Choose me or Leave

- Останешься? - в тишине комнаты вопрос звучит слишком громко. Люцифер сглатывает скопившуюся слюну. Голос охрип от недавних стонов.  - Нет, - Аластор встает с мягкой кровати и начинает одеваться. Даже не взглянул на него. Он всегда уходит сразу после того, как восстанавливается после оргазма.  - Ладно, - Люцифер утыкается лицом в подушку, усмехаясь про себя.  В комнате повисает удручающая тишина, прерываемая только шорохом одежды. В воздухе все еще витает запах секса. Он знает ответ на этот вопрос. Так происходит каждый раз, когда наваждение спадает. Но почему-то всё ещё продолжает спрашивать, лелея надежду на такое скребущее по ребрам «да».  Встречи продолжаются уже три месяца. Поначалу всё воспринималось как развлечение. Приятное времяпровождение, разрядка после тяжелых рабочих дней. Поначалу дело было лишь в желании.  Аластор привлекал Люцифера только в качестве секс-партнера. Было приятно чувствовать контроль над таким строптивым демоном. Понимать, что все подколы, провокации на эмоции работали.  Только Король Ада мог так умело заставить радио-демона испытывать всепоглощающее раздражение. Запутывать в собственных эмоциях, которые тот всячески отрицал. Не видел, либо отказывался принимать за чистую монету факт, что дело было вовсе не в желании свернуть повелителю Ада шею. Для него, якобы противника плотских утех, сексуальное напряжение было сравнимо с хронической усталостью. Маячит где-то на периферии, всегда рядом, и никуда не деться.   Когда проводишь слишком много времени с кем-то, нападает либо привязанность, либо отторжение от человека, которого для тебя становится слишком много.  Люцифер по иронии судьбы объединил обе версии.  Аластора везде было слишком. Он преследовал его повсюду: в отеле дочери, в мыслях, в королевской постели. Владыке Ада впору бы избавиться от радио-демона. Оградить себя. Закончить то, что даже отношениями толком не назвать.  Не может. Мозги, которые плавятся от мысли, как же сильно он в очередной раз влип, кричат Морнингстару, стараются приказать не идти на поводу у желания ощутить рядом тепло. Люцифер не слушает. Принимает обратно каждый блядский раз, потому что устоять невозможно.  Аластор вновь воздвигает свои ледяные стены неприступности. От ластящегося к руке, и нуждающегося во взаимности демона не остается и следа. Молча одевается, бросает сухое «До свидания, Ваше Высочество» и покидает пределы особняка, растворяясь в собственной тени.  Что происходит с Люцифером? Король Ада теряется. Тонет в удушающем одиночестве и пустоте поместья. На утро натягивает улыбку и посещает отель дочери, никак не показывая заинтересованности в радио-демоне. Будто бы ему всё равно, и руки не чешутся в желании провести по мягким ушам. Вопросы Шарлотты о том, почему ему не хочется переехать в свою башню, он успешно игнорирует.

I feel like I'm just missing

Кажется, что я что-то упускаю

Something whenever you leave

Каждый раз, когда ты уходишь.

We've got all the ingredients

У нас есть все ингредиенты,

Except you loving me

Кроме твоей любви ко мне.

