Тени от пальм

Знойное, летнее солнце заставляло щуриться даже в тени, освещая своим теплом круглый год небольшой островок на отшибе тихого океана. Там, где кирпичные домики не бывали выше четырёх этажей, там, где на горячем песке у океана загорали кудрявые девушки в бикини, где на волнах рассекали подкаченные парни, где можно срывать кокосы с пальмы в любой момент, чтобы освежиться, и там, где дёшево и легально можно было немного покурить. Райский уголок, тихая лагуна для туристов, которые дольше чем на пару недель там не останавливаются. Устают обгорать и обмазываться тоннами солнцезащитного крема, надоедает падать с доски для серфа, приедается вкус кокосового сока, и в конце концов они уезжают, но всегда возвращаются через год, за новыми курортными интрижками и дешёвой легальной травкой. Контенгент здесь был достаточно жизнерадостный, однако часть южного острова была поглощена гетто, где абсолютно естественно процветали нелегальные группировки, которым то ли мало травки, то ли много кокосов. Собственно, самый обычный тихо-океанский островок, единственное, чем он выделялся - это был один иностранец, который уже несколько лет подряд обживается в сим особо неприметном уголке мира, и ему вовсе не надоедает делать все вышеперечисленное. Когда он только приехал в Федеративные Штаты Марллоу, брюнет был бледным, относительно тощим, усталым на вид и совершенно не общительным, однако спустя столько лет его было почти не узнать - загорелый, подкаченный, вечно улыбается своей таинственной улыбкой и поблескивает отражением от солнцезащитных очков. Единственное, что осталось неизменным - его необщительность. Конечно, он вполне мог поддержать любой диалог, но сам не любил много о себе рассказывать, так что в основном слушал. Просыпался молодой человек к шести вечера, выходил на общий балкончик второго этажа своего дома, который всегда был пуст, закуривал красные мальборо и включал пластинки The Smiths, любуясь закатным солнцем, бросающим свои последние красно-оранжевые лучи на верхушки пальм, и наблюдая за легко одетыми людьми, неспеша ходящими по узким мощенным дорогам. Позже, ближе к восьми вечера он выходил на вечерние улочки и направлялся к бару "Tobacco Sunburst", где проводил всю оставшуюся ночь, болтая с посетителями и время от времени закручивал им косяки, получая пару баксов за каждый, параллельно слушая самые разнообразные истории. Конечно, так проходил не каждый его вечер, иногда в бар заходили не самые приятные личности, пытались завязать драку, и неважно до, или после того как покурили и выпили, также время от времени с ним пытались флиртовать, будь то девушки или парни, пару раз даже предлагали деньги, чтобы увезти его с собой в отель, но он каждый раз отказывал. К тому же с ним рядом всегда был намного более общительный коллега, который почти в любых ситуациях мог его спасти или подменить. Его даже удовлетворял и его заработок и работа а действительно опасные ситуации возникали крайне редко. Возможно из-за этого, или из-за чего-то ещё, но в последнее время в голове иностранца, чьё имя никто никогда не мог выговорить, возникала одна опасная но интригующая затея, которую он никак не решался реализовать. В то же время в "Марллоу" прилетел на отдых один японец, шатен был особо ничем не примичателен, единственное, чем его можно было выделить - так это неотъемлемая харизма. Первые пару дней своего отдыха он провел на пляже и в отеле, но планы его резко сменились из-за кое-каких событий, после чего на следующий вечер, гуляя по улочкам Марллоу он наткнулся на первый попавшийся бар и недолго думая вошёл в него. Помещение было неплохо освещено, всюду горели аутентичные лампы, отдавая жёлтым светом, играло что-то на подобии джаза, людей было прилично и ощущалась привычная в таких местах духота, молодой человек подошёл к барной стойке, купил два шота и не отходя от кассы уточнил, может ли где-нибудь здесь купить немного травки. Ему указали на выход в задний двор и когда тот вышел туда, обстановка показалась ему совсем другой, пространство было небольшим, рядом с пляжем были расставлены лежаки, стояли небольшие столбы увешенные теми же жёлтыми лампами, недалеко от входа жарили барбекю и играл какой-то поп, там же он увидел толпу у стойки, которая привлекала к себе намного больше внимания, ведь они были самыми шумными, и все они без исключения что-то курили. Он мог бы сейчас протиснуться сквозь толпу, быстренько взять то, зачем пришёл сюда, подцепить какую-нибудь горячую девушку и уехать обратно в отель, но почему-то уезжать отсюда ему совсем не хотелось, атмосфера здесь была вполне распологающая, да и давно ему нехватало какого-то простого общения, так что он присел на свободную скамеечку, дождался, пока толпа немного рассосётся, и подошёл к стойке.

