Assumptione

      После окончания заварушки, в одночасье вспыхнувшей вокруг внезапно объявившегося владельца могущественного Рога Бездны и его верной компании, уже успело минуть около полугода. Разгромив всех претендентов на роль более достойного хозяина исключительной реликвии и прочих недоброжелателей, Бидли предпочёл наконец приступить к заслуженному вкушению приобретённой власти и могущества на символическом троне пиратской державы. Большего ему было и не надо — преследуя именно подобную цель пират некогда ввязался в это в прямом смысле крышесносящее приключение, ради достижения которого прошёл крюлодских варваров, план воды элементального государства и медные трубы. Его ближайшие союзники тоже были весьма довольны подобным исходом.       Никс Тарк, вернув братьям условный должок за собственное спасение, отправился обратно к своим подданым, чтобы помочь тем переселиться поближе к лояльным пиратам. По сравнению с жестокими обитателями Нигона, живущими глубоко под землёй, как кроты, и смотрящими на разумных рептилий едва ли не как на домашний скот, морские разбойники казались куда более перспективными компаньонами для дальнейшего сотрудничества. Другие никсы восприняли эту новость с большим энтузиазмом и стали готовиться к переезду под руководством вышеупомянутого предводителя.       Поначалу и Джереми Альбатрос не сказать, что желал иного развития событий. Подлая ведьма-предательница трусливо бежала с поля боя, старший брат разбил зазнавшихся волшебников, считавших себя вправе распоряжаться дальнейшей судьбой Рога Бездны, однако ради его поиска и пальцем не пошевеливших; элементалистов, запоздало возжелавших правосудия и кучки пиратского отребья. Тем не менее, вскоре младший понял, что спокойная и размеренная жизнь ему всё-таки не по душе и, сообщив об этом брату, отправился, как в старые добрые, бороздить бескрайние морские просторы Энрота, как с чистого листа. Сперва в его планы не входило покидать границы Регны, однако после фактического объединения пиратского государства под началом Бидли большинство гражданских междоусобиц само собой сошло на нет, и всё это сонное царство не оправдало надежд авантюристичного артиллериста испытать свои боевые навыки на практике.       Спустя пару дней из могучего моря предстал один из многочисленных безлюдных островов, который сразу привлёк внимание Джереми тем, что, судя по вздымавшемуся песчаному вихрю, происходило на его поверхности что-то неординарное. Долго не думая, пират тут же причалил к берегу и шагнул на песочную почву. Решив разобраться в происходящем более основательно, искатель приключений поспешил поближе к эпицентру событий, не забыв прихватить с собой верный стальной клинок. Спешить артиллеристу было некуда, теперь он был свободен, как вольная птица, ставшая в определённых кругах ему вторым именем.       Из-за песчано-вихревого марева пират не сразу сумел разглядеть одного из тех гигантских морских змиев, способных своими габаритами и неисчерпаемой свирепостью потопить целый корабль, коих он и его на тот момент соратники увидели после того, как коварный Даргем украл Рог Бездны, не забыв прихватить старшего брата в качестве заложника. Хотя ещё большим открытием стало то, что треклятая виновница событий давно минувших дней тут же предстала пред его взором в качестве вынужденной оппонентки земноводного чудовища. Похоже, её тоже занесла нелёгкая судьба на этот пресловутый кусок суши. Дела у этой ведьмы на данный момент шли весьма и весьма неважно, однако то же самое можно было сказать и про её морского противника — кажется, они взаимно вытрепали друг другу почти все силы вместе с нервами. Кто знает, быть может, это была одна из тех несчастных рептилий, которым эта куртизанка в своё время сумела заморочить голову ради личных целей, как и многим другим до этого?       Но великодушно уступать честь разобраться с сумасшедшей сектанткой раз и навсегда Джереми не собирался — с учётом всех произошедших событий если кто и имел исключительную монополию на подобное, то это был только он. Воспользовавшись тем, что аспид был уже весьма покоцан бывшей союзницей, в последний момент пират выскочил из песчаного потока и молниеносно добил несчастную рептилию своей саблей, которая верой и правдой служила ему задолго до встречи с Касметрой.       