Из радио доносится шум радиопомех. Своеобразное уведомление о скорой встрече. Люцифер сидит в кресле возле камина, пытаясь игнорировать навязчивый звук. Хочется сделать вид, будто не ждал. Не думал об этом моменте весь день, предвкушая, как сможет впиться зубами в шею. Аластор появляется в комнате сквозь тень, прямо перед королем. Молча стоит, разглядывая фигуру. - Даже не поздороваешься? - спрашивает, запрокидывая голову. Глаза в глаза, как проверка на выдержку кто сорвется первым. Это ничего не решает, но Люциферу нравится смотреть пренебрежительно. Хотя бы в чем-то показывать безразличие к происходящему. - Добрый вечер, - радиоведущий щурит глаза, но зрительного контакта не разрывает. - Выглядите так, словно не рады меня видеть. На языке крутится "верно подмечено". Морнингстар не позволяет сорваться этим словам, которые спровоцируют уход. Проглатывает гордость в последний раз. Пожалуйста, не стой столбом. Притяни меня к себе, скажи, что это не просто секс и для тебя тоже. В следующую секунду Аластора уже впечатывают в ковер на полу, грубой хваткой притягивая за подбородок в требовательном поцелуе. Свободная ладонь очерчивает тонкую талию, такой позавидовали бы многие девушки, расстегивая пуговицы на сюртуке. Демон под ним выгибается навстречу. Отвечает на поцелуй тем же напором, проталкивая длинный язык внутрь. По-хозяйски исследует полость рта, очерчивая грань острых зубов. Цепляется когтистыми пальцами за плечи, сжимая до синяков. Хочет сократить расстояние до минимума, отдать контроль над телом, ощутить себя унизительно податливым. Боль - их обоюдная слабость. По-другому не получается, сколько ни старайся. По-другому для них неправильно. Грубость в каждом из прикосновений - только так они могут отыгрываться друг на друге. Люцифер резок, дыхание сбивается, вынуждая рвано хватать воздух. Прикусывает нижнюю губу, оттягивая до покалывания. Прижимается к Аластору всем телом, бедрами толкаясь вперед. - Ты доводишь меня до ручки, - произносит на ухо, облизывая топорщащийся мех. Радиоведущий дергается под ним, стонет, заглушая голос слабыми радиопомехами. - Каждый, сука, раз. Расстегивает пуговицы на уродской рубашке, в которой демон ходит, словно монашка, закрывая свое тело. Делает вид, будто не он тает от прикосновений короля Ада к своей коже. Поддерживает лживую картинку неприступности для других. Знали бы они, как сладко он может стонать во весь голос, отключая фильтр радио, умолять ускориться или быть грубее. Морнингстар закидывает чрезмерно длинные ноги на свои плечи, проводит когтями по торсу к краю брюк, оставляя отчетливые следы. Припадает губами к открывшемуся участку на шее. Кусает до крови, зализывая рану. Ему до одури нравится так делать - оставлять свои следы на теле демона. Знает, как тот будет рассматривать их в зеркале, кривя губы в отвращении. Аластор не любит напоминаний о том, что происходит между ними ночью. Считает, что проебался, предав столь яростно отстаиваемые принципы.

Your skin is warm like an oven

Твоя кожа теплая, как печка

- Ты даже не представляешь, - шепчет, прерываясь на грубые укусы, - как сильно я желаю взять тебя, пока ты решаешь деловые вопросы по отелю. Аластор плавится, ощущая слишком много за раз, член ноет от скопившегося напряжения внизу живота. Люцифер горячий, во всех смыслах, до безумия, когда отдает себя целиком процессу. Он не замечает, как начинает толкаться бедрами в ответ, зажмуриваясь. Не хочет смотреть в глаза короля, понимает, что утонет. Перед ним невозможно оставаться беспристрастным. - Ваше Высочество, вам не кажется, что вы слишком болтливы сегодня? - с паузами, слегка раздраженно спрашивает. Перехватывает руку владыки, поднося ее к своей шее. Молчаливая просьба, но сейчас ведущий ни за что не скажет об этом вслух. В его голове есть четкие границы, когда можно полностью наплевать на то, как он себя ведет, и когда нельзя. Не время настолько унижаться. Он ждет момента, когда мозг окончательно перестанет воспринимать информацию. Морнингстар видит жест, пьяный от возбуждения взгляд под собой, и не может отказать. Крепко сжимает ладонь на шее, надавливает, наслаждаясь эмоциями на чужом лице. Аластор протяжно мычит, прикусывая губу, зарывается рукой в светлую шевелюру, притягивая Люцифера ближе. Мокро целует от переизбытка слюны, оттягивая волосы у самых корней. - Не притворяйся, будто тебе не нравится, - отстраняется, встречаясь с демоном под ним взглядом. - Ты каждый раз уходишь с таким лицом, будто ничего не происходит, но всегда возвращаешься ко мне. Неужели нет никого, кто смог бы удовлетворить тебя так же, как это делаю я? Ведущий хмурится и отводит глаза в сторону, не хочет отвечать. Снова строит из себя сплошную загадочность. Люцифер помогает ему снять одежду, попеременно избавляясь от собственной. Тазовые косточки столь худого Аластора заманчиво выпирают, и он проводит по ним языком, оставляя влажный след. Рукой обхватывает возбужденный до предела член радиоведущего, размазывая естественную смазку, плавно двигает кистью, набирая быстрый темп. - Если я прав, то что тебе мешает сказать об этом в открытую? - кусает за внутреннюю сторону бедра, вглядываясь в переменчивость эмоций на лице. - Чьи еще руки смогут заставить тебя дрожать от наслаждения? Бесконечный поток вопросов повисает в воздухе одной сплошной недосказанностью, и если один желает услышать ответы, то второй их принципиально игнорирует. Радио-демона натурально подкидывает на месте от ощущений, он стонет в голос, по-блядски выгибаясь навстречу ласкающим его рукам. Хватило одного касания, чтобы довести его до той грани, когда он перестает зажиматься и вклинивается в процесс, сопровождая каждое действие громким голосом. Король Ада не может оторваться от зрелища перед собой, хочется отпечатать момент в голове, снять на камеру, чтобы иметь возможность пересматривать на повторе. До тех пор, пока не запомнит каждую мелочь этого, возможно, последнего раза интимности между ними. Видит по изогнутым бровям, раскрытым губам, которые старательно хватают воздух, что Аластор уже готов кончить, и замедляется. Прерывает движения, не давая демону под ним так быстро получить разрядку, слышит разочарованный вздох, затыкая очередным грубым поцелуем.

