sunghoon!

в комнате царила полутьма, а в воздухе чувствовались нотки напряжённого ожидания. сохи мяла в руках белую простыню терзая себя сомнениями и заваливаясь вопросами. тихо выдохнув, её руки принялись снимать шпильку для волос, освобождая густые темные локоны. монотонные действия сопровождались звуками сверчков и стрекоз за окном, порой заставляя впутываться в воспоминания и раздумья. с мужем она виделась не часто, лишь на утреннем чаепитие, после чего он уходил в свой кабинет до позднего вечера. сохи любила его, а что насчёт сонхуна? он был вынужден связать свою жизнь узами брака не по своему желанию ещё в 13 лет, обручаясь с 9 летней девчонкой из-за политической обстановки. теперь ей 18, а ему 22. "вам нужно скорее обзавестись наследником рода!" он часто слышал эти слова с стороны советчиков его рода, но они будто проходили мимо него и сонхун из раза в раз повторял, что она ещё молода и сохи рано делить ложе с ним. он слишком боялся за неё. встретить историю про молодую погибшую мать после родов не такая уж и редкость, а от представления сохи на месте тех несчастных, у сонхуна волосы стоют дыбом. но первая брачная ночь, рано или поздно, должна была случиться. сидя в своём кабинете и перебирая как и важные, так и не очень бумаги, голова сонхуна была занята мыслями про их предстоящую ночь, и как осведомить сохи об этом. заходить к ней и лично сказать заняло бы время, а стопка не выполненных дел гордо стояла у края стола, ему важна каждая минута. долго не раздумывая он взял чистый лист и написал письмо, где все подробно объяснил, приказал прислуге доставить письмо и подготовить сохи к ночи. закат плавно перешёл в тёмную ночь, а сонхун уже стоял у двери сохи, не зная, как постучать и зайти. он был... слишком смущен мыслью о том, что они сейчас будут делать. и он уже был морально готов, как вдруг перед его глазами сохи распахнула дверь, открывая вид на спальню своей жены, а потом в его поле зрения попала сама сохи, одетая в ночную рубашку. она старалась скрыть дрожь, гордо поднимая подбородок, словно совсем не боится, и в памяти не проскальзывает рассказ одной из дам на девчачьей посиделке, про первую ночь, которые заканчивались кровью на постели и жгучую болью между ног. в полной тишине, которая на миг прерывалась их тяжёлым дыханием, они подошли к кровати, и сонхун первый нарушил тишину: — если ты не готова, я готов подождать ещё, это не так срочно. — нет, я... разве мне не нужно исполнить супружеский долг? мне просто страшно, но ничего страшного, я перетерплю. — не нужно себя заставлять, я рос вместе с тобой, и знаю, когда ты делаешь что-то не по своему желанию. — эта ночь всё равно должна была случиться, мы ведь не будем её откладывать только из-за того, что мне страшно? это первый раз, разве, это не нормально, что я боюсь? просто будь нежнее, мне этого достаточно сонхун на это лишь промолчал и сел на кровать вслед за сохи. спустя минуту молчания, она первая потянулась к нему, утягивая его в глубокий поцелуй, иногда прерываясь из-за нехватки кислорода. затем он в свою очередь наклонил сохи на кровать, отчего лямки её ночной рубашки скатываются по плечам, но сонхуну этого недостаточно и вскоре ночнушка оказывается где-то на полу вместе с его рабочей рубашкой, а он на миг касается губами нежную кожу, вызывая у сохи тихий стон. сонхун обхватывает руками её талию, захватывая правый сосок пальцами, слащаво покусывая левый. от этого у сохи в снизу все мокро, а в животе приятное тянущее чувство. он выпустил из плена своего рта всбухший сосок, только ради переключения внимания на её тонкую шею, плавно переходя всё ниже, к ключицам, к ранее облизанной груди, а потом и вовсе стал сжимать тонкую талию, поглаживая низ живота и влажно покусывая некоторые участки кожи. сонхун, нежно облизнув места своих укусов, меняя боль на что-то более приятное, вновь возвысился над сохи, наклоняясь для нового поцелуя, прерывая её частые и не тихие стоны. от такой близости она невольно обратила внимание на сладкий аромат его адекалона, и словно ею управляет кто-то другой, облизывает глубокую выемку его ключиц после поцелуя. он моментально напрягся, и ты почувствовала его тяжёлое дыхание, а потом его тонкие пальцы у края твоего нижнего белья, которые оказались где то на краю кровати за считанные секунды. переводя частое дыхание на обычный лад, сохи громко выдохнула, когда между ног почувствовалось важное движение языка. оглянувшись