Везунчик

      «На что я подписался?» — такие мысли крутились в голове Виктора с самого начала. Чтобы он и приютил у себя какого-то бедствующего паренька? Услышал бы кто — вряд ли бы так просто поверил. Но Элис, как оказалось, может быть довольно убедительной.       «Дэнни не доставит тебе проблем! — твёрдо заявила она. — Ему действительно нужна помощь, хотя он и старается не подавать вида. Тебе интересны ребята с бардаком в жизни? Пожалуйста! Вот тебе готовый экземпляр — изучай, сколько влезет! Плюс, какой-никакой новый опыт! Здорово же? Полагаю, вам будет интересно пообщаться, это будет для тебя чем-то новым, раз ты тут со скуки помираешь. Плюс, опыт в общении с человеком из не самой благополучной семьи. Ещё и доброе дело сделаешь. Одни плюсы!»       Хотя Виктор и Элис сблизились не так уж и давно, эта мелкая зараза успела понять, на что можно надавить. Видать, это всё же что-то по материнской линии.       Для большинства это было бы просто ужасной рекламой. Виктору же это всё действительно интересно. Его круг общения успел сильно поменяться. Вернее будет сказать, практически испариться. Почти все, с кем он общался раньше, остались в прошлом. Люди легко тянутся к красивым или богатым. А, если повезло в обоих пунктах, то становится ещё проще. И даже не особо важно, что из себя такой человек представляет.       Это так очевидно, что Виктор понял это ещё в детстве, начав постоянно нащупывать границы дозволенного. Насколько несносным надо быть, чтобы окружающие наконец открыли глаза? Так Виктор думал когда-то.       Однако сейчас, когда он многое переосмыслил, все эти люди превратились в скучнейший фон. Ему уже не интересно ни испытывать их на прочность, ни наблюдать за тем, как меняется их восприятие, ни просто насмехаться. Это всё осталось где-то позади. Сейчас лишь время от времени напоминают о себе старые привычки. Иронично, ведь стоило Виктору стать взрослее и спокойнее, как людей вокруг стало только меньше. Легко было лишь найти кучку идиотов. Найти же занятных людей, заинтересованных в личности собеседника, оказалось не так просто. Или личность всё ещё так себе.       В итоге, когда отсеялось всё лишнее, Виктор осознал, что ему несколько одиноко и скучно. Он не привык долго быть один. Но ему уже перестали быть интересны поверхностные связи. С некоторых пор Виктор стал усиленно налаживать отношения с родственниками, без конца извиняясь за всё то, что успел натворить когда-то. Но этого всего мало. Почти все однокурсники скучны. Работать без нужды и интереса — бессмысленная трата времени. С крепкой дружбой у него тоже не особо задалось. Виктор хотел бы многое в своей жизни исправить и наверстать упущенное, но с людьми всё сложнее, чем кажется.       Если верить Элис, что её друг может быть интересен, то соседство — это не так уж плохо. В конце концов, неугодного человека можно просто выставить за дверь при первой же возможности.       К тому же, хоть большинство людей и стало бы избегать человека, на которого, вероятно, сильно повлияла не совсем нормальная семейка, — это не тот случай. Виктору это как раз очень интересно. Его покойный друг Томас сильно поспособствовал такому любопытству. Сокрушаясь из-за того, что не смог вовремя помочь другу, Виктор сильно заинтересовался, как и чем живут люди, испытывающие сильное давление с разных сторон. Люди из бедных семей, с кучей проблем, которые могли бы решиться деньгами… те, кому повезло гораздо меньше. Как они себя чувствуют, о чём думают и, как относятся к жизни. В какой-то момент Томас решил, что он не нужен этому миру. И это событие так сильно повлияло на Виктора, что ему, возможно, впервые захотелось быть добрее и мягче к посторонним. Ему даже захотелось хотя бы кому-то помочь.       Хоть Элис и не была знакома с этой историей, она неплохо успела узнать своего кузена. Она заметила, что Виктор жаждет того, что кто-то другой назвал бы искуплением. Конечно же, любому дураку должно быть понятно, что никакие благие дела не изменят человека. Но, возможно, это могло бы внести хотя бы малую часть справедливости в этот мир. Возможно, это помогло бы Виктору хотя бы отчасти стать тем, кем ему хотелось бы быть. Возможно, однажды люди смогут смотреть на него сегодняшнего, а не на того идиота, которым он был. Помочь другу кузины — это капля в море того, что можно сделать, чтобы чувствовать себя лучше. Наивная позиция. Но честная.       «Тут где-то подвох?» — Виктор и сам повторял в своей голове вопрос Дэниела не один раз. Он не стал тогда отвечать, что всё дело в том, что он сам нуждается в таком человеке, как этот парень. Дэниел — лишь средство. Тут нет ничего более, чем простое эгоистичное желание побыть кем-то лучше, чем запутавшийся и озлобленный парень. Но говорить об этом ни к чему. Возможно, Дэниел со временем это узнает. В конце концов, беседы с ним выходят занятные. Виктор совсем не ждал, что его кузина окажется настолько во всём права.       Хватило лишь первого впечатления, чтобы понять, что ужиться с Дэниелом действительно будет не так уж сложно. Это человек, явно не желающий создавать другим неудобств, но и не жалкое пресмыкающееся нечто. Если откинуть все признаки того, что в жизни у Дэниела точно не всё в порядке, остаётся неплохой собеседник, обладающий чувством юмора, понятным и приятным Виктору. Хоть парнишка и беден, но в нём нет того, что так часто раздражает в тех, кому вечно не хватает денег. Он не стал смотреть на Виктора с ненавистью, вызванной завистью, как и не стал подлизываться. Обычно встречается одно из двух. Бедные часто сами не осознают, насколько их может озлобить тот факт, что кому-то не требуется никаких усилий, чтобы получить то, чего они добиваются с трудом. Сразу заметно, что Дэниел, прекрасно понимая своё место, всё же говорит в первую очередь с человеком, а не с кошельком. Он не игнорирует разницу в социальном статусе, но и не позволяет ей мешать высказывать то, что он думает.       