- Будешь чай?

19 августа 22:55 - Как ты вообще умудрился так напиться, придурок?! Мы же выпили чуть-чуть! - ворчит бедолага Сан, который тащит на себе по ступенькам до пятого этажа пьяного Уёна, словившего вертолёты и чуть не улетевшего в кусты перед входом в подъезд. И вообще, почему именно сегодня лифт перестал работать? Быстренько добравшись до нужного этажа, парни стоят перед дверью в "старую квартиру". Уён бормочет что-то невнятное, тыча носом в щёку Сана, пока тот щёлкает ключом в скважине. Парни заползают в уютную квартиру, встречающую их домашним теплом. Квартира принадлежит матери Сана. Она жила в ней в детстве, поэтому не горит желанием сдавать её родной дом другим жильцам и оставила его в наследство сыну. Сейчас же их семья обитает в доме напротив. А в "старой квартире" Сан и его друзья отмечают дни рождения и другие праздники, устраивают ночёвки. Или же просто сидят, дабы в холодное время не шататься по улицам. А иногда Сан остаётся там на ночь, если время уже позднее и не хочется будить родителей. - С-а-анни.... Ты же меня любишь..? - уже сняв верхнюю одежду, шепчет Уён, придерживаясь за друга, смотря на его сосредоточенное лицо, пока сам так называемый "Санни" аккуратно ведёт его в комнату к односпальной кровати. "-Ты даже не представляешь, насколько сильно я тебя люблю, Уён. Люблю твои глаза, твою улыбку, твои сильные руки и стройное тело. Люблю твою ангельскую доброту, твой кристальный пофигизм, твою тупость, лень и безбашенность. Люблю абсолютно всё в тебе. Ты лучшее, что со мной произошло. Я готов писать, думать, говорить(?) о тебе даже настолько ванильными и банальными фразами, от которых, честно, тошнит. Но ради тебя можно вытерпеть что угодно, и я готов. Я люблю тебя, придурок" - думает он, но вместо этого произносит лишь тихое: - Мгм... Ложись давай. - он уложил друга на кровать и накрыл его теплым пледом, а сам сел недалеко от него на небольшой пуфик. Комнату, окутаную полумраком, едва освещала, полная на сегодняшний день, луна. Сан с улыбкой стал наблюдать, как Уён погружается в сон, почти не ворочается и сладко сопит, обнимая подушку. 23:35 И вот, спустя несколько десятков минут прекрасной атмосферы, в дверь квартиры тихонько стучаться, боясь разбудить спящего Чона. Гость знает, что сам Сан спать точно не будет, не сможет. По крайней мере, первое время, пока Уён хотя бы немного не протрезвеет. Чхве отворяет и во внутрь входит растрёпанный и красный Минги, который вообще-то пил пиво с друзьями, но его отвлёк звонок от Ёсана. Когда подростки всей своей компанией были на детской площадке и тоже пили пиво, купленное у соседа Кана по блату и самогон от дедушки их общего друга, нашему неумелому алкоголику Уёну стало плохо, и он заставил друга позвонить Минги, чтобы тот приехал обсудить что-то очень важное. Ёсан предупредил о местонахождении Уёна на ближайшую ночь и удалился домой, ибо уже поздно, оставив Ённи на руках его верного друга Сана. Сделав все свои дела, а именно, сняв верхнюю одежду и обувь и по-дружески обнявшись с хозяином дома, Минги вошёл в комнату с самим Уёном и навис над спящим парнем, потрясывая его: - Ээй, просыпайся давай... - а дальше что-то непонятное. - Минги!! - радостно, или не совсем, восклицает лежащий и крепко обнимает, ворча - Наконец-то, чё так долго?! - А ты прям заждался я смотрю, спал как убитый и ещё ноет! - Ой, да иди ты... Дальше Сан почти не слышал, так как поспешно удалился на кухню, расположенную неподалёку от комнаты. Смотреть на этих двоих было сложно. Они такие милые