Часть 26
13 января 2025 г., 13:41
До наступления полнолуния было запланировано еще одно слушание, на котором в основном обсуждались меры безопасности и состав комиссии. Отправлять совет Визенгамота целиком никто не хотел, в этом не было смысла, а многие боялись, что его членов перебьют оборотни и магическая Британия будет обезглавлена. Такие слухи сеяли в основном приспешники Амбридж.
По итогу отобрали почти дюжину человек, не считая Дамблдора. Амбридж и Фадж не смогли отказаться от поездки. Но потребовали сопровождение авроров, на случай если что-то произойдет. От идеи клетки отказывается не стали, но и порт-ключи членам комиссии выдали, чтобы они могли экстренно эвакуироваться.
Больше всего обсуждений было посвящено тому, выходить ли к комиссии всей стаей. В итоге коллегиально приняли решение – если они собственными глазами увидят пятнадцать оборотней, в том числе и детей, абсолютно спокойных адекватных и контактных, это убедит их лучше всего.
Но они приняли меры безопасности, чтобы застраховать себя от неадекватной реакции. Флимонт и братья Прюэтты охотно согласились поприсутствовать на эксперименте.
– Что значит, вы не будете в клетке? – изумленно спросил Фадж, когда вся делегация переместилась на опушку леса в полумиле от места встречи. – Вы сошли с ума? Мистер Поттер, вы ведь уже не юноша, чтобы так развлекаться.
– Я доверяю этим людям, Корнелиус, и не намерен оскорблять их подобными... мерами, – Флимонт кивнул на монтируемую клетку. – К тому же, среди них есть член моей семьи, не думаете же вы, что в такой момент я не буду рядом с ним.
– Член вашей семьи? – растерялся Фадж. – Я не понимаю, как это возможно?
– Точнее, их двое, – задумчиво добавил Флимонт. – Оба не по крови. Но семья не заканчивается кровными узами, Корнелиус. Ремус Люпин мне как сын, а Лили... что ж, если мой сын не женится на этой девочке, у меня возникнут сомнения в его умственных способностях.
Лили и Ремус, слышавшие это, синхронно залились краской, а Регулус фыркнул, сдерживая смешок.
– Я правильно тебя понял, ты сказал, что двое студентов Хогвартса были оборотнями? Дамблдор! Это вопиюще! – разошелся Фадж.
– Что такое, министр? – Дамблдор сделал вид, что не слышал, о чем была речь. – Нужно еще какие-то меры безопасности предусмотреть?
– Два оборотня! В Хогвартсе! Вы намеренно не озвучили это в суде! Это возмутительно! – продолжал разоряться он.
– О, не сомневайтесь, озвучу, – что-то такое сверкнуло за стеклами очков, когда Дамблдор посмотрел на Фаджа. – Например, что девочка, живущая в маггловском районе, должна была защищать свою родню от нападения, а авроров не было и следа. Что Сивый сейчас в тюрьме Министерства, потому что его захватили мои студенты. Я. Все. Озвучу!
Фадж хотел было что-то возразить, но скис. Засопев, он, молча, последовал за остальными, пока они не вышли к поселению. Там их встретила Сильви.
– Добрый вечер. Мы готовы, – сказала она, косясь на серебряную клетку, от которой все старались держаться подальше.
– Благодарю вас, мисс Дюпре, – радушно улыбнулся ей директор. – Все выглядит совершенно надёжно. И, обещаю, завтра ее здесь уже не будет.
Дети, увидев Лили и Регулуса, тут же рванули с ним. Младшему Блэку почему-то очень легко удалось с ними поладить. Поэтому и к полнолунию он их готовил, они без страха подставляли ему ручонки под укус.
– До восхода луны осталось совсем немного времени, а нам нужно подготовиться, – сказал Сириус, он с Арманом и остальными отделились от делегации. – Будет лучше, если вы зайдете в клетку, и мы не будем на вас отвлекаться.
– Мистер Блэк прав, – кивнул Дамблдор, делая приглашающий жест.
– Если бы там не было директора и мадам Боунс, одно движение палочки... и сколько проблем решилось бы, – шепнул остальным Фабиан.
Все переглянулись, согласные с ним. Тем временем мистер Поттер запер остальных в клетке и стал на страже, но защищая скорее стаю и вампиров от министерских, чем наоборот. Вампиры тем временем кусали своих подопечных, утоляя свою жажду. Регулус присел на корточки рядом с детьми, он никогда не кусал их за шею, только за запястья и совсем чуть-чуть. Они ему доверяли, и он не мог их разочаровать.
