Перепутье

      Питер дёргал ногой, стуча пяткой по треснувшему паркету. На экране в углу приёмной гремел репортаж Daily Bugle: «ЧЕЛОВЕК-ПАУК: УБИЙЦА В МАСКЕ!» Джей Джона Джеймсон тыкал пальцем в камеру, за его спиной мелькали кадры разрушенного здания на 42-й; один погибший, десятки раненых — и всё благодаря этому мутанту-недоучке!       Тётя Мэй сжала его руку, когда на экране появилось фото Мартина Ривза — того самого мужчины, которого Питер пытался прикрыть от обвала. Он помнил, как тот кричал, когда балка начала падать. Секретарь у стойки щёлкнул пультом, выключив звук, но титры продолжали ползти — «СЕМЬЯ РИВЗА ТРЕБУЕТ СУДА НАД ПАРКЕРОМ!»       — Не обращай внимания, — прошептала тётя Мэй, но её взгляд метнулся к двери с табличкой «Комиссия по деятельности Сверхлюдей и Мутантов».       Дверь в кабинет комиссии оставалась закрытой. Питер перечитал извещение, присланное Управлением по Контролю за Мутантами, в десятый раз: «Дело №24-10-50120… смерть гражданского лица… явка обязательна». Даже воздух здесь пах формальностью — дезинфицирующим средством, чернилами и пылью на кипах бумаг.       Когда секретарь наконец вызвал его, Питер машинально потянулся к карману, где раньше лежала маска Человека-паука. Теперь там был только пропуск SI с надписью «АННУЛИРОВАН»; хоть бы написал «С возвращением в реальный мир», что ли.

⊗

      — Мистер Паркер, — председатель комиссии Ларри Траск положил перед собой отчёт с печатью Икс-Корпуса. — Вы подтверждаете, что 15 ноября 2018 года, действуя под надзором Энтони Старка, спровоцировали обрушение здания, повлёкшее смерть Мартина Ривза?       Питер кивнул, глотая ком в горле. На экране за спиной комиссии всплыла цитата из письма Тони Старка: «Есть разница между быстрыми действиями и импульсивным идиотским решением, которое привело к смерти человека».       — Мистер Старк утверждает, что вы превысили допустимую силу, — женщина с карими глазами, как у Тони Старка, ткнула ручкой в график с маркировкой «Пиковые значения мутации». — Почему Комиссия должна поверить, что это не повторится?       — Я... — Питер посмотрел на фото Мартина Ривза. Тот же кадр висел на первой полосе Daily Bugle: «Жертва паучьего эгоизма!» — Я пытался остановить взрыв. Если бы не...       — Если бы не ваше вмешательство, — перебил Ларри Траск, в голосе звенела сталь, — полиция могла бы провести операцию без жертв! Но вы решили сыграть в героя. Итог — ваш героизм убил человека.       Питер сжал подлокотники кресла. Где-то в здании снова зазвучал голос Джей Джона Джеймсона: «Старк покрывает убийцу! Когда власти наконец посадят этого монстра?!»       — Но Комиссия учитывает смягчающие обстоятельства, — Ларри Траск снял очки, и Питер вдруг узнал его — это тот самый гендиректор Trask Industries, чьи роботы-охотники патрулировали кварталы мутантов. — По рекомендации Икс-Корпуса вы обязаны найти нового наставника в течение трёх месяцев. Мутанта.       — Иначе — Остров, — добавила женщина, бросив взгляд на часы с логотипом УКМ.       Питер кивнул. Три месяца. 90 дней. 2160 часов. Это всё ещё лучше, чем вечность в Негативной Зоне.

⊗

      На выходе тётя Мэй обняла его так, словно боялась, что его унесёт ветром. За окном снежинки прилипали к плакату на остановке: карикатура Человека-паука с надписью «УБИЙЦА».       — Мы найдём тебе наставника, — тётя Мэй говорила это больше для себя, застёгивая ему воротник. — Это ведь не так сложно, да? Обратимся в Икс-Фактор, наша благотворительная организация как-то сотрудничала с ними...       — Икс-Фактор? — переспросил Питер. — У них же нет лицензии. Даже если бы они согласились, Икс-Корпус никогда не признает их наставничество. Это всё равно что просить Магнето взять меня под своё крыло.       Он посмотрел на свой пропуск SI — Тони вычеркнул его из жизни одним росчерком, как ошибку в чертеже.       «Но это не снимает с него ответственности», — написал Тони Старк в отчёте. Питер скомкал пропуск и бросил в урну. Как будто он мог это забыть.       — Пойдём домой, — тронула его за рукав тётя Мэй. — Придумаем что-нибудь.       Придётся, подумал он, бросая последний взгляд на плакат с карикатурой; всё-таки пауки плетут сети, а не рвут их — даже когда мир называет их монстрами.