Яблоко раздора

- Вечер в хату моему драгоценному вице-управляющему кампанией, - зло и громко отчеканил Джон, врываясь в кабинет Пола и громко хлопая дверью. Маккартни высоко подскочил от неожиданности на стуле, неудачно спуская на пол ноги, до этого мирно покоившиеся на столе, и умудряясь как-то удариться коленом об угол. Отвлекаясь на короткую боль, он молча растирал ушиб и не менее зло смотрел за мечущегося по комнате Леннона. Часом ранее в новоиспеченной компании Apple прошёл совет директоров, на котором обсуждалась организация важных вопросов. Так вышло, что четверо новых боссов не сошлись во мнении, в ходе чего завязалась несколько неприятная перепалка, главными сторонами которой, конечно же, выступали Джон Леннон в правом углу ринга и Пол Маккартни в левом углу. К консенсусу они в итоге не пришли, поэтому было принято решение перенести встречу на следующий день - все вышли в расстроенных чувствах. - Я так рад тому, что наше прекрасное собрание прошло в таком продуктивном ключе! - все еще громко и истерично восклицал Джон, капая на ковер иронией из каждого слова. Он вышагивал широкими шагами из одного угла в другой. - Блядь, что ты доебался до меня? - зло зашипел Пол в какой-то момент. - Глаза б мои тебя не видели. И я думаю, мы согласны в этом желании. - Очень, мой любимый коллега! - продавливая голосом большинство слов, он подскочил к огромному дубовому столу, упираясь в него руками. - Я- - Хватит из себя строить, - исподлобья коротко перебил его Маккартни. - Говори по делу. - Хорошо, - уже обычным голосом ответил Леннон, прожигая в собеседнике дыру взглядом. - Искренне послал бы тебя нахуй после собрания, но ебал я твои усы, эти гребанные блестящие глаза, блядскую челку и ебаный нос, кажущийся ещё тоньше и белее из-за тёмных волос. Пол глубоко вздохнул, прикрывая глаза. - Ебаться хоч-шь? - со сложным лицом, тот задрал одну бровь наверх и откинулся на спинку стула. - Очень, мой непревзойденный соавтор! - съязвил Джон, хлопая по столу и снова начиная летать по кабинету. - Как мы польщены вашей ценной заявкой, мы пренепременно рассмотрим в её самое ближайшее время и будем помнить, как важен для вас ответ... - подчеркнуто вежливым голосом отвечал Пол, опустив глаза в стол и начиная перебирать какие-то листы. - Макка! - рыкнул тот. - Я прям щас тебе поляну накрою, да? Перекусить не хочешь для начала? Ах, или, может, музыку включить? - в тон ему раздражённо вскинулся Пол. - Да в пизду, - Джон метнулся к столу. - Трахаться в офисе - ну что может быть обыденней? - Пойди ещё кому-нибудь расскажи, - холодно посмотрел Маккартни из-под полуприкрытых глаз. - Ой, прям сам никогда так не развлекался? К боссу в кабинет без разрешения не зайдут... - Леннон медленно опускался взглядом всё ниже и ниже. - Так. Вали к секретаршам, - Пол резко встал и тоже оперся о стол. - Ой, наш правильный Поли действительно никогда себе такого не позволял? Туалеты Гамбурга, но не офис? - наигранно удивился Джон. - Так, блядь, вали, я сказал. Теперь они смотрели друг другу в глаза, и каждый стремился переубедить второго. Секунда. Леннон отводит взгляд и впивается им в губы напротив. Другая. Маккартни сжимает челюсти и смотрит на опущенные глаза, загорающиеся искрами. Движение головы в сторону. Джон облизывает и кусает нижнюю губу, выпуская блестящую мягкую розовую кожу. Движение происходит так быстро, что Пол не успевает опустить взгляд вниз, но схватывает его на периферии, и тут же прикрывает глаза. Хитрая ухмылка. Пол чуть отклоняется назад, Джон мгновенно отклоняется вперёд на то же расстояние. Холодный, злой взгляд. Леннон снимает очки, откладывая их на край стола, и начинает разминать шею. Шаг в сторону. Маккартни отворачивается и идёт к двери. Джон замирает в ожидании. Сдавленный голос в коридоре: "Ко мне никого не пускать." Щелчок