А Лили сразу залечивала крошечные ранки, подбадривая самых маленьких. Пожалуй, дети эмоциональнее взрослых восприняли изменения, они были в таком восторге, установив контакт со своими волками, что через пару дней после своего первого осознанного полнолуния стали спрашивать, нельзя так делать почаще.
Закончив подготовку с ними, Регулус раздал каждому по шоколадной лягушке и шагнул к Лили.
– Теперь вы, будущая миссис Поттер.
– Может Поттер-Блэк, если подсуетишься, – пошутила она в ответ, убирая волосы с шеи. Джеймс стоял неподалеку от отца, наблюдал за ними, но без всякой ревности. И на лукавый взгляд мистера Поттера смущенно пожал плечами, мол, а что, я не против.
Сириус не смог отказать себе в некоторой театральности – зная, что комиссия наблюдает, он не просто укусил Ремуса, но и зализал укус, потискав его задницу.
– Бродяга! – шикнул Ремус.
– Прости, не смог удержаться, чтобы не побесить этих старых пердунов, – прошептал ему Сириус. – Эта жаба, кажется, своим бантиком подавилась.
– К сожалению, нет, – вздохнул Ремус, глянув на клетку поверх его плеча.
По летнему времени темнело поздно, и луна должна была появиться на еще светлом небе, но по периметру все равно были расставлены волшебные фонари, чтобы комиссии все было видно.
А потом луна вышла, бросив серебристый отсвет на своих детей, и вся стая трансформировалась. Быстро, без мучений, с долгим счастливым воем. Там, где мгновение назад стояли люди, теперь была стая. Волки самых разных мастей, и обычные серые, и бурые, и рыжеватая лисья Лили, и крупный матерый волк Ремуса. Щенки тут же затеяли возню под присмотром нескольких волчиц, пока остальные выжидающе смотрели на Ремуса и Сильви, их лидеров. Вампиры не потрудились даже перекинуться в звериный облик, уже привыкнув к оборотням.
– У всех все хорошо? – сразу спросила Сильви, оглядывая стаю.
Регулус отошел чуть в сторону, где возились волчата, но посматривал в направлении клетки. Он пожалел, что никто не додумался взять колдокамеру, и лица комиссии сохранит лишь память.
Сириус выступил переводчиком.
– У комиссии есть какие-либо вопросы? – спросил он, и по его голосу было слышно, что он снисходил до них.
– Мистер Блэк, спросите, пожалуйста, у стаи, не будет ли она возражать, если я выйду из клетки и подойду ближе? – спросил Дамблдор. – Я могу отдать палочку Флимонту.
Сильви не возражала, но попросила действительно отдать палочку мистеру Поттеру.
– Вы можете выйти, – ответил ему Сириус. – Безоружным.
Дамблдор передал палочку через прутья и потянулся к замку.
– Альбус, вы с ума сошли? – зашипел Фадж, хватая его за рукава. – Вы – председатель Визенгамота!
– Корнелиус, отбросьте ложную скромность, ведь если со мной что-то случится, вы сможете претендовать на мое место, – сверкнул стеклами очков Дамблдор и вышел.
– Постойте, Альбус, я с вами, – миссис Боунс тоже вышла из клетки, передав палочку Флимонту.
Они с Дамблдором медленно подошли к членам стаи.
– Потрясающе, – покачала головой Амелия.
– Мистер Блэк, как обычно стая проводит полнолуние? – спросил Дамблдор.
– Чаще всего мы просто носимся по лесу, гоняем птиц, белок, – ответил Сириус. – Волкам все равно хочется размять лапы. Можем повыть на луну.
– Я прошу прощения, – обратилась Амелия. – Могу я попросить выполнить какую-нибудь просьбу, чтобы мы действительно поняли, что члены стаи понимают человеческую речь. Что угодно. Наверное, просьба дать лапу покажется вам оскорбительной...
Ремус подошел ближе, сел и протянул ей лапу.
– Только не для Лунатика, – Сириус не удержался от улыбки. – Может, повальсируем? – предложил он ему, предлагая руку.
– Уверен, что удержишь меня, я ведь буду еще выше тебя, – в голосе Ремуса слышался смех, когда он повернулся к Сириусу.
– Удержу, – ответил Сириус. И когда Ремус поднялся на задние лапы, он перехватил его передние, удерживая здоровенного оборотня.
Члены комиссии ахнули, увидев, что оборотень поднялся на задние лапы, и Флимонт с Прюэттами поспешили выхватить палочки, чтобы предотвратить атаку.
– Ч-что они делают? – заикнувшись, спросил Фадж.
