Koins

— Чонгук уже не может удовлетворять меня. И Вы не можете мне предложить Чимина, его лицо уж слишком смазливо. Я хочу Юнги. — Намджун, Вы понимаете, Юнги с раннего детства находится на стажировке и он никогда- — Я знаю, он девственник, Вы не хотите причинять его дырке вреда, но хотите сломать не только его, но и всех, тренировками и тем, что буквально пашете на них. Но ещё вроде как, на это нужны деньги. — Намджун, я понимаю это, но- — Вам нужны Ваши золотые кролики, или я могу уйти? — Нет-нет, мы предоставим Вам Юнги. Но пожалуйста, я. я хочу попросить- — Нет. Я буду ебать его на своё усмотрение. Именно из-за Ваших условий Чонгук так быстро пришёл в негодность. А мне его ещё и за свои деньги лечить. — Извините. Но я Вас умоляю, будьте помягче с ним. — До свидания. Юнги, Чимин и Чонгук — золотое трио. Или «Золотые кролики» — название их группы. Намджун уже трахал и Чимина, и в последние разы Чонгука, который никак не мог удовлетворить ни эстетичный голод Намджуна, ни физический. И остался Юнги, доселе не привлекавший его так, как привлек на одном из последних выступлений. Его голос не был необычным для слуха Кима, а вот его тело, которое только-только перешагнуло порог разрешения на открытые костюмы, наконец-то позволило Киму понять, что же он упускал каждый раз, трахая мягкого Чимина или плачущего Чонгука. Юнги 20 лет, он самый молодой из представленных трех ребят и Чимин кусает губы от нервов, думая о том, что он может пройти через подобное. К сожалению или счастью, Юнги не знает, что происходит с Чимином или Чонгуком на встречах, на которые они ссылаются. Но он знает, что может происходить с ним, если он хочет пойти дальше «Золотых кроликов». Но он точно знает, как можно проводить время с тремя такими же мальчиками, как он. Он уже давно лишился девственности на одном из тех розовых дилдо, которые ему купил Чонгук. Он любит трахаться в большие выходные или знакомить киски друг с другом на двусторонних фаллосах. Но это происходит так редко, что каждый раз его киску нужно хорошо растягивать, чтобы ничего не повредить. Хорошо, что никто из посторонних не знает о их небольших шалостях, когда Чимин, самый старший, учит их взаимодействию друг с другом. Чонгук и Юнги, как две послушные сучки, любят давать свои киски Чимину на растерзание. Одно время они долго не занимались таким, и Чимин находил различные отговорки, чтобы не проводить с ними время. Чимину не нравилось, что его пися болит после секса с Намджуном и он не может утихомирить напор мужчины. Когда Чимин восстановился, пришло время Чонгука сторониться общих игр. Юнги искренне не понимал, в чем дело и ему оставалось лишь смирённо ожидать, когда у них обоих будет настроение. Играть самостоятельно он стеснялся. Поэтому его дырочка пришла в изначательно состояние, став ну очень узкой. Юнги иногда баловался, но киска не позволяла всунуть в себя больше одного пальца, поэтому скромняшке оставалось лишь ждать, когда его старшие друзья помогут ему и растянут как следует. Но ждать приходилось долго и совсем скоро его послали на знаковую встречу с Намджуном. Вообще ему сказали, что будет обыкновенное маленькое интервью, но он заподозрил, что что-то не так, когда его оставили в комнате с кроватью и сказали переодеться в сценический костюм. Ему было стыдно, но он переоделся. Костюм был ему маленький и он подозрительно сильно был похож на костюм Чонгука. Он был худой и его сисечки были маленькими, в отличии от форм Юнги. Его сиси и попка очень выделялись, а его киска немного терлась о низ черного латекса. Помпончик над задницей немного трясся, а ушки на его голове напоминали ему о выступлениях. На ногах у него были белые чулочки, что было уже частью его костюма. Ушки у них у всех были одинаковые. — О, Юнги, ты уже здесь? Юнги смутился, приветствуя мистера Кима. Он встал с кровати и поклонился ему, а Намджун хмыкнул, снимая с себя пиджак. — Добрый день. — Кажется, костюм тебе немного мал? — Д-да, он немного жмёт мне. — Ничего страшного. Мне так нравится больше. Юнги приподнял бровь и Намджун хмыкнул, подходя ближе к нему. Его рука легла на щеку Юнги и тот смутился таких прикосновений, пока мужчина не положил другую руку на его грудь. Юнги сжался и отодвинулся. — Тише, Кролик, у тебя такие восхитительные сисечки. Настоящая омежка, да? Юнги поджал губы, держа свои руки на чужих. — Что вы делаете. — обиженно прошептал Юнни и нахмурился. — Осматриваю твоё тельце, Юнги. Ты наверное, не знаешь, но твоя группа нуждается в твоей помощи. — Чт... Что? Мне нужно переспать с Вами? — Юнни поджал губы, наблюдая за растягивающейся улыбкой на чужом лице. — Ты такой же умный, как твои коллеги. — Намджун