замка. Победа. - Ну? - Леннон поворачивается на месте и игриво смотрит мутными, русалочьими глазами, кокетливо опираясь за спиной руками о стол. Он выставляет вперёд грудную клетку и бедра, где уже виднеется заметная выпуклость. Маккартни, сделав пару шагов, с пролетарской простотой впивается в губы напротив, мгновенно превращая поцелуй во влажное смешение языков. Он руками раскрывает челюсти партнера еще шире, и тот с энтузиазмом отвечает. Они не стесняются стекающей слюны и делают это развязно, грязно и самозабвенно. Доходит до того, что зубы с глухим стуком ударяются друг об друга, и Пол в порыве переполняющих его эмоций прикусывает нижнюю губу Джона. Леннон болезненно восклицает, ощущая жжение, но лишь сжимает его затылок и продолжает вылизывать рот партнера, проходясь языком по кромке зубов с легким чувством беспокойства за собственную сохранность, когда забирается кончиком глубже, но со сногсшибательным удовольствием. Пальцы, сталкиваясь с чужими запястьями, тянуться к пуговицам, воротникам, шеям, хватают, сжимают, расстегивают, ощущают. Ткань летит на пол и собирается складками в углах комнаты. Один лишний и глупый ремень звенит, и скрывавшаяся за ним пуговица прекращает выполнять свою функцию. Молнии на ширинках с глухим коротким жужжанием разъезжаются, и брюки падают. Две крепкие ладони разворачивают плечи от себя, бедра врезаются в стол, а живот чувствует прохладу дерева. - М-м? Сегодня будете брать сзади, босс? - воркует Джон. Пол же вместо ответа просто отправляет пальцы левой руки ему в рот, и тот принимается с энтузиазмом их облизывать, обильно покрывая слюной, играя с ними языком. Маккартни легко сдергивает нижнее белье - своё и чужое - и делает пару движений на своём члене, чувствуя пробежавшую по позвоночнику дрожь, когда касается головки. Он высвобождает пальцы, чтобы начать разрабатывать партнера, и дразняще обводит его вход. Леннон ахает и шумно выдыхает, сдерживая стон и пытаясь при этом потереться о стол. Сначала один, а следом и второй палец опускаются в него, последовательно растягивая стенки и ощущая манящий и подрагивающий жар тела. Ему чертовски нравится, как это делает Пол. Словно со злости, как бы нехотя, с поспешностью в запястье, но донельзя аккуратно и внимательно. Встречая третий палец, и все вместе на простате, Джон глухо воет, больше наваливаясь на стол и протягивая руку к противоположному краю, чтобы со всей силы в него вцепиться. Пол накрывает его спину собой и кусает шею, тяжело сопя над ухом и упираясь твёрдым достоинством в бедро, создавая некоего рода рекламу того, что вскорости будет с Джоном и включая в его мозгу цветастую вереницу пошлейших картин. Свободная рука тянется к чужой груди, на которой Маккартни безжалостно выворачивает тугие, набухшие соски. Леннон в последнюю секунду чудом сдерживает крик, но скалится, щурится и закрывает себе рот ладонью. - Да давай уже, - выдыхает сквозь сжатые зубы Джон, чувствуя, что пальцы двигаются в нем свободно. - Что, прости? - звучит как будто издевательски ясный голос. - Вставь в меня, - отчаянно и глухо заявляет он. Мучитель внезапно прекращает любые движения и отпускает Леннона, в недоумении выдыхающего и вскидывающего бровь. Он делает короткий шаг сторону, нетерпеливо запуская руку в какой-то ящик, откуда достаёт вазелин. Крышка с глухим треском соскакивает, и вязкая субстанция равномерно распределяется по твердому, пульсирующему члену долгими, внимательными движениями ладони. - Хочешь мой член, а? - внезапно игриво шепчет Пол над ухом, двигаясь между раскрытыми бёдрами Джона, заставляя его нетерпеливо втянуть воздух. - Да... - тянет тот, судорожно сжимаясь в предвкушении. - Да и все? - Да, я хочу твой вполне привлекательный, достаточно удобный член в своей восхитительной заднице, - озорно откликается Леннон, бросая на партнера