– Мы вальсируем, расслабьтесь, – ответил Сириус, пытаясь кружить неловко переступающего лапами Ремуса, и покатываясь со смеху.
– Оборотень, танцующий вальс... не думала, что в таком возрасте я смогу сказать – я видела все, – признала Амелия и повернулась к Дамблдору. – Полагаю, мы увидели достаточно, Альбус? Отпустим уже стаю провести полнолуние так, как им привычно?
– А молодняк? – спросил из клетки Фадж. – Как они себя контролируют?
– Точно так же, как и взрослые, – ответил ему Регулус. – Они, скорее, могут причинить вред себе, заигравшись. Но они точно также находятся в полном контакте со своими волчатами. Макс, – кликнул он в кучу-малу, выбрав не самого старшего волчонка, чтобы демонстрация была нагляднее.
Тот не сразу, но выпутался из общего клубка и подошел к Регулусу, боднул его под колено, наступил на полу его мантии и запутался в ней.
– Как и все дети, совершенно очарователен, – сказала Амелия.
Чтобы расставить все точки над «и», Регулус извлек его из мантии и присел на корточки напротив.
– Макс, дружище, дашь мне лапу? – попросил он, протянув руку.
Макс посмотрел на него, мол, нашел собачку, но покосился на волшебников и покорно протянул ему лапу. Весь его вид выражал "доволен? Можно мне уже пойти поиграть?"
– Спасибо, – Регулус улыбнулся ему и погладил между ушей. – Я попозже перекинусь, и мы с тобой поиграем. И ты меня не догонишь, – подмигнул он. – Беги.
Дамблдор повернулся к членам комиссии.
– Полагаю, мы увидели достаточно. Ночь слишком прекрасна, чтобы лишать оборотней права провести ее так, как они привыкли.
– Но мы же не можем выйти, пока они здесь! – возмутилась Амбридж.
В ответ на это заявление волки синхронно развернулись, кликнули волчат и через мгновение скрылись в лесу. Остались только Ремус и Лили.
– Лунатик напоминает, что у вас есть порт-ключи, – не скрывая сарказма, сказал Сириус. – Не говоря о том, что вы можете трансгрессировать прямо из клетки.
Оскорбленные этим напоминанием, они активировали порт-ключи сразу же, и клетка опустела.
– Слава Мерлину, мы избавились от их вони, – фыркнула Лили.
– Все прошло очень неплохо, – Дамблдор обвел взглядом оставшихся. – Комиссия хотела, чтобы следующее слушание прошло завтра, но я настоял, что вам понадобится отдых. Вам сообщат о следующей дате. Мистер Люпин, мисс Эванс, думаю, вам придется выступить.
– Спасибо, профессор Дамблдор. Нам всем не помешает, по меньшей мере, выспаться. И мы выступим на слушании.
Сириус передал слова Лили, и профессор трансгрессировал.
– Я останусь, пап. А ты возвращайся домой, – сказал Джеймс отцу. – Мы вернемся утром.
– Хорошо, сынок! – не стал возражать Флимонт.
Всем на прощание достались объятия, после чего мистер Поттер с близнецами трансгрессировали.
– Можно выдохнуть, – улыбнулся Сириус и перекинулся в Бродягу.
Это полнолуние было нужно им всем, чтобы отвлечься от слушаний и бесконечных судов. Они просто хотели почувствовать себя живыми и свободными. Поэтому к утру они умотались так, что восхода солнца ждали, уже сбившись в большую кучу и просто лениво подремывая.
Когда все вернули себе человеческий облик, Ремус хотел предложить Сильви сразу переместиться в Шотландию, но дети тут же завалились спать, тревожить их было просто жалко.
– Давайте окружим замок защитными чарами, – предложил он друзьям, вспомнив разговор с мистером Поттером. – Черт знает, что Фаджу в голову взбредёт.
– Да, нужно предпринять все возможные меры, – кивнула Лили. – Нужно иметь в виду и других оборотней и Воландеморта. Нужно обезопасить их всех.
Для начала они окружили замок по периметру всеми известными защитными чарами, в том числе и куполом, под который нельзя было трансгрессировать.
– Думаю, сейчас, когда ни один выпуск "Пророка" не обходится без статьи об этом слушании, убедить остальных оборотней будет проще, – выразила надежду Сильви. – Жаль только, никто не напишет, что комиссия видела этой ночью.
– Может, напишут. Тут есть одна репортерша, любит жареное. Можно подкинуть ей, она ухватится, – предложил Сириус.
– А она точно напишет так, как надо нам, а не вывернет в угоду Министерству? – нахмурился Ремус, с благодарностью принимая от Сильви чашку с чаем.