Дэниел говорит с Виктором как с равным, а это то, что необходимо, чтобы с человеком было интересно. Этот парень, как и ожидалось, не спешит рассказывать историю своей жизни, но честно высказывается о многом. Искреннее и подробнее, чем обычно ожидаешь от едва знакомого человека. На простой вопрос он может ответить целым рассказом. Не всем бы это понравилось, но Виктору оказалось интересно слушать Дэниела. Сам он решил вести себя примерно так же. Знакомство оказалось довольно забавным и приятным.       Однако возникла одна маленькая загвоздка — Виктор явно пришёлся по вкусу Дэниелу. Элис не говорила об ориентации друга, но заметить интерес не слишком сложно, когда ты и сам не придаёшь большого значения полу. Поняв, что к чему, Виктор лишь усмехнулся. Забавное совпадение — большинство интересных в том или ином ключе ему людей не являлись гетеро. Дэниел просто не внёс разнообразие в эту статистику. Хотя Виктор сначала было решил, что это может стать небольшой проблемой, его новый сосед, кажется, не намерен предпринимать каких-либо действий. Просто неоднозначно смотрит и иногда в шутку флиртует. Это, естественно, ничего не значит.       Оно и понятно — кому нужна лишняя неловкость? Виктор решил помочь другу Элис, а не познакомиться с симпатичным парнишкой с целью переспать. Всё это не имело бы никакого смысла, если бы Дэниелу пришлось бы тут же искать себе другое жильё, чтобы больше никогда не пересекаться. А это было бы вполне ожидаемо, учитывая, что с отношениями у Виктора никогда особо не складывалось. Он и не пытался. Интерес почти ко всем очень быстро угасал, стоило только переспать.       Так что на какое-то время Виктор облегчённо выдохнул, поняв, что Дэниел не собирается усложнять отношения со своим новым соседом. Конечно, парень привлекателен. И с ним оказалось довольно весело. Как бы Виктор ни привык брать и делать всё, что вздумается, он уже какое-то время отказывается от многого. Просто в списке запретов будет на один пункт больше.       Конечно, всё это неважно, когда цель — задеть кого-то. Бенджамину ни к чему знать о том, как обстоят дела на самом деле. Виктор просто решил позволить себе небольшое ребячество — подразнить того, кто всё равно не станет слушать какие-либо доводы. Это была лишь шутка. Виктор просто немного поиздевался над Бенджамином.       Но в том числе из-за того разговора он стал так внимательно присматриваться к своему новому соседу. Сначала Виктор просто хотел понять, что могло связать Бенджамина с таким парнем. Красота? Она никогда не была приоритетом. Ум? Тоже мимо. Чувство юмора? Это вообще невозможно. Характер? Едва ли.       Оценивая всё это, Виктор незаметно втянулся в беседу с Дэниелом в первый же день его переезда. Однако он так и не понял, что же привлекло Бенджамина. Это попросту не тот парень, с которым бы связался такой человек. И из-за подобных мыслей возник новый вопрос: а что же тогда сам Дэниел нашёл в Бенджамине?       Как оказалось, с этим белобрысым, так всегда. Стоит задаться одним вопросом — тут же возникнет ещё несколько. Возможно, потому с ним Виктору оказалось довольно интересно. Зная Элис, он, конечно, мог предположить, что её друг вовсе не будет каким-нибудь убогим насекомым. Виктор ждал увидеть нервного и уставшего парня. Да, Дэниел такой. Но он вместе с тем ещё и довольно непосредственный и забавный. И ведь это, несмотря на его проблемы и некоторую депрессивность. Едва ли Дэниела можно назвать жизнерадостным, но с ним всё равно весело. Он не ноет, не обвиняет всех вокруг в своих проблемах. Даже с некоторой грубоватостью Дэниел вовсе не кажется обозлённым на весь мир парнем.       Виктор был глупее в этом возрасте. Ему потребовалось много времени и ошибок, чтобы прийти ко многому, что для Дэниела само собой разумеющееся.       У них разный социальный статус, разный жизненный опыт, разные характеры, но во многом схожие суждения, а общение естественно и просто. Это заставляет хотеть узнать ещё больше. Копнуть ещё глубже. Такого у Виктора не было уже довольно давно. Отнюдь не жизнерадостный парень оказался способен заставить с нетерпением ожидать каждого нового дня и нового разговора.       Потребовалось крайне мало времени, чтобы Виктор понял, что он слишком рано расслабился. Проблема вовсе не в том, что он нравится Дэниелу. Проблема в том, что это взаимно. И, чем больше Виктор с ним общается, тем интереснее и соблазнительнее ему кажется его сосед. В шутке, адресованной Бенджамину, оказалось куда больше правды, чем хотелось бы. Всего каких-то пара недель — и Виктор уже вообще не может выбросить из головы белобрысого парнишку.       Он даже поймал себя на мысли, что даже внешне Дэниел стал только интереснее. Сначала это был просто парень со смазливым личиком. Худощавый, но действительно привлекательный, одевающийся просто и однотипно, явно недорого, но со вкусом и опрятно. Теперь же он уже не просто симпатяга. Знание характера Дэниела способно вызвать диссонанс, когда смотришь на его милое лицо. Белокурый парнишка, с огромными светлыми глазами и пухлыми губами не кажется тем, кто может быть язвительным, а местами даже жёстким. Но он таков. Милый и невинный вид скрывает след не самой радужной жизни. Личико, кажущееся чуть ли не ангельским, становится куда интереснее, когда замечаешь, что лёгкая улыбка на нём всегда немного кривовата и почти всегда выглядит усмешкой циника. Очаровательные ямочки на щеках легко отвлекают от этого. Ясные серо голубые глаза могут быть просто ледяными, а под ними постоянный недосып оставил тёмные круги. Дэниел не просто милый красивый парень. Его лицо выдаёт усталость и привычку смеяться над собой, своими проблемами и всем миром, лишь бы не утонуть в унынии. И почему-то Виктору это вдруг кажется привлекательным.       