Аурелион:Вход в магию

— Да чего ты такой хмурый? Всё же так классно идёт! — спросил один из юношей, зелёноглазый блондин с короткой стрижкой "боб" и пробором посередине. Он был одет в синюю футболку с белыми полосками и бежевые шорты, на ногах белые кеды, а на лбу и запястьях красные повязки. — Меня просто бесит твоя беспечность, — ответил второй парень с каштановыми волосами и карими глазами, одетый в серую футболку и чёрные джинсы. — Ой, всё, молчи, Оскар. И не ворчи, только портишь моё настроение. Мы же в Нью-Йорке! Посмотри, как классно! Разве это не успех? Начало взрослой и потрясной жизни! — с горящими глазами произнёс блондин, поражённый красотой города своей мечты. — Ладно, как скажешь, Кио. Мне всё равно нужно идти, готовиться к универу, уже середина августа как-никак. И тебе советую того же, — ответил юноша и добавил: — Давай, до завтра, — махнув на прощание рукой. — Да-да, пока, зануда, — закатив глаза, крикнул Кио. "Вот только зачем мне этот универ? Лучше поработаю и деньги получу. Тем более, только 10 утра, а он уже уходит," — ворчал Кио сам себе, но, не долго думая, решил пойти в заранее купленную квартиру. Брукстон Авеню была окружена жилыми зданиями, характерными для района Манхэттен, с кирпичными фасадами и пожарными лестницами, ведущими вдоль стен. На нижних этажах располагались кафешки и различные магазины, где жители покупали свежую выпечку и горячий кофе. Фасады зданий украшались растениями в горшках на подоконниках и деревьями вдоль тротуаров. Улицы города были полны жизни: люди торопились на работу, неся в руках чашки кофе, музыканты создавали атмосферу своими джазовыми мелодиями. Воздух на улице был свежим и прохладным, как это обычно бывает в ранние часы августовского субботнего утра, когда жара ещё не вступила в полную силу. В многоквартирном шестиэтажном доме под номером 215, в квартире 4B на четвёртом этаже с окнами, выходящими на улицу, можно было услышать русскую песню. На кухне, наполненной уютом, орудовал Кио, собравшийся приготовить ледяное мохито для борьбы с жарой. Песня, играющая с телефона, добавляла хорошего настроения, а сам Кио напевал строчки: "Мне нравится, мне нравится, когда красавица мне улыбается, мне нравится, так нравится, когда твоя любовь с моей играется," — перекрывая противное гудение холодильника. Холодильник, стоящий в углу и украшенный магнитами с путешествий, в том числе и из Японии, куда иногда ездит семья Кио. Рядом стоял обеденный стол на двоих, возле окна с видом на улицу. В другой части кухни были установлены белые шкафы, контрастирующие с серыми стенами и чёрной столешницей. Рядом находилась духовка с плитой для готовки, а на полу кухни лежала тёмно-серая плитка, придающая помещению современный вид. Всё было как обычно, ничего не предвещало беды или чего-то подобного. Но вдруг тело Кио начало схватывать белыми лучами, останавливая его движения, и резко, со скоростью света, Кио упал на землю и оказался в абсолютно незнакомом месте, в каком-то лесу. Не успев опомниться, он тут же услышал неизвестный голос, зовущий его по имени и фамилии. Кио поднялся с земли и начал оглядываться, замечая позади себя какого-то парня. — Артвуд, наконец-то мы увиделись. Рад, что ты цел. А ты, оказывается, уже сильно вырос, Кио, — сказал ему парень. Это был юноша с голубыми короткими волосами и такими же глазами. Он был одет в красный плащ с воротником, а под ним — синие штаны и кофта. На ногах были ботинки того же цвета. На шее виднелся изумрудный амулет. Кио же, будто поражённый током, с глазами, круглыми как копейки, только и смог ска зать одно слово: — Что...?