Увидев старого знакомого, жрица, кажется, едва ли удивилась. Что и говорить, похоже, она была в таком состоянии, что ожидала бы появления даже самого морского дьявола в собственном злоключении, на кое и обрекла себя когда-то и которое теперь, видимо, подходило к своему закономерному концу. Бурной эмоциональной гаммой верховная гидромантесса не славилась никогда.       Зато Джереми внутренне ликовал, и весь спектр триумфальных эмоций тут же отразился на его лице. Чего только стоил тот факт, что он до сих пор так и не сумел выгнать проклятую ведьму из собственной головы. Слишком долго жажда возмездия терзала пиратское сердце, и, казалось, не было хуже мгновения, когда вот-вот все скитания по вине чёртовой сектантки должны были быть отмщены, как коварная блудница раскрыла последний козырь в рукаве, явившийся миру в виде саморазрушающегося портала — последнего пути отступления треклятой колдуньи. Тогда братьям так и не удалось утолить справедливую жажду расплаты. Иронично, в этот раз он спас её почти как тогда — на Эвенморне. — Какая любопытная встреча, — неспешно начал пират. — Чем-то напоминает нашу первую, не находишь? Когда я помог тебе и твоим последовательницам отбиться от разношёрстных захватчиков, — о том, что об этом его никто из присутствующих в общем-то и не просил, а артиллерист в порыве молодецкой удали впрягся не в свою войну исключительно по собственной воле, Джереми тактично не упомянул. — За мёртвых ручаться не могу, но, может, в определённый момент времени продажная ведьма не брезговала и остальными жителями того богом забытого островка? Кто знает, наверное, в вашей сектантской общине беспорядочные половые связи абы с кем даже поощрялись? А потом в своей излюбленной манере вероломная колдунья наобещала им с три короба, а как пришёл черёд платить по счетам, сразу пошла в отказ? — выпалил он едва ли не самую маленькую часть тех догадок, что успели накопиться у него в душе за прошедшее время.       Обвинения не вывели Касметру из равновесия. К тому же, она была уже не в том возрасте, когда единственно верным решением из подобного положения покажется бежать, куда глаза глядят по песчаным дюнам в попытке скрыться от прошлых событий, олицетворение которых мнимая путеводная звезда привела прямо к ней. — Пожалуйста, Джереми Альбатрос, я не прошу тебя о помиловании. Моя последняя воля заключается лишь в том, чтобы ты выслушал меня, — флегматичности жрицы можно было изрядно позавидовать: она умела держать себя в руках и никогда не позволяла себе биться в неконтролируемой истерике, кою особенность столь любезно приписывали женской половине человечества. Даже в былые времена Касметра с завидным спокойствием приветствовала чужака, прибывшего на загадочный остров Эвенморн.       В качестве подтверждения собственных слов она выпустила свой посох из рук, отчего магическое орудие упало куда-то справа в песок от незадачливой владелицы, там лежать и осталось. Всё равно пользы сейчас от него было немного — ману жрица растратила под корень в бою со змееподобным чудовищем, а новые магическо-стрелковые припасы было достать попросту негде. Теперь, когда песчаная буря окончательно улеглась, Джереми сумел заметить, что роскошное синее платье его собеседницы украшали многочисленные прорехи разного размера — видимо, жизнь беглянки и вынужденной скиталицы явно была несладкой, ведь в Регне по понятным причинам ей больше места не было.       Артиллерист против последней исповеди совершенно не был: ему, как никому другому, хотелось выдрать всю правду из этой полоумной вертихвостки. Даже когда годом ранее он ввернул словечко за некроманта, в перспективе имеющего возможность удостоиться подобной участи, он изрядно лукавил. В конце концов, львиная доля всей этой катавасии касалась только рыжего авантюриста и самопровозглашённой гидромантессы. Стало быть, даже яростный холерический пыл, свойственный темпераменту Джереми, слегка охладился при замаячивших на горизонте откровениях. — В малочисленных сохранившихся манускриптах было сказано, что Рог Бездны даёт невиданное могущество своему владельцу, — начала Касметра. — Если бы Даргем не пошёл против меня тогда, всё закончилось бы совсем по-иному. Таинственная мощь реликтового артефакта позволила бы нам занять не последние места в Регне. Из хранительницы безымянной библиотеки и младшего братика легендарного Бидли мы могли бы превратиться в силу, способную превратить раздробленное пиратское государство в конкурентоспособную державу и стать у неё во главе. Ну да к чему теперь гадать? Когда этот проныра схватил Рог, я совершила самую страшную ошибку в моей жизни. Желание получить таинственный артефакт затмило собой здравый смысл. Я решила, что, услышав слова этого предателя, даже при благоприятном завершении этого коллапса без вмешательства с моей стороны, вы бы ни за что не подпустили проклятую ведьму-обманщицу к отвоёванному трофею, если бы, конечно, после всех вскрывшихся подробностей стали бы со мной церемониться.       