Собиратель Земель Русских

Пузатое судно бросило якорь на некотором отдалении от берега в одной и многочисленных бухтах полуострова. На суши их уже ждали. Впереди всех стояла группа из трех мужчин, в которых безошибочно можно было узнать греческих купцов. Их сопровождение в лице пары дюжин вооруженных слуг распределившись по берегу занимались слежкой за необычным товаром купцов. Весьма незаконным с недавних пор, с того самого момента как у полуострова сменились хозяева, которые не только с неодобрением смотрели на уважаемый и древний бизнес, они напрямую запретили его, обещая жестокие кары глупцам что осмелятся противиться их воле. –Приветствую уважаемый Бастрид, мы рады вашему прибытию. – с улыбкой поприветствовал выбравшегося из шлюпки ухоженного мужчину. На самом деле, многие, очень многие назвали его бы даже чрезмерно ухоженным, с манерой поведения больше схожей с женским нежели мужским. –Рад, рад нашей новой встрече Пастир. – любезно поклонился мужчина, улыбаясь белозубой улыбкой чуть выпячивая при ходьбе бедра. – Но право слово, выбор места встречи меня удивляет! Привычно удерживая на лице вежливую мину, купец развел руками намереваясь избежать этой неудобной темы. Однако купец не учел того, что один из его партнеров по бизнесу, не посчитает нужным молчать о сложившемся положении. –К сожалению, северные варвары пришедшие на смену варварам кочевникам сделали большую глупость. Видно, в силу скудности своего ума, они запретили торговлю варварами. Гость тут же выразил свои соболезнования и посетовал на всякую необразованную чернь с окраин цивилизованного мира. С трудом подавив в себе желание скривиться и обрушить на младшего партнера с проклятьями и чего уж скрывать кулаками, возглавляющий встречающих купец вернул себя в рабочее состояние. –К сожалению, - начал он, приглашая гостя проследовать за ним. – торговля людьми, кем бы они не были по роду племени, запрещена и за неё вменяются кары суровые. Потому не стоит задерживаться больше лишнего. Покивав, работорговцы приступили к оценке товара. К сожалению, несмотря на усилия греков добыть славянских девушек, ближайшие к ним представительницы этих северных варваров все как один относились либо к военному сословию, отчего были весьма кусачими целями, либо являлись подданными лично князя. С последними купцу и вовсе не хотелось даже в мыслях иметь дело. Те жили лишь в нескольких местах, охрана которых заставляла икать и более отъявленных авантюристов. –Что? – опытный глаз купца заметил какую-то неправильность в страже что охраняли повозки. – Вы чьи слуги? –Это не мои… - выступивший вперёд партнер по бизнесу получив по лицу кольчужной перчаткой свалился под ноги лже-слугам крича и прижимая ладони к лицу. Ошарашенный подобным развитием событий мужчина не сразу смог отвести взгляда от измазанный кровью ладоней своего товарища. Следующий удар выбил из него дух, сознание он потерял после того, как увидел быстро приближающийся сапог. В себя купец пришел от криков, кто-то кричал на греческом, однако раскалывающаяся голова не позволила сразу понять, что именно кричат. Ему понадобилось пару минут, чтобы прийти в себя достаточно для адекватного осознания происходящего. –НЕТ!!! НЕТ! НЕ НАДО! У МЕНЯ СЕМЬЯ!!! АААА!!!! Кха-хка-кха… Скосив глаза в сторону захлебывающегося мужчины, в чем голосе он узнал одного из своих охранников, купец почувствовал, как по его спине заструился холодный пот. На гальке пляжа лежали рядком полтора десятка их сопровождающих, в луже собственной крови что сочилась из перерезанных глоток, пачкая песок и мелкие камешки. Ещё трое слуг стояли на коленях перед мужчиной в старом пыльном плаще и платке, закрывающем всю нижнюю половину лица. В дали, если повезёт присмотреться, можно было заметить, как с корабля их гостя сбрасывают в воду тела. Чьи именно ему не было известно, но учитывая замершее рядом с ним военное судно русичей, можно было предположить, что кормом для рыб стала бывшая команда работорговца. –Хо-хосподин Пастир, вы… вы пришли в себя? – раздавшийся рядом слабый голос заставил купца резко обернуться насколько ему это позволяли веревки. Резкое движение вновь пробудило острую боль в его голове от чего не молодой уже мужчина зажмурился и прикрыв глаза глухо выругался, поминая старых богов благословенной Эллады что почему-то отвернулись от него. Выждав пока боль вновь утихнет, купец открыл глаза ища обратившегося к нему. К несчастью для него им оказался прибывший для покупки рабов Бастрид. Ещё недавно холенное лицо и ухоженная внешность, сейчас же представляла собой жалкое зрелище. Опухшее лицо, спутанные от спекшейся крови волосы, не отличавшиеся внешне от грязных сосулек, рассеченная кровоточащая губа и отсутствующий зуб. Вот таким предстал перед ним уважаемый человек из самого Константинополя. –Что же с вами уважаемый Бастрид, не помогли вам связи в свите Василевса? – не весело усмехнулся старый грек, ища взглядом своих товарищей. – Впрочем, как и мне не помогли мои. –Не ихите их. – промычал избитый работорговец. – Их забхали. Моргнув, купец с некоторым трудом разобрал что же ему хотел сказать, как он понимает, уже бывший бизнес партнёр. Вздохнув, он постарался отрешиться от звуков недалекой казни. Какое-то время они ещё поживут, прежде чем их бросят в лапы палача, но не долго, ровно столько сколько понадобиться для допроса, после чего повесят или четвертуют, в зависимости от установленной тяжести их вины. Какое-то время у них пока есть. Тем же