Ночь сурка

Три месяца спустя

7:20 pm

- Макс мне скоро на самолёт. Я уезжаю домой к Пи и маме... Макси? МАКС!-Ферстаппен обернулся на возглас и понял, что звук доносился от двери, где стояла Келли. - Прости, солнце. Я немного задума...- попытался оправдаться Макс, но был остановлен. - Не надо, Макси. Что случилось? Ты в последние месяцы сам не свой. Так ещё и не собранный стал,- Пике подошла к парню и обняла его за плечи. - Я... У меня все ещё в голове тот сон... Плачущий Шарль. Ему так плохо, а я ничего не могу с этим поделать. Этот сон повторяется снова и снова...- Нидерланец совсем поник. Ему очень не хватало его. Шарль был всем для Макса. Другом, врагом и просто самым лучшим человеком. - Я понимаю, что твой отец против этого, но может ты все же сходишь к психологу?- Келли медленно гладила Ферстаппена по голове, пытаясь успокоить его. - Не помогает. Я ходил 4 сеанса.. как по мне, только хуже стало. Видимо мой организм не воспринимает все эти.. психологические штуки,- грустно улыбнулся Макс и закрыл глаза. - Я боюсь за тебя, Макс.. Пи тоже постоянно спрашивает о тебе,- голос Пике успокаивал, помогая хоть чуть-чуть расслабиться. - Прости если я ее пугаю.. Я действительно не знаю как собраться обратно. Мне так его не хватает,- Ферстаппен задрожал, но не позволил слезам потечь из глаз. Только бы не проявить слабость... - Она не напугана, Макси. Что ты, нет! Она беспокоится за тебя! Пи очень к тебе привязалась,- Келли сразу начала оправдываться за дочку и это так растрогало Макса. - Я тоже к ней привязался. Успокой ее пожалуйста. И передай от меня, что если она будет хорошо себя вести, то я куплю ей ту куклу, которую она так хотела,- Нидерланец наконец-то улыбнулся и расслабился. - Я обязательно передам, НО! Если ты продолжишь дарить ей такие подарки, то она вырастет избалованным ребенком. Я не против всего этого. Мне тоже нравится, что-то ей покупать, но я не хочу чтобы она была типичной дочкой богатых родителей,- Пике как-то грустно улыбнулась, но все же не подала виду. - Она никогда такой не будет! Ты - самая прекрасная мать на свете и Пенелопа никогда не станет избалованным ребенком. Я точно знаю, что ты не допустишь этого,- Ферстаппен ещё раз крепко обнял Келли и помог ей докатить чемодан до лифта. - Дальше нужно провожать? - Нет. Меня уже ждёт такси. Если что я попрошу водителя мне помочь,- Келли поцеловала парня на прощание и нажала на кнопку "1"

***

02:40 am

Сон Макса

- Макс, пожалуйста вытащи меня отсюда!- Леклер кричал и кричал. Его тело обжигало яркое пламя. Он кричал и плакал, пытаясь вылезти из кокпита, но было уже поздно. Пламя полностью охватило машину и, Шарля уже не было видно. Пару секунд и крики стихи.. был слышен только хруст машины. Макса держали механики и маршалы. Он громко кричал, пытался вырваться и обнять Шарля. - Макс, пожалуйста остановить! Ты ничем ему не поможешь. Он мертв!- Чеко пытался успокоить Нидерландца, но это было бесполезно. Макс не слышал никого. Он хотел обнять Шарля. Ему было похуй на свою жизнь. Он хотел спасти Леклера. - Шарль!- голос Макса растворился вместе с его сном.

***

Макс проснулся в холодном поту. Сердце вырывалось из груди и било, наверное, 200 ударов в минуту. Его зрачки были расширены, а дыхание учащённое. Ферстаппен встал, пошатываясь, и пошел на кухню за стаканом воды. После третьего глотка он понял, что этого не достаточно. Он вышел из кухни и вошёл в ванну. Открыл кран с горячей водой и подставил руки. "Больше трёх минут нельзя держать... Иначе можно и ожог получить. Тогда точно в болид не пустят."- проговорил себе Ферстаппен и выключил воду. Наконец успокоившись, он вернулся в спальню и лег на кровать, тут же провалившись в сон.

***

В тоже время Шарль.

Леклер сидел у окна и смотрел как несколько машин проезжают мимо его дома. Время три утра, так что особого потока не было, но наблюдать за ними было все интереснее, чем слушать собственные мысли. "А если все же поговорить с Максом? Пошлет он меня или нет? Может все его слова были лишь притворством. Хотя в любом случае я снова начну этот день заново."-Шарль отогнал все мысли и лег на кровать. Поспать в любом случае не получится, мысли мешают, но все же постараться надо.