Впоследствии я сильно жалела о том эмоциональном взрыве, повлекшим за собой морской, поскольку как я не пыталась отыскать ключ к пониманию работы злополучного реликта, у меня ничего не получалось. Стоило только вспомнить о пирате, почти в одиночку разгромившем всех супостатов на острове-невидимке — вот кому было бы по плечу решить этот ребус. О пирате, которого собственноручно и отправила куда подальше. Позже — после моего бегства из Регны — до меня долетали обрывки людской молвы о том, что «корсар её величества» разгадал секрет этого таинственного артефакта. Мне и в голову не могло прийти, что такая реликвия не имеет ничего общего с водными просторами, где он был найден впервые, ни с морскими глубинами, которые мы так старательно изучали, — Касметра замолчала. В своё время она и правда не додумалась до применения Рога на практике, а не только в теоретических обрядах. Использовать его в бою она опасалась, а дуть в него было бесполезно, она пробовала: ничего не произошло. — Мы не были сектантками, — вдруг продолжила колдунья. — Мы всего-навсего поклонялись силам природы — в частности морям. Догадываюсь какая литература подтолкнула тебя на такие выводы обо мне, — долго останавливаться на теме творчества небезызвестного писателя-собирателя пиратских баек и его неприменимости на объективные реалии она не хотела. — Что до твоего упрёка в моей распущенности — могу заверить: верховным жрицам запрещено вступать в связь с кем бы то ни было. Они должны вдохновлять собственным примером младших по рангу на столь же преданное служение водной стихии без отвлечения на мирские суеты, — заметив, что Джереми внимательно её слушает, она медленно подобралась к нему поближе. — Также в определённый момент мне стало известно, что нашего культа больше нет: предводительница в моём лице бесследно пропала, а другие жрицы, оставшись без мудрого покровительства, примкнули к регулярному составу пиратской армии.       Теперь становилось кристально понятно, почему до этого их отношения были исключительно платоническими, а дальше ни к чему не обязывающих объятий да поцелуев — одному в разгорячённую щеку, другой — в прекрасную длань, время от времени не заходило. Джереми, разумеется, весьма хотел закономерного продолжения их любовной интрижки, однако колдунья всё медлила и медлила отчего-то. Даже в тот роковой день Касметра вполне могла бы использовать то же заклинание, что и в поединке против таталийского флота, когда по воле судьбы погиб бедный Патрис, оказавшись на пути у призываемых айсбергов. Конечно, в той вылазке она могла бы наколдовать и именитый водоворот, который, как оказалось, тоже умела, заместо смертоносных ледяных шпилей, забравших жизнь ближайшего помощника, но тогда даже Бидли встал на сторону колдуньи, сказав, что и вправду сподручнее отделаться малой кровью, чем всем вместе дружно пойти ко дну или, если повезёт, на удобрение для зверей болот.       Сейчас, когда все планы Касметры пошли прахом, а путь обратно на родину ей был закрыт, ограничения на свободу действий уже и не нужны были. Подойдя к бывшему компаньону достаточно близко, пока он не успел опомниться, колдунья приникла к его губам, на данный момент будучи не в состоянии подобрать правильные слова для выражения собственных чувств. Чтобы подтвердить серьёзность своих намерений, жрица пустила в ход свои руки, зарывшись кистями в чужих рыжих волосах, прижавшись к артиллеристу так крепко, как смогла, в ответ на что бывалый авантюрист подчас даже растерялся от такого внезапного поворота судьбы, который преподнесла недавняя союзница. Через пару секунд отстранившись от него, Касметра выдохнула: — Прости, я так много фантазировала об этом моменте. Наверное, мои романтические грёзы и послужили причиной того, что я так и не нашла общий язык с Рогом Бездны. Каждый раз, как он представал