***

—Сколько? —Три доллара. —Валяй. — Напротив шатена стоял непохожий на местных, довольно высокий брюнет, который почему-то этой абсолютно не солнечной ночью (что было бы удивительно), стоял в солнцезащитных очках, довольно интересной формы, которые были ему удивительно к лицу, и как только тот получил смятые бумажки - тут же начал крутить ему косяк. —Курил до этого? —Не приходилось. —Работает также, как сигареты, главное не делай первые тяжки глубоко, если не хочешь словить передоз прямо здесь. Пошли покажу, у меня как раз давно не было перекура. Рудо, справишься сам? У нас тот новичок. — обратился молодой парень напротив него к коллеге. —Без проблем. — Ответил ему довольный, чернокожий мужчина, раза в два больше, чем тот брюнет. —Отлично. Бери, пойдём со мной. — Сказал ему незнакомец, протягивая косяк. Так уж было заведено в этом баре, что чтобы не иметь лишних проблем, да и чтобы у посетителей оставалось впечатление желанных гостей, тех, кто употребляет в первый раз нужно инструктировать, иначе затейливые и бесстрашные туристы вполне могли переборщить в свой первый раз. Тот отвёл его чуть поближе к пляжу за столик, на котором была лишь пепельница и рядом пластмассовые стулья. —Как зовут? —Дазай. —Зажигалка имеется, Дазай? — шатен достал черную, вытянутую зажигалку из кармана. —Смотри, берешь как самую обычную сигарету, — незнакомец и сам закурил, но только действительно самую обычную сигарету, шатен послушно делал все так, как ему и говорили. —Поджигаешь, и сразу же вдыхаешь, совсем неглубоко, только вдох-выдох. — Дазай, как только выдохнул, сразу же почувствовал как все его конечности вместе с сознанием расслабояются а на языке тонкой плёнкой осел горьковатый привкус, ощущение полу-дрёмы окутало все его тело, как будто его впервые в жизни торкает да ещё и на голодный желудок, однако ощущение, в отличие от обычных сигарет длилось чуть больше чем с минуту, которая продлилась в молчании и загадочной ухмылки продавца. —Ты как? —Ахуенно. —Советую не выкуривать в первый раз больше двух за вечер, поверь, тебе потом не понравится, что из всех возможных отверстий твоего тела вытекают разного рода жидкости. —Понял. А тебя-то как зовут? —О, я не думаю, что это так важно, ты всё равно не сможешь выговорить моё имя. —Да ну, дай хоть попробую. —Тут меня все называют просто "тот иностранец из бара". —А родственники тебя как называют? — через ещё несколько секунд молчания, Дазай начал догадываться, что собеседник по всему видимому не привык к такому вниманию к его личности, и уже было думал сменить тему, лишь бы поговорить, однако.. —Фёдор. —Ещё раз? —Фё-дор. — Дазай усмехнулся. —Действительно, не так уж и легко. Могу поинтересоваться откуда ты? Я, например, из Японии, Йокогама. —Да, я знаю. —Откуда? —Японский акцент, плюс тебя не удивляет море, а заграницей ты явно бывал нечасто, потому что английский у тебя ломанный, к тому же ты совершенно один, так что вряд ли ты много путешествовал с друзьями, которые могли хорошо знать английский вместо тебя, так что скорее всего ты жил рядом с водоемом, а самый популярный портовый город в Японии - Йокогама. — резко заговорил Фёдор на довольно чистом японском, пока Дазай удивлённо на него пялился. —Ты довольно наблюдательный.. откуда ты знаешь японский? —Во-первых, Япония не так уж далеко, ты тут не один такой турист, а во-вторых это долгая история.. просто хочу лучше понимать тебя, а то ты уж прости, но черт ногу сломит, пока попытается понять твоё "smoking kusa" *kusa (草) - трава на японском. — оба они посмеялись. —Да.. однако кое-что ты упустил, я действительно понимал, что не вывез бы здесь без человека, который хорошо понимает английский, однако