Станем мужьями?

— Сегодня и правда чудесная погода, — Панталоне поправил очки. — Спасибо, что вытащил меня.       Улыбка, такая искренняя и теплая, совсем как воздух здесь, была адресована шедшему рядом Дотторе. Тот лишь кивнул, мол, подумаешь. Но погода и правда была хорошей: конец лета, теплый вечерний воздух и легкий ненавязчивый ветерок, доносящий запах луговых цветов, мимо которых мужчины и шли. Это место было выбрано ученым не случайно: здесь было тихо и безлюдно, атмосфера была умиротворяющей и просто прекрасной для того, чтобы отдохнуть после тяжелых будней.       Дотторе не мог назвать себя романтиком, отдавая предпочтение словам, а не трате времени на всякие подарки или походы по живописным местам вдвоем. Но вот Панталоне любил внимание, любил, когда второй предвестник ласково называл его «золотце» стоило им остаться вдвоем, когда дарил ему небольшие букеты любимых полевых цветов, или когда они лежали в обнимку после очередной страстной ночи — уставшие и мокрые, но такие довольные и все продолжающие целоваться. Дотторе, честно говоря, такие моменты тоже любил, лелея каждый, отпечатывая в памяти легкую улыбку в ответ на обращение, особо неторопливые и мягкие поцелуи в ночи, скачущую радость в глазах, когда на столе оказывался перевязанный белой лентой букет. И ему было мало, он хотел видеть и ощущать это еще чаще: каждый день просыпаться и смотреть на еще спящего Дельца, всего растрепанного и помятого ото сна, но все равно красивого и до щемящего сердца родного; засыпать с ним в обнимку, слыша как чужое дыхание и сердце потихоньку становятся все спокойнее.       Он решил сделать предложение. Мысль об этом возникла спонтанно, но Дотторе думал не долго, решив, что даже в случае отказа они как минимум останутся друзьями. Кольцо он выбрал серебряное, с небольшим аккуратным синим топазом: классическое золото, по его мнению, Панталоне совершенно не шло, лишь портило его элегантный и изящный образ. — Не знал, что здесь есть река, — мужчины забрели под деревья, и девятый предвестник, усевшись на поваленное дерево, вслушался в шум воды неподалеку. — Что ты думаешь о нас? — К чему столь внезапный вопрос? — спросил Панталоне, удобнее устраиваясь на дереве. Он вздохнул, так и не дождавшись ответа. — Нам хорошо вместе, я думаю. Ты бываешь упрямым, но не настолько, чтобы хотелось тебе врезать, — добавил Делец с тихим смешком.       Дотторе продолжал молчать, облокотившись на целую часть дерева, стоя спиной к предвестнику и внимательно слушая, что тот говорил. Ему тоже было хорошо с Панталоне: в меру весело, в меру нежно и страстно. И тот тоже мог быть упрямым, когда, например, наотрез отказывался пойти в постель, ведь: «Дотторе, эти документы необходимо передать уже завтра утром!» Будто кто-то из его людей не сумеет подделать подпись и передать бумажки куда надо. — В этом мы с тобой похожи, — отозвался Доктор, чуть поворачивая голову в сторону мужчины. — О, ты так думаешь? — Панталоне тоже посмотрел на него, а затем с улыбкой перевел взгляд обратно на примятую траву у ног. — Знаешь, ты оказался совсем не таким, как я думал. И я рад, что ошибался на твой счет. — Взаимно, — ученый наконец обогнул дерево и присел на него рядом с Дельцом. — Ты казался мне слишком самовлюбленным, но тебя волнуют не только деньги Снежной и твои идеи. — Люди сами придумали мне такой образ самовлюбленного скряги, — не без вздоха ответил ему мужчина. — Они бы не поверили в обратное.       Оба замолчали, думая над словами друг друга. Для Дотторе и правда стало большим сюрпризом, когда Делец начал аккуратно оказывать ему знаки внимания: он то думал, что для того никакой любви кроме как к своей должности и нет. Они оба постепенно раскрывались друг другу, поначалу в каких-то общих чертах, пока наконец не дошли до своих сокровенных секретов.       