Покинуть свою стаю оказалось легче, чем он ожидал, к тому частое отсутствие давало свои плоды. Прощаться с Намджуном и Юнги было тяжелее, но брюнет обещал навещать их или отправлять Ккаму. — Поживи наконец для себя, ты этого заслуживаешь. — напоследок сказал Лидер, поглаживая темные кудри и ласково улыбаясь. Не оглядываясь и стараясь идти не слишком быстро, чтобы успеть насладится красивым пейзажем и свежим воздухом, альфа чувствовал себя подростком. Все, о чем он мог думать - Чимин, Чимин, Чимин. И именно поэтому его шокировало зрелище, которое он увидел, наконец добравшись до хижины. Листья яблони лежали на траве и на крыше, а засохшие ветки низко склонились к земле. Чон был уверен - коснись он сейчас ствола, дерево бы рухнуло. Сердце болезненно сжалось. — Чимин?! Юноша подбежал к дому, пытаясь открыть дверь, но она была заперта. — Чимин? Минни, ты здесь? Тишина. — Чимин! — обойдя хижину, снова крикнул брюнет. В саду омеги тоже не было, как и на камнях возле реки. — Ккама! — в отчаянии закричал Чонгук. Наверняка Чимин охотился или собирал ягоды на зиму. Возможно, он бы- Внезапно, в затылок Чона прилетел небольшой камешек. Он зашипел и обернулся, натыкаясь взглядом на рассерженного омегу в паре метров от себя. — Зачем ты вернулся? — яростно вскрикнул Чимин. Чонгук сделал шаг назад, открыв рот от шока. — Ты бросил в меня камень? Больно же! — Вот и хорошо! — Пак наклонился, подобрав с земли еще один камушек, после чего запустил его в сторону альфы. — Это ничто, по сравнению с тем, что чувствовал я вчера! Реакция омеги ранила сильнее, чем все камни вместе взятые. — Я не понимаю, — начал Чонгук, выпуская успокаивающие феромоны. — Ты ведь знал, что мне нужно проводить Юнги в стаю. — Это я все-таки вспомнил. Но как ты думаешь, что я чувствовал, проснувшись в одиночестве после...После той ночи! — Я не хотел тебя будить. Мне следовало это сделать, прости. Извинения, казалось, потрясли омегу еще больше, и фасад ярости дал трещину, обнажая скрывающуюся под ним боль. — Простыни пахли тобой, но тебя рядом не было, — разбито прошептал Чимин. — Я даже нормально поплакать не смог, потому что близится зима, и есть куча дел, которые я не успел сделать. Мне не на кого рассчитывать кроме себя... — задыхаясь, омега больше не смотрел Чону в глаза. Плечи опустились, выдавая его подавленное состояние. Чонгук ненавидел себя за то, что оставил Чимина одного. Он должен был догадаться к чему это может привести. — Мне так жаль, Минни. Я думал, что записка тебя успокоит. Вот тут-то Чимин замер, и его аромат начал источать кислые нотки. Омега молчал, и Чонгук внезапно понял в чем дело. — Я не умею читать, Чонгук. Меня никогда этому не учили, я...я, — Пак замер, с ненавистью глядя на свои трясущиеся руки. — Я видел письмо, но не знал, вдруг ты жалеешь обо всем, или оно прощальное, поскольку твоя настоящая жиз- — Чимин, — перебил его альфа, видя насколько больно омеге говорить все это. — Там не это написано, — сделав несколько шагов навстречу, младший осторожно обнял невысокую фигуру. Блондин не ответил на объятия, но опустил голову на плечо Гука. — А что тогда ты мне написал? — скосив глаза, тихо спросил Чимин. Чонгук сделал вид, что не заметил подозрительный взгляд снизу. — Немного неловко говорить такое вслух. Омега резко поднял голову, уловив запах смущения. — Я обязан знать. Больше всего на свете юноша хотел показать как Чимин ему нужен, поэтому с пылающими щеками он наклонился и тихо произнес: — Там написано, что мне не терпится снова увидеть тебя. И что я буду скучать уже через несколько часов. Будучи неуверенным, что сможет это произнести, он умолчал о приписке "Твой" в самом конце. — Это очень мило, — тонкие руки окольцевали крепкую талию Чонгука, прижимая ближе. — Я знаю, что у тебя там своя жизнь и ты не можешь оставаться тут вечно, но когда ты ушёл, не сказав ни слова...было так больно. Чонгук провел носом по виску омеги, вдыхая приятный аромат. Чимин в его руках плавится, разнеженный теплом и спокойствием. — В следующий раз разбуди меня, хорошо? Тут Чон понял, что совершенно забыл обсудить с блондином дальнейшие планы и его накрыл страх быть отвергнутым. — Чимин, э-эм, я сказал Намджуну, что хочу провести эту зиму с тобой. Извини что не спросил, просто я так волновался! Если ты не захоче- Пак прервал его речь, приложив палец к губам. Оба нервничали, однако вперемешку с волнением, в воздухе запахло надеждой. — Ты останешься тут на всю зиму? — ошеломленно переспросил старший. — Прости, я не спросил тебя, — альфа прикусил нижнюю губу, и Чимин снова провел по ней пальцем, останавливая его. — У меня с собой два рюкзака, в них полно специй, разных ножей... О! И Вишня! — карамельные глаза с восхищением смотрели на Чонгука, поэтому его волк нахохолился. — Я могу помогать тебе с хозяйством - колоть дрова, приносить столько воды, сколько понадобится. Я бы мог научить тебя читать и писать. Омега заторможенно моргнул, после чего в его глазах появился странный блеск, на который Чон не обратил внимания. — Я бы с удовольствием, но Чонгук, это определенно надолго. Альфа покачал головой: — Ты очень умный, я знаю, поэтому быстро поймёшь что да как. — Нет, все это надолго, — прищурившись повторил Чимин. — Ох, — коротко выдохнул Гук. — Да, да определенно надолго. Возможно, даже дольше зимы. Омега с гордостью кивнул. — Я рад, что ты с этим согласен. Чонгук осторожно сжал щёчки Чимина, наблюдая за тем, как на них расцветает румянец. Думая о яблоне, он не сомневался, что дерево сейчас абсолютно здорово, и плоды его такие же яркие, как омежьи скулы. — Может вернемся внутрь? — прошептал Пак, выпуская сладкий феромон. Альфа что-то промычал, сталкиваясь носами в эскимосском поцелуе. — Ещё минуточку... Целуясь, они оба знали, что это надолго.