друг с другом, что аж тошно. Ревность Сана была для него болезненной, ведь её всегда приходилось прятать куда поглубже и он мог лишь молчать, подавляя в себе все эти чувства. Но Сан хочет, чтобы Уён был счастлив. И если для этого нужно не мешать, он не будет мешать. И даже больше: если Уёну будет лучше с кем-то другим, он не просто уступит, а даже подтолкнёт его к другому. Изначально проворачивать такое получалось очень даже хорошо, но с наступлением августовских холодов, пасмурного неба, дождя и приближением осени, а то есть и осенней хандры, терпеть это было невозможно. От чего-то в этот период Сана стали переполнять всевозможные эмоции и настолько, что от любой ситуации, будь то милый момент в мультфильме или какая-нибудь драма в фанфике, его чуть ли не распирает от вулкана, бушующего внутри. Сослался бы он на месячные или весеннее обострение, но увы, он парень и сейчас конец лета. - Саан, я хочу блевать! - доносится из комнаты голос младшего, когда Чхве только налил кипяток для будущего чая. - Ой бляя.. - произнёс он на выдохе. - Бегу, родной. - говорит уже громче, чтобы тот услышал, и второпях наполняет стакан воды. Минги сидит полулёжа на кровати и даже не планирует подниматься, а парни направляются в ванную комнату, где, собственно, находится туалет. Сан ставит стакан на стиральную машину, после придерживает Уёна за талию, дабы он не нырнул лицом куда не надо, пока тот в согнутом виде висит над унитазом, опираясь на него руками. - Как ты там хоть? - Прекрасно! - без доли сарказма отвечает Чон и выпрямляется, облегчённо улыбаясь. - Я теперь как бабочка!! - Ага, ночная? - смеется старший, получая лёгкий толчок в плечо и подаёт воду - Пей давай, бабочка. - Мне стало легко, как бабочке, вот. И сам ты ночной! - Когда же бабочке может стать легко? Перед смертью, после двух прожитых неделек? - Эх, так мало... Бедолаги даже не успевают влюбиться, а уже надо оставлять потомство. - Как же хорошо, что ты не бабочка. А сам то хоть успел влюбиться? - вопрос почти что риторический, но ответ, всё же, ожидаем. - Ещё как успел... хах. - сейчас улыбка Уёна искренняя и нежная, а его глаза смотрят в глаза напротив, прямо в душу, будто видят всё в мелочах. - Кхм... Пойдём уже. - Сан растерянно откашливается и пулей вылетает из ванной. Уён же не торопиться покидать комнату, допивает свою воду и только потом движется обратно. Старший, так и не включив за всё время свет, стоит на кухне спиной к входу, опираясь на столешницу одной рукой, а другой размешивает сахар в чае, который, кстати, забыл туда положить. Чон возвращает ему стакан с коротким "спасибочки" и уходит к Минги, который уже торопит его вернуться. * * * 1:15 "Чай допит, зарядка села, Жизнь Сана на хую вертела."... "Я у мамы поэт" - кажется, что Сан уже сходит с ума, ведь он от скуки занимается какой-то хренью. А чем же ещё заняться, когда налитый уже который раз за полтора часа чай ещё недостаточно остыл, но при этом сам парень чувствует лёгкий холодок по спине, а телефон бесконечно долго заряжается какой-то зарядкой, найденной просто чудом? Ко всему впридачу этот не смолкающий шёпот из другой комнаты, иногда перебиваемый тихим смехом обоих парней, слова в котором разобрать просто невозможно, даже если будет желание. Из-за этого бесконечно длинного разговора не получается даже нормально поспать. И каждый раз, благодаря навязчивым мыслям, хочется со всей имеющейся наглостью закончить его и отправить Минги домой, чтобы спал сам и не мешал другим. Но кто он такой, чтобы мешать влюблённым? Уён с Минги, кажется, счастлив и это единственное, что сейчас важно. Поэтому Сан не видит смысла, да и не хочет что-либо предпринимать. 