Qui Circumdabit Me (Те, Кто Меня Окружают)

Второе сентября началось с будильника, который предусмотрительно завел Ваня. Стало только едва светло, как уже пришлось вставать. -Что, точно пора вставать? - спросил Скориус, спавший на соседней кровати. -Ну типа, - ответил Ваня, - время семь тридцать - и так едва успеваем. По собственному опыту говорю. Он не стал ждать друга и поднялся первее, начав первым делом оперативно одеваться и готовиться ко дню. Набросав в кожаный рюкзак учебников, он спешно поправил на себе рубашку и пошел в коридор, надеясь увидеть там Шилова. Тот сидел в то время за диваном и продолжал работать, видимно, проснувшись и начав еще затемна. Ноутбук он подключил через удлиннитель розетке, установленной в углу, и через него же параллельно заряжал телефон. Увидев Ваню, он спешно довершил свои заметки на полях материалов к уроку и сказал: -Привет, Вань, ты уже? Не побрившийся и абы-как одетый Шилов был удивлен, что тот обрался в школу первее него. -Ну да, - сказал Ваня, - привет. Я, вообще-то, за тобой пошел. -Точно, - ответил Эдмунд и бегом пошел в учительскую спальню. Оттуда он притащил некоторые свои вещти и, спешно натягивая штаны и рубаху, сказал: -Спасибо тебе, что вообще разбудил. Я вообще забыл, каково это - работать по графику. Это ты-то в школу ходил, так что тебе не впервой. А вот я... Ваня остался сидеть в общей зоне. Он вгляделся в панорамные окна. Смотря в крайние из них, можно было увилеть, как за несколько сотен метров пустоши от замка растягивался дремучий лес. Ване показалось, что там нога не то что человека, даже зверя не ступала, настолько он был неосвоен и дик на вид. Но из центральных окон, в том числе и из тех, которые были в гостиной, виднелось озеро, прибрежные скалы и горы, местами поросшие лесом, а местами сверкающие каменными вершинами, где с каменными шапками, а где без. -По горам бы походить, - произнес тихо Ваня. -Ну, сначала нужно туда еще забраться, - ответил ему из комнаты Шилов. Он небрежно брился и, закончв, вернулся к нему и собрал свой ноутбук и конспекты уроков, напевая, сгребая все в кейс, - что мне снег, что мне зной, что мне дождик проливной, когда мне утром на работу. Он, закончив, обнял Ваню, сказав, усмехнувшись: -Спасибо еще, что меня разбудил. А то я бы, наверное, опоздал на свои же уроки. Скорпиус, блоее изящно одетый, вышел из их комнаты. Он нес за собой такой же, как и у Вани, кожаный портфель. Он у него получился гораздо более больший по объему, и Шилов, заметив таую деталь, опередив его в приветствии, сказал ему: -Скорпиус, ты лучше не тащи так много всего. -А что же мне убрать? - спросил тот, - там, вроде как, все учебники. -Неси все самое основное, - посоветовал Шилов, - а лучше - оставь только тетради. Каке учебники нести, договорись с Иваном. Посмотрев на Ванин рюкзак, он добавил: -Тебя, кстати, это тоже касается. Договоритесь с собой, что ли, как-нибудь, типа: "Ты несешь "Трансфигурацию", я - "Заклинания". Ну, что-то типа того. Малфой подмигнул Ване и пошел назад в комнату, вывалив несколько учебников. Тот хотел рвануть за ним, но Эдмунд затормозил его и, посадив рядом с собой, задрал рукав, чтобы померить пульс. -Все хорошо? - спросил он. -Ну, наверное, да, - предположил Иван. -Пульс у тебя, вроде как, нормальный. Устроившись поудобнее, Шилов продолжил его наставлять: -Короче, Вань, послушай меня. Старайся как-то следить за пульсом и тем, как бьется сердце. Если что-то пойдет не так - сядь куда-нибудь и отдохни; если надо - прогуляй какой-нибудь урок, я за тебя вступлюсь в случае чего. В том числе, когда идешь по лестницам - останавливайся на каждом этаже и восстанавливай дыхание - потолки тут очень высокие и ступенек