Your kiss is sugary sweet

А твои поцелуи сладки, как сахар

Надавливает на челюсть, призывая открыть рот шире. И ему повинуются без возражений. В этом действии раскрывается весь сахар происходящего. Сейчас власть у сильнейшего. Сама мысль об этом отдается в мозгах разрушающим пламенем, побуждая действовать быстрее, иначе он позорно кончит, даже не прикасаясь к себе. Люцифер разрывает поцелуй, тут же заменяя влажный язык пальцами, которые Аластор так принимающе начинает облизывать, обильно смачивая слюной.

Your fingers feel like cotton

Твои пальцы мягкие, как вата

Он давит на язык, наблюдает, как слюна начинает стекать по подбородку. Пихает их глубже несмотря на протестующее мычание, прекрасно знает - напускное, фальшивое. Чувствительное и такое отзывчивое тело Аластора выдает его с головой.

You're filling up my senses

Ты наполняешь мои чувства

With empty calories

Пустыми калориями.

Радиоведущий приглашающе разводит ноги пошире, выпуская мокрые пальцы изо рта, которые сразу же обдает еле ощутимым холодком. Морнингстара не устраивает выбор позы, с размахом шлепает по бедру, давая понять, чтобы тот развернулся. Хочет прочувствовать полностью. Выбить из демона все мысли, если те еще остались. Отыграться за каждый раз, когда тот избегал разговора о происходящем. Аластор встает, как сказано, утыкаясь лицом в изгиб локтя. Подставляет задницу с милым оленьим хвостом, который мечется из стороны в сторону от возбуждения в теле. Прикусывает ребро ладони, расслабляясь. Если какое-то время назад он отрицал всяческое удовлетворение себя, плюясь ядом при малейшем упоминании или дешевом намеке, то сейчас мнение поменялось. Радио-демон не ляжет под кого угодно ради того, чтобы расслабиться. Он все еще не переносит этот грязный фарс, состоящий из флирта в свою сторону. Никто не достоин видеть его таким. И лишь один спровоцировал, показал как хорошо может быть, когда отпускаешь себя. И поэтому от него так сложно отказаться. В груди бьется неуместная и не нужная сейчас нежность перемешанная с обидой, которую владыка Ада успешно игнорирует, засовывая отвлекающие мысли куда подальше. Удобно пристраивается сзади между ягодиц. Помнит, что радио-демона не держат ноги при сильном возбуждении, и размещает руку на талии, грубо сжимая. Вторая со смоченными пальцами проходится по сжатому кольцу мышц, надавливая на упругий вход. Оба входят мягко, обхватывая фаланги гладкими стенками. Создается впечатление, будто демон растягивал себя, прежде чем прийти к нему. Постарался ради него или было настолько невтерпеж? Он не собирается об этом спрашивать, как бы ни хотелось. Знает, что ему не ответят. Длинные пальцы покидают тело, перемещаясь на бедра. Люцифер резким толчком входит в расслабленное нутро, ногтями впивается в кожу, с силой притягивая ведущего ближе к себе, чтобы насадить до конца. Внутри узко до звезд перед глазами и сухости в глотке. Дает время привыкнуть, помнит, что это необходимо для Аластора. Если начать двигаться сразу, тот не получает удовольствия от быстро настигающих ощущений, теряется. Я знаю все о твоих предпочтениях в сексе. Знаю, где нужно надавить, прикусить, чтобы ты захлебывался в стонах. Ты отравляешь мои мысли своим присутствием, но большего мне неизвестно. Прошу, позволь мне узнать тебя с другой стороны. Скользит взглядом по телу, замечая, что ведущий уже начинает вилять бедрами в нетерпении. Рукой проводит по пояснице, продавливает, заставляя выпячивать зад сильнее. - Знаешь, ты похож на одну из моих прошлых шлюх, - Морнингстар приближается к лицу демона, шепча на ухо то, за что в другой ситуации влепил бы себе пощечину. Носом ведет дорожку по волосам, опускаясь к шее. С силой кусает за загривок, оставляя след от зубов. В нем кипит желание ударить словами побольнее, потому что невыносимо возвращаться к мысли о том, что скоро это станет фантомным воспоминанием. - Строишь из себя сплошную неприступность, прячешься за маской равнодушия перед другими. Но стоит мне поманить тебя к себе, как ты вверяешь контроль в мои