1:35 Эти долгие 20 минут тянулись так, будто они были не временем, а тугой резиной. Но наконец где-то в квартире замечено некое движение и из комнаты выползает Минги, а Уён плетётся за ним с расслабленным лицом, на котором играла лёгкая улыбка. Уже на пороге Минги прощается с обоими парнями и уходит домой, оставляя Сана и Уёна дома наедине. Старший возвращается на кухню, присаживается на столешницу гарнитура лицом к входу и берет в руки чашку чая. Четвёртую чашку чая за ночь. - Санни, почему ты не пошёл в комнату? - с беспокойством задаёт Чон, пришедший за старшим, и встаёт неподалёку от него к тому же столу, но к другой стене, в той же манере. От ранее принятого им алкоголя не осталось и следа. - Мгм, нужен я вам.. - опустив глаза отвечает с неким раздражением и будто капризностью, не понимая, зачем вообще создаёт такой обиженный вид, будто ребёнок, которому не дали сладости. - Вообще-то нужен. Да и поспал бы. Или хотя бы в гостиной, ночь же.. - осознание того, что старший из-за него не отдохнул и около двух часов торчал на кухне, заставляет Уёна чувствовать перед ним неловкость. Надо будет уложить его спать, обязательно. - Блять, ну да, уснёшь с вами! - голос стал чуть громче, хотя, его поведение всё ещё было похоже лишь на капризы. Он оттолкнулся от стола, выпрямляясь в полный рост и поставил кружку - Хорошо хоть сосаться не начали, а то воркуете там как петухи! - Как кто? - Да блять, не важно! Вот же блин, любовнички.. - Са-ан, ну что такое? - А сам как думаешь? Сюсюкаетесь полночи: "ляляля" , "утютю". Милые такие, что блевать тянет! И почему же, интересно, Сан не спал? - Чхве возвращается на своё место, чувствует, как биение собственного сердца отзывается по всей грудной клетке, эхом звучит в голове. За своё же поведение становится стыдно. Он скрещивает руки на груди и успокаиваясь, выдыхает, прикрыв глаза. Какого же было его удивление, когда, открыв их через пару секунд, он увидел в нескольких сантиметрах перед собой улыбающегося Уёна, который сложил руки за спиной и близко-близко наклонился к старшему, заглядывая тому в лицо: - Санни, ты ревнуешь что ли? Сан пытается что-то ответить, хотя сам в душе не чает, что именно. Ни одно из слов, которые он ещё мог вспомнить, почему-то ни в какую не хотят произноситься. От навесшего в воздухе напряжения ситуация получилась довольно неловкая. Сан вообще когда-нибудь был настолько растерян? И почему они так близко?! Аж щёки красные и сердце колотиться как бешеное... Надо же было так влипнуть! И ведь не первый раз... И пока Сан слегка подвисает и распутывает мысли, Уён, не став ждать ответа, берёт его лицо в руки и накрывает губы старшего своими, задерживаясь в таком положении на несколько райских секунд. Стоя вплотную к своему самому любимому человеку в этом мире, он старается как можно лучше, во всех деталях запомнить это мимолётное прикосновение. Сан уже сам тянется навстречу и в этот же момент они отлипают друг от друга: - ... - ... - Будешь чай? - спрашивает Чхве, а сам мысленно прикладывает ладонь к лицу. - Хороший вопрос. - смеётся Чон, наблюдая за этой шедевральной реакцией старшего. - Хах, ну да... Тогда ... - взгляд многозначительно опустился на манящие к себе губы напротив, а после вернулся к глазам - Уён, я люблю тебя. - Сан, обняв за шею, притягивает парня ближе к себе для нового поцелуя, чувственного, уже более продолжительного и