приблизился к его лицу и начал целовать поджавшиеся губы, которые легко поддались ему. Юнни от стыда закрыл глазки и Кима это завело. Юнги был таким милым и невинным, что ему захотелось как можно скорее посмотреть, как он будет ломаться от желания получить разрядку, но из-за того, что Намджун будет непреклонен, нижний будет хныкать и искать пути оргазма. Нежные губки сдавались под напором умелого языка и чужих губ и Юнги попытался упереться ладонями в плечи мужчины, когда его сисечки в латексном боди оказались сжаты ещё сильнее. Костюм натянулся на киске и он немного привстал на носочки, нахмурившись. Он мял его сиси и не переставал двигать ими, натягивая открытую одежду все сильнее. Юнги уже начал жалеть, что не снял трусики — возможно, без них было бы легче пережить подобное. Когда Намджун оторвался от облюбованных губок, его руки спустились вниз и он схватил узкую часть боди, натянув её. Юнги пискнул и попытался привстать, замотав головой. — Н-нет! Не надо! Нет! — Юнги всхлипнул, когда ткань начала тереться об его трусики, вызывая небольшой дискомфорт и тепло. — Почему? Мне нравится. — Намджун улыбнулся, сильнее потянув боди в своей руке вверх и заставив складку одежды провалится между половых губ, заставив их спрятаться вместе с трусиками между лепестками бритой пизды. — О, как мило. — Н-не надо! — слезливо прощебетал Юнги, пытаясь убрать руку Кима. — Юнги, прекрати, смотри, твоя пися так замечательно спрятала в себе трусики и боди, разве тебе не нравится? — Намджун активнее стал тереть боди, намеренно задевая верхние части пизды Юнги и совсем скоро он замолчал, молча и обиженно смотря на Кима. Его бедра пытались сжаться, а один раз он даже тихо замычал, поджимая губы. Намджун провел свободной рукой по писе Юнги и хохотнул, выпрямляясь. Его пальцы почувствовали влагу на ткани и несколько капель смазки вокруг писи, значит, Юнги просто придуривается, что ему не нравится подобное. — Юнги, твоя киска такая мокрая. Как думаешь, она примет меня? Юнги отрицательно замотал головой и запыхтел, пытаясь избежать венистой руки, которая сдвинула трусики и расстегнула боди, открыв себе доступ к горячей киске. — Уу, такой горячий и мокрый. Что тут у нас, м? — Намджун наклонился, чтобы Юнги вновь уперся в его плечи ладошками и захныкал, продолжая отрицательно мотать головой и что-то пищать, когда Ким погладил его мокрую писю. — Такая мокрая девочка, так нуждается в члене, а? — Н-нет! — А я думаю, что да. Такая тугая дырочка будет крепко обхватывать мой член, смочишь его своей смазкой, а потом угостишься им, м? Разве ты не думаешь об этом? Юнги смутился и его взгляд потерялся внизу. Намджун почувствовал, как его киска сократилась. — Кончу на твои губки, девочка, сделаю их кремовыми. — Юнги уже не понимал, к кому он обращается — к его киске или к нему. — Н-не надо… — Юнги, ты можешь много раз говорить «нет», но, твоя дырка говорит все за тебя, — Намджун отодвинул мокрые трусики и край костюмчика, прикасаясь к розовым складкам. — Так течёт. Можешь похвастаться перед Чимином, он точно будет тебе завидовать. — Н-Намджун, пожалуйста. Я, я никогда- — Я знаю. Юнги отвел взгляд, растерянно пискнул, когда в его влагалище проникли пальцы и совсем расстроился, пытаясь оттолкнуть мужчину от себя. Кима забавляли маленькие попытки сбежать. Но еще больше бесили. — Расслабься, если ты будешь послушным, я освобожу тебя из «Золотых кроликов». Будешь делать свою карьеру под моим крылом, но без них. — Пожалуйста, давайте побыстрее закончим- — Юнги, ты раздумай об этом. Второй раз будет, а третий, уже на твоё усмотрение. Не я же страдаю телом с двенадцати, да? Взгляд Юнги прояснился, когда его лицо напряглось. В Намджуне, прямо сейчас, он увидел не серьезного руководителя, а настоящего дьявола. Он быстро сменился в лице из-за того, что мужчина нагло ткнул в его живую рану, дал понять то, что он знает о том, чего хочет Юнги. — Когда? - Раз есть предложение, почему он должен отказываться? — Что «когда», Кролик? — Когда я освобожусь от них? — Юнги сглатывает, и сдерживает дрожь тела, когда ощущает движения пальцев в своей дырочке. — Ууу, сначала я потрахаю эти нежные дырочки, надеюсь, что другие привели её в готовность. — Юнги кивнул, пытаясь расслабиться. — Ну, и конечно, после альбома. Юнги зашипел, когда его дырочку растянули толстые пальцы мужчины. Его друзья из группы никогда не позволяли себе приносить ему боль. — Хорошо, черт, хорошо. — Юнги закусил губу, жмурясь. — А ты намного сговорчивее, чем они. Кажется, я нашел реального Золотого кролика. — Мне действительно нужна популярность отдельно от этих двух, я готов на всё, чтобы я не был с ними рядом.