(Не)удачная игра в лото

— Арс, ты серьёзно обиделся, что ли? Проведя по лбу в правую сторону, Арсений поправил чёлку и, раздражённо выдохнув, обернулся. После напряжённой партии в лото ему было просто необходимо проветриться, поэтому мужчина вышел на балкон. Но Антон нашёл его и сейчас стоял в дверях, беспокойно глядя на коллегу. Получив вместо ответа тяжёлый взгляд, Шастун сделал шаг вперёд. — Арс... Попов нервно дёрнулся, когда на его плечо легла тёплая ладонь. По правде говоря, почти всегда актёр уступал оппонентам в различных играх, но лото – лото, которое принёс он, на минуточку! – стало исключением. А тут ещё и сложились несколько факторов вместе, и Арсений чувствовал себя крайне уязвлённым. Особенную роль в этом играла история, которую он не завершил даже после раунда, хотя обещал. — "Арс, Арс", — передразнил Шастуна собеседник, отступая и отворачиваясь. Следующий его монолог был обращён уже к улицам, и казалось, что стоящий рядом Антон подслушивал. — Сначала перебивали, не дав поделиться важным для меня опытом. Личное от меня не каждый день услышать можно, знаете ли... Потом то, что в мою игру выиграл Поз, у которого и так два балла уже, а у меня ноль... Сжатый кулак Арса приземлился на железные перила, от которых раздался тихий "бом". Не успел он второй раз стукнуть уже посильнее, как почувствовал неуверенные объятия со спины. Чуть ускоренный темп сердца на миг снизился до нуля, а потом столь же стремительно выровнялся до привычного. Попов удивлённо вскинул брови и слегка повернул голову, когда щека Антона коснулась тёмных волос над виском, а непрерванные объятия из робких превратились в мягкие, согревающие изнутри. Гневные тирады тут же пропали из головы, словно их унёс слабый ночной ветер, шевельнувший чёлку Арсения и кудряшки Шастуна. — Помнишь, как я прозевал бочонки, на которых были цифры с моей карточки? — тихо спросил Антон, и Попов был готов поклясться, что услышал его улыбку. — Помню. И что? — Я играл внимательно. Арсений развернулся, встречаясь со взглядом смеющихся зелёных глаз. — Хочешь сказать, ты настолько невнимательный? — Хочу сказать, что всё видел. И всё замечал. Осознание доходило медленно. — Ты... поддавался? В ответ Антон лишь кивнул и снова улыбнулся, чуть сжимая плечи собеседника, на которых до сих пор лежали его ладони. — Но зачем? — История эта твоя... Ты сказал, что не злишься, но я же видел, что обидно тебе. Я понимаю – моя вина. Я виноват, перебил. Ну, не только я, но в том числе и я. Прошу за это прощения. Искренне. Я дурак, мне жаль, Арс, что задел по тупости своей. Постараюсь на эти грабли больше не наступать. А ещё ты так нервничал из-за Поза, что мне самому не по себе стало. И я решил... — Антош, не стоило... — Арсюш, не перебивай. Так вот, я решил, что нахер мне такая победа не нужна, если ты расстроенный сидеть будешь с нулём своим, а все остальные минимум с единицей. Если проигрывать, так вместе. Мне от проигрыша в свою игру не так грустно, как от созерцания тебя... таким. Вместо ответа Арсений подался вперёд, утыкаясь лбом в плечо друга, и наконец обнял его в ответ. Несильно, но необходимо. Антон усмехнулся, не переставая улыбаться, и прижал Попова к себе крепче. Приподняв голову, мужчина расположил её на плече Шастуна и едва слышно пробормотал: — Из-за такой херни я настроение подпортил, да? — Ага. Вздох. — Но не парься. Сделаем вид, что ничего не было, а ты всего лишь притворялся оскорблённым? Попов коротко рассмеялся и кивнул, щекой задевая шею Антона. Тот на мгновение сжал его в своих руках и, звякнув браслетами, отстранился, улыбаясь солнечно и невинно, как умел только Антон Шастун. — Пойдём? — Пойдём. И... Антон обернулся, вопросительно глядя в ожидании продолжения. — Я расскажу тебе ту историю. Снова эта уютная улыбка. А в глазах – солнечные блики, пробирающиеся сквозь по-летнему зелёные кроны деревьев. Хотя на оставленных позади улицах почти зима.