Подарок в постель

***

Раннее утро, часов семь, выходной. Новый год. В квартире тепло, со вчерашнего дня остался запах имбирного печенья. Елка, горящая гирлянда, мишура, дождик, игрушки. Полностью новогодняя атмосфера. В гостиной, где находится самый спектр всего новогоднего, что-то шуршало. Или кто-то. — Так ты уже не спишь? — сонный, с растрепанными после сна волосами Минхо заходит в зал. — Нет естественно! Ты представляешь! Я опять заснула! — девочка обиженно надула губки, что в комбинации с кучерявыми волосами и пушистой пижамой давало очаровательнейший эффект — ребëнок выглядел настолько мило, что сердце даже самого холодного человека растаяло бы. — Ты представляешь?! Какой хитрый этот Санта! Уже третий год его выследить пытаюсь… А он всё никак показываться не хочет. — Ну не расстраивайся, Юна, зато смотри сколько подарков принес, этот скрытный Санта! Ты уже все их распаковала? — присаживаясь к ребенку говорит Ли. — Почти… А где дядя Сони~? Он еще спит? — Пока да, солнышко. — Ничего себе! Как он может спать?! Новый год же! Пойдем его разбудим! Тут же и ему подарки есть! И тебе! А давай ты свой сейчас раскроешь? — восторженно чуть ли не перебивая сама себя с воодушевлением говорит девочка. Ее обида на такого Санту уже прошла и остался лишь интерес, к тому что же подарили ее дядям, ведь свои подарки она уже открыла. — Дорогая, — смеясь отвечает Минхо. — Давай дадим твоему дяде поспать еще хотя бы часок? Он не такой жаворонок как ты, — нежно потрепав малышку по голове Минхо придвинулся ближе. — Давай ты лучше покажешь свои подарки? — Хорошо, разбудим позже! Но давай тогда какао сварим, чтобы ему сюрприз был! — дает идею Юна, при этом размахивая руками. — А ты что, не будешь свои открывать? Я туда тоже положила свой. А то вдруг бы Санта не принес бы… И вы без подарков остались бы. — Что ты, солнышко, конечно открою, но чуть позже, вместе с дядюшкой Сони, хорошо? — О, хорошо! — глаза ребенка сразу загораются. Её труды были не напрасны, ведь она так старалась, делая подарки своим дядям. Джисон с Минхо пара и уже довольно давно живут вместе, но этот Новый год первый, который они празднуют не одни — с ними была малышка Юна — семилетняя племянница Минхо. Сестра решила сдать ребенка на каникулы под опеку своего брата, а сама с мужем укатить на курорт. Конечно, ежедневные видеозвонки не отменялись, но Минхо был рад, что сестра может отдохнуть, ведь сидеть с ребëнком — дело нелегкое, хоть это и такая принцесса как Юна. — Так что насчет твоих подарков? Покажешь мне их? — Конечно! Вот смотри, — дитя радостно вытаскивает подарки один за другим. — вот это та кукла которую я давно хотела, помнишь я тебе её показывала, когда мы были в парке атракционов! А вот это набор доктора! Тут даже есть сердцеслушатель, — открывая чемоданчик юного доктора, одновременно с этим не переставая улыбаться, тараторила девочка. — Ну знаешь, которым сердце врач слушает, вот этот! А ты знал что я врачом хочу стать? А еще актрисой! Буду врачом в фильмах! Я же самая красивая? — Конечно, солнце, самая красивая — Вот, а еще смотри вот в этом наборе есть…

***

На часах полдевятого. Было решено будить Джисона в девять, а потому, что бы сделать сюрприз, как было ранее оговорено, парочка направилась на кухню, чтобы приготовить какао. — А мы будем класть маршмеллоу? — сидя за столом, качая ногой и поедая вчера приготовленные имбирные печенья спрашивает Юна — Конечно, — Минхо занят приготовлением напитка любимому. Он знает как тот любит сладкое, а тем более какао, поэтому идея ребёнка ему очень понравилась. Тем более это было так… По-семейному? — А можно я их положу? Обещаю я красиво выложу! Я же люблю дядюшку Сони~! И тебя, дядюшка Хо~! И маму и папу! — немного нервно начала перебирать все имена девочка, будто не упомянув кого-то могла того обидеть. — А сегодня мама с папой будут звонить? — Конечно будут! И я знаю что ты нас любишь, — улыбаясь, разворачивается