l'éternité pour deux

«Пока в моей жизни есть ты, я знаю, что умею любить»       Непривычная оживлённость коснулась каждого уголка столичных улиц поздним вечером. Жители, казалось бы, должны проводить остаток буднего четверга в стенах уютной квартиры, но ситуация складывается совершенно иным образом. Молодой человек искренне надеялся на позднее уединение среди парков, но как только осознал, что планам не суждено сбыться, поменял направление собственных шагов и отправился обратно: в общежитие университета. Избежать давящего шума не удастся ни здесь, ни там, потому брюнет выбирает тёплую постель и беспокойный сон, вместо прохладного ветра и толпы за его спиной. Которая, кажется, увеличивается в своём объёме с каждой минутой. — Чонгук! — споткнувшись о носок кроссовок, парень прикусывает нижнюю губу и прикрывает веки в надежде, что ему послышалось, — давно не виделись. Не послышалось. Целенаправленно уходить от нежеланных встреч было бы нетактично даже для Чона, который, как правило, за словом в карман не лезет в таких случаях. Парень уголок губ приподнимает, как только на пятках разворачивается и, стянув с головы капюшон, здоровается со своим другом. Чонгук искренне рад видеть приятеля, где-то в глубине души рад, но что-то, названное интуицией, подсказывает, что эта встреча далеко не случайна и о желаемом покое придётся забыть на час-другой. — У меня есть к тебе деловое предложение, — хитро сверкая глазами, Ёль подходит на несколько шагов ближе и достаёт смартфон из кармана куртки, — Мишель устраивает вечеринку недалеко отсюда. Дала поручение отыскать тебя и не появляться на пороге дома без твоей ленивой рожи, а я очень хотел бы, — уже задумчиво тянет Ли, — смекаешь? «Кто бы сомневался…» — звучит внутренний голос в голове парня, как только суть появления друга становится прозрачнее капли воды. Чону уже несколько раз удавалось отказаться от подобного рода авантюр, приплетая в причины невероятных размеров занятость, но этот раз оказался провальным. Вернее, «этого раза» вообще не случилось, выбор был бессовестно ограничен. — Что же на моей персоне свет клином сошёлся? — нахмурившись, Чонгук потирает переносицу, сняв очки, и возвращается глазами к рыжеволосому парню, — я не то чтобы душа компании для таких вечеринок, Ёль. — Не моя прихоть, дорогой, — безучастно пожимая плечами, парень зажимает зубами одну сигарету и, вытягивая её из пачки, пару раз щёлкает зажигалкой, прежде чем вдохнуть первую порцию никотина, — смирись с тем, что всем тем, с кем ты знаком, хочется хотя бы раз в три месяца увидеть твоё серьёзное лицо и раскрутить на философские речи после первой бутылки. Чон мысленно выдыхает с отчаянием, когда Ёль кивает в противоположную сторону от общежития и, словно долговременное успокоительное, протягивает недокуренную сигарету. Любопытно, сколько таких Чонгуком будет скурено за сегодняшнюю ночь в попытках усидеть среди шумных друзей? И кто вообще в списке гостей, помимо его самого и Ёля?       По мере приближения к дому Мишель, в стенах которого слышны частые биты музыки и неразборчивые фразы, двое парней перекидываются редкими фразами и смешками: Ёль с искренним азартом делится с другом подробностями личной жизни (скорее семейной) и неустанно осыпает ответными вопросами того же характера Чонгука. Ответы на них звучат односложно, в них чаще фигурирует учёба и обязанности, нежели чьё-то имя. Ли, с характерным тоном, заявляет, что ещё совсем немного такого времяпровождения, и брюнету останется только зачахнуть в монастыре. Чон иронично соглашается с другом, и они наконец останавливаются на пороге общей подруги. Ёль улыбается, словно чеширский кот, поначалу не открывая дверь до конца и девушка уже разочаровывается, глядя на того, на кого была возложена важная миссия. — Он не… — озвучивает, было, свой вопрос