– Ну, мы сделаем так, что у нее не будет выбора, – пожал плечами Сириус. – Посмотрим, что выйдет.
– Что ж, на войне все средства хороши, – Ремус погладил его по руке и вдруг замер, сжав ее. – Тишина!
Очень медленно он поднялся из-за стола и вышел на частично разрушенное крыльцо.
За границей, незримо обозначенной охранными чарами, топтались четверо, словно что-то искали.
Сириус последовал за ним, так же тихо и осторожно.
– Думаешь, это министерские? – спросил он.
– Конечно, кто же еще, – тихо усмехнулся Ремус со злостью в голосе. – Хотя и не понимаю, чего ради?
– Задержать всех, как незарегистрированных, пока не принят закон, – пояснил Маркус, тоже выйдя на крыльцо. С каждым полнолунием он хромал все меньше
– Буди детей, и отправляйтесь через порт-ключи, – велел Сириус. – Сначала в поместье Армана, оттуда в замок в Шотландии.
– Мы поможем, – тут же вызвались Лили, Регулус и Джеймс и поспешили внутрь.
Ребята понимали, что их защита, если авроры попытаются ее разрушить, не выстоит.
– Жаль, что это нельзя зафиксировать, – прорычал Ремус, сжимая палочку.
– Мы покажем свои воспоминания на суде, – ответил Сириус, тоже стоя на страже, пока стая эвакуировалась. Наконец, все оказались в безопасности. – Может, напугаем их? – предложил Сириус, сверкнув глазами. – Я могу завывать как банши.
– А потом понападай на них туманом, – глаза Ремуса тоже сверкнули золотом. – Храни Мерлин Джеймса, что оставил свою мантию, – вздохнул он и пояснил, – зря я что ли получил "Превосходно" по Чарам? Будут им и летающие пни, и поднимающиеся из земли корни. Готов, снимаем защиту?
Сириус кивнул, и они рассредоточились. Невидимые оба, они обошли авроров, и тут Сириус издал такой вопль, что, если бы Ремус не знал, что это он, он бы сам испугался.
В тот же миг, когда авроры обернулись на вой, за их спинами стали подниматься и тянуться к ним корни из земли. В который раз за сутки Ремус подумал, что хотел бы колдокамеру.
Сириус напустил тумана, в котором авроры потеряли друг друга из виду. Вопли и вой продолжался.
– Сэр, это не оборотни! Мы наткнулись на что-то еще! – переговаривались они, голоса были испуганными.
– Кажется, их тут очень много! – завопил другой, когда корень, направленный Ремусом, вздернул его и кувырнул в воздухе.
Когда через двадцать минут они, хохоча, рассказывали об этом в гостиной Армана, Джеймс едва не расплакался, что все веселье прошло без него.
– Вы совсем не думаете о безопасности! – а вот Лили, не стесняясь, запустила в них подушками. – А если бы они атаковали?
– Кого? – фыркнул Ремус, поймав подушку – очередной профит связи с вампиром, в прошлые годы в день после полнолуния он чашку-то с трудом поднимал. – Туман, которым был Сириус? А я был в мантии.
– Они могли от испуга начать бросаться заклинаниями направо и налево и вас бы задело, – Лили все равно считала их придурками. – Никак не повзрослеете.
– Эй, ну мы же не за красивые глаза получили свои оценки по ЖАБА, – подмигнул ей Ремус, но потом посерьёзнел. – Лилс, эти люди пришли арестовать нашу стаю. Они это заслужили!
– Я не говорю, что они этого не заслужили, я говорю лишь о том, что вы не подумали, что это может быть опасно для вас, – ответила она.
– Мы как раз подумали, – парировал Ремус. – Бродяга не принимал человеческую форму, а я был в мантии. Чем не меры предосторожности?
– Все ведь обошлось, – Джеймс погладил ее по руке. – Точнее, сложилось, как нельзя лучше.
Лили не стала спорить дальше, только махнула рукой, мол, что с вами поделаешь. Блаженные пара дней отдыха перед следующим заседанием оказались весьма кстати. Они к тому же думали, как использовать эту историю с появлением сотрудников министерства.
– Ваши воспоминания должны оказаться нашим козырем в рукаве, на всякий случай, – сказал Дамблдор.
– Нам их заранее извлечь, или в этом нет необходимости? – уточнил Ремус, морально готовясь к непростому процессу, ведь до последнего момента они не оглашали их с Лили принадлежность к оборотням, хотя Фадж уже мог раструбить об этом залоббированным им членам Виезенгамота.