вниз, она увидела его коричневую макушку меж её ног, и на ранее облизанной груди почувствовался холодный ветерок, вслед за очередным активным движение языка в зоне паха. спина выгнулась вслед за криками, наполненными наслаждениями, от нового приятного ощущения, что словно ток передаётся по всему телу. возбуждение переросло во что-то большее, и стены женских покоев были наполнены развратными всхлипами, словно всё поместье сейчас услышит, чем они занимаются. сонхун раскрыл ноги шире, и сохи только вспомнила про их смущающую позу, краснея от стыда, но она забыла про эту неловкость после ощущения ускоренных движений его языка, запутывая его нежные волосы в своих тонких пальцах, крепко оттягивая их при чувстве содрагании всех возможных участков своего лона. позабыв обо всем, сохи легла на шёлковую помятую простыню, запыхавшись, переводя дыхание на привычный лад, порой смотря на своего мужа, вытирающего влажный рот тыльной стороной ладони. они смотрели на друг друга ещё пару минут, разглядывая тела и лица, пока сонхун не перевернул сохи, прижимая её грудью на кровать, опыляя юную шею горячим дыханием. сонхун оставил нежный поцелуй между лопаток, плавно переходя и на другие зоны, заставляя сохи тяжело дышать. затем пак собственнически просунул руку между ног сохи, растирая природную влагу по всем входу, проникая в неё фалангами пальцев. сохи сжимала пальцы ног, оставляя складки на постельном белье при каждом движении сонхуна, который словно не собирался давать больше и нагло дразнил податливое тело, которое само насаживалось на пальцы, зажимая их при более сильном трении. его пальцы были длинными, и сохи буквально почувствовала то, как он толкается об её стенки, стимулируя клитор и грудь, а она, в свою очередь тяжело вдыхала недостающий воздух. смотреть на такую реакцию тела сохи, сонхун добавлял постепенно ещё пальцы растягивая её вход и выжимая больше смазки. а сохи и вовсе не была против: сжималась и таяла на руках от полученного трения, когда внизу почувствовала его три пальца. сонхун доводил её до исступления, потирая набухший нервный комок, оставляя очередные бордовые отметины на шее. затем он убрал свои пальцы, и сохи повернулась на спину после того, как поняла, что этот момент настал. их взгляды пересеклись вместе, и сонхун слядя за её реакцией, осторожно вошёл в подготовленное лоно. смазка сильно облегчала вход, и вместо обещаной боли сохи чувствовала лишь местами неприятное чувство меж ног. спустя пару секунд сонхун начал двигаться, но осторожно и медлил, дабы ненароком не причинить боли. но сохи, аккуратно прижимая его за шею к себе, прошептала: — всё в порядке, мне не больно принимая её слова, в следующий миг сонхун начал толкаться более свободно и быстрее, носом утыкаясь в ямочку ключиц, опыляя шею сохи горячим дыханием и сливая их тела воедино. сохи громко вскрикнула, когда сонхун слегка сменил угол проникновения, и уверила его в полубреду, что он делает всё как нельзя лучше. он же слушал внимательно каждое слово, исполнял просьбы и отвечал резкими толчками, выбивая из неё громкие стоны. вскоре полученное удовольствие размылось по всему телу, спина выгиналась от глубоких толчков, а от таких сильных ощущений сохи будто теряла сознание, оставляя свой дух всё ещё в этом мире она царапала спину сонхуну, вызывая красные отметины в зоне лопаток. сохи таяла от этих толчков, вбивающих её в кровать, от этих нежных прикосновений губ к её телу, от этих фиолетовых пятен, покрывшие её светлую кожу. сонхун шипел от полученного удовольствия, часто втягивая воздух сквозь плотно сжатые зубы, но послушно замедлялся, смягчая толчки, и расцеловывал тело, словно извиняясь перед сохи. через время, сохи почувствовала пульсацию и увлечение размера внутри себя, интуитивно понимая, что это значит, крепче обняла пак сонхуна, размякая среди его последних размашистых толчков. спустя пару секунд, вся энергия ушла из молодых тел, а сонхун провалился на кровать рядом с сохи, прижимая её ближе к себе. прокручиваю все моменты в голове, сохи была удивлена тому, как нежно прошёл её первый раз. совсем без увечий и красных простыней, как предупреждала её мама. но между ног всё равно чувствовалось жжение спина болела, словно она делала мучительную тренировку, и сохи уже представляла, как завтра с трудом будет вставать с постели. — тебе было больно? - спросил сонхун, перебирая запутанные чёрные локоны. — мне было очень хорошо.