Мишель, но, как только на двери виднеется ещё одна ладонь и в следующую секунду тот, кого так долго ждали, сталкивается с лицом разочарованной девушки, та забывает обо всех вопросах, — пришёл! Парни, кажется, на несколько секунд перестают слышать даже собственное дыхание, а розововолосая девушка в одно мгновение бросается на шею одного из приглашённых гостей. Брюнет едва успевает подхватить подругу за талию и отыскать опору ногами, прежде чем его крепко сжимают женские руки. Чонгук и не думал, что однажды будет сомневаться в своей физической подготовке да ещё и при таких обстоятельствах. Ли Ёль нарочито громко цокает языком, намекая на то, что общей знакомой пора бы обратить внимание и на его персону, но желанного внимания молодой человек так и не дожидается. Прежде чем самостоятельно переступить порог дома, окунувшись в атмосферу тусовки, рыжеволосый успевает только увидеть неловкую и натянутую улыбку Чонгука. И как только у него это получается?       Мишель подхватывает старшего под руку, пальцы ладоней переплетая накрепко, и шагает в направлении гостиной — эпицентра сегодняшнего вечера. Среди, активно двигающихся тел, достаточно трудно сконцентрироваться и сфокусировать взгляд на ком-то или чём-то определённом, но Чон не оставляет попыток сделать это. Динамики колонок сотрясают воздух по мере громкости очередного попсового трека, толпа парней и девушек неустанно подпевает исполнителю, и парень лелеет надежду затеряться в этом бесконечном круговороте, отыскать более уединённый уголок. Не то чтобы Чонгук относил себя к социофобам. Скорее к интровертам. Ему совсем недавно удалось закрыть все долги по учёбе и уладить внутри студенческие неурядицы, как представителя совета, и сил на встречи с таким количеством людей просто-напросто не осталось.       Можно подумать, что вниманием брюнет будет пользоваться только у знакомых и именно так и будет. Однако, не стоит упускать одну важную деталь: Чон Чонгук знаком почти со всеми студентами из этой безумной компании. И это только те, кто находится внутри дома. Создаётся ощущение, что это только начало всего хаоса. Подхватив бокал с чем-то ядовито ярким, молодой человек кивает в благодарность Мишель и, дабы не обидеть девушку, делает несколько маленьких глотков. Сомнительная жидкость сразу же обжигает горло и это позволяет сделать вывод, что восемьдесят процентов сего месива — обыкновенный соджу, а остальные двадцать — пищевой краситель и сок лайма. Повторную порцию Чонгук бы не отведал точно, но ради приличия стоило переступить через собственный принцип не пить без повода. Вечеринка подруги — не повод.       Чон наконец находит место уединения в углу гостиной, который заставлен парой просторных диванов. Решив обосноваться именно там, темноволосый ставит бокал с недопитым коктейлем в центре столешницы, и наконец позволяет себе расслабиться. Если это вообще возможно так назвать. Прикрыв веки, Чонгук понадеялся, что хаос так или иначе минует этим вечером, и его присутствие на общей тусовке закончится парой безобидных конкурсов. На большее просто не хватит никаких сил. Во всяком случае, эти мысли и надежды были слишком наивны, потому то и разбились с огромной скоростью. Как только Мишель отыскала в полумраке тёмную макушку, которую ни с чьей не спутает, покою Чона пришёл конец. Тонкие пальцы снова ухватились за юношу, только на этот раз за воротник футболки, и они уже в центре толпы, вдвоём: парень не совсем понимает суть происходящего, а розововолосая фиксирует свои локоны в высокий хвост. — Мишель… — Друзья, — музыка, словно реагируя на голос хозяйки, становится тише, но Чон так и остаётся неуслышанным среди прочего шума, — я объявляю конкурс, правила которого вы и без меня прекрасно знаете…       Ох уж этот хитрый тон. Чонгуку уже не нравится. Но он пойман и загнан в клетку, как