Минхо держа в руках две кружки с какао. — А теперь прошу, главного укладывателя маршмеллоу приступить к работе. — О! Я всегда готова! — заливисто смеясь заявляет малышка, но ее лицо резко становится серьёзным, как у президента. — А где твоя кружка? Ты что, какао не будешь? Так нельзя! — Спокойствие! У меня не три руки, слава Богу, вот она на столе, не переживай. — Смотри мне я слежу! Что бы мне всё до дна выпил! — нахмурив брови приказывает Юна. Выходит это у нее примилейшим образом. — Слушаюсь, капитан! — со всей серьезностью отвечает Минхо. — А теперь прошу вооружиться маршмеллоу, и пока всë не остыло положить их. Уже через пять мигут работа была сделана, Минхо, вооружившись подносом, на котором стояли кружки с горячим какао и печеньем, и Юна, нагрузив себя не своими подарками, направились в комнату Джисона и Минхо. Войдя в спальню перед ними предстала уютнейшая картина: в углу комнаты стояла маленькая ëлочка, добавляющая новогоднего настроения, хотя того и так было с лихвой; гирлянда на окнах; два игрушечных снеговика сделанных своими руками из ниток еще на прошлый Новый год Минхо и Джисоном. А на огромной кровати, среди горы одеял и подушек сладко посапывал виновник торжества — новогоднего утра. Специально принесенные, в честь такого случая, подарки были составлены на кровать, а поднос с какао на тумбу, а Минхо и Юна залезли на постель с ногами. Девочка даже, полная желания поскорее разбудить дядю, полностью залезла на него, на что тот лишь немного поморщился, но просыпаться даже не думал. — Малыш, вставай, — нежно целуя в щеку, говорит Минхо — Да ты его так не разбудишь, он же соня, — смеясь говорит Юна, но к ее удивлению дядя попеременно открывает сначала один глаз, затем другой, а уже через минуту оба глаза оказываются открыты. — Доброе утро, солнышко, — чмокнув в пухлые, губы продолжает шептать Ли ничего не понимающему Джисону. — Доброе, — голос еще хриплый ото сна, волосы по подушке, а глаза, хоть и сонные, но уже так широко открытые — от удивления. Весь такой мягкий, нежный и домашний — такой вид Джисона заставляет Минхо улыбнуться и влюбиться в Хана ещë сильнее. Вот кто-то сказал, что любовь живет три года. Но Минхо готов спорить с этим человеком: они с Джисоном вместе уже четыре и Ли не перестаёт влюбляться с каждым днём сильнее. — Доброе утро, дядюшка Сони~и! Ты выспался? А мы тебе подарки принесли! И подарки дядюшки Хо~ принесли, он не захотел со мной открывать, — нахмурившись говорит девочка. Между прочим, ей тоже интересно, что Санта подарил ее дядям. - А ещё мы какао сделали. С маршмеллоу. Это я их выкладывала! — заканчивает Юна. — Доброе утро, малышка. Правда? Сама выложила? — в ответ Джисон получает уверенный кивок. — Какая молодец! Спасибо большое! Вы так рано проснулись? — поворачиваясь к Минхо, вопросительно смотрит Джисон. Старший, конечно, вставал раньше него, но это был такой маленький промежуток времени — минут десять-пятнадцать. Реже полчаса. — О, мы не спим часов с семи. Это новогоднее чудо, боясь упустить Санту проснулось ни свет ни заря, — улыбнулся Минхо. Его забавила эта детская гиперактивность Юны. — И все равно не увидела! Он же скользкий такой, — с прищуром говорит девочка. - Фиг поймаешь. Я же не сплю, не сплю, не сплю, не сплю, а потом только на секунду глазки закрою, а уже утро и он ушел… — Я думаю в следущем году ты обязательно его поймаешь! — сверкая яркой улыбкой, поддерживает ребенка Хан. А внутри смеется. Как же сложно было дождаться, когда малышка уснëт, чтобы наконец можно было положить подарки под ёлку. — А теперь давай пить какао! Вы же приготовили самый вкусный? — Конечно! А еще подарки! — напомнила Юна. Ее изнутри сжигало любопытство, что же такого подарил дядям Санта, и как те отреагируют на ее подарок — Естественно. Так-с, посмотрим, что у нас здесь, — Хан начал с самой необычной коробочки — вчера они такую с Минхо не клали. Видимо это был подарок