– Нет необходимости, это можно будет сделать прямо там, – ответил Дамблдор. – Кроме того, я хотел поделиться с вами тем, что министерство пыталось найти свидетелей инцидентов с участием оборотней и вампиров в школе за время вашего обучения. И мистер Снейп отказался свидетельствовать, – он сверкнул глазами за стеклами очков.
– Во-о-от как, – протянул Сириус, но, получив пинок под столом от Лили, ограничился лишь пожатием плеч. – Думаю, дело в том, что ни я, ни Реджи на него не нападали. Как и на всех других учеников. Что бы он ни сказал, было бы лжесвидетельством.
– А история с Ремусом на пятом курсе? – с нажимом спросила Лили.
Сириус и Ремус мрачно переглянулись. Та история поставила под удар их дружбу, Ремус не думал, что сможет простить Блэка, и даже сказав, что прощает, чувствовал, что в душе остался какой-то червячок.
– Тогда нападения тоже не было! – поспешно ответил Сириус. – Сохатый вытащил его прежде, чем что-то могло бы произойти. И я не верю, что Лунатик на него кинулся бы, – добавил он, по мнению Ремуса, чтобы в очередной раз подмазаться.
– И, тем не менее, если бы мистер Снейп пожелал поделиться этой историей, у нас были бы проблемы, – ответил Дамблдор.
– Просто Снейп повзрослел в отличие от некоторых, – Лили посмотрела на Сириуса.
– Да я последний год даже не смотрел в его сторону, – возмутился Сириус и посмотрел на Ремуса в поисках поддержки.
– Возможно, это и сыграло роль в том, что он повел себя как джентльмен, – ответил Дамблдор. Он допил чай, доел лимонные дольки и откланялся, чтобы завтра увидеться с ними уже в суде.
Следующее заседание не принесло особых сюрпризов – все они были готовы к выпадам в сторону Лили и Ремуса. К счастью, Министерству не удалось раскопать, что Регулус успел покусать пару студентов, зато Кингсли, наверняка по указанию Дамблдора вызвал в качестве свидетеля Питера.
Тот, ожидаемо тушуясь, рассказал все просто отлично. Ребята немного напряглись, что друг может невольно выдать их анимагические способности, но тот преподнес все так, что про Ремуса знал курса с третьего, спрашивал, можно ли пойти с ним, но Ремус объяснял, что это опасно. В виде оборотня его увидел, только после укуса Сириуса, когда отсутствие опасности было очевидно.
Да, в патруле был, да с Лили Эванс, да, ее волчья форма тоже не представляет опасности. Да, убил оборотня, потому что защищал друзей, а Министерство не обеспечило защиту семье Ремуса Люпина.
– Пит, ты лучше всех, – шепнул ему Ремус, когда Питер обессилено опустился на скамью, рядом с друзьями, а Сириус одобрительно хлопнул его по плечу и подмигнул.
– Мне уже кажется, что сражаться с оборотнями было легче, – прошептал Питер, утирая взмокший лоб.
– На самом деле, я удивлен, что мисс Эванс не подала иск, что ее семье не была оказана защита и помощь, и отдел быстрого реагирования Магического правопорядка прислал письмо о неправомочном использовании магии перед магглами, – встрял Кингсли.
– И всего-то потому, что мне оставалось полгода до совершеннолетия, – проворчала Лили.
– Не говоря уже о том, что аналогичную жалобу мог бы подать и Ремус Люпин, хотя имелись достоверные данные о планируемом нападении на его семью, – подхватил Флимонт. – Ни в коей мере не хочу умалить его способности, но то, что мальчик выстоял и одолел такое чудовище, как Сивый, уверен, заслуга его самоконтроля и баланса между волчьей и человеческой сущностями.
– Кхем-кхем, я правильно понимаю, что вы сейчас пытаетесь обвинить Министерство в бездействии? – встряла Амбридж.
– Ну что вы, мадам Амбридж, всего лишь восхищаемся безграничной лояльностью студентов, – Флимонт поднял вверх раскрытые ладони.
– Твой отец просто великолепен, – шепнул Джеймсу Регулус.
– Мне начинать ревновать? – шепнул ему в ответ Джеймс.
Регулус прищурился и чуть наклонил голову.
– Не стоит, я слишком ценю брак твоих родителей, – отозвался он и прижался почти к самому уху Джеймса. – Зато теперь я точно знаю, что с годами ты будешь становиться только лучше.
– Ты хочешь, чтобы я сидел на суде со стояком? – едва слышно ответил ему Джеймс, стараясь сохранить лицо. Сириус посмотрел на них взглядом, обещающим скорую смерть. Ему было без разницы, как тихо шепчет Джеймс, с его слухом.
