ливнем приведет

тучи все сгущаются. солнце полностью спряталось за облака, что не пропускают ни единого лучика. вскоре закапал дождь, быстро перерастающий в настоящий ливень. деревья качаются из стороны в сторону, их громоздкие ветви с громким шелестом развеваются на ветру. постепенно сухой асфальт намокал, затем вся влага скапливалась в лужицы. все люди давно поуходили с улиц домой, в свои теплые дома, возможно к любимой семье, возможно к преданным домашним животным. а вот руслана дома никто не ждал. ноги несли его все дальше и дальше, не останавливаясь даже тогда, когда парень отошёл слишком далеко от дома. лонгслив, что был так опрометчиво надет, полностью промок, до единой ниточки. волосы потемнели, слиплись и неприятно приклеились ко лбу. вансы также полностью промокли и хлюпали, из-за неаккуратности руслана, который то и дело вступал в лужу, не обращая на это никакого внимания. мысли слишком глубоко его поглотили. все в голове жужжало и гудело, ощущение будто рой пчел клубился в одной такой головешке не переставая. парень остановился лишь тогда, когда его начало трясти от холода, ноги налились медью и передвигались с трудом, а мысли в голове смешались в кучу и всех их затмила одна наперевес с усталостью. надо было идти куда-то, но куда? до дома слишком уж далеко, этот вариант отпадает. максима с нелей беспокоить не хотелось, также как и колю с лерой. илью просто не хотелось беспокоить, он сам по себе тревожный, да и своих проблем у него наверное навалом. до всех остальных отсюда слишком далеко. оглядевшись по сторонам, в голове начали всплывать давно забытые воспоминания с этими местами. этот двор уж до боли ему знаком.. и вот, остался один вариант. через сильную усталость, ноги донесли тушенцова до подъезда. оказавшись у двери, парень оперся спиной на стену и устало выдохнул, потерев глаза, что уже болели от нахождения на улице. ливень не переставал с силой бить по земле и всему близлежащему. сглотнув вязкую слюну, дрожащими пальцами номер квартиры был набран, а следом за ним раздались гудки. через пару секунд из домофона послышалось короткое "кто?". – дань.. – послышалось тихим охрипшим голосом в ответ, через пару секунд молчания в трубку дверь открылась. устало ввалившись в подъезд, Руслан стал подниматься по лестнице, с трудом переставляя ноги и опираясь на все что было рядом. но мысль о долгожданной встрече будто дала ему каплю сил. наконец, преодолев все лестничные пролеты, осталось лишь открыть дверь. знакомую дверь. дверь, в квартиру, в которой происходило столько всего.. выдохнув, дрожащая рука с рунами легла на ручку и опустила ее вниз. дверь открылась. а за ней стоял он. даня кашин. вроде совершенно другой, но все равно, такой родной. на первый взгляд, волосы теперь отросли, давно уже не носятся в той прическе. одет парень в обычную, какую-то серо-голубую растянутую футболку и широкие шорты, на ногах белые носки. ничего не похоже на того даню, что был раньше. но осталось одно, по чему его можно было узнать - глаза. родные, до боли знакомые, рассматриваемые часами, голубые, все те же, как 4 года назад, как в последний раз, лишь более уставшие. губы предательски задрожали, на уголках глаз проступила влага, а тело задрожало ещё сильнее, несмотря на родной запах и тепло квартиры, означающее что не от холода появилась тряска. голова опустилась вниз, лишь бы стоящий перед брюнетом парень не увидел слабости. но от внимательного взгляда дани ничего не ушло. рыжий лишь мягко улыбнулся и приблизился к старшему, заключая того в объятия, не обращая никакого внимания на свою начинающую активно промокать одежду. сил не было больше сдерживаться, тихий всхлип и слезы ручьями потекли с щек, капая на сухое чужое плечо. прижавшись