Во вспышке золота тогда,
Они сидели у окна,
Под рёв мотора самолёта,
Под шум улетевшего вертолёта.
И робок стал печали напев,
Что, недолго посидев,
Прыгнул в даль, растворяясь,
И более у окна не появляясь.
Ушли моменты той печали,
Ушли тоски лихие кардиналы,
У окна они нашли себя в беге рутинном,
Будучи в капкане паутинном.
Под полчищем взглядов пытливых и злых,
Под дланью ребят добрых и пустых,
Они глядели из того окна,
Туда, где гибла одиночества Сатана.
И душу, как цепи, сковало огнём,
Когда они тот самолёт увидели вдвоём,
И в миг, что жизнь уже не так темна,
Они сидели у окна.