Завтра будет лучше

***

«Я ненавижу слово «гомофобия»

Это не фобия. Вы не напуганы.

Вы просто мудак.»

Морган Фримен

***

У вас было такое, что вам становилось тошно даже от музыки в ваших наушниках? Когда нет сил и желания встать с кровати ради элементарных потребностей? Когда кажется, что мир не такой уж и красочный, как его описывают в книгах и фильмах, когда ничего не имеет смысла, когда, засыпая, представляешь, что на утро уже не проснёшься. И не знаешь, хочется ли тебе этого больше всего на свете или надеешься, что оно никогда не случится.   Лёжа в своей кровати, понимаешь, что жизнь протекает слишком быстро. Что ещё чуть-чуть, и всё, ты больше не ребёнок, за которым ухаживают и несут ответственность родители, а взрослый, осознанный человек, на проблемы которого всем всё равно. Хотя и сейчас не особо есть, кому заботиться, но, когда ты подросток есть какая-то доля детского максимализма, и ты просто можешь надеяться, что завтра будет лучше. Когда ты подросток, хочется влюбляться, мечтать, жить. Но уже скоро этого не будет. Совсем скоро Джисон вырастет, и все его проблемы обострятся. Останется только в окно. Но он вроде как пока несильно горит желанием научиться летать.    Джисону семнадцать. И он уже который месяц себе говорит, что завтра станет лучше. Но этого, почему-то, не происходит. И ему совсем не кажется, что это из-за глубокой депрессии, которую ему поставили пару месяцев назад. Джисон не верит в это. Откуда она могла у него появиться? У него же всё хорошо. Полная, на первый взгляд, счастливая семья: мама, папа и младшая сестра. Джина несильно младше Джисона, но определённо лучше него. Ей только пятнадцать, но она уже давно определилась с тем, чем будет заниматься всю жизнь, даже начала подготовку к экзаменам, ходит в музыкальную школу, занимается вокалом, в идеале знает два языка и, когда-то, занималась танцами. А что Джисон? Только на гитаре играть и научился, наверное, это единственное, что у него получается. В остальном, он обычный, нечему радоваться или гордиться. Учится нормально: не троечник, но и не отличник. Нет особых талантов, да и не красавец. Обычный. Ничем не примечательный.    И он привык. Правда привык быть всегда тенью сестры. И даже смирился с тем, что его никто и никогда не полюбит. Ведь привлекать нечем. Да и вряд ли в его окружении находится один симпатичный, свободный, добрый, понимающий и, главное, любящий Джисона гей. Принять это было не так уж и сложно. Он просто…принял. Не пытался заставить себя влюбиться в девушку, переубедить себя и так далее. Ему было всё равно. Какая разница, кто отвергает скучного и серого Джисона, девушка или парень, если ответ всегда будет «нет»?   Единственной отдушиной был его друг, Минхо. Вот уж он, наверное, единственный, кто подходит под описание. Только вот Джисон совершенно не уверен, гей ли он. Они никогда об этом не разговаривали. Но Минхо прекрасно знал о Джисоновых увлечениях парнями. И не осуждал. Он тоже это принял как данность. Как будто так было всегда, и в этом нет ничего такого. Возможно, в этом и правда не было ничего такого, и Джисон придаёт слишком сильное значение своей ориентации. Но как этого не делать, когда ты влюблён в своего лучшего и единственного друга? И да, Минхо не осуждает его, но кто знает, как он отреагирует на его признание. Возможно, ему всё-таки станет противно даже находиться рядом с Джисоном. Поэтому эта тайна уйдёт с ним в могилу, до которой не так уж и долго ждать, по мнению Джисона.    Так он думал ровно до того момента, пока Минхо не напился, не заполз к нему на колени, не признался в любви и не поцеловал. Тогда Джисон подумал, что он не прочь пожить ещё чуть-чуть. Ради Минхо. Который, видимо, действительно был очень влюблён в Хана, раз каждый раз купает его в такой нежности, что Джисон до сих пор не может привыкнуть. И жить теперь действительно хочется.    - Джисон, - слышит Хан тихий шёпот Минхо и чувствует нежные прикосновения на талии. Джисон снова остался ночевать у него. Его мама знает про их отношения и прекрасно к этому относится. Она у Ли замечательная. Ощущение, что она любит Хана больше, чем его собственная мать. Хотя, возможно, так и есть. – Ты спишь уже?   - Не-а, - также тихо отвечает Джисон. Они не знают, почему шепчутся, ведь миссис Ли сейчас на ночной смене, и они совершенно одни. После ответа Хан чувствует лёгкие поцелуи на щеке, и ластится под них сильнее. Минхо всегда такой нежный, чувственный, будто боится спугнуть Хана, но его уже давно ничем не спугнёшь. Он так сильно любит. – Ну чего ты делаешь?   - Люблю тебя и выражаю это поцелуями, потому что слов в мире слишком мало, чтобы описать все мои чувства к тебе, - мурлычет Минхо куда-то в ключицу и там же оставляет новый поцелуй.    Минхо с Джисоном вместе чуть больше полу года, но дальше поцелуев ничего не заходило. Но Хан видел, что Минхо хочет больше, но всё ещё боялся, как бы Хан не утверждал, что всё в порядке. Поэтому, когда Джисон спускает с губ тихий стон от нового поцелуя, Минхо отстраняется.    - Минхо, - с возмущением сказал Джисон, - всё хорошо, мне приятно, почему ты остановился? – Ли смотрел на него своими тёмными глазами и часто моргал. А после долгой минуты переглядов ответил: - Я боюсь, что ты недостаточно мне доверяешь, - и закрыл глаза. Минхо откровенничал, и ему это давалось трудно, но Джисон лишь поднялся и обнял его.    - Минхо, я доверяю тебе так, как не доверяю себе, - и легонько поцеловал его в плечо, выглядывающее из растянутой футболки.    И это стало последней каплей. Минхо поцеловал его с жаром и трепетом, а Джисон отвечал с той же страстью. И их поцелуй действительно с самого начала не был невинным. Минхо давно сдерживал свои чувства, но, когда Джисон сам открыто сказал, что готов, его уже ничего не останавливало. Он целовал его шею, плечи, грудь, живот. В самых скрытых местах оставлял следы от поцелуев, ведь знал, что на видных местах нельзя. Родители Хана не поймут. Джисон потянул с Минхо его футболку, ведь тоже хотел чувствовать и трогать везде, где можно и нельзя, где дозволено прикасаться только ему и никому больше. Минхо только его.    Ли был так нежен, всё было слишком слишком: слишком хорошо, слишком приятно, слишком для маленького сердца Джисона. Минхо целовал его и трогал в чувствительных местах, чтобы отвлечь от боли. И делал это так, что Хан почти её не почувствовал. И было так тепло, нет, горячо. В комнате мгновенно стало неимоверно жарко, но этот жар был другой. Не такой, как от палящего солнца на пляже, этот жар исходил от их любящих сердец. И это заставляло всё в животе скручиваться. И если б не отвлекающие поцелуи, Джисон определённо бы потерялся в этих чувствах. И именно в этот момент он вспомнил слова психиатра про его депрессию, и он понял, что с такими чувствами её и быть не может.     Утром было ещё лучше. Минхо всё время интересовался его самочувствием, спрашивал, не сделал ли больно, и даже притащил завтрак в кровать. Джисона это так умиляло, до боли в щеках, потому что они устали улыбаться. И, наконец, это случилось. Завтра стало лучше.     