от самой Юны. — Ого, какая красота! Ты сама это сделала? — Да, — с гордой улыбкой говорит девочка. В коробке находилась миниатюра снежной поляны с елкой, снеговиком и толстым Сантой, вылепленных из пластилина. Кто-то мог сказать, что здесь все криво и косо, но оказался бы крайне не прав. Каждый изгиб, каждый чудесный поворот персонажей придавал ту изюминку детского творчества, что ни с чем нельзя перепутать. — Девочка ты моя, какая красота. А какие ёлочки. Чудесно. Научишь меня так же лепить? — заговорщически подмигнув Юне Джисон продолжает рассматривать подделку. Несмотря на некую детскость картина имела кучу мелких деталей, и даже шары на новогодней елке имели узор. — А дядя Хо? Почему ты не смотришь? У тебя тоже есть подарок! — возмущается Юна, нервно теребя пальцы. Она очень волнуется. Действительно. Не каждый день даришь подарки любимым дядям. А вдруг им не понравится? — Конечно, солнце. Сейчас открою, — отыскав незнакомую коробочку Минхо начинает распаковывать необычно уложенный подарок. — Ого, это браслет? Какой красивый. А где ты его взяла? — Ага, браслет, — подбородок девочки вновь взлетел наверх от счастья. — это я тоже сама делала. У меня набор был. А еще вот эти штучки я сама слепила из глины! — Прям так сама? — хитро щурясь спрашивает Минхо. Уж больно ровными были края некоторых украшений на браслете. — Ну… Там мама немного помогла. Но немного совсем! Я можно сказать одна сделала! — Верим-верим! Спасибо, солнце, — успокаивает девочку Джисон целуя ее а лобик. — Подарки чудесные, спасибо. — Да не за что! — в почти тридцать два зуба улыбается девочка. — О, а у вас еще по подарку осталось. Открывайте! — вспомнив, что ещё не все подарки раскрыты, энергия в венах Юны заиграла с новой силой. — Только теперь вместе, а то вы так долго открывать будете! — Хорошо-хорошо, милая, — вновь успокаивает ребенка Минхо. — откроем вместе. — Юна-а, а давай ты считать будешь? — предлагает Джисон дабы позабавить ребенка. Это остались их с Минхо подарки друг другу. И оба не знают, что лежит внутри небольших коробок. — О, — глаза девочки загораются с новой силой. — Давайте! Сейчас, я только сяду удобно, чтобы мне вас обоих было видно! — удобно устроившись девочка начала отсчёт. Раз Два Три Слышится звук разрывания упаковочной бумаги. Шелест открывающейся крышки коробки. Тихий вздох. И поднятые друг на друга огромные глаза. — Ты… — Ты… Подглядел? Выходит одновременно — Эй, ну покажите. Что там такое? Мне же не видно что у вас в коробках, — Юне уже не терпится узнать, что же Санта Клаус подарил ее дядям, а они сидят, друг на другу смотрят и ничего не показывают. — Я честно не знал, — выдыхает Хан, вытягивая из коробки тонкую цепочку с изящной подвесной в форме буквы J. — Я тоже… Правда… — Минхо поражен не меньше. Он вытягивает точно такую же золотую цепочку, но на ней уже красуется буква M. — Спасибо, солнце, — быстро отойдя от шока, Минхо, перелазя через пышные одеяла, идет обнимать Джисона, у которого уже на глазах слезы. — Ну чего ты? — Это просто так… Получилось… Что ты… А я… И мы… Спасибо… Я не знаю, чего-то так расчувствовался, — тихо бубнит в плечо Минхо Джисон. — Эй, а вы чего так расстроились? Там что-то не то? Подвески плохие? — испугавшись такой бурной реакции своих дядь, Юна подумала что что-то случилось и потому дядюшка Джисон расплакался. — Нет, солнце, все хорошо — шмыгнув носом улыбается Хан, все так же утопая в объятьях своего парня. — Лучше ложись сюда и расскажи, что тебе Санта Клаус подарил? — А мы сегодня на аттракционы пойдем еще? — быстро поняв что ничего серьезного не произошло, Юна мигом перекочевала к близким и начала решать «взрослые» вопросы. — Конечно пойдем, сейчас полежим немного, позавтракаем и пойдем! — Ой, какао! — отвлеченные распаковкой подарков все забыли об остывающем напитке. — Сейчас я мигом принесу и тогда расскажу что мне подарили. Там просто такое, ты дядя Сони~, не представляешь!