временем сильно северней происходили события весьма важные для региона, в не малой степени спровоцированные силами Владимира. А именно всё сильнее разгоралась война между Великим Княжеством Литовским и Королевством Польским. Отвергнув в очередной раз предложения о мире и союзе поступившее от королевы Ядвиги, литовский князь, не желая окончательно утратить контроль над собственными поддаными стал собирать хоругви для войны против ляхов. По его задумке, дело должно было ограничиться несколькими локальными стычками, после которых был бы заключен мир и можно было бы возобновлять заигрывания с милосердной польской красавицей. К сожалению, он не учел, насколько обиженными на ляхов оказались некоторые его рода. Те не желая ждать, собравшись вместе с своими союзниками выставили свою армию, с которой вторглись в пределы своих польских соседей. Литовский князь было попытался тех остановить, но было уже поздно. Имения польской шляхты уже горели, те успели даже осадить город одного из родов обидчиков. Чем мгновенно вызвали ответную реакцию, запылали деревни и усадьбы уже литовской знати. Война разгоралась. Если же посмотреть чуть на восток, то там дела обстояли не менее интересно. Воспользовавшись тем, что относительно не давно, Новгород относительно недавно воевал с Переяславским княжеством и нанеся тому сокрушительное поражение. Ценой которому послужила земля бывшего некогда сильного игрока в политике Руси. Государство, которое ранее не уступало по территориям своему соседу, тридевятому царству или Суздальскому княжеству как оно было известно для прочих. С утерей территорий, город постепенно захирел, так и не оправившись от разгрома. Сам же князь, похоронив трех сыновей, вынужденный отдать свою дочку, тронулся умом уйдя в детство, где его потаенные мечты о месте выливались на окружающих как безобидная любовь к парадам. Да только для парадов тех, у него не было дружины. То немногое что осталось, едва хватало чтобы разбойников от города отгонять, да баб на рынках разнимать. Да и что защищать то, если от княжества остался город да две деревеньки, порой большей проблемой являлся город. Да и что там городом назвать то можно? Скорее большой деревней, от коей «столицу императора» отличали разве что некоторые оставшиеся каменные дома и крупные терема местных бояр. Каменные стены то новгородцы срыли после победы, а новые строить им не позволялось. Киевский князь же Владимир, с уважением обратившись к престарелому «царю-императору» заключил с ним военный договор по которому в Переславле появлялся военный гарнизон, а защита и все дела военные перепоручались дружинникам Владимира, который ради такого дела даже ввел специально для своего нового «союзника» отдельную сотню стражи, в чью подготовку добавили строевую подготовку, да не просто так, а перед «императором» лично. Они же и должны были охранять его и его дворец. И всё. Защитой территории княжества от вторжения извне и разбойников занялись две сотни ратников князя Киевского. Через некоторое время, хилый городишка должен был стать весьма ценным приобретением, через него пройдет торговый путь в Суздаль, а там и до Белого Моря потянется. Альтруизмом Владимир не страдал, как можно было предположить. Расчет князя Киевского был прост и понятен. Престарелый правитель Переяславля скоро умрёт, детей у него нет, а значит и наследников тоже и когда это произойдет, княжество тихо мирно отойдет тому, у кого там будут наикрупнейшие силы, то есть Киеву. Просто и элегантно, а главное никто не посмеет обвинить их в экспансии. Напротив, они верно следовали союзническому договору и защищали князя от всяких опасностей, ну а старость, все там будем. Сам же князь тем временем, отправился в Суздальское княжество. Официально, чтобы лично поблагодарить правителя своего северо-восточного соседа за помощь в постройке города, и это даже было правдой, однако единственной причиной для путешествия это не было. Была у него и другая задача, вернее даже интерес. О чем его и спросила недовольная жена с сыном на руках. –Ну и зачем тебе это захолустье? – недовольно произнесла царица, удерживая младенца на руках, что любопытными глазами следил за происходящим. – Мало ли у тебя бояр для таких дел?! –Луна моя, не гневайся попусту. – приблизившись к самым важным для меня людям в этом мире, я ласково погладил жену по щеке. – Мне нужны хорошие отношения с местными, тем более они нам сильно помогли. Не могу я отделаться очередным письмом и послом. Не с полуторавековым царем. Хм, интересно, а он как-нибудь связан с царем Берендеем? –Не меняй тему! – раздраженно повысила голос Фира, после чего тут же стала покачивать встрепенувшегося сына. – Тебе просто любопытно. –И это тоже. – не стал упираться я. – Хотелось бы самому оценить как старика, так и его наследницу дочь. Там виднее будет. –Дочь? – не хорошо сощурилась царица, после чего неожиданно расплылась в хитрой, чуть зловещей улыбке. – Ну что ж, дочь так дочь. Мне как раз не помещает новая рабыня в прислугу. Привезешь её до-ро-гой? –Кхм. – мне стало не уютно, очень. – Думаю не смогу, по слухам девица там уж больно себе на уме, всё мечтами грезит, о собственном бизнесе. Не думаю, что её подобное заинтересует. –Не волнуйся муж мой, - ещё злее улыбнулась она. – обычно такие самые покорные, они сами жаждут чтобы их контролировали и за ними ухаживали. Иди дорогой, иди. У тебя дела. Заметка на будущее, не возвращаться домой без подарка. Может оборотня какого по лесам отловить?!