неокрепший зверёк и бежать некуда. Куда ни глянь — везде сплошные ловушки в лице полупьяных студентов. Мишель затягивает волосы потуже и плавно подходит к брюнету. Только сейчас Чон может заметить палочку в шоколадной глазури, которая зажата между губами. Чёрт его знает, кто придумал подобного рода развлечения, но брюнет с удовольствием встретился бы с этим первооткрывателем и пожал руку. Желательно до хруста. Дождавшись, пока Мишель окажется лицом к лицу, Чон наклонил голову и захватил своими губами сладкую палочку. Шоколад мгновенно начал таять от соприкосновения с языком, но Чон изо всех сил постарался передать «эстафету» следующему. Стоит уточнить, что это мало поможет избежать дальнейшего участия, потому что победа будет достигнута только тогда, когда сладость вернётся к тому, кто её первый передал. По счастливому (намеренному) стечению обстоятельств этим «кем-то» оказался Чонгук. Загвоздка в том, что палочка вернётся на порядок короче, что сократит и дистанцию между участниками. Чон мысленно выдыхает воздух из груди и это звучит крайне отчаянно.       Попытка найти кого-то для парня слишком читаема в поступках подруги. В поступках абсолютно всех друзей из его окружения. Личная жизнь, которая оборвалась слишком внезапно, никак не оставляла в покое ни Ёля, ни Мишель. Чонгук из раза в раз напоминает, что именно они и ждали этого расставания сильнее прочих, но это никак не становится препятствием в их общих поисках. Даже тот факт, что Чон сам выступил инициатором разрыва никак не утихомирит этих двоих. — Мишель, мне нехорошо… — шепчет на ухо девушке, но та только дотягивается до подноса с пластиковыми бутылками и протягивает одну из них другу. Вот же проклятье… Дабы придерживаться собственной легенды, парень делает несколько глотков, примкнув губами к горлышку бутылки, и почти давится её содержимым, когда видит перед собой парня. Волосы у него светлые, взъерошенные (судя по всему, в ходе «игры в поцелуи») да и одежда так и блещет отпечатками помады. Но важно совсем не это. Важно то, что именно у этого парня во рту находится «эстафетная палочка». Чон искренне хотел бы выплеснуть воду на незнакомца и тем самым сбить его с толку, но проглатывает он жидкость быстрее. Судя по всему, от шока. Вот здесь-то он и попался. Молодой человек выпускает из рук бутылку с водой, вернув её девушке позади и старается смириться с собственным положением. Проигрышным положением, стоит заметить.       Парень напротив настроен значительно веселее. А ещё, кажется, настроен победить и подводить незнакомца, будто бы, и не хотелось, но и не хотелось нарушать личные границы. У Чона есть всего несколько секунд, чтобы определиться: чего ему не хочется сильнее. Синдром победителя одерживает победу в этой скоротечной схватке. Светловолосый, явно наученный опытом, обхватывает ладонями лицо того, с кем ему предстоит почти поцеловаться, и Чонгук поддаётся вперёд, надеясь перехватить остаток палочки с минимальным соприкосновением губ. Таким, чтобы никто не заметил.       Чем быстрее это закончится, тем быстрее брюнет окажется в своём уголке. Было бы славно, если в полной тишине, но это звучит слишком роскошно для такой тусовки. Закрыв глаза, молодой человек опускает ладонь на талию незнакомца и, в порыве усердной попытки перехватить сладость, сжимает тонкую ткань рубашки. Толпа одобрительно взвывает, явно довольная неожиданным зрелищем, и подталкивает парней к продолжению игры. Они продолжают. Чонгук чувствует, что палочка оказалась у него и хочет было отстраниться, восстановив дистанцию, но толчок в спину сбивает его не только с толку, но и ног. Проходит, кажется, целая вечность, прежде чем осознание бьёт по голове обухом. Остаток сладости оказывается на середине языка Чона и победа автоматически ускользает. Пухлые губы сталкиваются в неожиданном