Я хочу тебе верить

      Это был очередной фестиваль в Сумеру, посвященный удачному урожаю. На нëм собрались абсолютно все, ведь это первый год после уничтожения практически всех зон увядания и элеазара, как болезни. Также на фестивале восхваляли лесных рейнджеров, которые всë это время защищали природу и не давали этой мерзости распространяться. Так что сейчас все вместе отмечали удачный сбор, распивая напитки и наслаждаясь вкусной едой. Тигнари выбирается в город не так часто. Но он решил сделать исключение на этот фестиваль. И именно в этот раз он безбожно... напился? — Давай я помогу тебе! Не будь упрямым, ты еле на ногах стоишь! — генерал аккуратно подхватывает Тигнари за предплечье. Тот весь напрягается, отталкивая чужую руку, и практически шипит в ответ. — Не смей трогать меня. Ты — грязный предатель! — рейнджер показательно отворачивается от Сайно, недовольно махнув хвостом. — Не иди за мной! Лучше.. — "Лучше" что? Позволить тебе упасть, споткнувшись о корягу в лесу? На Тигнари эти слова действуют просто ужасно оскорбительно и подавляюще. Фенек разворачивается, подходя к генералу достаточно близко, что тыкнуть своим указательным пальцем тому в грудь. — А ты в мой лес не лезь. Пока ты там с танцовщицей развлекался, я делал тут больше всех вместе взятых. Я каждый пень и корягу знаю, понятно тебе? Но то ли из-за алкоголя, то ли из-за затянувшегося одиночества у Нари совсем по-грустному и злому слезятся глаза. — Подожди, Нари... — но фенек уже слишком далеко, чтобы услышать ошарашенный и непонимающий шепот генерала. Он ведь вроде помочь хотел?

••~~~••~~•~•~••

Сайно смотрит, как Тигнари старательно пытается ровно пройти по ступенькам и не упасть с огромной высоты в протекающий ручей. Видимо, Нари напрягает то, как внимательно следят за каждым его шагом. И с каждой секундой он начинает раздражаться все больше и больше. Когда они добираются до платформы перед домом рейнджера, тот разворачивается и цедит сквозь зубы. Его уши недовольно расходятся в разные стороны: — Спасибо, что проводил, а теперь тебе пора. Домой. К себе. Сайно разочарованно выдыхает. Он надеялся, что фенек остынет за их недолгую прогулку, но, видимо, не все будет так просто, да? — Тигнари, послушай, я не знаю, что случилось, но нам нужно поговорить. — Поговорить? — он усмехается. — Нам не о чем с тобой говорить. — Но я совершенно не понимаю, почему ты ведешь себя так со мной. Мы же... — Успокойся, Генерал. Никаких "нас" нет. Сайно в недоумении выгибает светлую бровь, промаргивается и даже приотрывает рот. Медленно, но верно, он начинает раздражаться сам, понимая, что даже в пьяном состоянии Тигнари такое в шутку говорить не будет. Или это, как минимум, не смешно. — То есть, как? — То есть так. — Тигнари посмотрел на свои несуществующие наручные часы, усмехаясь, а после поднимая взгляд на генерала. — Давай, вперед, у тебя еще есть время, чтобы добежать до Большого Базара. Сейчас же как раз пришло время для вечернего выступления группы мистера Зубаира. Говорят, Нилу будет в новом костюме, тебе определенно должно понра-мхм! — Сайно не дослушивает его монолог, затыкая фенека поцелуем и прижимая к внешней стене дома. Тигнари хмурится, руками стуча по чужим плечам в попытке оттолкнуть. Но быстро сдается, решая, что он слишком пьян и устал, чтобы разбираться со всем этим сейчас. Поэтому Нари просто отдается моменту, позволяя Сайно агрессивно быстро сминать свои губы. Позволяет завести его за талию в дом, закрыть двери и снять верхнюю одежду. Вытереть все же выступившие слезы и поцеловать в покрасневшие веки. Тигнари позволяет. И сам этого хочет. — Я люблю тебя. "Я хочу тебе верить"

•~~•~~••~••~~~•~