* * *

Тук-тук. Альфа приоткрыл один глаз, сонно зарываясь носом в подушку. Небо было чистое, солнце светило ярко, и его лучи пробивались сквозь тонкие занавески. Пора вставать. На прошлой неделе они отложили много дел на потом. Тук-тук. Чонгук вздохнул, сильнее прижимаясь к Чимину со спины. — Мм, кажется все выходит из под контроля. Чимин не шелохнулся. Он все еще приходил в себя после течки, которая совпала с гоном Чонгука, и закончилась пару часов назад. Следы на шеи пульсировали, свидетельствуя о крепкой связи между омегой и альфой. Идеально. Тук-тук. Падающие на крышу дома яблоки уже порядком поднадоели. Чон не выходил на улицу около недели, однако судя по веткам, достающим до окон спальни, дерево стало еще выше. Юноша поцеловал метку на шее своей пары, после чего со стоном поднялся, разминая мышцы. Брюнет подозревал, что после целой зимы, проведенной вместе, Пак будет невероятен в период течки, но тот превзошел все ожидания, требуя, чтобы альфа оставался рядом каждую секунду. И Гук был безумно рад выполнить любую его прихоть. Не смотря на весеннюю прохладу, в хижине было тепло, поэтому Чон вышел на улицу в одних штанах. Подняв голову, он тяжело вздохнул - яблоня возвышалась над всеми деревьями в округе. С глухим стуком на крышу упало еще одно яблочко. — Знаешь, Чимин не сильно обрадуется, если весь его сад будет в тени. Прошло столько времени, а Чонгук так и не решил какой вариант ему нравится больше - то ли дерево привязано к Чимину каким-то магическим образом, то ли омега на самом деле ведьма. Ккама приземлился на одну из веток и Чонгук вздрогнул. — Принес что-нибудь? Ворон на это лишь покачал головой, отказывать отдавать записку. Чон нахмурился. — Очередной шантаж? Я ведь отдал тебе последнюю сушеную вишню на той неделе! Ккама подпрыгнул, демонстрируя иссиня-черные перья на спине. — О боже, ладно, я дам тебе миндаль. Но только один, ты ведь знаешь, что Чимин не разрешает много. Ворон прыгнул ему на плечо, и альфа взял в руки записку. — Вонючка! — каркнул Ккама. — И тебе привет, — поглаживая голову птицы. — Сообщения от Намджуна? Первое было явно написано рукой его друга. Навестите нас в следующее полнолуние, мы соскучились. Передай Чимину, что его прогресс невероятен и прими мои поздравления. Чонгук удивленно приподнял бровь. Первая часть вполне понятна, он тоже соскучился по Намджуну и Юнги. Несколько раз Чон выполнял поручения стаи, а пару месяцев назад они с Чимином посетили церемонию спаривания, помогая с праздником зимнего солнцестояния. Вторую часть письма альфа не понял. Пока не открыл ещё один свиток. Дорогой Намджун Пожалуйста, не пиши мне всю следующую неделю, я буду очень занят. Приближается гон, поэтому я не смогу выполнять твои поручения. У Чимина тоже скоро наступит течка, я собираюсь повязать его и не оставлю своего омегу. Уверен, ты меня понимаешь. Передавай привет Юнги. Твой друг, Чонгук. Альфа рассмеялся, откинув голову назад и напугав ворона. Красивый, аккуратный почерк невозможно было спутать ни с чем, а тот факт, что он научил Чимина писать буквы всего две недели назад, делал ситуацию еще забавнее. — Чонгук? — послышался мягкий голос изнутри хижины. — Иду! — хихикнув, юноша сложил письмо в карман. Зайдя в зал, он аккуратно положил пергамент в свой ящик. Это предназначено только для его глаз. Вернувшись в спальню, Чонгук снял штаны и лёг в постель, прижимаясь к теплому телу. — Ты ледяной! — прошипел Пак, но все равно прильнул ближе. Альфа потерся носом о его шею. Он расскажет о приглашении Намджуна чуть позже. Младший знал о переживаниях Чимина на счет их будущего - тот шептал их глубокой ночью, когда мысли не давали заснуть, а некоторые опасения омега держал при себе. Он не был готов покинуть свою хижину, однако боялся, что Чонгук сильно тоскует по родной стае. С появлением метки многое изменилось, и теперь каким бы не было их будущее - они встретят его вместе. Омега извернулся в крепких объятиях, нос-кнопка прижался к пахучей железе. — Нам пора вставать, — промурчал он. Тук-тук. Чон вздохнул и старший умиленно пискнул. — Может испечем яблочный пирог? Желудок альфы издал жалобное урчание, и пока Чимин смеялся, Чонгук и сам не смог сдержать улыбки. — Не могу отказаться!