***

6:00 am

Макс

Ферстаппен открывает глаза, смотрит в потолок и понимает, что он находится не у себя дома. Он поворачвиет голову влево, тут же натыкаясь на спину молодого человека. Макс хмурится и пытается понять где он и что вообще происходит. Он медленно отрывает голову от подушки и заглядывает в лицо парня. Его сердце пропускает удар, когда понимаешь, что это Шарль. Глаза Нидерландца расширяются, а он сам находится в большом шоке. Посмотрев на часы, Макс решает лечь обратно на подушку и попытаться заснуть, так как это точно не может быть реальностью. "Так, походу у меня уже едет крыша. Нужно постараться успокоиться и уснуть."- проговорил в мыслях Ферстаппен и закрыл глаза.

6:20am

Шарль открывает глаза, снова натыкаясь на те же самые цифры. - Да твою же мать!- рявкает Монегаск, который все ещё надеется, что это все сон. Он переходит в положение сидя и закрывает глаза руками. - Я уже заебался быть в этом мире. Сегодня точно надо поговорить с Максом. Может он все же вспомнит о нашем разговоре. Тем временем Ферстаппен смотрел на Леклера и не двигался, боясь его спугнуть. Как только он услышал о себе, то сразу понял, что речь идёт о том самом сне. - Я здесь, Шарль,- Макс негромко, чтобы не пугать парня, подал голос. Шарль вздрогнул всем телом и резко обернулся на звук. Вот чего он точно не ожидал, так увидеть Ферстаппена в своей постели. - Макс? Ты как тут оказался?- Шарль наклонился к Ферстаппену и обнял его. - Я так скучал по тебе!! - Я тоже очень скучал, Шарли. И я не знаю как сюда попал. Я просто уснул у себя в квартире в Нидерландах, а проснулся уже тут. Двадцать минут лежал и смотрел, как ты спишь,- Нидерланец обнял Леклера в ответ и сжал так сильно, что у последнего затрещали кости. Они сидели так полчаса... Им были просто необходимы эти объятья. Шарль снова чувствовал себя живым, а Макс наконец-то успокоился, увидев Леклера. - Я вытащу тебя отсюда, Шарль. Я тебе это обещаю!- Ферстаппен гладил Монегаска по голове и улыбался как умолешённый. - Ты все помнишь? Ты помнишь ту ночь, да?- Леклер сиял от счастья как яркая звезда. Он все ещё не мог прийти в себя и поверить, что это по-настоящему. - О чем ты, Шарль? Какую ночь?- Недоумевающе спросил Макс, на секунду оставив руку в волосах, но потом продолжил поглаживания. - Когда ты пришел ко мне и начал успокаивать. Ты лег со мной спать, сказал что все будет хорошо и я не застрял в этом мире, а просто перетрудился. И что утром ты будешь рядом со мной. Так и случилось, но потом мы решили поспать подольше, а когда я проснулся во второй раз, то день начался заново, а тебя уже не было,- грустно и ели слышно закончил свой рассказ Монегаск. - Шарль, я не тот Макс, о котором ты думаешь. Я не из этого мира,- медленно, чтобы не спугнуть Леклер, начал Нидерланец. - Я из реального мира. Сейчас 2024 год.. а ты застрял в 2023, потому что на гран при Монако 2023 произошла авария... твоя авария, в которой ты погиб,- Макс не выдержал. Когда он закончил последнее предложение, то у него покатились слезы. Шарль сидел в абсолютном шоке и не понимал, как так получилось. Очнувшись, он обнял Ферстаппена и сказал: - Тебе на столько больно, что ты заплакал прямо при мне?- Монегаск просто не мог не спросить, ведь Макс обычно не проявляет слабость на людях. А слезы - первый признак слабости. Нидерланец всегда так говорил. - Мне очень больно Шарли! Я почти год тебя не видел. Меня три месяца мучает один и тот же сон. Ту ночь, что ты описал я видел во сне... со стороны. Как ты рассказываешь мне, Максу из своего мира, как тебе плохо,-речь было трудно разобрать из-за слез, но Нидерландец потихоньку успокаивался, что улучшало его произношение. - Сегодня мне приснился другой сон. Он был не лучше, ведь это был день твоей аварии, но мне было легче на него смотреть, чем на то, как ты убиваешься в загробном мире. После я оказался здесь. Значит мне выпал шанс тебя вытащить отсюда! Мы сделаем это вместе, правда? - Боже, Макс! Конечно! Я так хочу обратно к тебе, к маме, к Лоренцо, к Артуру! Я так соскучился по Пи и Келли... ты просто не представляешь!!- Леклер чуть ли не в ладоши хлопал от счастья. У него самого уже во всю лелись слезы. - Я обещаю, что вытащю тебя отсюда!- Ферстаппен большими пальцами стёр слезы Монегаска и погладил по щекам.