перед моими глазами, я вспоминала, как мерзко поступила с тобой, — повернуться спиной к Джереми после всего произошедшего колдунья не могла себе позволить, поэтому просто обессилено уткнулась ему в грудь: — Теперь только тебе решать мою дальнейшую судьбу, — произнесла Касметра, не отрываясь от него. Сейчас жрица была готова к любому исходу событий. Почувствовать холодную сталь у себя между рёбер было чуть менее, чем невозможным: в конце концов, Джереми с братом изрядно натерпелись бед и лишений после её акта первородного эгоизма. Дурой она не была никогда, поэтому прекрасно себе представляла, какое будущее ей уготовано после подобного произвола. А уж если взять в расчёт фиаско с Рогом Бездны и бегством в безлюдные земли…       В своём окончательном решении пылкий артиллерист медлить не стал. Одним резким движением пират вновь превратил в ничто разделяющие их сантиметры и теперь уже сам поцеловал её, ещё крепче стиснув в объятиях, пока сердце жрицы колотилось изнутри о рёбра.       Показательным также было и то, что даже в момент разоблачения Даргема Касмерта не захотела прикончить братьев как невольных свидетелей, заставив их разделить судьбу невезучего Патриса. Колдунья и в пылу своих переживаний порешила, что отправить их на разные уголки света будет достаточной мерой предосторожности, смерти она не желала никому — даже своему первому и ненадёжному соратнику, обозлившемуся на неё. Хотя в скором времени даже об этой «гуманной» затее она горько пожалела.       Джереми тут же поспешил принять горизонтальное положение, увлекая за собой Касметру, но та была так увлечена поцелуем, крепко вжимаясь в чужие плечи, что, кажется, даже не заметила этого. Так что пират коснулся песчаной поверхности ещё раньше вновь обретённой возлюбленной, теперь уже находившейся под ним. Наконец и жрица, разжав цепкие пальчики, приземлилась на осязаемую почву, а её роскошные каштановые волосы распластались по песку, взглянула в лицо артиллеристу. Колдунья аккуратно взяла одну из его широких ладоней и тут же положила себе на грудь, давая понять, что теперь и она готова к физическому контакту. Касметра больше не верховная гидромантесса, значит бывшие правила теперь силы больше не имели. Хотя даже несмотря на их прошлую актуальность подобные мысли и желания по отношению к молодому пирату появились у неё тоже далеко не сейчас. Джереми же был откровенно не против изучить аппетитный бюст бывшей хранительницы библиотеки, на который он не мог не обратить внимание при первой встрече. Признаться, Касметра немного переживала, что ведёт себя слишком бойко для той, кто пару минут назад открещивался от наличия подобного опыта.       А вот пират, напротив, ждать больше не хотел. Вскоре на бёдрах колдуньи появились отчётливые следы его пальцев от тех мгновений, когда он прижимал её к себе особенно крепко. Вопреки внешней прохладности, жрица была очень горяча, за что он и наградил её шею бурыми следами своих особенно пылких поцелуев. Несмотря на взрывной характер и собственные желания, что были подавляемы в течение длительного времени, артиллерист всё-таки старался следить за тем, чтобы и беглянка не оставалась равнодушной к процессу, обделённая удовольствием. А то, не ровен час, и разочаруется в том, о ком грезила столько времени, да попросит прикончить её прямо здесь, дабы прервать нескончаемую череду невезения. В свою очередь, педантичная Касметра в былые времена не спешила бы предаваться первобытной страсти на песчаном берегу, однако после минувшего полугода песочно-кварцевые крупинки, впивающиеся в неё, были последней проблемой, моментально меркнувшей в объятьях любимого артиллериста.

***

      В определённый момент Джереми даже порадовался, что не стал особо церемониться ни со своей, ни с чужой одеждой. Изрядно поспешив, он даже платье с колдуньи не снял, в чём, разумеется, нашлись свои плюсы — например измотанную жрицу, чьи жизненные ресурсы тоже были не безграничны, не нужно было нести, в чём мать родила. В таком загадочном явлении как женская одежда и её применение на практике артиллерист разбирался весьма скверно. Подобрать её излюбленный посох он тоже не забыл. Перенеся блудную возлюбленную на борт собственного корабля, позволяя ей отдохнуть, сколько потребуется, пират снова взял курс на бескрайние моря в поисках новых приключений, а заодно и нового пристанища для них двоих.