Панталоне, например, снова хотел бы коллекционировать бабочек под стеклом, как когда-то в детстве делал это вместе с отцом; не то что бы подобное действительно можно было назвать секретом, но говорить об этом предвестник не любил, считая слишком личным. Дотторе посчитал это вполне подходящим занятием для Дельца, так и не произнеся этого в слух, но отметив, что начать можно в любой момент. Сам же он так и не нашел чего-то такого, чем можно было поделиться: все казалось каким-то обычным, совершенно не тайным или хоть сколько-то особенным. — Ты уже знаешь, что нравишься мне, — сказал вдруг мужчина. — И еще, мне нравятся твои глаза. — Глаза? И что же в них такого? — с интересом спросил его Панталоне, отвлекаясь на пролетающую мимо стрекозу. — Они… — ученый замялся, пытаясь не прозвучать слишком странно. Он взглянул на лицо собеседника, встречаясь с чужим взглядом и сглатывая комок в горле. — Они похожи на небо. Чистое, как сейчас.       Делец застыл буквально на пару секунд, переваривая такой комплимент, а затем смущенно улыбнулся. Комплименты Дотторе были неловкими и чуточку странными, но Панталоне прекрасно понимал, что сказанное им всегда шло от чистого сердца. — Твои напоминают мне спелый крыжовник или перебродившую рябину, что выберешь? — Вино? — улыбка банкира стала шире. — Ты не умеешь пить, — мужчина наклонился к Доктору, шепча на ухо и звонко целуя его.       Дотторе фыркнул в ответ. Панталоне развеселился от их небольшого диалога, с его лица все не сходила улыбка, а он сам выглядел расслабленным, устраивая свою голову на плече второго предвестника и смотря куда-то вниз на бегающих насекомых. Дотторе приобнял его, тоже опуская взгляд на землю и замечая там возившихся между травинками муравьев. Они посидели какое-то время в тишине, убаюканные тихим шумом листьев на ветру и отдаленным пением птиц. Ученый повернулся к Панталоне и потерся щекой о его лоб. Кажется, сейчас, когда они оба были расслаблены, было подходящее время; Дотторе всю прогулку ждал нужный момент, так когда, если не сейчас? — За всю мою жизнь ты единственный, кто принял меня, и единственный, кто полюбил со всеми моими заскоками, — он дотронулся до чужой руки, переплетая свои пальцы с пальцами Дельца и вызывая у того улыбку этим действием. — Я люблю тебя, — на выдохе произнес мужчина, замечая мелькнувшую в голубых глазах искорку радости. — Я тебя тоже, — вторил ему банкир с теплой улыбкой, слегка сжимая его руку своей. — И я был бы рад, — продолжил Дотторе, зачем-то выпрямляясь и вставая затем на одно колено, — видеть тебя в качестве своего мужа. — Он достал из кармана маленькую черную коробочку и открыл ее, показывая находящееся внутри кольцо. — Выйдешь ли ты за меня?       Панталоне, кажется, в момент забыл как дышать. Дотторе делал ему предложение. О Царица… Мужчина раскрыл рот, но тут же прикрыл его ладонью, так и не найдя что сказать. Он чувствовал теплую и покалывающую смесь из любви, нежности, шока и радости. Наверное, это вполне закономерный итог их отношений, и, наверное, пауза незаметно затянулась — Дотторе определенно нервничал, ожидая ответа. — Я… — все же начал банкир, но тут же нервно хихикнул, дергая руками. — Я не ожидал. — Предложение и не должно быть ожидаемым, — не менее нервно ответил ему Доктор, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце. — Не торопись, подумай.       Панталоне опустил взгляд на кольцо, а потом перевел его на Дотторе и обратно. Мысль о том, что им стоит пожениться мелькала и у него, но мужчина все же сомневался, не воспримет ли Доктор это в штыки. Оказывается, его мысли разделяли и осознание этого вызывало неописуемый фейерверк эмоций внутри. После долгой минуты размышлений Делец набрал в грудь побольше воздуха и поднялся с дерева, протягивая руку Дотторе, помогая ему встать. — Я… — голос нещадно дрожал, мужчина быстро проморгался, прежде чем сделать глубокий вдох. — Да. — Да…? — неверяще переспросил его Дотторе. — Да, — уже более твердо и с улыбкой повторил Панталоне.       Ученый с облегчением выдохнул, подрагивающими пальцами доставая кольцо из коробочки и одевая его на безымянный палец протянутой руки. — Ты… Точно? — спросил он. — Архонты, — Панталоне обхватил лицо мужчины с двух сторон, прижимаясь лбом к его. — Ты бываешь таким невозможно глупым. Конечно я уверен в этом. Я уверен в нас, Дотторе.       А затем он не дал ничего сказать в ответ, с дрожащей от распирающего изнутри возбуждения и любви улыбкой целуя предвестника. Тот даже не догадывался, что на одной из полок в шкафу, глубоко под сложенной одеждой, его тоже ждала коробочка с кольцом.