Новогоднее желание

Глубокий вдох, а затем выдох. Как учил Нил. Эндрю помнит новогоднюю ночь, помнит, как загадал понять Нила лучше в этом году, помнит Лисов, помнит пьяного брата, который держал свою девушку на коленях, чем вызывал подёргивание глаза у Эндрю. Кажется, он напился. Сильно напился. Обычно у него не было похмелья, но обычно он не пил сильно много. Какая-то странная боль пульсировала в ноге, хотя Эндрю не помнил, чтобы он где-то ударялся. – Абрам! Абрам, блять! – Его кожа соприкоснулась с чьими то руками, Миньярд дернулся к тумбочке, где хранил ножи, но вместо этого врезался рукой в стекло машины и машинально притянул ушибленную конечность к груди, потирая. Он повернулся к водительском у сидению, желая сказать Эбби, что она окончательно съехала с катушек, но Эндрю, вместо знакомого и родного, хоть и бесячего врача, увидел незнакомую женщину с туго заплетеным хвостом на затылке. – Абрам! – Машина, в которой они ехали, затормозила, и женщина потянулась к нему, тряся за плечи. Кое-как уйдя он нежеланного прикосновения, Эндрю потратил несколько минут, чтобы привести свое дыхание в норму. – Вы, блять, кто?! – Миньярд глазами искал чем обороняться. – Вижу, ты головой ударился сильнее чем я думала. – Женщина продолжила рулить одной рукой, а второй попыталась сжать запястье Эндрю. Тот отдернул руку, как от огня, все ещё не сводя взгляд с незнакомки. – Абрам, на следующем участке заправка. Затормозим и я тебя перевяжу. Эндрю застыл. Он не знал ее, не понимал где оказался. Голос был не его, на руках отсутствовали повязки, но на левом плече было четыре глубоких царапины, как будто он где зацепил арматуру. – Я серьезно. Я вас не знаю. – Эндрю повернулся к женщине и попытался вырвать руль. Она оказалась сильнее чем он думал. Психбольная, как ее окрестил Миньярд, дала ему такую затрещену, что он в стекло отлетел. Женщина остановила автомобиль и Эндрю сделал попытку как-то выскочить из него, но двери оказались заблокированы. – Абрам. Тебе приснился кошмар? – Она вновь попыталась коснуться рук, но Эндрю, быстро нажав кнопку блокировки, открыл машину и вывалился в поле за трассой спиной вниз. – Натаниэль! – Женщина выскочила за ним. Эндрю сидел на мокрой траве. По телу как будто прошел электрический разряд. Он огляделся вокруг и рванул к боковому зеркалу. Черные волосы, в глазах линзы, бровь рассечена там, где у Джостена шрам. Он тяжело и быстро дышал. Он обернулся на женщину, которая стояла позади него. – Сын. Все хорошо. – Первое слово отдалось болью где-то под ребрами, но сердце тут же пропустило удар. Эндрю никогда не спрашивал Нила о матери. У него был собственный триггер и он не хотел знать ничего о бегах Нила, только если тот сам не начинал рассказывать или же если они не играли в правду. – Мэри Хэтфорд? – Эндрю выдавил из себя несколько слов почему-то на корявом английском. – Совсем уже? – Она покрутила у виска, – после того, что было шесть часов назад, ты додумался назвать меня по имени? Ты бы ещё на все ебаное поле закричал «Папа, я здесь!». Абрам, ну должен же быть мозг? – Эндрю облокотился на машину. Он попытался ущипнуть себя, но кошмар не ушел. Миньярд ударил кулаком в дверь автомобиля и на него тут же посыпался мат от так называемой матери. Она буквально затащила его в машину, и заблокировав двери, тронулась с места. – Сколько мне лет? – Тринадцать. – Мэри вновь затормозила, оглядывая сына с уже большим беспокойством. Нил. Где