Это всё ещё ничего не значит. Просто симпатия. Но Виктор уже просто не может продолжать смотреть на Дэниела как на простого занятного соседа. Особенно, видя встречный интерес в его глазах. Виктор ведь по-прежнему не хотел бы всё испортить. Не хотел бы, чтобы из-за влечения, которое может, как и обычно, оказаться лишь мимолётным, хороший парень был бы вынужден снова оказаться в трудной ситуации. Было бы проще, если бы Дэниел совсем не отвечал на интерес к нему. В конце концов, у него ведь есть Бенджамин, какими бы ни были между ними двумя отношения. И всё же новый сосед совершенно не скрывает симпатии к Виктору. Он запросто переходит от язвительных подшучиваний к лёгкому флирту и обратно, но никогда не переходит черту, сохраняя некоторую дистанцию.       Конечно же, несложно понять, что для Дэниела это тоже несерьёзно. Просто приятная забава. С Элис он ведь тоже общается в подобной манере — это, видимо, проявление симпатии к человеку, но не обязательно — влечения. Само собой, Дэниел тоже избегает лишней неловкости, а потому сильно не увлекается.       Но, чего он, кажется, не понимает, так это того, что он иногда ходит по тонкому льду. Весь этот шутливый флирт Виктору иногда очень не хочется спускать на тормозах. Его давно так не привлекал кто-либо, а тем более — парень. Ситуацию спасает только то, что Дэниел — друг Элис, находящийся в непростом положении. Виктора ведь не остановило бы ни то, что он школьник, ни то, что он с Бенджамином. Конечно, Дэниелу всего восемнадцать, но он не малое дитя, не понимающее, что творит и, как на него кто-либо смотрит. Он всё это видит и осознаёт — по нему заметно.       Хоть Виктор и постоянно напоминает самому себе о том, что надо держать себя в руках, постепенно становится только сложнее. Очередным утром, встретив Дэниела, выходящего из ванной, он в очередной раз подметил, что его сосед весьма осторожен. Виктор ни разу не обмолвился о том, привлекают его мужчины или нет. Но обычно парни не стремятся постоянно закрывать своё тело. Дэниел же, даже выходя из душа, всегда полностью одет. Возможно, это лишь из-за того, что он сам, не особо скрываясь, вовсю рассматривает обнажённый торс Виктора, если вдруг видит, как тот выходит из ванной. Только Дэниел вряд ли думает о том, что одни лишь его острые ключицы способны притянуть внимание и заставить захотеть к ним прикоснуться. Хватит лишь посмотреть на родинку чуть ниже его правого уха, чтобы шея парня показалась особо соблазнительной. Усталая улыбка вместо «доброе утро» приковывает взгляд к его губам. Эта осторожность не делает никакой погоды. Вообще. Желание никуда не денется, даже если всё тело будет закрыто одеждой.       Улыбнувшись в ответ, Виктор поспешил занять ванную. Все эти мысли заводят, хотя Дэниел, похоже, ничего не заметил. Прохладный душ должен помочь. В конце концов, это всего лишь привлекательный парень, живущий рядом. Всё это ничего не значит для них обоих.       Войдя в ванную, Виктор в очередной раз подметил, как сильно всё вокруг запотело. Дэниел всегда принимает исключительно горячий душ. Неудивительно, если вдруг он вечно мёрзнет с его-то худобой. Скинув одежду и встав под душ, Виктор переключил воду на более прохладную. «Подумать только — такой дохляк, а такой притягательный!» Для худого парня у Дэниела довольно широкие плечи. Вероятно, он был бы довольно крепким, если бы питался нормально. И всё же даже так он красив. Дэниел не похож на тонкого изящного эльфа. Его привлекательность заключается, в том числе, в его приземлённости. Виктор поймал себя на мысли, что всё же хотел бы увидеть его без одежды. Под рубашкой наверняка и не скажешь, но, кажется, у него довольно тонкая для парня талия, особенно в сочетании с широкими плечами. Несмотря на худобу, Дэниел совсем не кажется скелетом, обтянутым кожей.       Прислонившись лбом к стене, Виктор понял, что сейчас поможет или совершенно ледяная вода, или всё-таки разрядка.       «И почему я так хочу парня, который даже руки-ноги не особо открывает? Чёртова родинка на шее. Чёртовы ключицы…»       Дэниел только смотрел на Виктора, словесно выражал симпатию, но даже не пытался идти на физический контакт. Раньше этого было бы мало, чтобы так возбудиться. Но сейчас рука Виктора сама тянется к его члену, когда он вспоминает улыбку своего соседа. Такие пухлые губы, наверняка очень мягкие. Их должно быть приятно целовать. И должно быть приятно, когда они касаются члена. Должно быть здорово зарыться пальцами в длинные светлые волосы. А какой это был бы вид! Насколько тело Дэниела чувствительно? Какова его кожа наощупь? Стоило начать Виктору представлять всё это, как его рука начала двигаться, а перед глазами то и дело стали сменяться откровенные образы. Кончив, он выдохнул с некоторым раздражением.       «Блядь…» — тихо выпалил Виктор, ударив кулаком по стене. Получилось сильнее, чем ожидалось, и удар отдался пульсирующей болью в руке. Игнорировать это влечение сложнее, чем кажется. Тем более, что он не привык к такому. Секс всегда был просто сексом и не мог перерасти в проблему. По крайней мере, не в ту, которая бы могла так сильно волновать Виктора. Теперь же в его жизни появился Дэниел.       Когда Виктор закончил умываться и чистить зубы, он уже остался в квартире один. В рабочие дни так обычно и происходит. Дэниел уходит в школу раньше, чем Виктор уезжает в университет. Судя по тому, что из кухни всё ещё доносится аромат кофе, на этот раз он даже позавтракал — иногда забывает.       На кухонном столе обнаружилась кружка со свежезаваренным кофе и тарелка с парой сэндвичей. Перед ними же Виктор увидел небольшой стикер, на котором Дэниел написал записку: «Если не хочешь, просто убери в холодильник. Но я подумал, что от кофе ты не откажешься. Готовил себе и решил, что мне несложно сделать и на тебя. Пока что без яда, честно-честно!» Низ записки украсил маленький рисунок, мультяшного кота, улыбающегося и подмигивающего, несколько схожего с самим Дэниелом.       «Пф-ф-ф! — Виктор усмехнулся. — И кто кого должен тут угощать? Бедный, блин, школьник… Тебе полагается быть более жадным. Мажор не помрёт с голода, если ты не позаботишься о нём, дурачина. Нельзя же быть со мной таким милым…»       И почему вдруг стало жалко выкидывать какую-то дурацкую записочку?

