Посмотри на море - о, подожди, там стекло. Забудь об этом

— Ты говоришь о русалках? Это шутка или что? Это просто детский миф; любой, у кого есть хоть капля мозгов, знает, что это невозможно. — Ну, тогда то, что я вижу у тебя во дворе, просто гигантская рыба? —…Да.

***

Конечно, рано или поздно они бы его обнаружили. Она до сих пор понятия не имеет, как, черт возьми, им удавалось так долго прятать Вэй Усяня. — Итак, мисс Вэнь, не могла бы ты рассказать нам о ‘Вэй Усяне’? Она вздыхает: — Моя бабушка нашла его десять лет назад. И она, и ее брат были совсем детьми, когда их бабушка приплыла на своей маленькой рыбацкой лодке с чем–то, что на самом деле казалось гигантской рыбой. Они оба подпрыгнули от неожиданности, когда она перевернулась и начала метаться. По словам их бабушки, она тихонько рыбачила чуть раньше обычного, когда заметила странного ребенка, плывущего лицом вниз из моря. Недолго думая, она отправилась ему на помощь, но поняла, что, помимо многочисленных ран на верхней части тела, у ребенка не было ног. У ребенка был рыбий хвост. Вывод, к которому пришла их семья, заключался в том, что Вэй Усянь либо подвергся нападению какого–то зверя, либо стал жертвой торговцев людьми. Независимо от того, что произошло, было ясно, что ребенок был слишком травмирован, чтобы пытаться плавать. — В моей семье полно врачей, так что, по крайней мере, мы смогли залечить повреждения на его коже. Его хвост, жабры и другие части рыбы, казалось, были в порядке. Как только раны на его коже зажили, он снова смог плавать. — Если он, как ты говоришь, полностью выздоровел, почему он не вернулся в океан? — Мы предполагаем, что он привязался к нам; он просто не уходил, следуя за моей бабушкой, когда она выпускала его в открытое море. — Я понимаю, и как он выжил после этого? — Ну, Вэй Усянь, похоже, плотоядный. Мы приносили ему водоросли и даже корм для рыб, но все, что он ел, была рыба, которую поймала моя бабушка. Мы не давали ему никакого другого вида мяса или овощей, боясь отравить его. Следователь, стоявший перед ней, кивнул, записывая это на своем листе бумаги. — Большое тебе спасибо за сотрудничество, — он закрыл блокнот и посмотрел ей прямо в глаза. — Пожалуйста, послушай. Из того, что мы видели и расследовали, следует, что ваша семья и Вэй Усянь сформировали связь, но как бы вы ни хотели оставить его у себя, это невозможно, даже если вы пройдете через судебный процесс. Как бы неудивительно это ни было для Вэнь Цин, это все равно причиняло боль. Как бы они ни шутили, что Вэй Ин — их питомец, он стал частью их семьи. Он ее брат. — Нет другого выхода, кроме как взять его с собой, но это не значит, что ты никогда его больше не увидишь. Насколько я знаю, ты изучала медицину и в настоящее время посещаешь курсы морской биологии. Если ты готова, подай заявку на стажировку в нашей лаборатории. Ты соответствуешь требованиям, поэтому тебе просто нужно пройти еще несколько курсов и стажировку. Если тебя примут, ты сможешь помогать в исследованиях и быть с Вэй Усянем, пока мы не заберем его в заповедник, и в этом случае посещения будут запланированы по–другому. Вэнь Цин на несколько секунд потеряла дар речи, но быстро взяла себя в руки. — Я… Я обязательно это сделаю. Большое вам спасибо. Следователь удовлетворенно улыбнулся. — Отлично, информация будет отправлена на твою электронную почту не позднее завтрашнего дня. — Я ценю это, — поклонилась она. — И простите меня, но не могли бы вы, пожалуйста, объяснить, что именно вы собираетесь делать с Вэй Усянем? Жизнерадостным тоном молодой человек объяснил: — Не волнуйтесь, мисс! Мы не повезем его в лабораторию, чтобы тыкать в него иголками или что–то в этом роде. Пока мы будем изучать его, речь пойдет больше о его поведении, привычках и социализации. — Означает ли это, что он будет с другими себе подобными? — Да, что–то в этом роде. Конкретный вид Вэй Усяня почти вымер из–за загрязнения и разрушения среды обитания, но у нас есть несколько экземпляров, которые могут быть пригодны для размножения. —… Размножения? Следователь усмехнулся. — Да, ты можешь когда–нибудь стать тетей. В связи с тем, что его вид практически вымер, Вэй Усяню крайне важно размножаться. Когда я упомянул, что наши экземпляры подходят друг другу, я имел в виду, что их вторичный пол был совместим. Я не знаю, известно ли тебе об этом, но морские жители, помимо того, что они мужчины или женщины, также попадают во вторую категорию: альфы или омеги. Я думаю, ты понимаешь… — Я понимаю, пожалуйста, продолжайте. — Хорошо, все те, что у нас сейчас есть в лаборатории, относятся к альфа–полу, так что будет большой удачей, если Вэй Усянь окажется омегой. — Но как вы это выясните? — Как правило, у других видов альф и омег можно отличить по внешнему виду. Однако мы не знаем, так ли это у видов Вэй Усяня. Если мы не сможем правильно определить его пол, нам, возможно, придется дать ему успокоительное, чтобы проверить наличие репродуктивных органов. Мы хотим избежать этого, потому что реакция на анестезию бывает не всегда… идеальной. Если под ‘идеальной’ он подразумевает смерть, Вэнь Цин понимает: — Хорошо, и что вы теперь будете делать? — Нам понадобится твоя помощь. Мы сравним поведение и физические характеристики Вэй Усяня с текущей информацией, которой мы располагаем об альфах его вида. Если они полностью противоположны, мы можем предположить, что Вэй Усянь — омега. Вэнь Цин не уверена, что это лучший способ определения пола. Но она только пожимает плечами, она здесь не ветеринар.