Нил?! Эндрю старше на год, если Натаниэлю сейчас тринадцать, то псевдоЭндрю должен быть на год старше. Это период Спиров. Блять, где Нил?! *** Нил проснулся в кровати. Голова раскалывалась, тело болело. Он сел с тихим болезненным стоном, поясницу жутко тянуло. Нил думал, что он в комнате Колумбии, пусть он и не помнил как они туда добрались, но это была не его спальня и не его, блять, одежда. В голове быстро, как экспресс пронеслись вопросы и догадки. Он зажмурился и снова застонал от боли, прожигающей..пах. Какого хуя?! Нил поднялся с кровати, по пути натягивая футболку, лежащую у кровати, и пошел к зеркалу. Эндрю бы никогда ничего ему бы не сделал. Они даже не целовались после алкоголя, а тут. Нил отпихнул от себя не лучшие мысли и поднял голову на зеркало. Он подавился воздухом увидев свое отражение. Медово-золотые глаза и белые волосы. Это внешность Эндрю! Какого хуя?! Нил невольно подумал о том, сколько ещё раз прострелит этот вопрос у него в голове. Взявшись за волосы, он слабо потянул пряди, проверяя не парик ли это. В конце концов, может Ники неудачно пошутил? Нет. Не парик. Нил посмотрел на руки. Восемь свежих, не затянувшихся порезов на левой руке, совсем недавние, он поджал губы. Выйдя из ванной, которая, слава экси, находилась в спальне, Нил склонился к тумбочке. Две книги комиксов, собранный набор Лего, фонарик. Господи, зачем ему нужен был фонарик? Нил выругался и открыл ящик. Две очень специфические, по сравнению с теми, что носит Эндрю сейчас, повязки и четыре ножа. По два на каждую руку. Он шумно выдохнул натягивая хлопковую ткань на руки и морщась от боли, задевая порезы. Нил вышел из комнаты, стараясь двигаться бесшумно. Мало ли где он оказался. Белый ковролин грел ноги, а с кухни пахло выпечкой. Спустившись на последнюю ступеньку, он замер, оглядывая женщину, которая хлопотала на кухне. – Эндрю ты уже проснулся, – она мило улыбнулась ему, – я испекла твои любимые шоколадные печенья. Завтрак скоро будет. Нилу казалось, что он ее где-то видел, но где вспомнить не мог. – А вы кто? – Нил попытался быть как можно тактичнее, получалось херово. – Малыш, ты не выспался? – Да, наверное, да, – только сейчас Нил заметил как дрожит его голос. – Я же просила, – она посмотрела на него с укором, называй меня мамой. Нила передёрнуло. Хлопнула входная дверь, привлекая его внимание. Он не понял как вжался в лестницу и выругался, опустив голову. Дрейк положил пакеты с продуктами на стол, поцеловал свою матушку в щеку и подошёл к Нилу. Нил взлетел вверх по лестнице и рванул в комнату со всех ног. Дверь открывалась внутрь, поэтому первой мыслью стало сдвинуть шкаф, но он мягко говоря, не успел. – Братец, ты чего? – Голос Спира был притворно сладким. – Не подходи, сука. – Нил выставил нож, спящий в нем Мясник начал поднимать голову. – Ты же знаешь, что не надо пугать маму. И тебе понравилась ночь, я знаю. – Дрейк потянулся к шее блондина, но Нил отступил вправо, а затем рухнул за дверь туалета, не удержав себя на ногах. Вот сейчас он был в самом неудачном положение, лёжа на полу с отлетевшим в стену ножом, а Дрейк двигался на него, как неизбежное цунами. На лестнице послышались шаги, а затем Кэсс спросила, что у них происходит, Дрейк самостоятельно захлопнул дверь, оставаясь в спальне, а Нил заставил себя подняться и повернуть замок. – У него паническая атака. Пройдет, – Дрейк, судя по звукам обнял мать, – мы знали, что будет