***

    Зайдя домой, Джисон сначала подумал, что никого нет. Стояла просто гробовая тишина. Хана это несильно смущало, сейчас у него было прекраснейшее настроение: он получил хорошую оценку за тест, Минхо проводил его до дома, и они долго целовались под подъездом Джисона. Всё было замечательно. Но пройдя на кухню, он увидел мать и отца, сидевших за столом. Вид у них был пугающий. У отца так точно. Он посмотрел на Джисона с такой яростью и ненавистью, что Хан даже не знает с чем сравнить.    - Джисон, - заговорила мать. – Что это было?    - Ты о чем? – не понял Хан. Неужели…   - Это был Минхо? – она повернула голову на Джисона, а в глазах стояли слёзы. – Парень, с которым ты целовался, это Минхо?    Джисон действительно не знал, что делать, но он знал, что приближается скандал такого масштаба, в сравнении с которым все предыдущие меркнут. Ему страшно, но делать-то и правда нечего. Он кивнул. Мать повернула голову на отца.    - Вот видишь, - заорала она, - кого воспитали? А это всё ты, принимал бы хоть какое-то участие в его жизни, может бы сделал его мужиком!    - Не ори, а, - ответил отец, а потом поднялся и направился к Джисону. – Че тебе, девчонок в классе мало? Или ты им никому не нужен, что на мужика полез? – И удар. Сильный, оглушающий. Такой, что Джисон упал на пол. И он не знал, что ответить. Кричать и говорить о том, как он любит? Рассказать им о том, как он был счастлив? Этим людям всё равно. Они собственноручно всё разрушат. Они не хотят ему счастья.    - Давай сюда телефон, - потребовала мать. О, нет… Только не телефон. Вся переписка с Минхо, все фотографии, его признания в любви в заметках, никто не должен их видеть. А тем более они.    - Нет!    - Ты чё, голосок прорезался? – Отец повис над ним и стал искать телефон по карманам. Джисон ворочался, пытался вылезти из-под отца, сбежать куда-нибудь. Но всё тщетно. Он забрал телефон и отдал матери. Она не собиралась вытаскивать из Джисона пароль, она просто разбила его об пол. Теперь никак с Минхо не свяжешься, он будет волноваться.    Отец взял Джисона за капюшон куртки и забросил в его комнату. Хан сильно ударился головой, но уже не больно и не страшно. Он сопротивлялся, пытался вырваться, но ничего. Совершенно. Его закрыли на ключ. Джисон один. Ему отвратительно от себя самого. Даже отпор за свою любовь не смог дать. Жалкий. С такими мыслями Джисон засыпал на холодном полу. А ещё с мыслями о Минхо. Он, наверное, переживает, что Джисон не отвечает.     

