Грязный секрет

— София Анатольевна, — Иван осмотрелся. Просторную комнату наполнял солнечный свет, что так настырно проникал через белую тюль. На небольшом столике стояла полупустая бутылка дорогого вина, несколько тарелок с закусками и фруктами. Молодая девушка, в дорогом полупрозрачном халате, стояла около окна, держа в одной из рук полупустой бокал с алой жидкостью. Ее волосы растекались на хрупких плечах, тем самым закрывая вид на тонкую шею и большую часть спины. Глаза Ивана проходятся по тончайшим бёдрам и коленям. Она до сих пор молчит, не разговаривает с ним после их последней встречи. Старается не пересекаться с ним, когда сидит у Елены Васильевны в офисе. Игнорирует его, когда всё же пересекается с ним на парковке. Не замечает его, когда он стоит в метре от неё... — Что-то случилось? — помягче произносит Иван и делает нерешительный шаг вперёд, сокращая расстояние между ними на один несчастный метр. — Мама сейчас где? — её ледяной тон вызывает у мужчины негодование. — Я отвёз её в офис, — Иван сдержанно отвечает, пытаясь держать лицо непроницаемости. — Она попросила меня заехать к вам. — Быстро же мы перешли обратно на вы, — София медленно разворачивается к помощнику матери. Ступни скованно шаркают по прохладному полу и наконец-то подносят девушку вплотную к чужому силуэту. Бокал с вином оказывается на поверхности стола. Едва до ушей доносится глухой стук стекла, Иван наконец-то смотрит на нежные руки, что так бережно ставят посуду. Ладони ласково ложатся на его грудь, скользят вверх, на сильные плечи. Пальцы обхватывают гладкую шею и притягивают мужчину ближе к себе. Губы, вместо того, чтобы накрыть чужие, небрежно обхватывают тонкую кожу шеи. Иван начинает ненасытно оставлять болезненные следы и, слыша томный стон, делает самый больной укус рядом со скулой. Проворные пальцы скидывают с плеч халат, оставляя девушку в одном белье. Если бы Елена Васильевна только видела чем увлекается её дочь и её личный телохранитель... Если бы она только узнала, что они уже две недели встречаются как любовники и делят ложе два раза в неделю... Она бы убила обоих даже не разобравшись... София снова погружается в удовольствие, которое стремительно смешивается с болью. Она чувствует на своих бёдрах большие ладони и тут же отрывается от пола, повисая на мужчине. Ноги смыкаются на поясе мёртвой хваткой, не давая совершить никакого лишнего движения. Иван захватывает губами острые ключицы, зализывает кости. Эрекцированный член упирается прямо во влажное белье, оттого внизу становится невыносимо больно. В ушах гудит кровь, голова полностью отключается. — Давай в душ, — София страстно целует пересохшие губы, после чего стягивает с мужских плеч кожаную куртку. И Иван не спорит. Опускает Софию на пол, а после снова берет её на руки, удобнее располагая ту к своей груди. Софие ничего не остаётся, как обхватить его шею ладонями, примкнуть к его губам и оставить на них смазанный поцелуй. Иван вносит Софию в ванную комнату, опускает ту на пол, а сам тут же захлопывает дверь, поворачивая маленький механизм в замке. Пока девушка потерянно стоит посередине комнаты и с интересом смотрит за загадочными действиями помощника матери, мужчина торопливо стягивает с себя футболку и джинсы. Откидывает одежду в сторону и делает уверенные шаги в сторону душа. Кран поворачивает. Вода начинает шумно бежать по мраморным стенкам и полу. Она с теплом обдает нагое туловище. Руки сцепляются в кулаки, пока тело становить в пол-оборота. Тяжелый вздох вырывается сам собой. Иван расцепляет пальцы, медлит секунду и протягивает ей руку. София принимает её. Заходит за стекло и тут же прижимает к горячему телу. Дыхание становится прерывистым, когда губы вновь соприкосаются с её кожей. Женские руки обхватывают длинную шею, почти царапают её острыми ногтями. Но Иван не теряется. Хватает тоненькие руки за запястья и убирает их со своей шеи. Он разрывает их поцелуй, перекручивает Софию и беспощадно впечатывает её в стену, при этом выставляя руки вперёд, дабы смягчить удар. Девушка ахает. Встречается глазами с партнёром. Ненадолго всматривается в карий взор, что так тщательно изучает её лицо, которое находится так близко, а после буквально впивается в мягкие губы. Они стали мокрыми из-за воды, которая обильно покрывала тела. Новая волна возбуждения проходит по телам обоих. Ноги почему-то подкашиваются от наслаждения, но упасть вниз не позволяют заботливые руки. Иван чувствует короткую слабость в сладком теле, вследствие чего сразу располагает руки под оголенными бёдрами, обхватывает плоть. Иван пальцами движется к внутренней стороне бедра. Слегка отодвигает ткань кружевного белья в сторону, а сам стремится вперёд, проникает внутрь. Соня начинает под ним метаться. Тяжелое дыхание в губы - тому прямое доказательство. Но девушки хватает ненадолго. Её плоть слишком возбуждена, чтобы подолгу наслаждаться ласками, потому она кончает после нескольких грубых толчков, после чего укладывает голову на широкое плечо. Мужские пальцы покидают её. Иван даёт ей немного прийти в себя, после чего толкается уже членом. И снова протяжный стон, с нотками наслаждения. Они оба растворяются во времени. Не обращают внимание ни на что, кроме себя. Наслаждаются собой сполна, пока могут. Плевать они хотели на бизнес, на проблемы, на бессмертие. На всё. Только он и она. Только одно целое...

***

— Мне кажется, пора уже рассказать моей матери о наших отношениях, — София блаженно лежит на груди Ивана, пытаясь отдышаться после второго раунда. — Она убьёт меня, только узная, что я неровно дышал в твою сторону. Я уже молчу про секс, — одна рука приглаживает ещё влажные волосы, пока вторая ложится под голову. — Я тебя отмажу, за это не переживай, — острые ноготки вырисовывают непонятные узоры на вздымающей груди. Девчонка садится на матрас, прикрывает тело одеялом и делает глубокий вдох. — И что же ты ей скажешь? — с нескрываемым интересом бормочет мужчина, берёт Соню за руку и валит обратно на белые простыни, нависает сверху тела. Оно выглядило таким крохотным, по сравнению с ним. — А я пока не придумала, — цокает прямо в лицо любовнику Соня. — Дай мне время и мы вместе решим этот вопрос. — Как скажешь, — Иван вздымает одеяло. Комкает его и откидывает на пол. По-хозяйски располагает между бёдер Софии, закидывает её обессилившие ноги на свои плечи, а сам при этом двигается ближе к сокровенному. — Эй, — рука рефлекторно цепляется в тёмный волос и тянет голову назад. —Ты чего делаешь? — Сейчас узнаешь, — взгляд исподлобья на миг удивляет Соню таким напором, но когда губы проходятся по мягким, чувствительным складкам, она и вовсе забывается, снова проваливается в сладкие ласки...