1944

      Тишина, наступившая в сей момент лишь обнадёживала бойцов мыслью о том, что хотя бы в предстоящем году этот кошмар, который можно было сравнить с адом, наконец-таки прекратится и наступят тихие деньки. Не смотря на тот факт, что все мужчины и девушки работали и днём и ночью, и по логическому рассуждению они должны сейчас отдыхать в позе «мертвеца», но они находятся в помещении, чтобы встретить новый год. За окном был лёгкий снег помогающий скрыть следы советского войска, холод стоял такой, что окна старого актового зала в прошлом, покрылись едва заметным узором. В самом же здании стояла ёлка, принесённая добровольно рядовыми.              Кому-то отправили вместе с вещами новогодние игрушки, и теперь ель хоть и не ярко, но была украшена ими. На столе располагалась самая базовая еда, которую нашли или же получили военные: картошка, мясо, водка, простой салат из простых ингредиентов, сушёная рыба и шампанское привезённое командиром из населённого пункта. Не смотря на столь простое оформление праздник радовал солдат.       Сам же народ сейчас находился вне актового зала, ведь Михаил Григорьевич строго настрого запретил взрывать хлопушку в помещении, приговаривая: «Вы от детей сегодня ничем не отличаетесь, как я посмотрю!». Если бы капитан согласился, то скорее всего парни не раскрыли бы секрет того, что у них имеется самый простецкий салют. Как на эту глупость им хватило ума, рядовые не знали. Шинели согревали их, но кто-то постоянно дул себе на руки, наверное варежки не спасают. Последняя фраза, произнесённая в этом году артиллерией была: «Лёха, осторожней!».

