Путь к счастью

Я открыла глаза. Тело почти не хотело слушаться, любое напряжение мышц отзывалось неприятными ощущениями, ну... Везде. Что-то мне всё это не нравилось, я попыталась поднять одну из рук, чтобы прикрыться от палящего солнца. Стоп, над головой было небо, а не потолок какой-нибудь больницы, неясные подозрения закрадывались все больше. Думать было очень сложно, мозг вообще не хотел на чем-либо сосредотачиваться, а потому, я решила пока немного осмотреться, может хоть так найду ответы на уже успевшие появиться вопросы, а ведь с момент досадного пробуждения прошло от силы минуты три. И вот подняв голову, я заметила легкий ветерок, трепавший листья дерева, под которым, я по всей видимости лежала. И тут вспомнилась поднятая ранее рука, так комфортно теперь заслонявшая лицо от солнца, она слабо подрагивала и ощущалась какой-то ватной, но не это меня поразило. Она была детской, типо, прям очень маленькой. В шоке, не особо обдумывая действия я попыталась привстать, конечности не хотели слушаться, а голову вдруг пронзила стреляющая боль. Кое-как я подползла поближе к дереву, оно к слову оказалось довольно высоким, или это я была маленькой, пока неясно, итак опёрлась я о ствол и аккуратно потянула ладонь к затылку, не даром же ранее так неприятно стрельнуло. И, вау, как неожиданно, на пальцах после касания осталась кровь. Блять, и вот во что опять меня угораздило влипнуть, а?! Хотя, вопрос скорее риторический... Вдруг где-то со стороны послышались торопливые шаги и вроде женский взволнованный возглас, но мне это было уже не особо интересно, ибо в глазах начало предательски темнеть. Ну что-ж, ненадолго я возродилась... И вновь пробуждение. В этот раз взгляд упёрся в потолок. Лекарствами не пахло, но вдруг мне все же это все привиделось или почудилось, и вот теперь я очухалась в больнице или привычной комнате мотеля, во всяком случае будь это все же не больница, то из всех возможных мест предпочтительнее была бы конечно комната мотеля. Я поочередно вытянула каждую руку из под накрывавшего меня одеяла и вновь повторила свои ранние действия с поднятием их над собой. И через секунду опустила. Закрыв лицо. Конечности все еще детские. Черт бы вас всех драл, не привиделось ведь! Ладно если бы у меня просто не получилось, я бы нашла способ повторить попытку, но теперь... Где я черт возьми? Кто я? Зачем это второй шанс человеку, который и от первого отказался добровольно?! Очень хотелось плакать, но я постаралась придержать само жалость на потом, а пока определиться с местом своей дислокации. Я приподнялась, и облокотилась спиной о ближайшую стенку, на этот раз голова не болела, к слову по ощущениям, она была чем-то обмотана, прикоснувшись рукой, я поняла, что это бинты. Эх, одни и те же действия, но на разных локациях. Я огляделась, это явно была детская, убранство было не очень богатым, хотя тут смотря с чем сравнивать. Вдруг взгляд зацепился за детские рисунки, расположившиеся на стене, прямиком напротив меня. Мама, папа, я, да? Легкая улыбка тронула губы, но тут же сошла на нет, ведь судя по всему у комнаты теперь новая владелица. Я прикрыла глаза и откинула голову назад, и тут же зашипела от боли, так легко было забыть о травме головы, пока она сама о себе не напомнила. В этот момент в комнату кто-то зашёл. — Ох, Аи, ну что же ты, тебе пока не стоит двигаться, и как ты только умудрилась забраться на такое высокое дерево, а после еще и упасть с него, — Вторую часть своего монолога, подбежавшая ко мне молодая женщина, бормотала уже больше себе, но теперь я хотя бы примерно представляла, что произошло с прошлым владельцем тела, к тому же теперь я кажется знала еще и свое новое имя. А еще я узнала, что язык, на котором говорила женщина – явно не русский, но тем не менее я его прекрасно понимала, класс, столько новых фактов на позднее обдумывание. Пока я все это осмысляла мне уже успели помочь улечься, поправили одеяльце и уселись на край кроватки, нежно поглаживая по забинтованной голове. Я...как бы это сказать, не очень люблю любой физический контакт, но пожалуй смогу сделать исключение для этой женщины, хотя бы за ее взгляд: такой сердобольный и любящий, я уже и не помню когда на меня так смотрели в последний раз и смотрели ли вообще. К горлу начал подступать ком. Класс, не долго музыка играла, не долго фраер танцевал, а ведь говорила, что хочу придержать жалость к себе. Но самокритика не помогла, и вот я уже почувствовала, как наворачиваются слёзы. Черт, уже и губа задрожала. Я опустила голову, в попытке вернуть самообладание. Вот до чего докатилась, мне тут предложили толику комфорта и я сразу в слезы, мда, запустила же я себя. Наверное ошибка дальше думать в этом направлении, ведь успокоению это ну вот прям вообще не помогает, никогда. В любом случае уже поздно, первые слезинки уже покатились и кажется, моя посетительница тоже это заметила. Меня крепко обняли, тело вмиг напряглось, ой как не люблю я такое, но раз предлагают утешение, то грех не воспользоваться, да? Пожалуй это была последняя моя осмысленная мысль перед неизбежным эмоциональным взрывом: тело сотряслось в рыданиях, я просто не могла остановиться, уж не знаю, что сыграло со мной злую шутку: сдерживание эмоций в прошлой жизни, подавление в короткой этой, или всё вместе. И слезы было не остановить, я правда пыталась несколько раз, но чувствуя руку, гладящую меня по спине и эти тихие, по сути, ничего не значащие слова утешения, меня снова выводило на эмоции. Я даже не заметила, как начала извиняться, не знаю за что: то ли, за то как прожила прошлую жизни, то ли, за то что самостоятельно распрощалась с ней же, а может, за то что заняла тело, по всей видимости, дочери это женщины, с такими тёплыми руками и любящими глазами. Я не знаю. Но она меня утешала, пусть я и не особо обращала внимания на сказанные ею слова, но мне был приятен сам факт, что она говорила их мне, даже пусть это было и не так по сути, ведь перед собой она видела свою дочь, но я могу закрыть на это глаза. И вот я успокоилась, наконец, от истерики осталась лишь тихая икота и всхлипы, но ничего, я знала, что и они скоро пройдут, отстранилась от женщины, чьего имени я до сих пор не знала, но ничего, то ли еще будет, верно? Я посмотрела ей в глаза, постаралась, насколько могла, улыбаться и тихонечко произнесла, так, будто это какой-то секрет, который должен остаться между нами — Спасибо, мама, —