Сайно немного поворачивает голову и целует Тигнари в колено, продвигаясь губами дальше по внутренней стороне бедра в направлении паха. Фенек икает и дрожит, потому что кожа на бедрах слишком тонкая и нежная. Ему одновременно щекотно и горячо. — Ну же, солнышко, не закрывайся Тигнари пытается уйти от прикосновений, упираясь пятками в матрас и отталкиваясь наверх — к изголовью кровати. Его предплечья всë так же перекрещены. Сейчас они закрывают лицо, являясь единственным щитом. Уши боязливо подергиваются, то и дело наровясь прижаться к раскиданным по подушке волосам. — Тигнари, я люблю тебя. Как и ты меня. Сильные натренерованные руки сталью обхватывают молочные бедра, подтаскивая фенека ближе, плотнее. Чтобы тот наверняка не смог убежать. — Н-нет... — Тигнари сорванно выдыхает, отрицательно качая головой, приводя волосы в еще больший беспорядок — Нет, это неправда. Сайно выцеловывает низ живота, переходя на косые мышцы пресса. Пальцы рук ощутимо сжимаются вокруг чужих ног. Это немного заземляет. Тигнари перестает дышать и всхлипывать. По неизвестной причине он немного успокаивается, концентрируясь на звуках и ощущениях. В его пьяной голове, видимо, срабатывает какой-то переключатель. Потому что фенек ощущает себя невообразимо сонно и мягко. Его тело покрывается мурашками, когда Сайно кончиком носа пересчитывает его ребра. И из-за их положения Тигнари чувствует, как генерал через черные боксеры упирается своим возбуждением в его не до конца вставший член. — Ммм, да? И что же именно "неправда", дорогой? Пушистый хвост реагирует на обращение, взволнованно проходясь по простыни. Сайно не позволяет Тигнари взять перерыв от его поцелуев, отдавая предпочтение чему-то более ощутимому. И на ум не приходит ничего лучше зубов. Генерал аккуратно прикусывает нежную кожу, кусачими поцелуями поднимаясь всë выше и выше. Блондин оставляет пару отметин на шее, прикусывает несколько раз кадык и целует под подбородком. Он немного отстраняется, чтобы облюбовать и предплечья, которые закрывают прекрасное личико. Уши всë-таки прижимаются к волосам, а Тигнари отрицательно вертит головой. — Нет! И в какой-то момент все резко обрывается. Вместо тысячи прикосновений Тигнари ощущает лишь пульсацию внизу живота. Это продолжается в течение нескольких минут или секунд, Нари не уверен. Парень даже приоткрывает один глаз, но ничего не видит. Темную комнату освещает только лунный свет из окон. Когда фенек думает, что что-то пошло не так(а единственный способ узнать, что именно — это выбраться из своего "укрытия"), он чувствует. Чувствует чужой язык на левом соске. Он перекатывает маленькую бусинку в теплом и влажном рту. Сайно больно всасывает еë, пока руки — на контрасте — нежно проходятся по дрожащим бедрам вверх, а после вниз, немного царапая кожу ногтями. Не отвлекаясь, генерал берет одну из подушек, подкладывая еë под поясницу фенека. Приблизительно в тот же промежуток времени волшебным образом в его руках появляется бутылек со смазкой. И Тигнари готов поверить, что Сайно — ебаный волшебник, когда тот вставляет в него сразу два пальца, без заминок входя на необходимую длину и давя на простату. Пальцы не двигаются, они замирают в своем положении, лишь сдвигаясь в миллиметры по окружности, массируя чувствительное место. И сейчас Нари готов заплакать, потому что его в наглую дразнят. Фенек убирает одну руку от лица лишь для того, чтобы зацепиться за чужие волосы. Взгляд у Тигнари поплывший еще с конца фестиваля, но сейчас у брюнета настолько затуманен зрачок, что генерал не уверен, что тот видит даже его смутные очертания. Нари пытается хоть как-то контролировать происходящий процесс и, немножко, себя. На самом деле, у него ничего не получается. Но для этого есть Сайно, так ведь? Генерал чувствует прикосновение. Ухмыляясь, он напоследок прикусывает ставший чувствительным сосок, наконец выпуская его из плена. Он немного дует на него. От холодного потока воздуха тот твердеет. Красный, мокрый и покусанный. Прямо, как и его хозяин. Нари хнычет, когда пальцы в движение так и не приходят, а намеков на "что-то более внушительное" еще не было. Он начинает что-то мямлить, а его хвост отбивает неровный ритм по постели. Сайно, улыбается, прижимаясь к его губам своими. Простой успокаивающий жест, чтобы