***

      Хотя после отказа от прочих вредных привычек, Виктор начал курить чуть ли ни в два раза больше, ему никогда не хотелось дымить прямо в квартире. Он в жизни не был любителем прогулок, но выйти на перекур на улицу всегда было приятным ритуалом. Особенно, когда день такой тёплый и солнечный. Будучи трезвым, не мучаясь от похмелья и головных болей, Виктор стал больше внимания обращать на окружающий мир. Раньше ему едва ли было дело до погоды. Теперь ему есть дело вообще до всего. Это не всегда приятно. Но это и есть жизнь, если не убегать от собственного «я».       Достав заранее заготовленную самокрутку из портсигара, Виктор закурил, запрокинув голову и прикрыв глаза.       — Не поделишься? — Кайлу почти удалось состроить жалобный голос. С его-то хрипотцой.       — Кури своё говно или начни уже сам покупать нормальный табак, — хмурится Виктор, покосившись на друга. — Достал уже. Вообще-то это дешевле, чем покупать сигареты, если ты считать не умеешь.       В ответ Кайл лишь фыркнул и закурил свою сигарету.       Он один из немногих, с кем Виктор в итоге не прекратил общаться. Кайл хоть тоже вовсю отрывался некоторое время обратно, никогда не увлекался так, как его друг. Он никогда не терял голову. Хоть этот парень и кажется весёлым негодяем, он довольно неглуп и отнюдь не так плох. Уж точно не хуже самого Виктора.       Они познакомились ещё тогда, когда ситуация лишь начинала выходить из-под контроля. Кайл был первым, с кем Виктор решил провести эксперимент, в результате которого оказалось, что с парнями тоже бывает неплохо в постели. А также это первый человек, к которому у Виктора не пропал интерес после того, как они пару раз переспали. Они хорошо поладили, хотя от влечения уже почти ничего и не осталось.       Сначала Виктор хотел резко оборвать связь вообще со всеми, кто имел отношение к его прошлым ошибкам. Но в итоге он не пожалел, что дал Кайлу шанс, когда тот не прекращал пытаться связаться с ним. После смерти Томаса он стал единственным другом Виктору. Можно даже сказать, что отчасти Кайл тоже взялся за голову, но он никогда не собирался радикально менять свою жизнь. Он может себе позволить некоторую расслабленность.       Как ни странно, Виктор никогда не считал Кайла красавцем. Просто не в его вкусе. Его скорее привлекла уверенность в себе и харизма. Он просто был достаточно пьян и весел, чтобы согласиться попробовать переспать с тогда ещё незнакомцем. Кайл лишь немногим старше Виктора. Ростом он примерно такой же, волосы почти чёрные, как и глаза. Часть волос обычно собрана в высокий короткий хвост. Лицо вполне симпатичное, но не более того. Немного угловатое, да ещё и нос немного кривоват — когда-то в одной драке был сломан. Когда надо, Кайл умеет быть обаятельным, но его улыбка зачастую напоминает оскал. Можно сказать, что благодаря ему, Виктор понял, что возбуждает его не только внешность. Но в итоге у него не было никакого романтического интереса к другу, а найти общий язык — этого маловато, чтобы быть постоянными партнёрами без какой-либо романтики.       Кайлу же Виктор изначально нравился значительно больше. Но он со спокойствием и некоторым равнодушием принимает отказы. Он всегда старался жить легко и в удовольствие, не сильно заморачиваясь по мелочам.       — Ты чего такой резкий? — Кайл усмехнулся. — Таблетки пить перестал, дед?       — Если бы я перестал их пить, я бы давно сделал так, чтобы твой нос стал ещё более кривым, — Виктор выпустил облако дыма. — Просто приютил на свою голову одного паренька.       — Ты? — Кайл рассмеялся и уставился на своего друга с неподдельным интересом. — Приютил? За какие особые заслуги?       — За то, что он друг моей кузины, — раздражённо пояснил Виктор. — Она просила ему помочь. Парнишка учится, работает, а мамаша у него немного того… В общем, нужно было ему съехать, а дорого это нынче. Наверное. Вот, я и сдал ему свободную комнату за копейки.       — Та-а-ак… — протянул Кайл. — И теперь ты жалеешь, потому что он тебя бесит? Вот, поэтому твой психотерапевт и говорил тебе, что нужно чуть больше думать перед тем, как делать что-либо.       — Наоборот, — Виктор медленно затягивается, угрюмо глядя на друга. — Совсем не бесит. Ну да, блять, посмейся ещё! Очередной импульсивный поступок! Не отрицаю. Я просто хотел хоть раз в жизни доброе дело сделать. Смешно ему, блять. Будто бы ты сам не знаешь, что такое родители с ебанцой и, что в восемнадцать без денег трудновато приходится. Мне ли тебе про это рассказывать? Чёрт его знает, что случится с парнем, если не помочь.       В этом плане Кайл мог бы понять Дэниела гораздо лучше. В его семье тоже всё довольно непросто. И тоже бывали периоды, когда с деньгами приходилось напряжённо.       — И ты решил впустить домой незнакомца? — Кайл вдруг посмотрел серьёзно. — Я понимаю, что ты тут решил добряком заделаться. Молодец — нечего сказать. Но ты ведь понимаешь, что, если ты поможешь какому-то случайному пареньку, ты не исправишь того, что было? Он не Томас, Виктор. И тут ты ни в чём не виноват. И всё же решил поиграть в спасателя, а теперь бесишься?       — Иди на хер, — выплюнул Виктор. — Конечно, он не Томас. Они даже не похожи. И проблемы у них явно разные. И не бешусь я!       — Заметно, — Кайл хмыкнул. — Ладно, зайдём с другой стороны. Если он тебя не бесит, то в чём проблема? Чего ты такой дёрганный опять стал?       — Не знаю… — Виктор снова запрокинул голову, глядя в небо и выпуская дым. — Вроде как… я его хочу. Да и сам он мне нравится даже. Именно поэтому не хотелось бы всё испортить. Не хочу необдуманно спать с другом кузины, а потом разбираться с неловкостью, если вдруг он влюбится. Я же изначально помочь хотел, а не создавать новых проблем.       — Пхах! — Кайл снова рассмеялся. — Не хочешь необдуманно с кем-то переспать, но необдуманно пускаешь кого-то к себе жить? Так держать! Ха-ха-хах! Мне даже интересно, что за замечательный парнишка тебе покоя не даёт! Должно быть, он очень даже! Вот только ты его то спрашивал? Может, он вообще гетеро, и ты вообще зря страдаешь? Может, тебе ничего и не светит?       — Я не страдаю. И он не гетеро. Я могу понять, когда кому-то нравлюсь. Но блять… Он ещё даже школу не закончил! Ну переспим мы — и что дальше? Цель достигнута — интерес потерян? Как и обычно? Не хотелось бы, чтобы ему пришлось переезжать из-за того, что я его чем-то там обижу. Хотя он, конечно, не дурак, понимает, что секс зачастую ничего не значит. Но я же не знаю, какой будет реакция. А ему и так проблем хватает. Он, блин, не ест нормально и не спит. Работает до ночи, а иногда и ночью… И он довольно интересный. Не хочу всё портить. Я ещё многое узнать о нём хочу.       — Охуеть, — Кайл так весело заулыбался, что зубы его просто сами напрашиваются на кулак. — Да ты никак влюбился! Говоришь, что не хочешь, чтобы он в тебя втюрился, а сам… Хах! Ну ты даёшь!       — Смешно… — проворчал Виктор.       — Если смешно, то чего же ты так за него переживаешь, раз вы почти не знакомы? — с издёвкой спросил Кайл. — Мне стало ещё интереснее посмотреть на этого работящего школьничка. Где вообще нынче работают школьники, если он и ночью пашет?       — Учитывая, что ты всё так же любишь шататься по барам и донимать всех вокруг, ты даже можешь его знать, — Виктор усмехнулся, подумав о том, что если это и так, то его друг наверняка уже подкатывал к Дэниелу. — Говорит, что ему повезло понравиться владельцу бара и его взяли на обучение, когда срочно требовался новый бармен. Он тут недалеко где-то работает. Я уже ничему не удивлюсь. Этот парень мало с кем общается, но вдруг оказывается, что он не только близкий друг моей кузины, но ещё и встречается с Бенджамином… Так что я только посмеюсь, если окажется, что он уже успел тебя отшить.       — Почему сразу отшить? — Кайл почти натурально изобразил обиду. — Я ведь само обаяние! У меня вообще-то нет проблем с тем, чтобы подцепить какого-нибудь милашку.       — Пф! — фыркнул Виктор. — Сомневаюсь, что с этим милашкой всё так просто. В прочем, если он ещё не успел уйти на работу, то ты и сам убедишься.       Оба парня затушили свои бычки и выкинули их в урну. Виктор действительно уже не удивится, если эти двое знакомы. Мир действительно тесен. Когда живёшь в небольшом городке — это особенно заметно. Дэниел уже не первый год всё время где-то рядом, но познакомился с Виктором только пару недель назад.       К тому же с ним говорить легко настолько, что кажется, будто бы они уже всю жизнь знакомы. Влюблённость? Не исключено. Но Виктор, если и влюблялся раньше, то это было давным-давно, ещё в школе. И это не было чем-то серьёзным и долгим. Если сейчас всё то же самое — это лишь проблема, которая может усложнить жизнь парню.       Пока друзья поднимались по лестнице, Кайл просто не мог не заметить, что у Виктора и Бенджамина опять случился конфликт из-за парня. Действительно иронично. Жизнь вообще любит злые шутки.       Заходя домой, Виктор поймал себя на мысли, что на самом деле он не хотел бы, чтобы Дэниел оказался сейчас дома. Возможно, только потому они так долго курили внизу. Как бы он ни дружил с Кайлом, он прекрасно знает его. Этот парень иногда излишне настырный, а иногда и вовсе может позволить себе лишнего. Виктор ведь и сам был таким, пока не начал думать о том, сколько проблем это может приносить окружающим. Он предпочёл бы остаться в неведении, донимал ли его друг Дэниела.       Но эта мысль пришла слишком поздно. Дэниел возился на кухне, когда они вошли в квартиру. Когда же они прошли на кухню, он, не отворачиваясь от плиты, поприветствовал их:       — Привет. Я сейчас кофе попью и пойду на работу. Не знал, что ты сейчас придёшь с другом, так что только на себя готовил.       Дэниел выключил огонь под туркой и наконец повернулся. Когда он увидел Кайла, застыл удивлённо и настороженно. Такой реакции Виктор никак не ожидал. Кайлу же стало только веселее.       — Дэнни! — засиял он. — Совсем не ожидал, что это тебе Виктор сдал комнату! Надо же!       — А я совсем не ожидал увидеть тебя не только на работе, но и там, где теперь живу, — напряжённо ответил Дэниел. — Думал, хоть тут спокойно будет.       — Ты, как и всегда, просто прелесть! — Кайл сделал шаг вперёд, отчего Дэниел машинально вжался в стол, будто пытаясь с ним слиться. — Однако приятно видеть снежную королеву без рабочей вежливой улыбки.       — Иди на хер, — Дэниел нахмурился и поджал губы. — Если не отстанешь, я тебя свежим кофейком оболью. Согреешься после беседы со снежной королевой.       — Пха-хах! — Кайл рассмеялся. — Вот за это я и люблю тебя, малыш. Ты просто чудо! Не хочешь с нами посидеть?       — Мне тебя и на работе хватает.       Виктор с интересом послушал этих двоих. Не похоже, чтобы их что-то связывало, но похоже, что Кайл действительно достал Дэниела. Даже спрашивать не надо, чтобы понять, что один неоднократно пытался развлечься с другим. Хоть Дэниел и отвечает в грубовато-шутливой форме, он явно напряжён и смотрит на Кайла с опаской.       Само собой, Виктор знает, что его друг безобиден. Однако, вероятно, он действительно может кого-то сильно смутить своей назойливостью. Учитывая, что Дэниел упоминал о том, что он не особо силён в коммуникации с людьми, ему, должно быть, непросто справляться с таким вниманием. Раньше Виктор даже особо не задумывался о том, как подобное выглядит со стороны.       Налив кофе в кружку, Дэниел залил его молоком и в очередной раз недовольно посмотрел на гостя. Убрав пакет молока в холодильник и взяв свой кофе, он уже собирался уйти в свою комнату, но Кайл не захотел униматься:       — Ну же, мне так хочется поболтать с двумя моими самыми любимыми ребятами! — весело улыбнулся он.       — Отъебись уже от него, — спокойно, но твёрдо посоветовал Виктор. — У него нет столько времени на безделье, сколько есть у тебя. И он тебе явно не рад. И вообще… неужели ты знаешь вообще всех барменов города?       — Обидно, я же ему всегда щедрые чаевые оставляю, — Кайл удивительно мягко улыбнулся. — Ладно-ладно, я понял. Ну общительный я, что дальше? Знаю многих.       — Вот, в баре я с тобой и поболтаю за твои чаевые, — Дэниел растянул губы в чём-то, что, наверное, можно было бы назвать рабочей улыбкой, и тут же поспешил удалиться в свою комнату.       — И зачем же ты так достаёшь его, видя, что ему неприятно? — тихо поинтересовался Виктор.       — Как зачем? Это же Дэнни — милашка бармен. Моя любовь! Мы очень даже дружим. Просто он так забавно реагирует, когда я начинаю с ним заигрывать.       — Ты звучишь как старый извращенец с сальными шуточками, — нахмурился Виктор. — Никому такое не понравится. Если бы ты так заговорил со мной при первой встрече, я бы тебе врезал.       — А Дэнни не врежет, — весело заметил Кайл. — Но зубки у него острые. Я просто влюбился, когда вышел на перекур, а он выносил мусор и на очередную шутку пригрозил выколоть мне глаз. Разве не милашка? Вид у него был такой, что я почти поверил. А за барной стойкой он предельно вежлив и улыбчив. Идеальный работничек. Камеры, видишь ли. Но его взгляд, посылающий на хер — это что-то прекрасное! Тебе же тоже это нравится, а? Не строй из себя джентльмена. Я сначала немного удивился, а теперь подумал, кто же, как не Дэнни, может украсть твоё сердечко!       — Да, когда Дэниел позволяет себе побыть нахальным грубияном — это что-то, — признался Виктор с лёгкой улыбкой. — Хах! Глаз тебе выколет! Да, он просто чудо. И всё же не доставай ты его так. Выглядишь мерзко. У тебя этих твоих любовей всей жизни — пруд пруди. Приставай к кому-нибудь ещё. Серьёзно, это противно.       — Обижа-а-аешь! — Кайл вздохнул с таким драматизмом, на который только был способен. — Тут всё предельно серьёзно! Но ты знаешь, я люблю и тебя тоже, поэтому, так и быть, уступлю тебе! Раз уж ты даже его защищаешь, то тут точно всё серьёзно! Тем более, что я и без тебя, умника, знаю, что не нравлюсь ему. Ах! Два моих любимых человека под одной крышей! Так волнующе! Чувствую, как подсел на мыльную оперу!       — Какой же ты придурок, — Виктор улыбнулся, глядя на кривляния друга. — Серьёзно всё ему, блин! Я же сказал, у него что-то там с Бенджамином. И всё прочее…       — Отма-а-азки-и-и… — пропел Кайл, заговорщицки улыбаясь. — Знаешь, что забавно? Я время от времени захожу в бар, где работает Дэнни. Что бы ты там ни думал, я вовсе не всегда так себя с ним веду. Иногда мы можем поболтать, когда у него работы не слишком много. Он иногда что-то да рассказывает о себе, хоть и немного. Но он ни разу не упоминал, что у него есть парень. А ведь это самый простой способ хотя бы попытаться избавиться от навязчивого внимания. Можно ведь даже соврать. Как думаешь, насколько у него всё может быть серьёзно с этим мудаком, если он даже не использует его, чтобы избавиться от такого противного меня? Да и, если бы были хоть сколько-то доверительные отношения, малыш бы рано или поздно посетовал бы, что какой-то придурок его без конца достаёт сальным шуточками и предложениями перепихнуться. Какой нормальный парень не захотел бы помочь ему разобраться с этим? Но нет, я уже могу написать книгу о том, как Дэнни сам каждый раз худо-бедно разруливает любую ситуацию. Никто ему ни в чём не помогает. И он продолжает работать в баре, хотя и видно, что ему не по душе. Мне доводилось наблюдать, как у него начинали дрожать руки после очередного пьяного мудака. Малыш — молодец, конечно. Но он явно не полагается на какого-то там Бенджамина. Сам делай выводы, большой уже мальчик. Я и так тебе помог больше, чем следовало бы, учитывая, что ты уводишь у меня мою любовь.       