поцелуе, тёплые руки блондина только крепче держат рядом, не дают вырываться и оказаться подальше от всех игрищ. Чон искренне жалеет, что поддался хитрости Мишель, когда на своих губах ощущает чужие и поцелуй мгновенно пропитывается чем-то похожим на никотин. Смягчают его только пару глотков воды, которые сделал брюнет недавно, и нечто сладкое. Вероятно, на коктейли этот парень налегал сильнее, чем Чонгук. Пьяных поцелуев ему ещё не хватало, конечно. Только вот, парня никто не соизволил спросить. Как только взгляд вновь цепляется за светлую макушку напротив, парень отпускает талию своего напарника по игре (кажется, так и не состоявшегося) и старается восстановить дыхание. Ухмылка на губах напротив, почему-то, вводит в осадок и брови мгновенно ползут к переносице, демонстрируя недовольство. Под общее восхищение мало кто придаёт этому значение. А если и придаёт, то спускает на то, что студент недоволен проигрышем, а не поцелуем с красавчиком сегодняшней вечеринки. — Даже не знаю, Чон, проиграл ли ты или победил, — присвистывает Ёль, остановившись у двери, которая ведёт прямиком на кухню, — будь я геем, за поцелуй с таким парнем… — Очень смешно, — иронично обрывает брюнет, расталкивая толпу, которая уже забывает о зрелище, — в следующий раз любезно уступлю тебе такую прекрасную возможность поцеловаться с та-а-аким парнем. Рыжеволосый понимает, что другу вовсе не до шуток. Чонгук уходит из гостиной, желая выйти на улицу и оставляет Ли на целую толпу девушек и парней. Они с удовольствием разделят его шуточки, пока Чон переведёт дух на свежем воздухе. Преодолеть расстояние от гостиной до коридора не составило труда. В отличие от попытки выйти из дома, потому что дверь оказалась заперта. Чон, грешным делом, начинает думать, что и вправду оказался в клетке, а выпустят его отсюда не скоро. Терпение постепенно достигает своего предела, но молодой человек старается сдерживаться. Эмоции он покажет потом, если на это останутся силы, а сейчас было бы неплохо отыскать альтернативу. Поблагодарив хорошую память, Чон поспешил подняться на второй этаж в надежде занять просторный балкон. Одним высшим силам известно, каких усилий Чонгуку стоило подняться вверх по ступенькам и не споткнуться о раскиданные вещи. Даже представлять нет желания, при каких обстоятельствах эта одежда оказалась раскидана в разные стороны. Наконец поднявшись, брюнет следует в одну из открытых комнат, в которой и откроется доступ к свежему воздуху. Это комната когда-то принадлежала младшему брату Мишель, но он не так давно поступил в университет в другом городе, и комнату решили оставить прежней и лишь иногда пускать в её стены нежданных гостей, если в этом будет необходимость. Выдохнув с огромным облегчением, Чон прикрыл за собой дверь и прошёл глубоко внутрь. Балкон оказался незапертым. Хоть какая-то радость впервые настигла юношу за весь вечер. Позаимствовав с постели плед, что был аккуратно сложен, темноволосый последовал на балкон, дабы исполнить задуманное и наконец отдохнуть от шума и суеты вокруг. — Наконец-то… — вслух произносит Чон, как только укрывает плечи пледом и ложится на подушки, расположенные в широком кресле-качалке, — надо же так вляпаться… да ещё и этот блондин…       Чонгук рассуждает вслух, будучи уверенным в том, что его никто не услышит, и невольно удивляется тому, каким образом снова вернулся к этому парню в своих мыслях. Такие, как этот он, собирают целую коллекцию поцелуев на каждой такой тусовке, и попасться как очередной экземпляр Чону отнюдь не хотелось. Раздумывать об этом достаточно поздно, учитывая, что парень уже был пойман. Ещё лучше было бы выгнать этого «красавчика» из головы и отпустить ситуацию, мол, было и было. Только вот попытки быстро отпускать ту или иную ситуацию всегда оказываются для Чона провальными. Столько смысла каждому слову и действу больше не придаёт никто. Только Чонгук. Пожалуй, это очень усложняет жизнь порой, а порой играет на руку. Парень, как минимум, понимает для себя мотивы своих слов и действий, а, как максимум, понимает мотивы других. Только пока не понял, для чего такой навык вообще необходим. Когда-нибудь поймёт. Позволив мыслям немного затихнуть, Чонгук сконцентрировался на происходящем за пределами балкона: огоньки фонарей усыпали периметр дорог, зданий и, кажется, дотянулись до самого неба и украсили собой тёмное полотно. Красиво.