блестящий, издевательский взгляд. - Сволочь, - ухмыляется он. - Ну теперь молчи, Джонни, - густым басом, повелительным тоном говорит Маккартни, выпрямляясь и свободной рукой прикрывая партнёру рот. Тот в восторге слегка прикусывает чужой палец - такой тон сводит его с ума. Он рассчитывал на определённый сорт секса после ссоры на собрании, но этот расклад находился за гранью его мечтаний. Пол, потратив считанные секунды на то, чтобы пристроится сзади, медленно толкается вперед и два тихих, долгих мычания раздаются в унисон. - Давай-давай-давай же, - сумасшедше шепчет Джон, пока Пол даёт ему время привыкнуть. Леннон суматошно подаётся назад, тяжело дыша и стараясь обернуться, чтобы посмотреть, что происходит сзади. В ответ - стремительный толчок бёдер вперёд. Ещё один. И ещё один. Тяжёлый, медленный, продирающийся сквозь плотное тепло, идеально обхватывающее член. Спина изгибается в удовольствии, голодные ребра двух подчеркнуто худых из-за образа жизни людей выступают наружу, распираясь изнутри втянутым воздухом. Одни руки упираются в стол, чуть приподнимаясь и фиксируясь, чтобы с полной отдачей включиться в ритм, отвечая на каждое движение встречным и увеличивая ритм. Даже здесь и сейчас, несмотря на иллюзию подчинения, Джон управляет процессом, требует, направляет и продолжает жаждать, чтобы управляли им. Вторые же руки занимаются тем, чтобы с одной стороны глушить рвущиеся стоны партнёра, а с другой - впиваются в бедро, создавая другую почву и основу для своих движений. Но в определённый момент задача корректируется - с бедра рука перемещается на изголодавшийся член, давно истекающий вязкой смазкой. И Джон протяжно воет, наконец получая столь необходимую фрикцию, и окончательно теряет голову, отдавшись двум типам стимуляции. Пол скользит по нему влажной рукой, уделяя время на то, чтобы внимательно исследовать головку во всех её деталях, надавить на основание и сжать подтянувшиеся яйца. Они набирают отчаянный ритм, и уже слышны шлепки кожи о кожу, мычание и вздохи наполняют комнату, раскаляя воздух, порой срываясь в короткие всхлипы. Леннон вращает бёдрами в жгущем стремлении, чтобы член попал по простате. Брови у обоих сведены над переносицей, а Маккартни беспрестанно терзает нижнюю губу, стальной силой воли не позволяя лишним звукам сорваться в воздух. Внезапно руки полностью отпускают тело Джона. За секунду замешательства он успевает глубоко вдохнуть через рот и немного приподнять над столом. Секунда - и его покидает член, чтобы в следующее же мгновение ладони снова схватили его плечи и развернули к себе. Пол набрасывается на него с жадным поцелуем, во время которого усаживает на стол. Минуту руки хаотично блуждают по чужым телам. Забираются на скалы позвоночников, на холмы плеч, обрисовывают формы груди, ласкают животы, поглаживают болезненные, обильно текущие стояки. Губы как будто борются за право прикоснуться к чужому телу пониже, постоянно прерывая друг друга и заставляя спины попеременно сгибаться и разгибаться. Пол вновь с чувством оттягивает соски партера и усеивает его грудь поцелуями, зная, как тот это любит. Джон отчаянно вжимается в его голову, обхватывая руками и теряя пальцы в волосах. - Да, Пол, ещё..! Ещё-ещё, вот же блядский твой язык... Но минута проходит, и Маккартни раскладывает Леннона на столе. Картина просто чудесная, он даже секунду ей любуется: все бумаги и предметы, опрокинутые и разбросанные, смятые и скинутые, создают великолепный фон хаосу в лице Джона. Он лежит чуть изогнувшись набок в убийственном желании и стремлении, протягивая руки вперед и обхватывая чужую талию ногами. Его лицо выражает мольбу и нетерпение, а член гордо и высоко стоит, блестя каплями выступающей смазки. Без лишних слов Пол просто входит в него опять, и на этот раз Джон сам закрывает себе рот. Маккартни вдавливает его в