Вот из-за этого Виктор в итоге и подружился с этим парнем. Кайл дурачится, иногда перебарщивает, а иногда вытворяет что-то такое, из-за чего ему ломают нос. И это не мешает ему быть действительно обаятельным. И при этом он ещё и гораздо умнее, чем кажется. Он неплохо разбирается в людях и быстро понимает, что к чему. Хоть Кайлу и не особо повезло с семьёй, из-за чего он никогда даже не пытался казаться кем-то с высокими моральными ценностями, он всё же никогда не был озлоблен. Этот человек куда более чуткий и добрый, чем любой ханжа, поучающих окружающих. И при этом он не начал ненавидеть всех тех, кто этого попросту не видит.       — Зря ты не хочешь идти учиться, — улыбнулся Виктор. — С твоими мозгами можно устроиться и получше. Я бы помог.       — Это уж я сам решу, — Кайл усмехнулся. — Ты и сам знаешь, что не всегда всё так просто. Хочешь побыть добрым, продолжай помогать этому грозному милашке. Глядишь, упростишь ему жизнь немного.       — И всё же Дэниел — действительно ходячее недоразумение, — тихо проговорил Виктор. — Кажется, его знают чуть ли ни все вокруг, а я только сейчас узнаю о его существовании…       — Говорю же, влюбился по уши! Держи в курсе, что там в этой вашей мыльной опере происходит. Интересно — просто жуть!

***

      Проблемы со сном — это, похоже, у Виктора и Дэниела общее. Только один не может нормально спать из-за того, что развлечения оставили свой след на ещё молодом организме, а второй — из-за того, что берёт на себя слишком много работы. Иногда Виктору удаётся хорошо выспаться. Но сейчас, после собственных мыслей и того, что сказал Кайл, уснуть оказалось непросто. Психотерапевту придётся работать и с новыми темами.       На второй час попыток провалиться в сон, Виктор решил, что без снотворного на этот раз не обойтись. Часы на прикроватной тумбе показывают уже почти два ночи. Дэниел уже должен был вернуться и сладко спать, но Виктор не слышал его возвращения.       Больше, чем за четыре года жизни где-либо, можно перемещаться хоть с закрытыми глазами по этому помещению. Виктор не стал включать свет, направляясь на кухню, а потому его внимание сразу привлёк свет за неплотно прикрытой дверью в комнату Дэниела. Обычно он закрывается на ночь. Виктор заметил это, когда хотел что-то ему сообщить одним утром, а он ещё спал. То, что Дэниел ещё не спит, а дверь в его комнату не закрыта — довольно странно.       Хоть Виктор и сам говорил ему про личное пространство, любопытство взяло верх, и он осторожно заглянул внутрь, тихо приоткрыв дверь чуть шире. В кровати парня нет. Виктор открыл дверь ещё шире и увидел, что Дэниел заснул прямо за столом, заваленным разными тетрадями и учебниками. Сложив руки на столе и положив на них голову набок, он тихо посапывает, что-то периодически неразборчиво мыча. В таком положении уж точно хорошо не поспишь. Из тетради не выйдет подушки.       Разбудить надо, чтобы переместился в постель. Но у самого стола Виктор замешкался. Глядя на лицо спящего Дэниела, можно предположить, что его сон отнюдь не безмятежный. Веки и рот изредка подёргиваются. Даже тело время от времени слегка содрогается. И всё же сейчас на него можно посмотреть чуть ближе, чем обычно. Дэниел уже переоделся в домашнюю одежду: огромную чёрную толстовку и чёрные спортивные штаны. Пряди светлых волос, выбившихся из хвоста, упали ему на лицо. Без задней мысли Виктор аккуратно убрал эти прядки ему за ухо, а потом осознал, что сделал.       «И что это было?» — пронеслось у него в голове. И тем не менее, Виктор присел на корточки, продолжая рассматривать лицо спящего. Он, наверное, впервые настолько близко, чтобы почувствовать его запах. Из приоткрытого рта пахнет мятой — точно зубы чистил недавно. От самого же Дэниела пахнет чем-то свежим. Виктор уже заметил, что он не любит особо пахучие мыла, шампуни и дезодоранты. Почти всё, чем пользуется Дэниел, или не имеет запаха вообще, или запах очень слабый и быстро выветривающийся. Виктор вдохнул приятный аромат, немного напоминающий запах чёрного чая. Захотелось остаться так подольше.       — Кто же в собственной комнате засыпает за столом, когда рядом удобная кровать? — Виктор прошептал это вслух, из-за чего Дэниел слегка поморщился и в очередной раз тихо что-то промычал. — Выглядишь как котёнок, уснувший чёрт-те как. И что же тебе такого снится? Кошмары? Если да, то интересно, из-за чего они? Мне лишь недавно перестали сниться. Смешно, да? Я видел много неприятного. Передоз, избитые тела, на которых нет живого места, да и просто люди, теряющие человеческий облик… а снилось мне всего-то мёртвое тело без каких-либо увечий. Никакой жести.       