Следуя от одной звезды к другой, Чон по памяти складывал звёзды в созвездия и тем самым и вовсе позабыл о времени и о том, где находится. Пора бы избавляться от этой привычки настолько погружаться в мысли. Рано или поздно плохо кончится.       Звук уведомления о новом сообщении отвлекает от увлекательного занятия. Наперёд зная, от кого именно пришло послание, Чонгук только тяжело вздохнул. Вот, что по-настоящему может плохо кончится. Чёрт бы его побрал в тот самый день, когда он поставил отдельный звук на сообщения бывшего молодого человека. Возможно, при иных обстоятельствах, Чонгук не ощущал бы тревогу, как только брал телефон. «Чонсу, 2:22 Привет. Видел новые посты Мишель. Рад видеть, что ты быстро оправился от нашего разрыва» «Что он несёт?» Брюнет не отвечает на сообщение и моментально выходит из мессенджера, тут же пытаясь найти профиль подруги в популярной соцсети. Всего несколько движений пальцами по сенсорному экрану и новые посты тут же пёстрыми фотографиями отражаются в тёмной радужке Чона. Ну конечно же, как он мог думать иначе? Ни одна тусовка в доме Мишель не обходится без фотографий. И нет ничего плохого в том, чтобы запечатлеть самые яркие моменты встречи. Плохо то, что среди этих снимков есть тот, где Чонгук и этот знакомец целуются. Сердце пропускает удар. Даже несколько ударов, сигнализируют о тревоге. Он и Чонсу приличный промежуток были вместе, чтобы Чонгук выучил его от и до. И его спокойствие является абсолютно поддельным. «Чонгук, 2:25 Привет, Чонсу. Предполагаю, что именно ты успел понять, исходя из фотографий. Разубеждать не буду, ибо это будет выглядеть крайне глупо. Во всяком случае, мы не в тех отношениях на данный момент, чтобы это как-то волновало тебя» «Чонсу, 2:27 Серьёзно? Ловко ты, Чон, находишь замену людям. Судя по всему, мальчишка просто взял тебя своей смазливостью» Чего и стоило ожидать.       Чонсу крайне редко упускал возможность выяснить отношения. Казалось бы, Чон давным-давно привык, но в этот самый момент что-то пошло не так. Что-то перевернулось в голове Чонгука и ярость бурлила с каждой секундой всё сильнее. Утверждать такое — несправедливо и абсурдно. Особенно, если учитывать, что склонен к поиску замен именно бывший парень, а не Чон. Под натиском ладони корпус смартфона едва издаёт треск, но младший изо всех сил сдерживает самого себя, чтобы совсем не испортить впечатление от вечера и напоследок отправляет сообщение своему экс-бойфренду. «Чонгук, 2:30 Чонсу, я искренне желаю тебе счастья с твоим новым парнем и спешу напомнить, что именно он стал провокатором нашего последнего расставания. Так вот, имей уважение хотя бы ко мне и не заявляйся с такими словами после всего, что произошло. Мы друзья — не более» Чон вовсе не любил такие концерты. Отпечаток накладывали как и личные обиды парня на Чонсу, так и вопиющая несправедливость в сторону незнакомца. Да, само собой, забава с поцелуем пришлась не по душе, но впутывать совершенно невиновного парня в личные разбирательства хотелось меньше всего. Парень выключает экран телефона, откладывая в сторону и не сразу замечает, что дыхание стало тяжёлым, а сердцебиение никак не может прийти в норму. Пара минут и всё станет как прежде. По крайней мере, на это у Чона есть надежда.