фенек понял, что его не бросили и он не один. Генерал чувствует, как Нари загнанно и непонимающе дышит носом, а складка между бровей становится внушительнее. Но хвост все же немного успокаивается, продолжая лишь беспокойно ходить из стороны в сторону. Пальцы внутри Тигнари давят на простату сильнее, все еще продолжая круговые движения. Фенек протестующе мычит в "поцелуй", уже второй рукой пытаясь достать до запястья Сайно. Но еë аккуратно перехватывают. За ладошку заводят за голову и вжимают в постель, сцепливая пальцы в замок. Генерал с хлюпом медленно выходит из Нари. Тот явно недоволен, но пока молчит, найдя себе занятие в виде истязания аппетитных губ напротив собственного лица. Сайно добавляет больше смазки, теперь начиная растягивать тугое колечко мышц на три пальца. Оно поддается с неохотой, плотно обволакивая пальцы и сжимаясь. Генерал чувствует, как Тиганари пульсирует вокруг него. И его это чертовски ужасно заводит. Несомненно, но если так продолжится, то они сегодня не закончат. — Милый... — из-за губ-липучек получается не совсем четко, но Нари дергает левым ушком в подтверждение того, что он услышал. — Отпусти меня на секунду. Я про губы, кроха. Нари хмурится, но слушается, напоследок кусая нижнюю губу. Сайно целует его между бровей, заставляя складку разгладиться. Через мгновение он сползает ниже, освобождая вторую руку. Она крепкой хваткой обворачивается вокруг вставшего члена, делая несколько небыстрых движений по всей длине, растирая предэякулят. Большой палец ногтем несильно оттягивает уретру в сторону, когда генерал на пробу лижет головку. Нари лишь ощутимее сжимает светлые волосы в своих руках, а кончик его хвоста встревоженно приподнимается. Сайно наращивает темп руки на члене, пока головой опускается ниже. Его язык практически вылизывает уретру, пока бордовая головка не упирается ему глубоко в горло, а носом он не прижимается к чужому паху. В этот же момент пальцы внутри Тигнари перестают так сильно сжимать, позволяя им продвинуться дальше и начать медленные возвратно-поступательные движения. Фенек растерянно мычит, немного приподнимаясь на локте, чтобы посмотреть. Сайно вопросительно мычит в ответ, поднимая на Нари взгляд из-под ресниц. Вибрация идет по горлу, переходя на чувствительную головку. Тигнари хочет свести ноги, но ему этого, естественно, не позволяют. Он разочарованно хнычет перед тем, как обратно упасть на спину, теперь отстраненно смотря в потолок. Это была ошибка, так как без одного занятого органа чувств все ощущения собираются в других. Именно сейчас — на коже. К великому счастью Тигнари, генерал решил не дразнить его абсолютно везде, поэтому уже через несколько секунд он поднимает голову обратно на уровень головки, по пути проводя языком по выпирающим венкам. Руки вновь горячим прикосновением сжимает его достоинство, постепенно переходя на какой-то бешенный темп, выбивая из фенека не то плач, не то стоны. Генерал же отдает себе предпочтение на интенсивное сосание чужого члена, видимо желания выдоить чужую сперму насильно. В какой-то момент это становится даже больно, о чем Тигнари извещает несильными ударами хвостом и руками в чужих волосах(теперь их там две), которые пытались оттянуть Сайно в сторону. Генерал слушает свою принцессу, аккуратно выпуская член из рта, но не сбавляя темпа руки, у которой появилось больше пространства для работы. Фенек прогибается в спине, когда тепло рта исчезает и неожиданно становится холодно, ощущая давление на все нервные окончания. Сайно сдвигается немного в сторону, прижимаясь левой щекой к чужому бедру, и оставляет несколько нежных поцелуев на припухшей красной коже. Нари недовольно высоко стонет от гиперстимуляции. Но паре это играет на руку, потому что фенек совсем забывает о пальцах внутри него, которые уже вчетвером бесприпятственно двигаются в нëм, с каждым разом все интенсивнее проходясь по комочку нервов. — Сайно... Тигнари не шепчет, он задыхается и его ломает со всех сторон. Сайно