руки. Прогибаешься под королем Ада, срывая голос. Аластор порывается было ответить, выудить из затуманенного разума то, что будет равноценным в этой ситуации. Ему закрывают рот ладонью, не давая сорваться словам с языка. Люцифер не хочет слушать сейчас ничего из того, что там собирался сказать ведущий. Толчки становятся грубее, попадают точно по простате, и демон под ним сладко стонет ему в руку, пачкая слюной кожу. У них никогда не было нежного секса, поцелуев без надобности и обычных разговоров, исключая те, которые касаются отеля. До сей поры никто не предпринимал попыток это исправить. Обоим хотелось большего. Не каждый понял и принял скрывающуюся истину. Люцифер двигается быстрее, тело покрылось испариной, но ничто его сейчас не отвлечет от вида полностью наслаждающегося происходящим под ним Аластора. Он тянется к его члену, предварительно плюнув себе на ладонь. Размашистые движения скользкой руки доводят радио-демона до исступления. Ведущий закатывает глаза от удовольствия, выгибаясь в пояснице, и одновременно с этим чувствует, как больно зубами впивается Морнингстар в место под лопаткой, видимо, ярко кончая, но продолжая двигаться все в том же ритме, чтобы позволить демону ощутить то же самое. Волна оргазма накрывает Аластора следом, и он протяжно стонет с именем владыки Ада на губах. Все мышцы окутывает приятной судорогой, расслабляя. Сердце бешеным ритмом стучит в грудной клетке, отдаваясь в ушах. Руки, удерживающее его от падения, пропадают, и ему приходится упираться в ковер ладонями, заваливаясь на бок. Конечности словно окутали невесомостью, и они совершенно не слушаются своего хозяина. Рядом с закрытыми глазами ложится Люцифер, хватая воздух ртом в попытке отдышаться. Аластор приходит в себя быстрее. Поднимается с дрожью в коленях, попутно опираясь на кресло, но упрямо начинает одеваться. Не хочет задерживаться дольше положенного, потому что слишком заманчиво из раза в раз звучит вопрос "Останешься?", а он не позволяет себе согласиться. - Уходишь? - Люцифер приподнимается из лежачего положения, опираясь на локти. Фокусируется взглядом на тощей фигуре, разглядывая усыпанную шрамами спину. В некоторых местах красуются следы от его зубов, заставляя что-то внутри наслаждаться проделанной работой. - Я всегда так делаю, Ваше Высочество, - невозмутимость в голосе демона только сильнее подначивает поставить ультиматум. Аластор снова не смотрит на него, уделяя больше внимания застегиванию пуговиц, нежели собеседнику. - Мне надоело "всегда", - прокашливается, собирая решительность в кулак, - Я устал видеть только твою спину после каждой ночи. - Что вы имеете в виду, Ваше Высочество? - демон поворачивается к нему лицом, но все еще не поднимает взгляд. - Я привязался к тебе, и твоя позиция равнодушия оседает во мне тяжестью, - Люцифер поднимается с ковра, подходя вплотную. Берет ладонью за подбородок, вынуждая посмотреть на себя, - Если ты сейчас уйдешь, Аластор, то впредь не сможешь вернуться обратно. - Полагаю, это ваше окончательное решение? - спрашивает, видя в ответ кивок. Ведущий хмурит брови, вглядываясь в короля Ада. В чужих глазах бушует непоколебимость, твердость в намерениях. Он теряется, понятия не имеет, как ему следует поступить, потому что игнорировал необходимость задумываться об этом. - Только ты решаешь уйти или остаться, Аластор. Покинув мой дом сейчас, ты больше не сможешь вернуться обратно, - Морнингстар видит этот мечущийся напротив взгляд, и не желает отступать, считая, что только сейчас решение будет искренним. Не проходит даже пары секунд, как демон растворяется в собственной тени, ускользая от прикосновения и прожигающего насквозь взгляда. Аластор сбежал, не видя другого выхода. Люцифер опускает ладонь из висящего положения, грустно улыбаясь. Он знал, но почему-то продолжал надеяться.

So I'm taking back

Так что я забираю назад

What's mine, you'll miss

Свое по праву, ты будешь скучать

The slice of heaven that

По тому кусочку рая, который

I gave to you last night

Я подарил тебе той ночью.