Перехватив взгляд брата, Регулус невинно ему улыбнулся, одновременно погладив Джеймса по бедру.
– Минет? – шепнул он, когда в заседании объявили перерыв на полчаса, поскольку стороне обвинения необходимо было что-то подготовить для предоставления доказательств.
– Определенно, – ответил Джеймс, и они оба скрылись в туалете дальше по коридору. Заняв дальнюю кабинку, они не забыли про заглушающее заклинание.
– Никогда бы не подумал, что займусь сексом в туалете Министерства, – признался Джеймс.
– Чего только не преподносит жизнь, – покивал Регулус, накладывая на пол очищающее заклятье, прежде чем опуститься на колени и распахнуть мантию Джеймса.
Через несколько мгновений он уже насаживался ртом на крепко стоящий член.
Джеймс зарылся пальцами в его кудри и придерживал за затылок, полностью доверившись ему. Он не давил и не направлял – Регулус успел изучить его как следует, точно знал, что нужно делать, особенно когда времени в обрез. Так что он не мелочился, брал глубоко и сильно, помогая себе рукой у основания.
На поддразнивания сейчас времени не было, и Регулус от начала до конца держал быстрый темп, плотно сжимая губы, а когда ощутил, что Джеймс уже на грани, наделся до основания, пропустив член в глотку, и сглотнул. Все же в отсутствии необходимости дышать было немало плюсов.
Джеймс пришел в себя и помог Регулусу подняться с колен.
– Значит, я буду импозантно стареть, а ты всегда будешь оставаться таким же юным и прекрасным, – он погладил его по щеке и припухшим губам.
Нахмурившись, Регулус прильнул к нему. Он уже задумывался о том, что Джеймса, Лили, Ремуса когда-то – пусть очень нескоро – не станет. И они с Сириусом останутся вдвоем. А может, у них будут дети... и их дети.
– Ты будешь самым красиво стареющим мужчиной в мире, – все же пробормотал он, ткнувшись в широкое плечо Джеймса.
Джеймс улыбнулся и обнял его, держа в своих объятиях. Его не пугала старость и смерть, пока его близкие были рядом.
– Нам пора возвращаться, пока перерыв не кончился, – шепнул он ему.
– Пойдем, – Регулус поцеловал его под скулой, оправил на нем одежду и первым вышел из кабинки.
В помещении никого не было, и он дал выйти Джеймсу. В коридоре возле зала суда они присоединились к Мародерам. Лили, окинув их взглядом, иронично хмыкнула, Сириус же не сдержал возмущенное фырканье.
Но их расслабленное состояние продлилось недолго. Заседание продолжилось и слово взял Фадж.
– На протяжении последних нескольких недель нас пытаются убедить, что оборотни достойны стать частью магического сообщества, – начал он, и все сразу поняли, что готовится какая-то каверза. – Нам продемонстрировали пасторальную картинку, в то время как свидетельства вожака стаи сильно расходятся с тем, что показали нам. Прошу привести в зал суда Фенрира Сивого, – потребовал он.
Ребята мгновенно напряглись, да и Флимонт с Альфардом с трудом удержались, чтобы не достать палочки, даром, что Сивого ввели закованного по рукам и ногам. Выглядел тот препаршиво, немного осунулся, и воняло от него так, что все, мимо кого его вели, отшатывались.
Конвоиры подвели Сивого к креслу, усадили и приковали.
– Ваше имя Фенрир Сивый? – соблюдая протокол, спросил секретарь по указанию Фаджа.
– Да, – коротко ответил он, но его взгляд был прикован только к одному человеку в зале – к Ремусу. Он нашел его сразу же, как только его посадили в кресло, и теперь казалось, что разговаривает он только с Ремусом.
Столь же прямо отвечая на его взгляд, Ремус ощущал, как Сивый пытается дотянуться до него по нитям той связи, ограничить которые неспособны почти никакие оковы. Он благодарил Мерлина, Сириуса и все возможные силы за то, что его связь с этим существом оборвана.
– Вам известен предмет слушания? – теперь к Сивому обратился сам Фадж.
– Просветите меня, знаете ли, новости в Азкабан почти не доходят, – оскалился он.
– Предметом слушания является легализация оборотней на том основании, что они, вступая в связь с вампирами, которая якобы является исторической...
– Прошу занести в протокол, – прервал Фаджа Кингсли, – господин министр в вопросе формулирует личную оценку ситуации.
