Рыжее недоразумение, или Ты — заноза в заднице, Кейл Хенитьюз!

Какой он всё-таки милый, а я-то хотел отрезать ему голову и приколотить её к стене.

Джоан Роулиг

      Чхве Хан больше всего пожалел, что в руках у него была волшебная палочка, не бита, но, зажмурившись, всё равно представил, как замахивается ею и — р-раз! — отбивает коффл в лицо наглому слизеринцу. И — два-с! — ещё одному. И — три-с! — ещё. И битой по затылку — всем!..       Кейл же, и не подозревавший, какая участь могла его постигнуть, будь они на поле для квиддича, расправил широкие рукава мантии — не сплошь чёрной, как у всех, а расшитой серебристыми змейками.       — Вы готовы? — приподнял бровь профессор Кодьянг.       Кейл вместо ответа улыбнулся так ослепительно, что он даже поморщился — как и профессор Бернард, который больше не сводил с наглого слизеринца задумчивого взгляда. Чхве Хану подумал, что прошлой осенью он смотрел так же и... на него.       — Палочку, мистер Хенитьюз, — обманчиво мягко подсказал профессор Кодьянг. — Я не вижу в вашей руке палочку. А ведь она могла бы уже стать её продолжением — за четыре-то года!       По лицу профессора Бернарда пробежала тень.       — Кирпич, знаете ли, — продолжил, ничего не заметив, преподаватель Заклинаний, — который — сам по себе или с чьей-то лёгкой руки — должен упасть вам на голову, не будет ждать, пока вы поправите причёску — в отличие от меня!..       Чхве Хан перекатил в ладонях палочку.       По кабинету пронеслась волна шепотков.       — Поговорим о манящих заклинаниях, — вернулся к теме урока профессор Кодьянг, когда Кейл всё же вынул из кармана мантии палочку — длинную, не меньше пятнадцати дюймов, а то и больше. — Кто помнит, какое из них мы изучали на четвёртом курсе? — повернулся он к студентам. — Мистер Флинн?       О профессоре Бернарде — генеральном, между прочим, инспекторе! — все забыли.       Биллос Флинн — маленький, круглый и похожий на свинью-копилку слизеринец — поднял на преподавателя Заклинаний затравленный взгляд.       — «Карпе... Ретрактум»? — то ли спросил, то ли ответил он.       — «Карпе Ретрактум» мы изучали не на четвёртом, а на третьем курсе, — чуть не вздохнул профессор Кодьянг. — Ну что ж, раз мы и его вспомнили... мистер Тольз! — С лица слизеринца, к которому он повернулся, тут же пропала ухмылка. — Я смотрю, вы, как и мистер Хенитьюз, сегодня в настроении! Подни́мите и мне его? Что вы знаете о заклинании «Карпе Ретрактум»?       — Ну... — Нео Тольз послал Биллосу Флинну уничижительный взгляд. — «Карпе Ретрактум» — это... манящее заклинание?       — Как вы догадались? — без тени улыбки спросил профессор Кодьянг.       Нео Тольз пристыженно опустил глаза, а Венион Стен, с которым он сидел, презрительно скривил губы.       — Мистер Бекрок? — обратился профессор Кодьянг к старосте Слизерина. — Тут не улыбаться надо, а плакать, мистер Бекрок, — и не мне, а вам!..       Но Бекрока так просто было не смутить.       — «Карпе Ретрактум» — заклинание, которое притягивает либо цель к волшебнику, либо — волшебника к цели, — заученно ответил он.       Профессор Кодьянг коротко кивнул.       — Какое движение палочкой?       — V-образное.       — Мистер Хенитьюз, — обернулся он к уже заскучавшему слизеринцу, и тот поднял взгляд от ногтей. — Видите лавку перед собой? Я надеюсь, что да. Притяните её к себе!       Кейл опустил взгляд, но уже, хвала Мерлину, не на ногти, а потом поднял руку с палочкой:       — Акцио! — и лавку, опрокинув, подтащило к его ногам.       В кабинете Заклинаний стало тихо. Взгляды и слизеринцев, и пуффендуйцев, и даже генерального инспектора обратились к профессору Кодьянгу.       — Мистер Хенитьюз, — всё же сдержался тот. — Вы слышали, о чём мы говорили, пока вы... разглядывали свои ногти?       — О манящих заклинаниях, — пожал плечами Кейл.       Чхве Хан уронил голову на руки. Если бы он был преподавателем Заклинаний... нет, всё-таки ничего лучше биты ещё не придумали...       — Какие ещё заклинания вы знаете? — почти устало спросил профессор Кодьянг. — «Акцио», которое я так хотел услышать от ваших сокурсников, вы нам продемонстрировали... Что-нибудь ещё?       — «Карпе Ретрактум»? — склонил голову набок Кейл.       ...Профессор Кодьянг не успел ни возмутиться, ни вообще что-либо сказать. Кейл, развернувшись на каблуках, указал палочкой на... профессора Бернарда:       — Карпе Ретрактум! — и записная книжка вылетела из рук генерального инспектора.       Все затаили дыхание.       Кейл поймал её — и, вытянув руку, показал всем. Вид у него при этом был такой довольный, что Чхве Хан... глубоко вдохнул и выдохнул.       — Минус десять очков Слизерину. — По лицу профессора Кодьянга невозможно было ничего прочитать. — Займите своё место, мистер Хенитьюз.       Кейл, закатив глаза, бросил записную книжку профессору Бернарду — тому тоже было что сказать «мистеру Хенитьюзу», но преподаватель Заклинаний его опередил:       — И плюс... пять очков Слизерину, — огорошил он всех — и студентов, и самого генерального инспектора. — Я бы поставил вам «Выше ожидаемого», мистер Хенитьюз, если бы вы сейчас пересдавали у меня зачёт — за четвёртый курс, конечно же.       Как об стенку снитч. Кейл, пропустив похвалу мимо ушей, уже расправлял мантию. А то она, не приведи Мерлин, помнётся ещё!..       — Домашнее задание, — отвернулся от него профессор Кодьянг. — Напишите сочинение о видах и подвидах манящих заклинаний — от «Вверх» как самого простого и до «Акцио» как самого сложного, — ответом ему стал общий вздох. — И повторите отталкивающие заклинания, — добавил он. — Мы начнём с них наш следующий урок...       — Профессор Кодьянг, — подал голос профессор Бернард — и студенты, которые уже прятали палочки в сумки и карманы, замерли — каждый на своём месте. — Вам не кажется, что демонстрация студентами, пусть и бытовых, но всё-таки заклинаний... может быть опасна для них самих?       Чхве Хан закусил губу.       Профессор Кодьянг смерил профессора Бернарда взглядом.       — Для того мы и изучаем бытовую, как и вы — защитную, магию, — он отвернулся и от генерального инспектора. — Все свободны!       Чхве Хан подхватил сумку.       Позапрошлой осенью урок закончился тем, что профессор Кодьянг перенёс Эрика Уилсмана в больничное крыло.       Прошлой осень урок закончился тем, что Чхве Хан получил от профессора Бернарда выговор за использование, пусть и оправданное, защитной магии на уроке.       Сегодня всё закончилось без последствий. Но кто мог поручиться, что так будет и в следующий раз?..       Чхве Хан выхватил взглядом Кейла Хенитьюза и сжал в кармане волшебную палочку.