нелегко. – Да. ЭйДжей, малыш, приходи завтракать как будешь готов. Мать с сыном покинули комнату, а Нил так и остался сидеть у закрытой двери, стараясь нормализовать дыхание. Он сосчитал до десяти на трёх языках, их Нил, на удивление, не забыл и затем громко и шумно выдохнул, включая холодную воду и умывая лицо. Где сейчас Эндрю? Германия? Канада? Учитывая временной период, он с матерью должен быть где-то там. Или это произошло только с ним? *** Ему нужно было позвонить Нилу. Какого хуя у этой чудной парочки один телефон?! Эндрю должен был предупредить Нила. Своего Нила. Он был готов взвыть от бездействия, сидя в мотеле Шильтаха и охраняя окна. А какая от этого польза? Нет, теперь хотя бы Эндрю понимал паранойю Нила в отелях, где они останавливались, когда играли. – Собери вещи и проверь пистолеты. – О, добрая матушка Мэри вышла из душа. Какая прелесть. У Эндрю до сих пор болела щека и затылок от ударов психички. Почему Джостен не рассказывал ему о побоях? Эндрю достаточно громко фыркнул, чтобы его новая мать выгнула бровь. Неужели Нил боялся, что Миньярд возненавидит его мать? Правильно боялся. Эндрю взял пистолет в руку, а вот что с ним делать дальше понятия не имел. – Да что с тобой сегодня? – Мэри рыкнула на сына. – Хватит! Повысишь на меня голос ещё раз или поднимешь руку, позвоню отцу. Самостоятельно! – Агрессия Эндрю растеклась по комнате, как лава, а воздух показался наэлектризованным. Мэри Хэтфорд открыла и закрыла рот, а затем осела в кресло у окна и устремила свой взгляд на закат. *** Нил свалил вещи в сумку. Шкаф он действительно подвинул, но теперь Нил сомневался поможет ли он против Дрейка. Что он теперь должен делать? Сначала надо попытаться найти Эндрю. А он вообще существует? Нил закусил губу и закатил глаза, пытаясь почувствовать успокаивающее давление ладони на затылке и голос Эндрю. Сейчас этот голос принадлежал ему. Может записать на диктофон «я тебя ненавижу» и включать как мотивационную речь? Ладно, не впервой ему в окно вылазить. Нил закинул рюкзак на плечи, на всякий случай, обвязав каким-то черным шнурком, чтобы точно не слетел. Комната Эндрю была на втором этаже, а рядом с окном проходила водосточная труба. Зацепится и слезть, ничего сложного. Нил успокоил сердцебиение и руки коснулись холодного и мокрого металла трубы. Аккуратно сползти не получилось. На последнем полуметре Нил не удержался и упал, как мешок с картошкой, кажется, зазвенев костями. Интересно, Кэсс знала, что детей нужно не только печенюшками кормить? Он пролежал пару минут в позе звезды, ожидая пока звон в ушах снизойдёт до тихого жужжания и поднялся, откашливаясь. Уже была глубокая ночь и поэтому, когда окно в соседней с ним комнате, загорелось жёлтым светом, а в стекле показался мужской силуэт, Нил понял - пора делать ноги. Он дал деру. Нил умел бегать. Приятное жжение в мышцах появилось спустя двадцать минут постоянного бега в одном быстром темпе. Он заскочил в первый попавшийся фастфуд. В копилке Эндрю было чуть больше полторы тысячи баксов. Для четырнадцатилетки много - для Нила мало. По быстрому схватив бургер, он продолжил свой путь. Ему хотелось домой, в Пальметто, но вместо этого он свернул к парку, через который можно было пройти к аэропорту Окленда. Германия, Германия, ебучая Германия! Там произошла стычка с отцом собственной персоной, на которой Нил чуть не лишился левой руки. Блять, Эндрю. Скажи мне, что ты умеешь быстро бегать, пожалуйста.