Подарок

Рейджи замирает перед дверью в свой офис, чуть позади своего помощника, из-за чего тот тоже останавливается и разворачивается к нему. — А, заходи сначала ты. Масаки смотрит непонимающе на детектива, но не задаёт вопросов, зная, что причину подобной внезапной идеи ему вряд ли назовут, — молча вздыхает и открывает дверь, заступая сразу же за порог здания. Предположение Рейджи оказывается верно: внутри их встречает капитан Ягинума с кислым выражением лица, слишком явно давая понять, что чем-то недоволен. Вполне вероятно, что они имеют к этому отношение. — И где вас носит? — огрызается он вместо приветствия и пялится непосредственно на Томоюки. Рейджи думается, какой же этот парень всё-таки трудоголик, раз он прибыл сюда в новогодние выходные. — Стоило предупредить нас перед тем, как приезжать, — пусть и не особо охотно, однако Токисака всё же приходит на помощь моментально растерявшемуся Масаки, переключая внимание Ягинумы на себя. — Мы отлучались по рабочим вопросам. Бормоча что-то про то, что сейчас он сам должен отдыхать, но вместо этого приехал сюда, полицейский достаёт из кармана жёлтый конверт и бросает его на стол перед диваном, на котором комфортно устроился в ожидании этих двоих. — Результаты анализа земли из Тоямы и с мест преступлений, — Ягинума отвечает ещё до того, как Рейджи успевает задать вопрос. — Ради этого, к слову, пришлось заставить криминалистов отказаться от своих выходных. Детектив делает вид, что не услышал последнее предложение, — ну точно же ждёт, что его поблагодарят! — и берёт в руки документы. — Получается, есть большая вероятность, что все убийства совершил один человек, — заключает Масаки после того, как они прочитали и коротко обсудили новую информацию. — К сожалению, это нам всё ещё не даёт наводок на личность преступника, — Рёичи вздыхает и поправляет очки на переносице. — Только то, что глиняные куклы были сделаны по одной технологии. Рейджи собирается обратить внимание Масаки на другую страницу, когда случайно опускает взгляд к дивану и замечает рядом с ним на полу бумажный пакет. Ничего такого он в своём офисе не припоминает. — Ягинума, это твоё? Тот чуть хмурит брови и с очевидным намёком смотрит сначала на Рейджи, потом на Томоюки, который прилип к бумажкам в руках, а затем снова на Рейджи. «А прямо сказать не судьба?» — проносится в его голове. — Масаки, сделаешь нам чай? — Токисака внезапно выдёргивает документы у парня с невинным лицом и кивает в сторону кухни. — Вы серьёзно? — Томоюки спрашивает скорее рефлекторно: нагловатые просьбы «начальника» его уже не удивляют, и после кивка он направляется в соседнюю комнатку. — Надо же, какой послушный, — Ягинума проговаривает со смешком, как только дверь закрывается, а потом хватает этот пакет одной рукой и поднимается со своего места, поворачиваясь лицом к Рейджи. — Я устал видеть тебя постоянно в одном и том же галстуке, сенпай. Будь добр, в следующий раз надень этот. После этих слов Рёичи протягивает ему пакет, и детектив, не в силах поверить своим догадкам, заглядывает в него, и — да, там действительно аккуратно лежит новенький галстук. Тёмно-синий, наверняка хорошего качества в отличие от того, что обычно носит Рейджи. — И так ты поздравляешь людей? — он, конечно, просто дразнит коллегу: обычный, а не какой-нибудь подарочный пакет, совершенно не торжественная атмосфера и ворчание вместо банального «с Новым годом» — это всё очень подходит Ягинуме, осознаёт вдруг Токисака. — Но спасибо. Мне приятно. — Я и не хотел ничего дарить, но на эту тряпку уже просто смотреть тошно, — хоть мужчина и старается вести себя точно так же, как и всегда, Рейджи отмечает, как тот намеренно не поддерживает зрительный контакт. Это очень забавно. — Результаты анализа я вам отдал, так что, думаю, дальше вы и без меня справитесь. Рейджи молча наблюдает, как Ягинума направляется к выходу, и неожиданно для самого себя бросает перед тем, как тот переступает порог здания: — Увидимся позже. — ...Пока, сенпай, — ответ поступает после заминки в пару секунд, и дверь захлопывается. Масаки возвращается спустя ещё полминуты и вздыхает, завидя только Токисаку в комнате. — Мог бы и сказать, что чай пить не будет.