Фадж скривился, как будто ему попался Берти Боттс со вкусом десятка лимонов, и продолжил:
– На том основании, что они, вступая в связь с вампирами, которая является исторической, обретают способность контролировать себя в полнолуние. Что вы думаете по этому поводу?
Сивый неприятно рассмеялся.
– Чушь собачья. Всем известно, что вампиры и оборотни враги.
– На протяжении нескольких слушаний нам пытаются доказать, что это не так, – продолжил Фадж. – Мистер Сивый, вы бы согласились пойти на подобную меру ради легализации вашего сообщества?
– Моя стая никогда бы не согласилась прогнуться под кровососов, – ответил Сивый. – Волки есть волки, нам нужна свобода, простор, и чтобы никакой вонючий сброд, вампирский или волшебный, не тянул к нам свои лапы.
– Вот видите! Всегда будут те, кто против, – Фадж указал на Сивого обличающим перстом. – И как нам быть с такими.
– Раз уж вы, господин министр, превратили слушание Визенгамота в слушание дела Фенрира Сивого, считаю возможным донести до обвиняемого, что его стая уже в полном составе согласилась сотрудничать с вампирами. Вы видели это собственными глазами, – со всем возможным спокойствием напомнил Флимонт.
– Я в это ни за что не поверю, – жестко сказал Сивый. – Можете придумывать, сколько угодно.
– Не то, чтобы я хоть на миг допускал, что суд что-то должен был доказывать обвиняемому, но, раз уж стараниями стороны обвинения все протокольные процедуры нарушены, сделаем исключение? – Флимонт посмотрел на Дамблдора.
Лицо директора было бесстрастно, но глаза за стеклами очков сверкали интересом и предвкушением. Он едва заметно кивнул в ответ.
– В зале суда находится новая глава стаи – Сильви Дюпре, – представил Флимонт и снова с нажимом произнес. – Прекрасно знакомая многим членам суда.
Сильви тут же поднялась. Взгляд Сивого скользнул по ней, не узнав поначалу, а потом на его лице проступило сложное выражение. Сейчас Сильви ни в чем не напоминала дикарку, которую Ремус и остальные Мародеры встретили в лесу весной. Это была статная, ухоженная и красивая женщина, с аккуратной прической, в строгой мантии, и макияж не скрывал шрама от когтей на ее лице, но она его и не собиралась прятать. Никто не узнал бы в ней оборотня.
Сивый мгновенно направил на нее магию вожака, но, как и Ремус, как и все остальные члены стаи она была защищена от этого воздействия. Хотя и была безгранично благодарна, что Ремус держит ее за руку, и полы мантии скрывают это.
– Ты... шавка! Как ты могла? – зашипел Сивый. – Ты предала стаю, предала наши идеалы! – он задергался в кандалах, а его руки с длинными грязными ногтями сжались в кулаки.
– Я сделала выбор, который привел мою стаю к процветанию. У нас будет будущее, а не беспросветная тьма, куда нас тащил ты, – ответила она, и как бы не дрожали ее руки, ее голос остался сильным.
– Ты... еще и всю стаю... и этот щенок! – Сивый, словно бы начал задыхаться, и хотя поначалу кандалы казались всем крепкими, они затрещали, кажется, готовые взорваться – до того напряженно Сивый пытался высвободиться.
– Конвой, уведите обвиняемого! – поднявшись, потребовал Дамблдор, направляя палочку на Сивого.
То же самое уже сделали Кингсли и Флимонт, а следом присоединились и Мародеры. Точнее, Джеймс, Питер и Ремус. Сириус и Регулус оскалились.
Кто-то из Авроров не выдержал и выпустил заклинание, которое должно было оглушить Сивого, но оно срикошетило и попало в кого-то из членов совета. Сивый тем временем разорвал одну из цепей. В зале началась паника, присутствующие пытались убраться подальше, но трансгрессия в зале была невозможна.
– Оборотень вырвался! – Сириус был готов поклясться, что услышал вопль Амбридж, что усилило хаос.
– Дети, к выходу! – прорычал Флимонт, вертя головой во все стороны, чтобы очередное шальное проклятье не попало в них.
Лили и Ремус синхронно выставили щит, позволяя вести себя в направлении двери.
В моральных весах – обезвредить Сивого или оберегать своих для Ремуса перевешивало второе.
Но хуже всего было то, что аврорам явно было не под силу совладать с Сивым.
– Люпин! – раздался сзади голос с различимым рычанием, едва они выбежали из зала.
– Бегите! – крикнул своим Ремус, резко тормозя и оборачиваясь.
