Навеки Избранный

— Так вот значит, как всё закончится. Арилу Ворлеш думала об этом всё чаще. Здесь, на краю огромного разрыва, бури лиловых отстветов всё завершится. Она услышала тяжелые шаги, будто что-то могучее и неотвратимое наконец настигло её. Но она не чувствовала страха, лишь медленно и задумчиво говорила: — Это случилось здесь. Здесь я вершила ритуал, сшивала свою душу с эссенцией Бездны и ощущала, как меняется мир вокруг меня, как каждый стрежок приближает Голарион к Бездне. И здесь же — пусть ты этого и не помнишь — я проделала то же самое с твоей душой. Она подняла взгляд на высокого и широкоплечего воина в черных доспеха и связкой черепов различных существ. Он держал башенный щит с выгравированной пятиконечной звездой и рунами, от света которых болели глаза, и длинный огненный меч. Его трёхоких рогатый шлем плотно прижимался к доспеху, а из глазных прорезей вырывался ярко-красный свет. Видя, что воин остановился, Арилу продолжила. — Исследователь не должен испытывать чувства к тому, с чем экспериментирует. И все же я не могу быть полностью бесстрастна в отношении Мировой язвы. Я создала её, позволила ей случиться. Она занимает место в моей душе — пусть даже я и расплачиваюсь за это медленной смертью. Рана на её груди открывается и начинает кровоточить, но Арилу не подала на то виду. — Исследователь должен быть особенно бесстрастен, имея дело с ошибичными гипотезами и неудачными исходами своих экспериментов. Для меня это — ты. И всё же мне, пожалуй, будет жаль оборвать твою нынешнюю жизнь. Хотя я и сделаю это, не дрогнув — можешь не сомневаться. — Для меня всё это не впервой, — голос воителя был низким, властным, и в то же время человеческим, какой бывает у самых великих и жестоких королей или пророков. Арилу не убоялась, а наоборот, едва заметно улыбнулась. — Вот как. Жаль, что мне не удастся распросить тебя во всех подробностях… Знаешь, я предполагала подобный исход много лет назад, неоднократно. Я думала, что на твоём месте будет герольд богини Иомедай, королева суккуб, Ноктикула, Бафомет или любой другой лорд демон. В конце концов, это мог быть и один из множества героев, блуждающих по Голариону. Она выдержала паузу, словно всё произошедшее в действительности проносилось у неё перед глазами. Затем тяжело выдохнула, сокрушаясь. — Моим концом оказался ты. Тот, кто пришёл из другой вселенной, после того как уничтожил её, владыка Конца Времён. Архаон Навеки Избранный сделал несколько шагов навстречу лиловому вихрю–пропасти. Он чувствовал, будто что-то повторяется. Он силен и в руке сжимает Убийцу Королей. Одного его взамаха хватит, чтобы вызвать всплеск магической энергии, цепную реакцию, которая изничтожит Мировую язву, а с ней и все миры и всех ничтожных богов. Если б Арилу знала, что он на такое способен, то ни за что не пустила бы сюда. Хотя, кто знает, может быть в глубине души она была бы рада такому концу. — Ты сделала очень много. Но даже так, ты всего лишь игрушка в руках высших сил, впрочем, как и все. — Не ровняй меня с собой. — в лице она не изменилась, но вот в голосе прозвучала злость. — Из нас двоих только ты раб. Раб той четвёрки, исполнитель их воли. Так что давай покончим с этим. Темный огонь вспыхнул в руке Арилу, а её посох магически засиял. Убийца Королей был готов ответить на вызов и уже подался в сторону Арилу, но Архаон силой заставил его опуститься. — Нет, я не хочу этого, — прорычал Архаон, смотря на Арилу. Их взгляды встретились. — Я такой же как и ты, Арилу. Я пошёл против мира, против бога, который отвернулся от меня. Пророчество обо мне было для меня инструментом для достижения большего могущества. Если бы я слепо доверился ему, то не прошёл бы так далеко. Однако тебя вело другое чувство. Любовь, смешанное с жадностью. Ты желала воскресить своего ребенка и наделить его несравненнным могуществом, всей той силой, до которой сможешь дотянуться. Повисла пауза и только магический вихрь шумел и закручивался сильнее вокруг. — Верно, — нарушила молчание Арилу. — Ты прав. Не думала, что и в этом мы мыслим одинаково. И все же другого пути нет. Один из нас должен умереть. — И ты снова ошибаешься. — Как? — впервые на лице Арилу появились удивление и непонимание. Она вглядывалась в Архаона, хотела понять. Это его позабавило. — Это был очень долгий путь, Арилу, — он потянулся за мешочком на поясе. — Но теперь он почти завершён. Мне стоило больших трудов добыть это. Арилу удивилась сильнее, когда увидела содержимое мешка. По лицу пробежала тень страха. Рана на груди отозвалась жуткой болью. — Но как? Почему? И для чего ты это сделал? Архаон не ответил, вместо этого того осмотрелся вокруг. Он почувствовал и все ловушки, что расставила ведьма, даже её подручного демона, Шова, что их подслушивал. И вновь весь мир застыл в ожидании его решения. — Полагаю, времени на рассказ у меня хватит. Арилу вернула себе самообладание и прикрыла рану рукой. — Думаю, вполне.