чувствует, как он пульсирует внутри, вновь начиная сжиматься, но уже не из-за неловкости между ними. Генерал вытаскивает с тихим хлюпом пальцы и сжимает чужой член у основания, пока сам упирается коленями в матрас, выпрямляясь. Нари отпускает чужие волосы, раскидывая руки по бокам от себя. Он прерывисто дышит, смаргивая выступившие в уголках глаз слëзы. Мышцы его живота сокращаются, он немного подергивается, а колени от слабости сами падают Сайно на бока, съезжаясь Сайно негромко смеется, осматривая фенека, который сейчас находится в кошмарном неудовлетворенном беспорядке. Когда генерал убеждается в том, что первая волна сошла и спазмы прекратились, а Нари сейчас может лишь облизывать пересохшие губы и полуприкрытыми глазами следить за действиями Сайно, он расжимает кольцо из пальцев на многострадальном члене. Генерал тянется к прикроватной тумбочке, где в одном из задвижных ящиков лежат презервативы. Он пытается открыть их испачканными в смазке руками. Сайно вздрагивает, когда чувствует прикосновение к своему предплечью. Видимо, Тигнари показалось всë это непозволительно долгим. Тот сидит почти вертикально, насколько позволяет положение с человеком между его ног, нахмурив брови и смотрит на попытку вскрыть квадратик из фольги. Понимая, что Сайно остановился, фенек поднимает взгляд, оказываясь вблизи лица генерала, и непонимающе сопит, требовательно отбивая по подушке хвостом. — Быстрее. — он шмыгает носом, снова переводя взгляд на чужие руки и дергая одним ушком. Степень его недовольства и нетерпения настолько возрастает, что через несколько секунд презерватив оказывается в руках Тигнари, который настырно пытается его открыть. И видят Архонты, Сайно пытался себя сдерживать, но он не смог устоять перед надутыми из-за усердия губами, розовыми щечками, покрасневшими веками, открытыми шеей и ключицами. Они буквально просили себя расцеловать, а кто такой генерал, чтобы им отказывать? И пока пыхтящий фенек настырно рвал фольгу, при этом стараясь не задеть латекс, Сайно покрывал его поцелуями, мягко проходясь пальцами за правым ушком, почесывая. Оно холодно старалось отмахнуться от прикосновений. Щекотно. Вскоре презерватив был освобожден и теперь Нари капризно царапал ногтями кромку трусов. Он еще слаб после пережитых эмоций и стянуть с Сайно нижнее белье кажется задачей подъемной. Генерал посмеивается, забирает у фенека латексный кружок и на короткое время прижимается к Тигнари губами, толкая назад, чтобы тот упал на постель в горизонтальное положение. Пока Нари кряхтит, недовольно машет хвостом, шебуршит и укладывается удобнее, Сайно избавляется от боксеров, раскатывая презерватив по всей длине. Находит закатившуюся смазку, так же выдавливая еë на руку и грея пару секунд. Когда генерал дополнительно смазывает свой член, Тигнари уже упирается коленями и грудью в матрас, смущенно подглядывая из-за плеча. Фенеку кажется, что он делает недостаточно, поэтому он прогибается в спине до хруста позвонков и пригласительно покачивает бедрами. Сайно вздыхает и машет головой, давая понять, что он не будет действовать быстро и необдуманно. Нари капризно дует губы. И плаксиво скулит, отворачиваясь и зарываясь лицом в подушку, когда Сайно вновь погружает свои пальцы с дополнительной смазкой в распухшую дырочку, сам для себя убеждаясь, что внутри все еще мягко и расслабленно и проникновение не пройдет болезненно. Генерал оттягивает в сторону одну ягодицу, пока другой рукой держит собственный член. Сайно ведет бедрами вперед, проезжаясь по дырочке несколько раз, но не заходит внутрь. Он останавливается для того, чтобы сделать несколько мокрых шлепков членом о сфинктер и коленкой подбить чужие ноги, чтобы разъехались еще шире. — Котенок, поконтролируешь своего пушистого разбойника для меня? — Сайно целует Тигнари немного выше копчика, пока тот, сопя, подбирает хвост поближе к себе. — Умничка. Генерал давит рукой на поясницу, приставляя член к дырочке. Нари стонет, прикусывает подушку в своих руках, и плывет куда-то к изголовью кровати. — Расслабься, милый, всë хорошо, я рядом. Прямо... — Сайно выдыхает через зубы и хмурится, медленно входя в чужое тело. — ...