***

С тех пор прошло два дня. Ну, если браться их описывать, то получиться, что-то типа: еда-сон, сон-еда. Как я успела понять, то мое падение, вернее не совсем мое, но это уже вроде и не важно, не обернулось бесследно и я тогда умудрилась повредить себе много всего, чего конкретно, мне, как ребёнку, не сказали, пусть я и сердечно-оскорблена этим фактом, ведь касаются все травмы, ну, меня собственно. Нет, я конечно могу предположить, даже не являясь доктором, что у меня какая-нибудь черепно-мозговая травма, но большего я не знаю, а они могли бы и сказать, но ладно, пока опустим. Что еще я успела выяснить за это время: ничего. Ну ладно: почти ничего, я узнала, что живу я теперь, по всей видимости в семье простолюдинов, ну может слегка зажиточных простолюдинов, но ничего особенного, так же я узнала, точнее удостоверилась, что та милая женщина – моя мать, а еще, что зовут ее – Сайко, ну по крайней мере ее так звал мой отец, а его собственно, вроде – Хитоши, работает он, как я поняла, местной разновидностью прораба на стройке или типа того, ну в общем сплошная неопределенность. Но я знаю точно, что дома он часто не появляется. А, и последнее, но не по значимости, при мне тут шиноби упомянули и закрались у меня не хорошие подозрения в каком конкретно мирке я умудрилась оказаться, в общем – класс, хотела умереть – получите-распишитесь, ну да ладно, я пока не знаю наверняка, да и не понятно, где я живу, если не в одной из скрытых деревень, то вообще пофигу на этих шиноби, а если в "одной из", то подумаю уже по ходу появления проблем. Я находясь, уже в своем любимом полу-лежачем положении, с досадой посмотрела в окно, вид открывался на другие дома и какие-то магазины, вот то-есть встроенные голосовой переводчик у меня есть, а на встроенный еще и зрительный, средств видимо не хватило. Эх, ну ладно, надо будет потом попросить научить меня читать и писать, надеюсь прошлая владелица еще не умела, ну если что скажу, что падением мозги отшибло. Я вздохнула, наверное нет смысла мучить себя догадками, почему я возродилась, да? Даже не знаю на что потратить этот новый шанс на жизнь, просто планов от юношества до глубокой старости я очевидно не строила, да и, как себя теперь вести, я же...ребенок. Я вновь вздохнула. Ну ничего, завтра наверное попрошу маму взять меня с собой за покупками или типа того, может просто на улицу, по пути как раз и про чтение и про письмо спрошу и заодно узнаю где я, собственно нахожусь. Я немного воспряла духом, а после опять призадумалась. И все же, немного странно наверное так с ходу называть малознакомую женщину "мамой", хотя, кто меня уже осудит, верно? А вообще я и не помню, когда в последний раз употребляла в своей речи это слово, а тут вроде даже есть все шансы стать семьей. Но, даже так, я не могу порой не чувствовать какую-то разновидность синдрома самозванца, ведь прекрасно понимаю, что все эти теплые улыбки и слова изначально предназначались не мне, а дочери этой женщины. И могу ли я считать себя таковой? Я не заметила как начала стискивать в руках одеяло настолько, что побелели костяшки, ослабив хватку я перегруппировалась в полностью лежачее положение и накрыла себя одеялом по самую маковку. Ну ладно, нефиг себя грустными думами мучить – утро-вечера мудренее. И пусть сейчас время едва перевалило за четыре вечера, но мне назначили постельный режим и я с радостью буду его соблюдать.