стол рукой, чуть опираясь на круглое, красивое плечо, тем самым фиксируя на месте. Леннон вовсе теряется в ощущениях. Пол работает под правильным углом, с каждым толчком попадая по простате и доставляя какое-то блядское удовольствие, когда начинает второй рукой ещё и надрачивать член, с той же расчетливой беспристрастностью задевая чувствительные места. - Сильнее, блядь, сильнее, войди глубже..! Всего через несколько мгновений такого ритма Джон напрягается всем телом, чтобы сразу следом обильно кончить себе на живот, изливаясь в руку партнера вязкими струями. Его страдальческий стон теряется где-то в кулаке. Совершенно не стесняясь, Пол выпрямляется, грубо хватает его за бедра и начинает буквально вдалбливаться в Джона. Леннон крепко хватается за его предплечья, а его член подпрыгивает с каждом толчком. Маккартни начинает яростно хрипеть и мычать, еле сдерживая голос, пока партнёр изо всех сил сжимается вокруг него. Джон чувствует себя невероятно хорошо, когда Пол так бесстыдно использует его, чтобы получать удовольствие. Он тихо скулит, когда тот входит в него ещё глубже и резче, и ощущает тонкий холод укуса длинных белых зубов на своём плече, пока внутренности заполняет сперма. На это мгновение Пол вовсе задерживает дыхание, но потом медленно выдыхает весь воздух из лёгких, щекоча кожу Джона, который откидывает голову на стол и расслабленно прикрывает глаза. Леннон чуть вздрагивает, когда Маккартни выходит из него, и расплывается в короткой улыбке, когда тот совершенно внезапно для этого дня нежно целует его в припухшие от прошлых укусов губы. - Как мило, - прокомментировал он. - Мгм, одевайся, - бросил Пол, когда, оторвавшись, кинул на него быстрый холодный взгляд и присел, чтобы поднять брюки. - Что? Эй, а где вот эти все нежности? - резко сел Джон в возмущение от того, что ему не благодарны за предоставленную шалость. - Сопли, слюни - ну то, что ты обычно делаешь после секса? - Че? - прозвучало искренне недопонимание, и пара глаз в замешательстве забегала по кабинету, пока руки застегивали пуговицу брюк. - Ты имеешь в виду... что? Леннон замялся. А действительно, что? Когда они делали это в общественных местах, у них обычно не было времени ни на что после полового акта, а когда они делали это в постели, они немного валялись рядом, если звезды сходились. Тогда Джон обычно любил как-то пристать или посмеяться, если говорить как он, устраивать «сопли, слюни», Пол никогда это не инициировал - может быть, с девушками, но не с ним. Данный случай не предполагал немедленного освобождения помещения, но и кроватью не располагал. Потребность в растягивании послевкусия, хоть немного, и в благодарности смешались на языке и просто выпали в виде претензии. - Спасибо хоть скажи, - тупо ответил он и попытался пошутить: - Можешь заплатить за сервис. - Ага, щас, бегу к кошельку и падаю, - хохотнул Маккартни, разбирая на полу рубашки и кидая Леннону, сидящему на столе, его брюки. - Вот если бы ты мне отсосал, тут было бы за что платить... - А что, хочешь? - игриво вскинулся Джон, спрыгивая, надевая на ощупь найденные очки и расправляя одежду. - И вообще, что ты в меня, как в бабу, тряпками кидаешься - полотенца гони. - Блядь... - нахмуренно забубнил Пол, бросил застегивать рубашку и полез куда-то в шкафы. - Не заляпай только ничего. - Как меня заляпывать, так это ты первый, а как другие... - затянул Джон, но прервался, чтобы взять салфетки. - Ты от темы не отходи - хочешь или не хочешь? - Спасибо, не надо. Мне тебя на сегодня хватит, - спокойно ответил Пол, продолжая кидаться в собеседника его одеждой и собирать разбросанные бумаги. - Мне ещё с темой собрания разбираться. - Что? - остановился от процесса натягивания брюк Джон и непонимающе уставился на собеседника. - Что "что"? - переспросил Пол. - Макка, не шути так. Я чувствую себя