❾¾

      Чхве Хан чуть не упустил дракклова слизеринца. Догнал на ещё пустой винтовой лестнице, — и, схватив за ворот, прижал к стене.       Кейл только сдавленно охнул.       — Объясниться не хочешь? — процедил Чхве Хан, стискивая пальцы.       — Объясниться в чём? — приоткрыл глаз Кейл. — В любви?       Чхве Хан вспыхнул — и, чтобы ненароком не придушить чёртова слизеринца, всё-таки разжал пальцы.       Кейл сглотнул, схватился за ворот... и расправил его пальцами.       Чхве Хан, поморщившись, упёрся рукой в стену, чтобы слизеринцу и в голову не пришло отвертеться от разговора.       Но ему, конечно же, пришло.       — Какого драккла тебе от меня надо? — выдохнул он наконец.       — Не только мне, — дёрнул щекой Чхве Хан.       Кейл вскинул брови.       ...Выбора особо не было — ни у самого Чхве Хана, ни у Альберу Кроссмана с Розалин, которые уже ждали друга в женском туалете.       Но если он притащит туда Кейла Хенитьюза... нет, не так. Но если он не притащит туда Кейла Хенитьюза, тот может наломать дров где-нибудь ещё — и кто знает, чем это может закончиться для них всех...       Кейл Хенитьюз скрестил на груди руки.       — И что?       — И то. — Чхве Хан достал из кармана мантии палочку. — Иди вперёд.