влажного, на который моментально отвечают с таким же желанием, также трепетно и нежно. И вроде всё очевидно, но Чхве всё же думает, что ответ ему необходим, а Уён будто читает его мысли: - И я тебя люблю, Санни. - тихо произносит он, отрываясь от чужих губ лишь на пару секунд, а после сказанного тут же прижимается к ним снова. Ладонями Сан то обнимает уёнову талию, то размещает их на лопатках, прижимая парня ближе к своему телу, пока руки Уёна гладят щёки, шею, проходятся по волосам. Младший гладит затылок, место за ушами, перебирая пальцы так, будто чешет котёнка, и ему даже кажется, что Сан и правда мурлычет в ответ на такие ласки. Языки пробегают между губ и касаются друг друга, вызывая по телу табун приятных мурашек. - А Минги? - прерывая поцелуй спросил Сан, на что раздосадованный Уён лишь нахмурил брови и тяжело вздохнул, явно не желая говорить об этом в такой волнительный и прекрасный момент. - Что "Минги"? Предлагаешь его третьим позвать? - смеётся он, явно дразня, а сам думает, насколько же сильно ему за это влетит. - Уён, ты совсем? - отвечает с улыбкой Чхве и обнимает шею несчастного парня локтем и трёт кулаком по голове, в ответ на что доносятся нечленораздельные звуки распада СССР. - Я о другом. Младший уже освободился из сильной хватки и снова встал напротив, расположив руки по обе стороны от Сана, опираясь на стол и выжидающим взглядом смотрел на него снизу вверх: - И о чём же? - Я думал, что тебе нравится Минги.. или ты ему. Точнее, что вы нравитесь друг друг и у вас какие-то недомутки. - брови парня напротив многозначительно устремились вверх, отчего его глаза расширились. - Ну чего ты так смотришь?! Просто вы, кажется, очень уж близки, и что мне оставалось думать? - Сан, родной, я и Минги и правда очень близки, мы знакомы лет 10, не меньше. Он знает обо мне почти всё, знает мои секреты, но знаешь, насколько странно звучат слова о "недомутках"? - И правда.. - Сан выдохнул накопившийся в лёгких воздух и ненадолго завис в одном положении, задумавшись о чём-то, а после продолжил как-то радостно: - Кстати, мы с тобой ведь тоже знакомы около 10 лет. - Ага, вот именно. Но... Ты всё таки знал не все секреты. - Уён, который ранее опирался руками на стол, оттолкнулся от него и легонько щёлкнул парня по носу. Встретившись с его нахмуренным лицом, Чон улыбнулся и обнял Сана за талию, переплетая пальцы своих рук в замочек. Сан невольно сделал то же самое, отчего их лица снова оказались в опасной близости друг к другу. - Не мог же я каждый день выносить тебе мозг на счёт того, как же сильно я люблю Сана, насколько он весь такой прекрасный и просить совет, как этого Сана закадрить. - Я буду только рад, если ты будешь выносить мне мозг всю жизнь. - парень счастливо улыбается, а его щеки и кончики ушей покраснели от сказанных ранее слов, что показалось Уёну невозможно милым. - Звучит, как предложение. - отвечает он, играя бровями. - Именно. Ну так что, Уён, согласен ли ты стать моим парнем? - Ну не знаю... - улыбаясь протянул Чон, отводя глаза в сторону и после недолгой паузы вновь посмотрел в глаза напротив. - Ну конечно я согласен!! - воскликнул младший, после чего Сан приблизился к его лицу и снова коснулся губ, затягивая младшего в новый трепетный поцелуй. - А чай то будешь? - Да блин, Сан! - Уён, заливаясь смехом легонько ударил парня рукой по плечу. - Буду. Спустя несколько минут парни всё таки добрались до чая, а часам к трём ночи пошли спать, ютившись в обнимку на односпальной кровати под тёплым пледом и светом полнолуния.