брошенной женой. Так с Джейн будешь разговаривать, - нервно и изумленно ответил Леннон. - Что ты там вообще делать будешь? - Мне реально надо обмозговать вопрос. Ну что я тебе врать буду? - как ни в чем не бывало отвечал Маккартни, продолжая собирать с пола листы. - Нет, ну хоть бы уделил внимание гостю! - жаловался Джон, надевая рубашку. - Я что, уделил тебе недостаточно внимания? - короткий яркий взгляд. - Ну разве ты не должен испытывать расслабленное удовольствие? И быть хоть чуть-чуть благодарным мне за него? - Ну ты же сейчас бесишься. - Потому что ты себя так ведёшь. - Я чувствую, - перебил его Пол. - Что должен лазать на корточках, чтобы собирать бумаги - не мои, между прочим - усталость и то, что хочу тебя побыстрее выпроводить, потому что собрание было сегодня, и я все ещё чудесно помню, что на нем было. - Ох, ну давай оставим это в конференц-зале и просто забудем, - устало выдохнул Леннон. - Это тебе неинтересно кампанией управлять, - одернул его Маккартни, вставая и глядя на него сверху вниз, упиваясь дюймом разницы в их росте. - А я хочу работать. Джон решил вместо ответа резко сократить между ними расстояние. Он подошёл вплотную, сбивая Пола с мысли, и вдохнул. Полной грудью вдохнул запах его разгоряченного тела - такой густой, душистый и аж до мурашек приятный. Почувствовав лёгкий намёк на тяжесть в паху, он положил руку Полу на талию, любуясь его телом. Тот не успел застегнуть рубашку до конца, поэтому мягкая, приятная ткань сейчас красиво обрамляла его широкую очаровательную грудь. Маккартни на это вторжение начал выгибаться, стараясь отстраниться, но Леннон лишь взглянул на него с поволокой и затянул в поцелуй, вдавливая спиной в шкаф и перемещая руку с талии на задницу, мягко ее сжимая. Тот замычал и стал отталкивать его ладонями, которые с каждой секундой все больше слабели от умелых ласк языка. Через пару секунд, мягко отстранившись, Джон вытер запястьем нижнюю влажную губу и снова взглянул на Пола. - Джон, - сбивчиво выдохнул он. - Да? - Леннон сжал его через только что застегнутые брюки, массируя. - Ты что-то хочешь? - Джон, н-не нужно... - Нужно, дорогой, нужно... - шепнул тот ему на ухо и стал опускаться на колени, проводя рукой по голой груди и оставляя пару дразнящих поцелуев на животе. Джон провел кончиком носа по ширинке и почувствовал увеличивающуюся выпуклость, еще больше и резче улавливая мускусный запах и исходящий жар. Он, развязно поднимая глаза наверх - уж в чем, в чем, а в пошлых взглядах он был мастер - плавно расстегнул молнию и высвободил твердеющий член. Леннон аккуратно поцеловал розовую набухшую головку и широко провел шершавым языком, собирая появляющуюся жидкость. Маккартни судорожно втянул воздух, зажмурился, откинул голову назад и отдался ситуации. Как говорится, пусть будет так. Джон обхватил губами головку и стал с энтузиастом её обсасывать, забираясь языком в чувствительную щелку на вершине, надавливая, растирая и постанывая от удовольствия. Член тяжело и болезненно пульсировал у него во рту, вязко и отчаянно. Когда Пол вплел свои пальцы в его волосы подрагивающей рукой, он стал медленно опускаться, чувствуя, как головка скользит по нёбу в горло, и погружаясь носом в темные кудри. Постепенно он стал двигать головой вверх-вниз, проводя языком по выступающим венкам и выбивая все больше хриплых звуков из партнёра, ощущая, как пальцы сжимаются в его волосах. Сейчас Пол был очень чувствительным и легковозбудимым, о чем говорило то, как быстро у него встал, поэтому ярко отвечал и вздрагивал после каждого погружения собственного члена в горло партнёра и понимал, что много времени ему не нужно будет. Его голова отяжелела и загудела, пока он глубоко и размеренно дышал, тихо постанывая через пухлый приоткрытый рот. Леннон старался задействовать максимум своей техники и легко