***

  Джисон слишком долго не отвечает. Минхо думал, что он уснул, ведь он так обычно и делает, а ближе к вечеру отвечает. А тут уже 12 часов, как Хана нет в сети. Минхо не просто волнуется. Он не знает, куда себя деть и старается уснуть. Утром Джисон обязан ответить. Завтра будет лучше.    Но утром он так и не ответил. В школе его не было. Минхо уже тошнит от нервов. Он решил идти к нему домой. Джисон не мог вот так его бросить. Он не такой.    В дверь квартиры Джисона Минхо долбился добрые десять минут. И, когда он уже смирился, что он не достучится, дверь открыли. Вышла женщина с заплаканными красными глазами. Вся растрёпанная.  Мать Джисона. Минхо видел её пару раз, и не сказать, что она была особо гостеприимная.    - Здравствуйте, Джисона не было в школе, и он не отвечает на мои сообщения, - заговорил Минхо, - с ним что-то случилось?    Женщина смотрела на него и долго не могла ничего сказать, лишь короткое:   - Джисона больше нет, - и пропустила его в квартиру.    Минхо сначала не понял, о чем она говорит. В каком смысле нет?  Буквально ещё вчера он трепетно и нежно целовал его под своим подъездом. Что случилось?   Ли зашёл в комнату Джисона, которая, почему-то, стала мрачнее. На столе лежал смятый листок. Минхо взял его, решил прочитать, что там написано, и слёзы потекли из его глаз ручьём. Он не мог остановиться, но прочитав последнюю фразу, упал на колени, смял листок в ладонях и, уткнувшись в пол, рыдал и кричал. Он не мог поверить. Этого не могло произойти.   «Привет, это Хан Джисон. Знаете такого? Хаха, я уверен, что нет. Этот поступок я совершаю совершенно обдуманно. Возможно, на это повлияла моя «депрессия», но я уверен, что её нет. Зато есть родители, лишившие меня счастья и жизни. Моя смерть на ваших руках. Вы виноваты, что я умер. Хотя, наверное, даже сейчас вы делаете меня сумасшедшим и больным, но не признаёте свою вину. Но так и есть. Хотя бы себе не врите.  Минхо… Я люблю тебя так сильно, что не могу описать этого. Ты делал меня счастливым, я чувствовал себя любимым, впервые за всю свою жизнь. Спасибо за это. Прости, но я больше не смогу тебе отплатить. Но знай, что я любил тебя с шестого класса, хапахп. Это правда так. И мне так жаль, что у нас было так мало времени. Но, они бы мне не дали жить счастливо, это единственное верное решение, которое могло быть. Не вини себя. Никогда. Даже не вздумай. Ты заставлял меня жить. Наверное, если бы не ты, то я бы умер намного раньше. Полюби кого-нибудь другого. Я не достоин твоих вечных слёз и сожалений. Забудь. Так будет проще и тебе, и мне.  Джине скажите, что я улетел в космос, пусть завидует, что хоть где-то она не лучше меня.  Минхо, я люблю тебя, но не могу выразить это поцелуями, поэтому выражаю словами, которые знаю, но их, как ты и говорил, слишком мало. Пока. Завтра будет лучше.»    И пустота. Темнота и ничего. Может быть Минхо всё-таки забыл Джисона и по-настоящему полюбил кого-то другого. А может он ушёл за Джисоном в тот же день, потому что жизни без него не видел. Никто не знает. Но завтра уже не настанет.