– Что ты задумал? – Сириус тут же остановился, схватил его за руку. Через плечо Ремуса увидел, как Сивый, безо всякой магии просто ударил лбом в нос одного из Авроров и тот обмяк. – Мы должны помочь.
В следующий миг Сириус обернулся черным туманом, проскользнул через толпу между их ногами и плечами.
– Мы должны его остановить! – успел ответить Ремус, прежде чем Сириус исчез, а сам кинулся туда, где был Сивый.
В конце концов, сейчас у него тоже было преимущество – палочка, которую Сивый не признавал. Мерлин знает, когда появится аврорское подкрепление, и сколько народу до тех пор покалечит и убьет оборотень. Ремус надеялся лишь на то, что друзья уберутся подальше отсюда.
Сириус хотел выиграть время, пока все уберутся из зала суда. Он материализовался на ограждении амфитеатра.
– Эй, Сивый, – он свистнул ему, как портовой девке. – Знаешь, как мы тебя одолели? – спросил он, поймав его взгляд. – Это был я, кто укусил тебя и сделал таким слабым. Неприятно, правда?
Тот резко обернулся, и Ремус удивился, как это у него шея не свернулась. Сивый зарычал и кинулся на него. Секунду поколебавшись, насколько это аморально – атаковать со спины, Ремус отбросил терзания и кинул в Сивого Остолбеней.
Сириус следом наколдовал серебряные цепи и спрыгнул с балюстрады.
– Итак, мы снова спасаем людей вместо Авроров, – улыбнулся он Ремусу.
– Честно говоря, мне уже надоело! – покачал головой Ремус и стремительно обернулся, услышав грохот где-то сзади. – Что там еще?
Они увидели сполохи заклятий и, оставив Сивого на попечение авроров, бросились к выходу. В коридоре они увидели следы дуэли, несколько оглушенных магов и выбоины на стенах. Но битва уже сместилась дальше, в сторону атриума.
– Какого хрена?! – не выпуская Сириуса из виду, Ремус рванул в том направлении и, когда им удалось добраться до атриума, там была самая настоящая бойня. – Пожиратели!
– Они здесь откуда? – Сириус взвился над его головой летучей мышью, так было быстрее и проще лавировать. Они увидели, как их друзья сражаются с фигурами в черном, а среди остальных увидели и других оборотней из стаи Сивого – каким-то образом выбравшихся из Азкабана.
– Где наши? Они в порядке? – Ремус пытался высмотреть друзей, Флимонта, Армана и Альфарда, но со всех сторон отвлекали вспышки заклинаний, взрывались веерами брызг стекла, трескалась плитка. Жуткая какофония выкрикиваемых заклинаний, криков тех, кого они достигали, или глухой звук падающих тел совершенно дезориентировали.
Сириусу не хотелось на глазах министерских вести себя как вампир, поэтому он обернулся человеком и сражался палочкой, как и остальные. Бросал щиты, атаковал, когда мог. Но Атриум был сводчатым и не очень большим, заклинания рикошетили от стен, высекали крошку из плитки. Пахло кровью, едким запахом оборотней и словно концентрированным озоном – мощной магией. В эпицентре хаоса вдруг материализовался тот, кого не узнать было невозможно – Воландеморт.
– Я знал, что ты явишься, Том, – Дамблдор встал напротив него, и Сириус слышал их так, словно они разговаривали у него под ухом.
– Хорошо, что ты здесь! – Воландеморт не сводил с него глаз с красным отливом, покачивая в пальцах палочку.
Битва не прекращалась, но вокруг этих двоих, движущихся словно в некоем ритуальном танце по кругу, было свободное пространство, будто кто-то поднял над ними незримый купол.
– Не придется искать тебя в Хогвартсе, чтобы избавиться, – продолжил темный волшебник.
– Всегда есть другой выход, Том. Не обязательно продолжать эту войну. – Дамблдор не терял надежды вразумить его.
– Ее нужно закончить, и я сделаю это прямо сейчас, – Воландеморт перехватил палочку, и в Дамблдора полетел зеленый луч.
Сириус на миг отвлекся от происходящего, не веря, что вот так можно убить Дамблдора. Что бы он о нем не думал, тот действительно был величайшим магом своего времени. И на полпути луч Авады столкнулся с другим, красным. Они оба превосходно владели невербальными заклинаниями, от столкнувшихся заклятий полетели снопы искр. По Атриуму разнесся грохот и треск.
Последнее, что смог сделать Ремус перед тем, как свет померк, и все исчезло – найти Джеймса и Лили. Потолок Атриума стремительно приближался, когда он выбросил над друзьями щит.
– Сириус!.. – закричал он уже в черноту.