скользил заалевшими губами по влажной нежной коже, издавая мокрые, хлюпающие звуки и выбирая определённый темп, который сводил Маккартни с ума. Но сам Джон времени тоже не терял, расстегнув брюки и достав свой сочащийся, влажный и твердый член. Он дрочил себе умелой ладонью, с технической совершенностью, доступной только человеку, хорошо знающему собственное тело, пока сосал чужой член, чувственно стонал и хныкал, посылая вибрации по позвоночнику Пола, сходящего с ума. Леннон решил, что тоже должен отплатить партнёру двойной лаской сегодня, вспомнив старые добрые времена, поэтому свободной рукой стал сдергивать брюки с дрожащих бёдер. На секунду оторвавшись от члена, он облизал два пальца, дьявольски взглянув на ничего не понимающего Маккартни, снова обхватил губами ноющую головку и аккуратно пробрался пальцами к нежному входу. Подразнив его, он медленно вошёл одним пальцем, чувствуя пульсацию стенок. Пол дернулся и глухо взвыл, прикрывая глаза в сумасшедшем удовольствии. - Джо-он... Глубже... Да, да, нет, м-м... - бормотал он, сжимая и разжимая в кулаке пряди волос Джона, все время себя одергивая. Он чувствовал, как слабеют ноги и как горит грудь от того, что приходится сдерживаться. В него вошел второй палец и вместе с первым нашёл простату, начиная продираться через плотное тепло, двигаясь, растирая стенки и каждый раз прилетая в точку удовольствия. Двойная ласка явно оказалась слишком хороша, и через несколько сжатий нежной головки гортанью Маккартни выгнул спину дугой и, дрогнув всем телом, кончил. Леннон, сопроводив это очередным долгим стоном, проглотил и слизал все. - Пол... - зашептал он, вставая и упираясь в него стоящим и пульсирующим достоинством. - Пожалуйста... Пол принялся целовать его, чувствуя на языке собственный вкус и надрачивая чужую эрекцию, вовлекая Джона в тесное объятие. Тот отвечал, яростно двигая бедрами, и всего через несколько крепких и грубых движений кончил в руку Пола второй раз за день, громко всхлипнув и вцепившись в него изо всех сил. Они прижались лбами друг к другу, переводя дыхание. Через пару минут Пол снова вручил Джону салфетки, они застегнулись и оделись до конца. - Ну, будет у меня плата? - наконец лукаво спросил Джон, опять явно собой довольный, ссылаясь на их бывший разговор. - И что же ты хочешь? - улыбнувшись так же озорно, спросил Пол. - Один миллион воображаемых фунтов и поцелуй в щеку, - сказал Леннон и подставил раскрытую ладонь, подходя вплотную. - Держи, - Маккартни хмыкнул и накрыл его руку своей. - И за заслуги даже два поцелуя. Он нежно и медленно коснулся сначала одной слегка шершавой, а затем второй щеки Джона, хитро улыбающегося. - Ох, ну тогда я даже тебя покину и не буду больше приставать, - смилостивился Леннон. - Не может быть! - иронично воскликнул Маккартни. - Ну, как минимум, сегодня ты меня больше не увидишь - я спать поехал, - тот пожал плечом, ещё раз ярко улыбнулся и развернулся, направляясь к выходу. - Эй, Леннон, - окликнул его в дверях Пол, пока сам раскуривал сигарету, которую только что достал из пачки на столе. - Что? - Если бы я был на твоём месте, я бы попросил в оплату принять своё решение на собрании, - тот кивнул ему, садясь за стол и пуская дым. Леннон задумался, прикидывая, что в таком случае, он смог бы уломать Маккартни продолжить сексуальные развлечения, так как тот лишался бы отмазы. Но в итоге пожал плечом и взглянул на него поверх очков, проскальзывая через дверной проход. - Ты бы никогда не согласился. - Верно, - ухмыльнулся Пол. Дверь захлопнулась, и теперь он смог спокойно работать. Клуб дыма таял в воздухе, а сигарета продолжала пускать тонкие струи. Вот бы только не хотелось так спать. Он представил, как Джон будет лежать в кровати и дремать, устремив пустой взгляд в окно и откинувшись на стуле, чувствуя, как тяжелеют веки...