***

— Слишком громко дышишь, — по телу темноволосого пробегают мурашки, — лопнуть не боишься?       Чонгуку думается, что в прошлой жизни он явно поубивал сотню тысяч человек, раз этот вечер не перестаёт трепать нервы и выбивать из зоны комфорта. Совсем неважно, что стрелки часов почти дотянулись до четырёх часов утра, а его попытка остыть несколько затянулась. Выдохнув испуг, Чон поворачивается в сторону источника звука и почти срывается на нервный смешок. Где-то он уже видел эту блондинистую макушку и растрёпанные вещи. Лопнуть Чонгук не боится, а вот завыть от бессилия — очень даже. — Прости, пока не могу это регулировать, ползунок на теле не установлен, — непроизвольно иронизирует темноволосый, но вполне спокойно, когда сталкивается со своим нежданным собеседником, — не ожидал здесь вообще кого-то увидеть вплоть до окончания веселья.       Блондин уголки губ тянет вверх, когда слышит ответ на свои слова. Тэхён не отводит взгляда от брюнета и словно оценивает его на расположенность к дальнейшему диалогу. С одной стороны, он мог бы запросто развернуться и покинуть запатентованное место, а с другой… А что с другой стороны — парень ещё не придумал. Да и не придумает, если откровенно. Словно ему нужны были причины для своих действий. — Если бы не твоё громкое дыхание, я бы и дальше лежал дремал здесь преспокойно, — Ким видит, как брови, до этого ползущие к глазам, резко поднимаются вверх, — так что, теоретически, покой и тишину этого балкона нарушил именно ты. Я и вовсе подумал, что мне привиделось движение пледа в кресле, а это ты забился в него, как мышь. Чон, кажется, прокручивает в голове все события вечеринки и пытается отыскать тот эпизод, где упустил появление «местного» красавчика на втором этаже да ещё и в этой комнате. Тэхёна, признаться, такая усердная деятельность забавляет, но наблюдать за тем, как юноша, который пару часов назад прижимал к себе, сейчас донельзя растерян. Светловолосый хотел бы успокоить оппонента и заверить в том, что ничего противозаконного тот и не заметил вовсе. Это место оказалось единственным, где было возможно вздремнуть часок-другой, будучи не втянутым в студенческие плотские утехи. — Да ладно тебе, мышонок, — отмахивается Ким, вновь удобнее укладываясь на небольшом диванчике в противоположном углу балкона, — дыши уже, я же только заволновался о том, что ты лопнешь, а не просил быть тише. Тэхёну и вправду было всё равно на посторонний шум. По крайней мере, в данных обстоятельствах. Молодой человек ещё несколько секунд смотрит перед собой и прикрывает веки. Уснуть снова уже вряд ли получится, но и нужды смотреть в темноту совсем нет. — Меня Чонгук зовут. — Тэхён. — Будем знакомы, Тэхён. Старший странно улыбается этой мысли и мысленно цокает языком. Странно этот парнишка настроен по отношению к нему. Неужто поцелуй был столь плох и он растерял всё своё обаяние? — И я, мышонок.       Чонгук, вообще-то, представился с откровенным намёком на то, что приветствует только обращения по имени, но остался не понят. Хотя, верным будет сказать, проигнорированным. Тэхён всё очень хорошо понял, с самого начала. С этих нахмуренных бровей. Просто решил не брать во внимание. Чонгуку только и думается, что эта вылазка из укромной комнатки в общежитии испытала всё его терпение. Ведь сейчас он мог бы видеть уже десятый сон, а не наблюдать за тем, как лучи солнца плавно пресекают горизонт и поднимаются с рассветом. Эти четыре утра он запомнит вместе с именем уже знакомого незнакомца, которого сначала хотел окатить водой, потом «отстранял» от разбирательств с бывшим, а сейчас вот, познакомился.