Почему-то ему захотелось сказать это, зная, что эти слова не будут услышаны. Может быть, случится так, что они ещё поговорят об этом. Виктор вдруг подумал, что он действительно хотел бы услышать историю Дэниела. Хотел бы узнать, как он пришёл к тому, что имеет сейчас. Снятся ли ему кошмары из-за чего-то или просто так? Есть ли, кого винить в своих проблемах? Неужели со всем этим грузом ему всё ещё лучше с Бенджамином, чем без него?       — М-м-м… — Дэниел сонно разлепляет глаза, но пока они остались едва открытыми. — Чт… что? Н… не… надо…       — Что не надо? — Виктор решил уже не молчать, раз уж всё-таки разбудил.       — Не смотри на меня… — сонно пробубнил Дэниел и повернул голову вниз, как бы прячась.       — Не буду, если ляжешь в кровать, как и полагается.       — М-м-м… — снова прозвучало что-то нечленораздельное.       Пока Виктор размышлял о том, стоит ли прямо сейчас начать настойчивее будить его, Дэниел вдруг резко сел, удивлённо уставившись на своего соседа. Какое-то время ещё будто бы соображает, что вообще происходит, но вскоре резко отодвинулся подальше, видимо, решив, что их лица слишком близко друг к другу. Чуть со стула не упал даже.       — Ты что тут делаешь? — звучит напряжённо.       — Извини, дверь открыта, свет горит — конечно, я решил проверить, как ты там, — Виктор поднялся. — Иди в кровать, раз проснулся. Или мне тебя как принцессу отнести?       От Дэниела в такие моменты можно ожидать какой-нибудь шутки, но сейчас он лишь смотрит с прежним непониманием и будто бы даже опасением.       — Не стоит заходить в чужую комнату без спроса, — наконец выдохнул он. — Это не очень-то вежливо. Мог или мимо пройти, или просто разбудить, а то я даже испугался…       — Я-то думал, что ты меня красавчиком считаешь! — усмехнулся Виктор. — А ты пугаешься. Давай уже, будь умничкой, ложись в кроватку. Мало того, что спишь недостаточно, так ещё и как попало. Не думай, что такое проходит бесследно. Спина не будет тебе благодарна за такое обращение с ней.       — Как мило, что ты переживаешь, — видимо, от усталости Дэниел даже не усмехнулся, хотя явно собирался. — Ты-то чего в ночи по квартире шастаешь?       — У себя дома, ещё и шастаю! Вот это новости! За снотворным шёл. Я тоже со здоровым сном не очень дружу.       Встав из-за стола, Дэниел стал разминаться. Естественно, у него затекли конечности.       — Я тебя отпускаю, если ты этого ждёшь, — сказал он, потянувшись руками к полу. — Или ты решил поболтать, раз уж не спится?       — Просто задумался, — соврал Виктор, сам, в общем-то, не понимая, чего ждёт. — Ты извини, если мой друг что-то не так сказал или сделал. Он не со зла. Просто он… такой вот.       — И всё же поболтать… — пробубнил Дэниел, после чего потянулся и зевнул. — Не надо извиняться за других. Хоть меня иногда и достаёт этот придурок, я ничего против него не имею. Просто, знаешь, мерзенько немного, когда кто-то без конца раздевает взглядом и предлагает то, от чего неоднократно отказываешься. Иногда, когда посетителей немного, с ним можно неплохо поболтать. Просто бесит, когда он включает говнюка. Ещё эти противные обращения, бр-р-р… Малыш-хуиш, блять.       — У него иногда дурацкие шуточки.       — Хуюточки, — недовольно фыркнул парень. — Когда кого-то просят прекратить, но он продолжает — это неприятно. Можешь не оправдывать его. Я знаю, что сам довольно остро реагирую. Я понимаю, что он несерьёзен. Ты гнал меня в кровать, а теперь хочешь обсудить своего друга?       — Мне просто показалось, что ты… как бы это сказать? Смотрел на него с опаской.       — Знаешь, весь мир — угроза, а я каждое утро с неподдельным оптимизмом отмечаю, что сегодня я всё-таки проснулся, — проворчал Дэниел сердито, но явно шутя. — Я предпочитаю держаться на расстоянии от тех, кто делает то, что мне не нравится. И относиться с осторожностью, даже если всё сводится к шуткам.       — Ну, с таким подходом проживёшь долго, — улыбнулся Виктор. — Хоть и с больной спиной из-за сна за столом.       — Божечки-кошечки… — Дэниел картинно закатил глаза. — Ты мне твердил про кровать, а сам всё ещё тут? Не хочешь дать мне поспать? Кыш-кыш!       — Ладно-ладно, извини. Сна ни в одном глазу просто. А ты спи давай.       Выйдя из комнаты, Виктор тут же услышал, как защёлкивается замок за спиной.       И всё же Кайла можно понять. Недовольный ворчащий Дэниел и правда очарователен. С самообладанием у этого парня всё прекрасно, несмотря на его нервозность. Его, судя по всему, непросто вывести из себя, даже если разозлить. За ним и правда интересно наблюдать.       Как невротику удаётся сохранять спокойствие? Как можно быть таким ворчливым, но при этом терпеливым? Как, в конце концов, можно так настороженно относиться к людям, но так открыто разговаривать с едва знакомым соседом? Почему каждый, даже самый короткий, диалог вызывает всё больше и больше интереса? Почему Виктора не раздражает, даже когда Дэниел на него ругается? Почему его вообще беспокоит, что какой-то парень плохо ест и спит, но много работает? Почему хочется увидеть, как Дэниел спокойно и крепко спит, не пугаясь его присутствия? Действительно ли это всё ничего не значит?