***

Как только они оба оказались во дворе, она увидела, как Вэй Ин с любопытством наблюдает за другими исследователями, пока ее брат Вэнь Нин приносил ведро с рыбой. Следователь достал свой планшет с фотографиями. — Физически он выглядит довольно похожим, но у представителей его вида, когда они чувствуют, что их территории угрожает опасность, плавники по бокам головы и шипы на хвосте расширяются. Проявлял ли он когда–нибудь территориальное поведение? — Не совсем. Он никогда не делал ничего подобного и не расстраивался, когда мы входили в его бухту. Несколько раз он злился, когда его клюнула чайка, но он просто оскалил зубы и отпугнул ее руками. Молодой человек записал это. — Он также не кажется обеспокоенным всеми этими людьми здесь. — Да, он никогда не был агрессивным. На самом деле, он довольно ласковый. Еще он любит играть и копать. Ученый вздохнул: — Согласно тому, что ты мне рассказала, Вэй Усяню 20 лет. У других альф, которых мы наблюдали, в этом возрасте уже была развита хорошая мышечная масса. Вэй Усянь выглядит намного слабее и меньше ростом по сравнению с ним, возможно, из–за его диеты, но мы не будем уверены, пока не проведем общее обследование. И после краткого медицинского осмотра, измерив длину его клыков и когтей, ученые согласились, что Вэй Усянь (вероятно, будем надеяться) должен быть омегой. В целом, все были весьма довольны открытием; в конце концов, им не придется смешивать виды. — Теперь, когда вы знаете пол Вэй Усяня, что произойдет? — Мы все еще не можем отвезти его в центральный заповедник, так как он был бы один, и ему было бы труднее адаптироваться к окружающим из–за всех лет, проведенных в неволе. А пока мы отвезем его в исследовательский центр Лань неподалеку отсюда. — Тогда он будет с другими себе подобными? — Поскольку он омега, мы не можем просто поместить его с другими альфами. Итак, пока не наступит брачный сезон, он будет сожительствовать с группой из 20 омег одного из наиболее совместимых видов. — он улыбнулся ей: — Не волнуйся, с ним все будет в порядке.