***

      С Алексеем ничего такого не случилось, ведь он успел отойти на нужное расстояние от салюта. Вещица как и ожидалось подлетела не так высоко от земли, ведь иначе деревья не скрыли бы тот факт, что сейчас советские войска крайне уязвимы. Все были рады, а кто-то не сдерживал свои слёзы. И вот, подморозив всё, что можно было сначала зашли девушки-медсёстры, а потом бойцы за справедливость. Несмотря на то, что операция идёт сейчас не так как надо, как будто немцы знали их план, но советский народ идёт навеселе.       Открылась деревянная дверь, и взору людскому предстояло увидеть, то как новенький в их рядах за счёт своего высокого роста терпеливо ставит большую жёлтую звезду на самый вверх ёлки. Его видимо заставили это сделать пара мужчин с высокими званиями, в числе коих был и Михаил Григорьевич. Едва ли заметно улыбнувшись, Николай Воробьёв поспешил как можно быстрее слезть со стремянки, а затем усесться на своё место.       Хоть уже все поняли, что Коля не из общительных людей, но они не оставили попыток сделать так, чтобы он улыбнулся или если чудо снизойдёт с небес, то он рассмеётся. Как и ожидалось кроме грубоватого: «Отойди!» – солдаты ничего не услышали. Эта фраза не стала конечной точкой вращения земли, и вскоре послышался звук открывающегося Шампанского и оживлённое обсуждение еды.       Не смотря на общительность всего народа, самым живым являлся никто иной как Александр Сердоболич – Старшина. Если на территории или же вблизи боевых действий не присутствует Старший лейтенант, то все дружно обращаются за помощью к Саше. Хотя это и понятно. Всё же юноша являлся в прошлом не только любителем походить в тренажёрный зал, но он так же отменный боксёр и рукопашный боец по совместительству.              За время его службы рекордом по переносу людей на своей спине стала отметка в два мужика, один весил чуть больше шестидесяти, другой же – более семидесяти. Рекорд был установлен летом прошлого года. «Пример идеального советского солдата» – так отзывались о нём более опытные солдаты.       Но Николай понимает, что стоит Александру помыться вместе со всеми, то весь его идеальный образ с гладкими русыми волосами сразу пойдёт коту под хвост. Будет ли военный человек делать на груди столь большую татуировку в виде крыльев? От этих мыслей Николай даже не заметил, что уже минуту с чем-то стучит пальцами по деревянному стулу. Придя в себя, Сержант оглянулся, чтобы понять, заметил ли кто-то его поведение, но вроде нет. Николаю надо быть особенно осторожным, ведь как он слышал в их роте находится Лесничий. Именно этого мужчину боятся все шпионы из армии «Центр» и «Север». Ходит слушок, что именно он раскалывает шпионов как орешки, стоит им хотя бы раз попасться на глаза Лесничему. Что будет после того как найдут агента? Два исхода событий, либо его тут же убьёт Лесничий, либо отправят на допрос, где выбьют весь дух из тела фашиста. Единственная мысль, которая успокаивала лживого Сержанта звучала так: «Лишь с шансом один на сто именно в этой роте будет проживать Лесничий. Только как его называют среди советского народа не ясно. Надо разузнать и доложить Вермахту!». — Николай, вы чего так грустно сидите? Новый год же на дворе! — Раздался голос Старшины Петра. Открыв бутылку красного вина, поинтересовался навеселе Широков. Он был уже пьян. — Хочешь налью вина? — Только если совсем немного. Не умею пить. — С удивлением Николай посмотрел на бутылку неполного красного вина. Оно было его любимым из вин. Из-за шума рядом, Николай хотел как можно быстрее уйти. — Ой, чего стесняешься, у девчонок если, что возьмём таблетки от похмелья. Я специально на днях занёс им ещё в запас. Ты, кстати не видел Санька? — Никак нет. Всё, спасибо. — движением ладони, Воробьёв также показал, что не надо больше лить вино. И вправду, шумного голоса Александра не было, что очень удивляло Сержанта.       Прошло минут тридцать, а шум лишь усиливался. В конечном счёте юноша не выдержал и направился к выходу, не забыв взять свою утеплённую шинель и бокал вина. Надев верхнюю одежду, Николай бросился к выходу с чувством того, что никто не будет его теперь волновать и он вдоволь сможет высказаться на своём родном языке не беспокоясь о том, что какая нибудь живая душа его услышит. Но он забыл, что сейчас находится в армии и слово «уединенность» будет лишь антонимом. Его радостное лицо сменилось на обеспокоенность когда он понял, что не видел четвёртое пальто с погонами Старшины.       Отворив по ошибке дверь настежь, но моментально закрыв её, Николай пошёл прочь к домам. Наверное идея поселится в лагере, который когда-то был предназначен для детей была великолепной. Около одного из корпусов, Сержант заметил чью-то тень, курящую сигарету. «Тяжелоатлет!» – подметил Николай оставив свой бокал с выпитым вином на заснеженной лавке.              Подойдя поближе, он понял, что это никто иной как Александр Сердоболич. Но он был как будто сам не свой. Его глаза были закрыты, а постоянной улыбки не было. Медленно и даже с неким нехотением Старшина всё же открыл их. — Есть, что покурить? — с лёгкой боязнью проговорил Николай. — Обижаешь! — уже с искренней улыбкой ответил Александр протягивая сигарету. Хоть Старшина и протянул зажигалку, но Николай поспешно отказался, невзлюбил их юноша по личным причинам. Достав коробок, Николай взял одну спичку и, зажёг ее. Вышло это со второй попытки. Старшина молчал устремив свой взор в небо. Как будто он что-то видел там и ожидал снова узреть. Данная минута молчания вызывала у Николая чувство расслабленности, ведь он хоть и не мог выплеснуть все эмоции, но мог отдохнуть от шума и лишней, ненужной по его мнению беседы.       Рассекая эту гробовую тишину над их головами пролетел самый лучший истребитель – Як-3. Конечно жаль, что пилот этой железной птицы не отдыхает и сторожит территории вернувшиеся к советской власти, но ему выпала особая честь. Этот истребитель славится своей лёгкостью и манёвренностью, хотя он разгоняется до скорости семисот четыреста километров в час и может набирать высоту равной в пять тысяч метров. Николай посмотрел на Як-3 с ужасом. Сердоболич в отличие от своего товарища даже порадовался по какой-то непонятной причине. Но, что точно понял Николай так это то, что Александр смотрел на истребителя так, как будто встретил давнего друга. Истребитель скрылся в ночи, оставляя двух парней в одиночестве.       Эта неделя дала понять Николаю, что из всех тех рот, в которых он находился, из того многообразия армий против немцев где он проживал кусочек своей жизни иногда с родителями – эта артиллерия стала для него победителем. Не потому, что тут очень редко встречается сушёная рыба или другие морепродукты, не из-за того, что тут спать было даже легче, а из-за людей. Именно сплочённый народ, который принял его за столь короткое время без лишних вопросов и без ненужных проверок, дал понимание того, что советские люди в конечном итоге одержат победу над главным врагом, в том числе и над Вермахтом. Эта мысль особенно горячо согревала сердце Николая, даже если юноша понимал, что именно этот народ рано или поздно найдёт его и без лишних вопросов убьёт.       Вскоре из актового зала начали расходиться люди. Какой-то мужчина даже забрал бокал Воробьёва, про который он накрепко забыл. Александр недовольно вздохнул ведь понимал, что больше за сегодняшнюю ночь он не сможет выкурить ни одной сигареты. Мужчина поторопился скрыться в аккуратном строю, который не имел командира, который помогал бы держать этот строй. Солдаты знали это, но из-за того, что большая часть до начала войны служила в армии, то давняя привычка давала о себе знать. Помимо строя народ шёл практически в одну ногу, это понравилось Николаю. Потушив окурок, Сержант последовал примеру своего друга и поспешил за людьми. В строю велось обсуждение разных тем, кто-то рассказывал про то, что он видел, кто-то говорил про свои планы, а кто-то как и Николай просто молча шли.       За счёт того, что комната в корпусе могла вмещать в себя около пятнадцати человек, то при перестановке оказалось, что помещение весьма довольно хорошо может вмещать двадцать человек. Кровати хоть и были заправлены идеально, но всё равно имели небольшие ошибки, за которые обычно в армии наказывают. Николаю повезло, он занимал практически дальнюю кровать на втором этаже и мог особо не разговаривать с людьми находящимися внизу.       Стены были покрашены в такой же палитре, которая встречалась в уже разваленных советских стенах на лестнице. Немного неприятный цвет по мнению Николая для детского лагеря. Самым лучшим решением, которое было придумано мужчинами в этой комнате было поставить тумбочки друг на друга, чтобы мебель не занимала лишнее пространство. Наверное из-за этого сейчас Сержант приложил все свои силы, для того, чтобы лишний раз не слезать с кровати но достать с верхней тумбочки свою записную книжку. Особо важных записей именно в этой книжке не было, но если кто то узнает, что находится во второй книге, то Николай всё время будет мыть полы. А как он знает по своему опыту это не самое лучшее занятие. Особенно когда у тебя высокий разряд для своего возраста в легкой атлетике. Ведь по мнению Сержанта, для него это оскорбительно и унизительно. Взяв также карандаш Николай успел записать лишь пару строчек про сегодняшний день, как свет в их комнате погас, что обозначало, что у них есть ровно десять секунд, чтобы улечься спать.       Такого резкого шума, Сержант не ожидал услышать, но ему не повезло. Перед самым выходом он расправил свою кровать, чтобы особо не мучаться. Сейчас он накинул на себя одеяло и отвернулся от дверного разъёма, а то иначе Старшина Сергей его заметит и заставит делать комплекс из упражнений. Не успели солдаты скрыться из виду, как Коля заснул.