здесь, принцесса. Тигнари хнычет, когда Сайно перемещает обе ладони поверх его тазовых костей, практически соединяя пальцы в кольцо, и аккуратно натягивает его на всю длину. И так же медленно выходит. Для фенека это все похоже на проверку его терпения и выносливости, затянувшуюся пытку из-за которой внизу живота сворачивается приятный клубок. Генерал ускоряет темп постепенно, размеренно, чтобы Тигнари своими стеночками мог прочувствовать все выступающие вены, вспомнить размер и форму его любимого члена, который тот когда-то седлал при первом намеке на уединение. Но сейчас они не такие страстные. Сейчас их секс это больше про любовь. Про прощение и переживание отрицательных эмоций. Про стирание недопониманий и возвращение. Сейчас их секс — это не секс, в общем. Сейчас они — это любовь. Поэтому Сайно зацеловывает чувствительную шею, кусает кожу у лопаток, считает своими губами позвонки, пока ниже заставляет Нари извиваться и мяукать. Генерал придерживает Тигнари за низ живота, через кожу чувствуя место, куда все интенсивнее вбивается его член. Сайно давит на него пальцами, чтобы сопрокисновение стало максимальным, пока Нари давится слюной и стонет уже в разных тональностях. Фенек совсем потерян в ощущениях и не хочет отпускать из своих цепких пальчиков подушку и хвост, когда генерал берет его поперек груди и ставит в вертикальное положение, давая опереться двумя руками о стену, а сам прижимается со спины. В такой позе Тигнари насаживается на Сайно до конца, царапая ногтями собственные ладошки, желая хоть как-то себя заземлить. Генерал темп только ускоряет, поворачивая заплаканное лицо Нари в сторону, чтобы впервые за ночь самому поцеловать его по-настоящему. Мягко смять пухлые губы, добиваясь просящих звуков, непонятно к чему относящихся — неглубокому поцелую или недостаточному темпу. Покусать и оттянуть нижнюю губу, наклонить голову под другим углом, чтобы дать доступ к более активным действиям. Почти робко коснуться чужого языка своим, заигрывая в причудливом танце. Неожиданно Нари громко стонет на определенном толчке. Сайно нашел его простату в этой позе. Не меняя угол, генерал продолжает с силой вколачиваться в чувствительные стеночки, до тех пор, пока Тигнари не начинает поскуливать на каждое неосторожное движение. — Давай, давай, мой хороший. Я держу тебя. Успокаивающий шепот на самое ушко действует на фенека, как спусковой крючок. Его ноги безбожно трясутся, а локти подгибаются, заставляя практически свалится на стену, когда он кончает парой белых маленьких струек на бордовое изголовье кровати. Глаза Нари закатываются, а веки закрываются. Фенек сваливается в руки Сайно, который надежно прижимает его к себе, аккуратно выходя из расслабленного тела. Завязанный презерватив точным броском отправляется в мусорку. — Спящая красавица. — генерал избавляет другую часть кровати от постельного белья и кладет Тигнари на мягкий, а главное — чистый матрас. — Люблю тебя. Сайно целует в лоб уже посапывающего фенека, чувствуя, как тот начинает вибрировать. Тигнари мурчит, свернувшись калачиком и обняв свой хвост. Сайно уделяет разглядыванию этого чуда несколько минут перед тем, как замечает вставшие волоски на руках, ногах и хвосте. Ему холодно. Генерал идет в ванную за полотенцами и горячей водой, чтобы обтереть фенека от смазки и естественных жидкостей. После "водных процедур" накидывает на него пуховое одеяло. Под раздачу так же попадает изголовье кровати и грязное постельное белье, которое Сайно меняет на новое, пахнущее яблочным кондиционером. Генералу жаль, что ему несколько раз приходится перекладывать Нари, но с этим ничего не поделаешь. В конце концов Сайно накрывает их обоих одеялом, выключает включенную на время уборки прикроватную лампу, и засыпает, поглаживая Нари по ушам и голове. — Дурак.