к теплому телу, и осознавая чье оно, слезы полились ещё больше. кашин успокаивал без слов, поглаживая по промокшей спине и не выпуская из объятий. слезы постепенно перестали литься, Руслан отстранился, вытирая мокрые следы с лица рукавом, что было не очень то и нужно, ведь рукав тоже мокрый. в голове не укладывалось - тушенцов ушел 4 года назад с ссорой, возможно было пролито немало слез, немало избеганий друг друга, в основном со стороны рыжего, и он, без слов впустил разбитого и полностью промокшего парня, ещё и утешая. казалось, будто это был сон, будто такое наяву случиться не может ну никак. но случилось. наконец, подняв покрасневшие глаза на парня напротив, брюнет лишь встретился с мягким взглядом таких родных голубых глаз. как в прошлом, когда беспомощный Руслан множество раз приходил к рыжему в любое время суток, а тот лишь внимательно выслушивал его и поддерживал. честно, тушенцов мог с уверенностью сказать, что все 4 года ему не хватало чего-то важного, будто резко часть его жизни просто выкинули, заставляя забыть. даня жестом махнул, чтобы Руслан шел за ним, тот быстро скинул мокрые кеды с себя и проследовал за хозяином квартиры. зайдя в комнату, ему тут же вручили сухую футболку и широкие домашние штаны, а сам рыжий вышел из комнаты, захватив с собой сухую футболку, и, судя по звукам шагов, направляясь на кухню. быстро сняв мокрую одежду с себя, тушенцов надел сухую, тут же дрожь значительно уменшилась, чужая одежда была сухая, теплая и приятно пахнущая. этот запах сводил руслана с ума. он был до жути приятным и родным, сразу накатывали воспоминания со стольких совместных прогулок и посиделок дома. это было сравнимо с тем самым запахом, который ты почувствовал где-то в далеком детстве на долю секунды, но он настолько въелся в мозг, что ты везде его искал для утешения, и внезапно, гуляя в настоящем времени, ты его наконец почувствовал и нашел. нашел умиротворение. умиротворение, которое находит и руслан в дане. кареглазый вышел из комнаты, тихо проследовав на кухню, где уже на столе стояла кружка с горячим чаем, а напротив сидел задумчивый младший уже в сухой футболке. сев за стол, парень чуть погрел руки о горячую емкость, а затем сделал глоток. блять. даня до сих пор помнит, что старший любит черный чай, не слишком крепкий, с двумя ложками сахара.. казалось бы, мелочь для друзей. но не мелочь для друзей, что не общались целых 4 года, оборвав все связи. было безумно приятно и больно одновременно. приятно, что младший до сих пор помнит предпочтения руслана, а больно от того, что они потеряли столько возможностей за 4 года из-за какой-то тупой ссоры. допив напиток, кареглазый поставил кружку на стол, откуда она следом не без помощи рыжего отправилась в раковину. хозяин квартиры направился с кухни в комнату, на удивление, он до сих пор не проронил ни одного слова, будто ждал чего-то. за ним же направился руслан. по приходу в комнату, рыжий сразу повалился на кровать, с интересом осматривая тушенцова. он будто не поменялся за все это время. да, многое произошло, но все те же родные щенячие карие глаза остались и сейчас смотрели прямо на рыжего. чуть помявшись, закусив губу и выдохнув, руслан наконец начал. – дань, нам надо поговорить наверное.. – брюнет взглянул на голубоглазого, что лишь ухмыльнулся чему-то. – определенно. но позже. и больше слов не надо. получив вновь просьбу без слов, брюнет устало повалился в объятия рыжего, тут же укладывая свою голову на чужую грудь и обхватывая тело руками, шумно выдыхая. сверху на плечи легли тяжелые веснушчатые руки, мягко их оглаживающие. нос рыжего уткнулся в темные волосы, что уже успели высохнуть, и кашин наконец вдохнул родной запах. запах руслана. его руслана.