***

Удивительно, что я проспала всю эту ночь, ни разу не проснулась, даже не смотря на то, что легла рано, но это так, просто приятный бонус. В то утро завтрак мне подать я попросила не в комнате, а на кухне, чтоб и себя выздоровевшей показать, да и просто завтрак в постель немного по-мажорски звучит – неприятно, но это не суть, главный плюс в том, что у меня прямо с утра появилась возможность попросить маму взять меня на улицу, на сию авантюру мама нехотя, но таки согласилась, ну и про чтение и письмо уточнить, помню, что собиралась сделать это на улице, по лучше раньше чем позже. Кстати, то чего я немного побаивалась оказалось правдой: основы грамматики я должна была знать, поэтому пришлось стыдливо потереть затылок и очень неловко припизднуть, что из-за отсутствия практики эти самые основы как-то под забылись. Мама конечно по вздыхала, но согласилась, ведь пусть мы и люди, так сказать, обычные, но все же не гоже ребенку четырех лет ходить безграмотным. А это было первое потрясение за этот день, ведь я до этого честно считала, что мне лет шесть примерно, но ладно. Я намерена упомянуть все свои сегодняшние потрясения, пусть только в своих мыслях, какими бы маленькими некоторые из них ни были. Мини-потрясением номер два стала моя внешность. Не поймите неправильно в том, что я например – девочка, я удостоверилась еще, если не в первый свой день пребывания здесь, то во второй точно, а вот на внешность как-то немного забила, не специально, но весьма успешно избегая все зеркала в доме. Не то что бы их много или я часто гуляла по дому за эти дни, но факт остается фактом, свою внешность я узнала только сегодня утром: не бледное, но и не особо загорелое личико, пухлые, выразительные губки, которым в будущем позавидуют любые гиалуроновые пельмени, не то что бы они мне не нравились, у самой такие были, это просто для словца, вроде миндалевидные, пока еще, большие глаза, вы знали что глазные яблоки не растут? Ну и припухлые детские щечки. Кстати глаза, как и волосы обычные карие, но даже несмотря на это, я почти наверняка вырасту красоткой. Тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить. Вот такой не очень краткий экскурс подошёл к концу, и я перехожу к описанию происходящего в данный момент. Мы вышли из дома это оказалось не особо большое по габаритам, трех этажное здание пыльно-зеленого цвета с еще несколькими квартирами помимо нашей, ну или такой вывод я сделала, посмотрев на окна. Мы продвигались через приличное количество народа, уже вышедшего на улицу в этот еще достаточно ранний час, и вот что им дома не сидится. Я всех с интересом разглядывала, вот вроде одеты обычно, но ведь понятно же, что не современность на дворе, по крайней мере не та, которую я знала. Мы дальше шли к рынку, я все так же старательно петляла, дабы, не дай божа, не задеть кого-нибудь, к слову получалось у меня это, ну в смысле уворачиваться от людей, очень даже недурно, но ровно до того момента пока я не увидела его: шиноби, а на лбу у него протектор Конохи. Пизда. Что-то много я матерю в последнее время, пусть и про себя, но, блин, по крайней мере в этот случае мой мат оправдан. Типо, вы видели? Видели?! Я настолько выпала из реальности, что чуть не отпустила руку матери и не столкнулась с толпой, но ничего, на эту святую женщину можно рассчитывать, она вовремя сжала мою руку, так еще и обернулась, дабы удостовериться, что я в порядке. Вот вроде мелочь, а так приятно, я ей, как мне показалось, обнадеживающе улыбнулась, она повторила мое действие и именно в этот момент случилось второе крупное потрясение. Я подняла взгляд и если до этого, даже после встречи с шиноби еще оставалась какая-то надежда, то теперь всё, конец ебать, занавес. Со скалы на меня смотрели четыре мужских лица. Я даже не заметила, как окончательно отпустила руку мамы, кто-то сзади меня толкнул и тут же появилось непреодолимое желание спрятаться или помыться, я кое-как, сталкиваясь со всеми подряд начала отходить в сторону, чувствуя как тревожность и желание скрыться возрастают с каждым случайным прикосновением, выбралась из толкучки я уже со сбитым дыханием и прикрывая руками голову. Нет, надо прийти в себя, но руки, эти фантомные прикосновения, хотелось, уйти, убежать, что угодно. Из транса меня вывел такой несвойственный этим местам звук: звук уведомления, как у какой-нибудь "Аськи". Я повернула голову, и чуть расправила плечи, а ведь даже не заметила, как осела на землю у какого-то здания, уже успев свернуться в дрожащий комок. Предо мной висел бледно-фиолетовый экран, а текст на нем гласил:

Добро пожаловать, игрок! Поздравляем вас с получением первого задания: Путь ниндзя

Принять

Узнать подробнее