очень много. Немного подумав, смотря в стену, он добавил, прижав ребенка к себе и сказав ему очень тихо, так, чтобы слышали только одни двое: -И еще, Вань, прислушивайся к себе. Я прекрасно понимаю, что в определенные моменты будет очень тяжело - все-таки со старой школой у тебя был очень плохой опыт. Так что, если где-то для тебя атмосфера будет слишком тяжелая - просто вставай и уходи. Пусть даже посреди урока. Он, прижимая Ивана поближе к себе и стараясь донести как можно больше информации за как можно меньшее время, добавил, пообдумывав немного слова: -Знаешь, я все прекрасно понимаю и когда-то там, лет сорок-пятьдесят назад, был на твоем месте, в твоей шкуре. И я скажу тебе так: мне будет абсолютно все равно на твои оценки. Просто занимайся тем, что считаешь нужным, и будет тебе счастье и самореализация, а "достаточно" мы тебе все равно в итоговых оценках нарисуем. -Ты про что? - удивленно спросил Ваня. -Понимаешь, заставлять я никого не хочу и не буду, - особенно тепло улыбнувшись, объяснил ему свою позицию Шилов, - все люди разные, и не надо гоняться за пометками в аттестате. Может, чтобы стать собой и понять, что тебе нравится, придется запустить учебу в определенный момент. У меня вот такое было: в пятом классе, когда я еще в Волгограде жил, я в определенный момеент учебу запустил и начал заниматься тем, что меня увлекало: например, физикой и химией; а так же стал вместо уроков иногда ходить к отцу на стройку. Стал заниматься трансфигурацией и зельями по книжкам, которые мне доставала мать. И дело доходило до того, что я стал прогуливать: сначала поуроку, потом по дню, потом по несколько дней. А под конец, в мае, было такое, что я прогулял целых три недели. -Три недели?! - удивленно переспросил Ваня. -Да, три. Со временем за мной, конечно, стали посылать активистов из пионеров, но я это просек и просто стал прятаться у отца в бытовке, где сидел за книжками. Ну, и, наконец, я, с позволения матери, отпустил волосы, причем еще где-то в марте, и к маю-месяцу семьдесят первого года они у меня уже подбирались к шее; я же тогда почему-то хотел патлы отрастить, хотя впоследствии у меня и не получилось ничего. Ну и мать мне разрешила, и даже одобрила, хотя в школе отчитывали за такое каждый божий день. Шилов, увидев вновь выходящего из комнаты Малфоя, поспешил закончить свое наставление, усмехнувшись, сказав: -Так что, поклон земной моим родителям за то, что разрешили мне запустить учебу. -Теперь, что касается тебя, - обратился тот к нему, отпустив наконец Ваню, - контролируй, чтобы ты дышал свежим воздухом. Все-таки, у тебя, в отличие от нас с Иваном, голубые крови, и кто знает, что ещ у тебя проявится. Он пощупал Малфою сначала нос, а потом, удостоверившись, что онне холодный, лоб, сказав после этого: -Все-таки я знаю тебя еще с детства, и за тебя тогда я очень переживал, как и за Ваню сейчас. Так что, уж пожалуйста, будь умнее. -Хорошо, дядя Эдмунд,- ответил Скорпиус, - тогда мы пойдем. -Давайте, идите, - дал им добро Шилов, - занимайте места, вам больше всех еды достанется. И на кофе после уроков заходите, обсудим, что да как было. Последнюю фразу он договорил уже им вслед. Сразу после этого он, как только они двое исчезли где-то в глубине коридора, достал из своего чемодана нож из рельсовой стали и стал будить весь факультет ужасным скрежетающим звуком, при этом от души смеясь. Всю дорогу Иван и Скорпиус шли вместе. Большой зал увенчал витраж, хотя на этом месте должна была быть обыкновенная крыша. Столы все еще стоял где и вчера, и стол преподавателей тоже. Народ начинал постепенно группироваться, но Шилова-старшего все еще не было на прежнем месте. Через несколько минут пришел и он.