девушка, с которой я сюда приехал бросила меня пару часов назад. Встречались почти полгода, а она вдруг заявила, что у нас слишком разные взгляды на жизнь, и вообще я мудак, раз могу засматриваться на девушек в бикини, представляешь? — говорил он, параллельно делая ещё несколько затяжек. —По-моему твоя пассия в чем-то права. —Думаешь? —Похоже, ты никогда не любил, раз так рассуждаешь. —Возможно ты прав.. Ну и к черту любовь, мне больше по душе свобода. —Разве тебе никогда не хотелось ощутить, что где бы ты ни был, тебя где-то там верно ждёт человек, который готов отдать за тебя все мыслемое и немыслимое? в чьих объятьях ты действительно понимаешь что такое «дом» или «родной человек»? —Честно говоря, мне обычно не до этого, я даже не задумывался о таком. —Чем же ты так занят? —Раньше я работал в агентстве по недвижимости, это было самое долгое моё место работы, обычно я нигде не задерживаюсь, однако именно там я чувствовал себя, как ты выразился «как дома», но в какой-то момент моя сумбурная жизнь снова привела меня куда-то не туда, и в итоге я уволился, девушка повезла меня на этот отшиб, ведь здесь живёт её дальний кузен, с которым она с детства не видилась, к тому же у него есть тут какая-то работенка, да и «жить в субтропиках гораздо лучше, чем в душном городе, Дазай, хотя бы на пару месяцев», видимо, она очень хотела, чтобы я сделал ей предложение на море, но я до последнего делал вид, что не понимаю о чем она. До ужаса не хочу скреплять себя узами брака, с ним столько мороки.. надеялся, что здесь мне предложат новую работу по знакомствам и дальше я уже как-нибудь отверчусь, но, видимо, мне суждено потратить все накопления на разные распутья, и уехать в неизвестность, потратив лучшие годы моей жизни на скитания.. —Знаешь, последнее предложение звучит не так плохо, только замени "скитания" на "путешествия" и у тебя сразу поменяется взгляд на это. — Дазай молчал. —В любом случае, сейчас я бы больше хотел сосредоточиться на распутье. —Тебе в другой бар. Ну, либо к той толпе. — Фёдор указал на группу девушек, которые пытались поплавать в море, будучи явно под шафе и очень громко смеясь над чем-то. —О, нет, что ты, пока что мне хватает этого. — Дазай повертел в руке косяк и снова закурил. —Или тебя познакомить с Рудо? — ухмыльнулся Фёдор. Сначала Дазай не понял, о ком идёт речь, но затем вспомнил про того темнокожего коллегу. —Господи, избавь меня.. —Ну-ну, что ты, здесь к этому относятся вполне спокойно. — посмеиваясь, продолжал Фёдор. Он понимал, что с каким-либо другим гостем вряд ли позволил бы себе такую шутку, мало ли каких принципов человек, но от Дазая неосязаемо чувствовалась какая-то.. зеркальность, как будто он сам когда-то мог сказать точно также, как и Дазай, или даже говорил, вот только не помнит этого. В общем, как бы то ни было, но Фёдор чувствовал, что Дазай как минимум не опасен. —Тогда другое дело, я побежал! — продолжил шутку Осаму. Так, он чуть позже назвал свое имя. Тем же вечером Дазай задал ему один вопрос, который доселе ещё никого не волновал «зачем тебе очки?», казалось бы, вполне резонный вопрос, однако Фёдор действительно растерялся. Максимум, что говорили те, кто обращал на них внимание, это что-то вроде шуток, либо комплиментов, но никак не их предназначение в тёмное время суток. «—Эм.. для имиджа, так пафоснее.» Федор позже очень жалел о своем ответе, что за глупость, какой к черту пафос.. будто Фёдору есть до него дело. И все же он успокаивал себя тем, что вряд ли снова когда нибудь увидит этого парня, и был уверен, что Дазай забыл его уже на пятой минуте секса с той девушкой, с которой он ушёл в тот вечер из бара. Ночь была длинной.